We Undead

— А-а, Господь Иисус! Лежащее под толстым слоем одеяла тело, что до этого несколько часов упорно не просыпалось, вдруг резко зашевелилось, всеми своими телодвижениями подавая признаки жизни. — Меня звал, сладкий? — Дилан, будучи хозяином дома, в котором Нежить полным составом предпочла напиться, и будучи первым, кто проснулся и обнаружил весь творящийся пиздец, устало выдохнул и смахнул покрывало с помирающего ударника, который ещё несколько секунд брыкался, а затем замер в неестественной позе. — Профессионально, — вскинув брови и поджав губы, отметил тот. — У меня таких, как ты, ещё четверо внизу сидят, так что было, на чём тренироваться. Ты, к слову, спал дольше всех, поэтому поднимай свою задницу и присоединяйся к клубу «мы набухались как свиньи и теперь страдаем от похмелья». Первоначальный взнос, так уж и быть, я за тебя вкину. — Какое благородство. — Двигай давай, первое собрание начинается… — мексиканец помедлил, взглянув на отсутствующие часы, и предовольно изрёк: — …уже сейчас. Постаравшись выдавить из себя что-то навроде смеха, барабанщик медленно поднялся на ноги, провёл руками по лицу, останавливая их на затылке, и, последовав совету друга, отправился на первый этаж, где его взору предстала достаточно забавная, но неудивительная картина. На диване, изрисованном белым маркером, валялся Чарли, рожу которого — не считая глаз — накрывала его же собственная бандана. Сверху него, в районе паха или ног, или хер там вообще разберёшь, восседал Джорел с выражением лица, очень напоминающим бьюсековскую маску. Сложив друг на друга ласты, Джонни и Дэнни оккупировали соседний диван и, наслаждёно постанывая, высасывали воду из литровых бутылок. — А вот и наша кудрявая Рапунцель, — хрипло оповестил всех Син, поёжившись на месте, тем самым открыто демонстрируя Деккеру, что тот ему передавил что-то жизненно необходимое. — Предлагаю задушить его этой же тряпкой, — он указал взглядом на бандану парня. — Ты моей тряпке-то не завидуй, — тот обиженно сложил руки на груди. — Кто ж виноват, что у всех маски как маски, со смыслом, с посылом, а у тебя раскрашенная мина с защемлённым лицевым нервом. Вот где там смысл? Где посыл? — Тебе загуглить интервью, где я всё это объяснял?  — Загугли себе фантазию. Проведя рукой по волосам, убрав их на одну сторону и продемонстрировав коллеге очаровательный свой средний палец, Мэтт, наконец, оторвался от стены и, подойдя к дивану, где до этого момента спокойно себе лежали Джордж с Дэнни, нагло спиздил у последнего бутылку живительного на это утро напитка и приземлился между ними двумя, одаривая наигранно благодарной улыбкой. — Защемлённым лицевым нервом… — злобно прокряхтел Рейган, недовольный тем, что потревожили его покой. — Ты где слов-то таких набрался? — Я, к твоему сведению, — важно начал Чарли, — очень умный и образованный, я закончил… — Да на энциклопедии он уснул, — прервал того Джей, самодовольно усмехаясь. Пока парни тщетно восстанавливали свой неокрепший от похмелья мозг, обмениваясь любезностями и признаниями в любви, прошло около десяти минут. Тогда-то со второго этажа а-ля «топ-модель», гордо стал спускаться Альварез, что-то нашёптывая себе под нос, но не переставая при этом по-царски держать голову. — Итак, господа алкоголики, — он, схватив стул и поставив его спинкой к своему лицу, присел меж двух диванов, образовывающих некий угол, — на вопросы дяди Дилана отвечаем честно и незамедлительно. Дядю Дилана не злим и не мешаем ему проводить очную ставку. Всем всё понятно? — И почему ты не уснул, пока ждал Мэтта? — пробубнил Джонни, откидывая пустую бутылку на рядом стоящий кофейный столик. — Чё