Долгая дорога в Вашингтон

      Гленн, проснувшись рано утром, чувствовал себя отвратительно: кровь била в висках, голова кружилась, а во рту пересохло. С огромным трудом парень приоткрыл один глаз — и увидел белый потолок гостиничного номера. — Хах — привет, «Похмелье», — еле слышно прошептал Гленн, иронично отнесясь к собственному незавидному положению — подробностей вчерашней вечеринки он и в самом деле не помнил. Впрочем, «амнезия» оказалась кратковременной — стоило юноше шевельнуться, как о себе напомнила ладонь, пронзенная вчера дротиком дартса. Зашипев от боли, Гленн поднес поднес к себе руку, грубо перевязанную цветастой тряпкой, и задумчиво пробормотал, кое-что восстанавливая в памяти: — Какого черта?!       Цепочка событий с трудом собиралась в его воспаленном мозгу: дурацкая игра… перевязка… продолжение попойки…       «Интересно, как я мог не обращать внимания на такую боль вчера?» — удивился было Гленн, но тут же оборвал себя — не об этом надо было сейчас думать. Больше всего на свете парень хотел пить; ему требовалось подняться…       Поборов себя, Гленн повернулся на правый бок, намереваясь просто скатиться с кровати — и едва не врезался в Мэгги, мирно спавшую рядом. На сердце парня сразу полегчало — чтобы он ни делал прошлой ночью, его жена не возражала, иначе бы не легла вместе с ним. Довольный таким великим измышлением, Гленн повернулся влево — и увидел там безмятежно спавшую Розиту. — Так, а вот это уже не смешно, — растерянно пробормотал кореец, вдруг почувствовав себя в шкуре героя второсортного ситкома. Дело принимало дурной оборот: дружба дружбой, но заваливаться вместе спать… Собравшись с духом (но не с мыслями), Гленн рывком оторвал верхнюю часть туловища от постели и присел, озирая разгромленную в пух и прах комнату: зеркало в полный рост разбито, на полу валялось несколько бутылок, занавески были оборваны, в углу была брошена разорванная подушка. Радовало лишь одно — все герои, включая самого «детектива», спали в одежде; правда, для очистки совести этого было недостаточно. — Ох, вот так отдохнули, — тихо простонал Гленн, наклоняясь за бутылкой, на дне которой еще что-то плескалось; переборов отвращение, он сделал маленький глоток. Алкоголь принес вместе с собой некоторое просветление ума — парень понял, что сейчас он вконец запутался и ничего не сумеет объяснить девушкам, если те вдруг проснутся. Оставалось надеяться, что они сумеют и без него разобраться в этом бардаке — в данный момент Гленн сам нуждался в помощи.       Через пару минут кореец наконец поднялся на ноги и нетвердыми шагами двинулся в бар — как помнил Гленн, там были оставлены их запасы воды. А потом он, возможно, сумеет найти ответы на терзающие его сейчас вопросы…

* * *

— Ммм… — простонал Рик, не открывая глаз — что-то мокрое и холодное коснулось его горячего лба. — Тише, пап — это же я, — голос сына донесся до замутненного винными парами сознания шерифа. — Кхарл… Карл… — благодарно прошептал Граймс, приоткрыв глаза.       Мальчик поднес к его иссохшим губам бутылку с водой: — Пей, пап — только оставайся в сознании, — попросил он отца.       Рик, сидевший на полу за барной стойкой, не спорил — слишком слаб он был сейчас; покорно выхлебав половину емкости, мужчина негромко спросил, чувствуя постепенный прилив сил: — Спасибо… Как ты узнал, что нужно делать?       Карл чуть усмехнулся: — Мама выполняла то же самое, когда пару лет назад вы с Шейном вернулись под утро после Четвертого Июля, — промолвил мальчуган. — Фух, точно, — согласился Рик, грустно улыбнувшись. — Но ты лучше, сынок — хотя бы кричать на своего старика не стал. — Я бы не смог так сделать, — смущенно признался Карл. — Ты не виноват в случившемся, никто не виноват — уж слишком мы все устали. Главное, что все обошлось… — Уверен в этом? — Граймс-старший снисходительно посмотрел на ребенка. — Ага, — кивнул тот. — Я дежурил почти всю ночь у входа — ходячие по ту сторону так и не прорвались в здание. Опасности нет.       Рик не переставал восхищаться таким возмужавшим сыном; превозмогая себя, он протянул ему свою ладонь и крепко пожал еще детскую руку Карла. — Спасибо, сынок. Я горжусь тобой, — честно признался шериф. — Правда? — мальчик расплылся в счастливой улыбке. — Я просто пытаюсь брать с тебя пример, хочу помогать другим людям и быть справедливым… — У тебя отлично получается, — ухмыльнулся Рик, прислонившись спиной к барной стойке. — Знаешь, я еще немного передохну здесь, пожалуй — а ты проверь, как там остальные, ладно? — Ладно, — немедленно согласился Карл, почувствовав доверие со стороны отца, — и спустя несколько секунд уже отправился исполнять ответственное поручение; Рик, оставшийся в своем узком мирке (между стеной и барной стойкой), вновь потянулся к бутылке с водой.       Он знал, что утро предстоит не из простых.

