We Undead

— Это хуй! — Это, блять, ка-ба-чок! Разбуженный громкими голосами из соседней комнаты, медленно открыв глаза, Дэнни поднялся из наиудобнейшего положения на диване и измученно простонал. Теперь идея о том, чтобы остаться в студии подольше и доработать и без того прилично задержавшийся трек, не казалась такой уж и удачной, потому что, взглянув на настенные часы, мужчина с превеликим для себя удовольствием отметил три-сорок ночи, что было самым, сука, подходящим временем поорать и что-то обсудить. Прислушавшись, вокалист сразу узнал хрипящий и басистый голоса, доносившиеся по другую сторону стены. Подождав, пока глаза привыкнут к свету, он поднялся с места и, устало проведя рукой по волосам, отправился на звук. И картина, представшая перед ним, даже близко не была удивительной. Джей сидел за чертовски скрипучим компьютерным креслом, слегка крутился на нём и что-то гневно бубнил в собственные сложенные друг на друга руки. Мониторы, стоящие перед ним, негромко гудели, оповещая вокалиста о том, что ночь, несмотря на все изъяны, например, в виде еле стоящего на ногах Джордана, которого в какой-то момент Фанни великодушно вызвался отводить домой, прошла достаточно успешно, о чём говорила полосочка рендеринга на экране. Переведя взгляд от, кажется, уставшего жить Деккера, Дэнни заметил виновников своего прерванного сна, не перестающих тыкать указательными пальцами в айпад. — Да присмотрись же ты, манда кудрявая, это хуй! — сделав акцент на последнем слове, Джонни недовольно скорчился и уставился на сидящего рядом мужчину. — Ты явно долбишься в глаза, дружище, потому что вот это, — Мэтт развёл пальцами по экрану в разные стороны, судя по всему приближая какой-то объект, — не что иное, как сраный, мать его, кабачок! Овощ такой, Джордж, о-вощ. — Не надо мне, блять, объяснять, что такое кабачок, потому что очевидно, что это никакой не овощ, а именно хер. Продолговатый, воздушный хер. — Так, Рейган, смотри ещё раз, — ударник вздохнул и, облизав пересохшие губы, продолжил. — Мы видим здесь… Усмехнувшись над тем, как двое пьяных коллег безуспешно пытаются что-то друг другу доказать, Дэнни двинулся к Джорелу, раз в десятый устало вздыхающему и вторящему что-то о смерти. — О чём спорят в этот раз? — спросил тот, потрепав друга по и без того взъерошенным волосам и склонившись над рабочими мониторами. — Фотография, — устало выдохнул гитарист, опираясь на руку Мурильо, удачно оказавшуюся рядом с его шеей. — Они спорят из-за ёбанной фотографии. Одному кажется, что облако там в виде члена, другому — что облако в виде, блять, кабачка. Есть у них какая-нибудь кнопка выключения или типа того? — Чуть левее простаты, брат, — отозвался развалившийся в кресле Дилан, который, видимо, не рискнул оставаться рядом с чересчур окосевшим Сином. — А ты, я смотрю, разбираешься. То-то у вас отношения с кудрявым слишком… тесные, — Джей усмехнулся и, сманеврировав через руку Дэна, откатился чуть ближе к стене. — Мне лень подниматься, чтобы дать тебе по морде, поэтому, — мексиканец забавно пожал плечами и наигранно улыбнулся, — ликуй. — А Мэтт-то чего нахлебался? Он же, вроде как, не планировал сегодня. Оторвавшись от проверки обработки трека, вокалист провёл ладонью по лицу и прижался к столу, выуживая из кармана пару мятых купюр. — Этому бабочканутому, видите ли, скучно пить одному. И нет, ладно бы они просто попивали себе спокойно и никому не мешали, так они, блять, ещё и всякую еботню обсудить желают. Под злобные шипения Джорджа, что не оставлял попыток доказать свою правоту, и в момент, когда Джей объяснял причину попойки Бьюсека, Дэнни быстренько отсчитал наличные и, задумчиво поджав губы, уставился на двух самых адекватных здесь людей. — Пойду в магазин. Вам чего-нибудь взять? — Пиво. Ящиков десять, — тут же отозвался гитарист. — Ладно, окей, пару бутылок сойдёт. — Дил? — Не, мне ничего не надо. Я сейчас накурюсь и пойду спать. Пожав плечами и бросив напоследок искромётную шутку в сторону двух пьяных туловищ, Даниэль двинулся на выход. Несмотря на тот факт, что на дворе была весна, май как-никак, ночью по-прежнему было прохладно, отчего вокалист поёжился и после, поднеся зажигалку к сигарете во рту, глубоко и слышно затянулся. Свежий — а не проёбанный перегаром — воздух и до боли любимый полупрозрачный дым знатно будоражили сознание, да так, что парню даже пришлось улыбнуться. И не только по этой причине. Ещё и потому, что окно в студии было открыто, поэтому была неплохо так слышна ругань Джорела и последующий богатый словарный запас Джорджа. Было принято решение прогуляться до магазина подальше, где продавщица в лицо знала вокалиста, и нет, не потому, что он, якобы, мировая звезда, а потому, что уж больно часто ему требовался алкоголь