ты там сказал? — мексиканец сморщился. — Говорю, конечно, ваше высочество, всем всё понятно, мы готовы. — Ну что ж, вопрос номер раз: какого хуя у меня в комнате под потолком парит гигантский, сука, слон? — чуть помедлив, он склонил голову в сторону и пожал плечами. — Спасибо хоть, что не живой. Все присутствующие усердно стали напрягать извилины. Ситуация даже стала похожа на какое-то супер-интеллектуальное шоу с неебическим призом в конце. Казалось, каждый действительно думает, вспоминает, анализирует, желает быть первым. И лишь спустя три-четыре минуты Джонни, почесав затылок, выдвинул предположение. — Может, это Дэн? Я помню, что Чарли кричал, как хочет слоника, а потом, вот этот, — он указал на предполагаемого виновного, — пропихивал эту дылду в дверной проём. Помню ещё, мы у него спрашиваем, мол, чувак, ты где это взял, а он такой, расслабьте булочки, у меня связи. — Расслабьте булочки? — Дэнни мгновенно высунул изо рта предложенную ударником сигарету и злобно уставился на Рейгана. — Я что, по-твоему, совсем мудак? Кто вообще говорит «расслабьте булочки»? — Джонни, а ты нам не пиздишь ли часом? — Альварез чуть продвинул морду вперёд. — Ты, Шерлок усатый, на меня так не смотри, это точно Дэнни. Да вон, гляди, у него, блять, лента для таких шариков вместо ремня. Все — даже сам подозреваемый — уставились на пояс Мурильо, на котором действительно блистала розовая праздничная лента, в основном применяемая для перевязывания шаров, чтобы те не сдулись. — Бля-я-я, — протянул тот, потеребив аккуратно сплетённый бант и пихая обратно сигарету в рот. — Ну, наверное, это и правда был я, но, можешь хоть паяльником меня пытать, я ничего не помню. — Жаль, что сегодняшняя амнезия спасает всех, — огорчённо выдохнул Дилан. — Окей, хуй с ним со слоном. Вопрос номер два, и, вероятно, три: как на тебе, Террел, оказалась моя рубашка, а у Джея на башке какой-то хуев венок? Или… что это, блять, вообще такое? — он прищурился, пытаясь рассмотреть неопознанный предмет на голове друга. — Этот, как ты выразился, хуев венок мы нашли у тебя на кухне и долго, кстати, решали, кому его отдать, но потом, общим голосованием определили, что он будет моим, — объяснился обладатель головного убора, самодовольно усмехнувшись и сделав глоток воды. — Чё? Общим голосованием, говоришь? — оживился Тирс, нахмурив брови. — Ты выхватил его у меня из рук, закричал, что его никто не достоин, ну, кроме тебя, конечно, и, скотина, смылся куда-то. — Что, принцесса, корону себе захотел? — Да больно надо. — Что насчёт рубашки? — не унимался Дилан, поглядывая на друзей. — Короче, тема такая, — поднимаясь из положения лежа и скидывая с себя коронованного, прокряхтел Чарли. — Подходит ко мне, значит, вот эта морда, — он кивком указывает на сидящего рядом, — и говорит, мол, ничё знать не хочу, хочу кататься. Ну, я ему отвечаю, типа, мужик, сходи нахуй, я даже не встану ради тебя. А он, главное, начал такой, типа, Ча-а-арли, будь дру-у-угом… — Ближе к делу, пожалуйста, — важным тоном попросил мексиканец. — А, ну и вот, он, короче, ушёл, вернулся и окатил меня холодной водой, пидорас дырявый… — Ничё не дырявый! — То есть про пидораса я в самое яблочко попал, да? — Син усмехнулся и натянул на макушку кепку с логотипом любимой баскетбольной команды. — А я-то всё думаю, гадаю, чего вы с… — Чарли! — Да чё? — тут же с его уст слетела похабная ухмылка, а брови недовольно свелись к переносице. — Окатил он меня, ты это всё заметил, подбежал ко мне и давай раздеваться. Я мол, Дилан, ты что, давай не здесь, а ты мне уже свою рубашку суёшь в руки, а я чё, я не отказался. Чтобы осмыслить сказанное, парням