после двенадцати. Подводить друга Дэн не хотел, к тому же, не выпить в окружении двух еле соображающих друзей было бы слишком для нервной системы парней. Поэтому, натянув посильнее на плечи куртку от резко подувшего ветра, вокалист двинулся вперёд. — Ну здравствуй, — удачно вставленная в плейлисте пауза позволила ему расслышать чей-то голос позади себя. Мурильо стянул наушники и настороженно оглянулся. Эпично, подобно сценам из каких-нибудь фильмов ужаса, стоял Арон Эрличман собственной персоной, освещаемый лишь одним уличным фонарём. Будучи человеком ни разу не конфликтным и не имеющим фетиша на какие-либо разборки, Дэнни хотел просто проигнорировать это, развернуться и пойти дальше, однако сейчас что-то ему подсказывало, что так просто отделаться он не сможет. — Какие-то проблемы? — состроив как можно более равнодушный голос, выдавил он. — Могут начаться у тебя, — протянул Дьюс, как бы заканчивая предложение, и сделал пару шагов вперёд, оказываясь в опасной близости с врагом. Он окинул его оценивающим взглядом и состроил гримасу отвращения. — Занял моё место, отобрал моих друзей, моих фанатов. Ты гляди, герой, блять. — Арон, слушай, я… — Нет, это ты слушай, — перебил он мужчину, толкая его и прижимая к кирпичной стене, от холода которой по телу Мурильо пробежало стадо мурашек — или… или это не от холода вовсе? — Ты можешь кому угодно сосать хуи, доказывая, что ты чего-то стоишь, но запомни, хорошо запомни, Дэнни, ты никогда не будешь частью моей группы. Ведь ты всего лишь копия, пустое место, понимаешь? — Отпусти меня, — полушёпотом вякнул обладатель кольчужной маски, поморщившись от резкого давления. — Ох, ты хочешь уйти? Убежишь к Деккеру и нажалуешься на меня? — Дьюс сверкнул злорадной усмешкой. — Я никому ничего не скажу, просто дай мне уйти. — Не нравится моя компания? — Да как-то, знаешь, не особ… Договорить ему, очевидно, не удалось, так как губы, кажется, насквозь пропахшие жвачками и табаком, накрыли его собственные, до этого ни разу не касающиеся мужского рта — если только ради шутки или провокационной фотографии. От удивления и неожиданности Дэнни широко распахнул глаза и вжался головой в небольшой проём между двух кирпичей. Он чувствовал, как чужие пальцы бродят по его телу, как царапают торс и задевают грудь, однако… сам он ничего сделать не мог — или не хотел? Невольно он ответил на поцелуй, потому что те же самые пальцы добрались до линии ремня и ему просто пришлось чуть приоткрыть рот от резкой вспышки боли. Дэну было неприятно это осознавать, но он всё-таки принялся отвечать на поцелуй и даже смог немного расслабиться. Арон кусал его губы, оттягивал нижнюю, а в ответ слышал лишь недовольное шипение и что-то неразборчивое, будто оппонент хотел что-то сказать, возразить. Чтобы предотвратить это, он потянулся двумя руками к шее Мурильо, крепко обвил её ладонями и большими пальцами слегка надавил на кадык, но почувствовав, как внизу живота затягивается тугой узел, он отстранился и усмехнулся. — Видишь, тобой так легко играть… В последний раз блеснув своей злобной улыбкой, Дьюс скрылся где-то в темноте, оставив бедного, растерянного, ничего не понимающего Дэнни одного. Тот ещё около десяти минут стоял у этой несчастной кирпичной стены, пытаясь обмозговать хоть часть случившегося. Боясь собственных мыслей и последующих из-за них выводов, Мурильо посильнее натянул на голову капюшон и быстрым шагом отправился обратно в студию. — Где пиво? — с надеждой в голосе поинтересовался Джей, выжидающе поглядывая на товарища, который продолжал молчать и сверлить взглядом пол. — Дэнни? — А? — теперь он резко поднял голову и нелепо огляделся. — Пиво. — Ну… я… эм… я забыл, извини. — И где ты тогда торчал сорок минут? — через какое-то время, не дождавшись вразумительного ответа, Деккер устало вздохнул и накрыл лицо ладонями. — Боже, я обречён… — Дэн, ты как будто приведение увидел. С тобой всё нормально? — Дилан, видимо, накурившийся, но спать не сваливший, заботливо постучал друга по плечу и чуть дёрнул уголком губ. — Не приведение, а маньяка! — подал голос лежащий на плече ударника Рейган. — На аппетитную задницу малыша Дэнни было совершено покушение! Нам срочно нужно… — Джонни! — злобно рявкнул гитарист, тоже заметивший странное выражение лица Мурильо. Однако инициатор очередной вселенски-ахуенной идеи всё-таки замолчал. — Дэн? — Я в порядке, забейте. Наигранно улыбнувшись, тот откинул голову назад и прикрыл глаза. Он не имел понятия, что произошло десять минут назад, как это произошло и чем именно это можно оправдать. Он также не имел понятия, стоит ли ему разбираться в этом, но что его уж точно смутило — ощущение того, что ему понравилось, будто это всё это было правильным, будто так и должно было быть.