потребовалось порядка пяти минут. Затем Альварез всё-таки продолжил допрос. — Лады, вопрос номер четыре, — устало выдохнул он. — Каким таким чудесным образом на моей кухне, а если быть точнее — в микроволновке, оказалась курица? И нет, господа, я вас разочарую, она, блять, на этот раз живая! — Полагаю, это моя, — Мэтт пожал плечами и слегка улыбнулся. — Прости, а курицу-то ты сюда нахуя приволок? — Дэнни театрально развёл руками, на что все присутствующие, включая самого виновного, засмеялись. — Если бы я знал, брат, если бы я… а хотя, погоди, — ударник нахмурился и, пробежавшись глазами по комнате, остановил пристальный, полный ненависти взгляд на Джордане. — Ах ты сука противная! Курицу-гриль, значит, захотел, да? Я тебе… Только было он дёрнулся вперёд, чтобы хорошенько надавать обладателю банданы по роже, как Мурильо, нужно сказать, отважный Мурильо схватил его за запястье, усадил обратно на место и, чтобы не ёрзал лишний раз, придавил его бёдра своей головой, свесив ноги с ручки дивана. — Как хотел, так и перехотел, — полушёпотом протараторил Чарли, слегка зажмуриваясь, будто готовясь с чему-то плохому, что, конечно, и случилось бы, не вмешайся в ситуацию вокалист. Но бутылкой по лбу он, разумеется, получил. С этим Дэнни ничего поделать не смог. — Воспользовался моим состоянием, паскуда! — всё не унимался обиженный. — Так говоришь, будто я тебя изнасиловал. — Ещё бы ты, блять, меня изнасиловал. — Так, — прервал их следователь-Фанни, — выходим на два контрольных вопроса, парни. Первый — откуда здесь эта хуета? — он указал на стоящую рядом небольшую статуэтку кота. — И второе — почему у меня на ноге надпись, цитирую, «я любил, люблю и буду любить Чарли, мать его, Сина». По комнате разгулялся одобрительный смех. — Как же трогательно… — Мэтт поднёс сложенные пальцы к глазам, якобы смахивая слёзы, и наигранно всхлипнул. — Не рискуй жизнью, кудрявый, — злобно прошипел Альварез. — Да не ссы, мужик, ототрётся спиртом или любой другой спиртосодержащей хуетой. — Какие все сегодня, блять, умные… — А зачем стирать? — возмутился Джордан, не дав Тирсу закончить мысль. — Очень даже неплохо. А главное… правдиво. — Ты гляди, у Рейгана фенечка с твоим именем, у Дилана, вон, теперь мини-татуха… — Деккер прищурился и чуть приоткрыл рот в изумлении. — А нас троих ты как клеймить собираешься? — Ну, смотри, значит, тебе мы на жопе выбьем мои инициалы и я там под ними автограф оставлю, — мужчина злодейски усмехнулся и повернулся в сторону Мэтта, — для тебя, чертила, мы сошьём какой-нибудь модный свитерок, — а затем, перевёл взгляд на Дэнни, скрестившего пальцы и зажмурившего глаза. — А ты, лев, получишь очки с моим изображением. — Странно, что ты ещё не предложил вместо статуи свободы себя с бутылкой пива выстроить, — задумчиво протянул Фанни. — Так, бля, мы отвлеклись. Кошка! Или… кот?… Да хуй разберешь! Что это? — Может, это Мэтти постарался? Он, видать, любитель всяких животных, — Джорел довольно усмехнулся и вскинул одну бровь. — Ну не скажи. Тебя же я не люблю, Джей-дог, — сделав акцент на последнем слове кудрявый улыбнулся и получил в знак вознаграждения за удачную шутку бутылку воды от сегодняшнего следователя. — Моя это, — неуверенно протянул вокалист, приковав к себе взгляды всех пятерых парней, и, не обращая на это никакого внимания, продолжил пялиться в потолок. — Чё за зоопарк тут развели? — пробурчал Дилан. — Но признайся, было весело! — заявил Бьюсек. — Немного не так, как планировалось, но… — Надо будет как-нибудь повторить, — перебил его Син, с предовольным вздохом поднимаясь на ноги. — Вот в твоём доме и будем повторять. Я же заебусь всё тут убирать.