* * *

      Вокруг было темно, когда Андреа очнулась в обнимку с ведром в какой-то подсобке; с трудом оторвавшись от пола, женщина вытерла ладонью слюни в уголке рта и огляделась. — Фух, ну и воняет… — пробормотала блондинка, едва подавив приступ рвоты.       Постепенно ее глаза привыкли к полумраку, и женщина различила в нескольких метрах от себя очертания двери — между вратами во внешний мир и полом в крохотную комнатку проникали лучи солнца. Кажется, в ту сторону и надо было Андреа.       На четвереньках женщина двинулась туда, чувствуя дрожь в локтях и коленках; у самой двери она остановилась, чтобы перевести дух — а потом схватилась обеими руками за дверную ручку и с жалобным стоном все-таки поднялась на ноги. Вдох-выдох, и Андреа широко распахнула дверь, сделав первый шаг.       Яркий солнечный свет из окна напротив ненадолго ослепил ее, заставив с воплем зажмуриться и прикрыть глаза ладонями; Андреа сделал еще пару неверных шагов — и свалилась, не удержав равновесия. — Чтоб тебя, — прошептала женщина, лежа на полу. — Ладно, Андреа — просто держись… просто держись…       Собрав остатки храбрости, женщина поползла вперед, не имея какой-то конкретной цели или пункта назначения — ей просто требовалось шевелиться, чтобы вновь не потерять сознание. Андреа казалось, что она прилагает титанические усилия — но на деле она преодолела лишь несколько метров дистанции. — Нужно… выбраться… из этой сраной… — командовала сама себе блондинка.       Неожиданно у нее на пути возникли чьи-то ноги, обутые в женские полусапожки — Андреа вцепилась в них, словно утопающий в спасательный круг. — Хвала богам за эти чудесные ножки, — пробормотала женщина, задирая вверх голову — сверху вниз на нее глядела Мишонн, через силу улыбаясь. — Ну и нажралась же ты вчера, подруга! — промолвила самурайка, помогая Андреа подняться на ноги.

* * *

      Как выяснилось, большая часть отдыхавших погуляла так сильно, что даже не сумела добраться до кроватей, отключившись прямо в баре; сейчас трое из них — Гленн, Андреа и Мишонн — сидели на одном диванчике, усиленно растирая себе виски, и кружками пили воду, которую то и дело подносил им Карл. — Вы в порядке, народ? — раздался из-за стойки голос Рика, так и не выбравшегося на свет Божий. — Нет, — одновременно пробурчала троица. — Я тоже, — грустно отозвался Граймс-старший. — А как остальные?       Мишонн, чувствовавшая себя чуть получше остальных, огляделась по сторонам: — Абрахам спит, уткнувшись лицом в стол. А Дэрил с Кэрол в углу в одном кресле валяются, — монотонно ответила женщина и откинулась на спинку дивана, опустив на глаза мокрое полотенце. — Что? Не может быть, — усомнился Рик, высовывая свою голову из-за барной стойки. — Гм, а ведь и правда…       Кажется, голоса вокруг разбудили самого Диксона — тот зашевелился и сонным взглядом окинул бар; увидав Граймса, охотник помахал другу левой рукой: — Эй, как ты там? — пробормотал Дэрил — и только теперь обратил внимание на Кэрол, дремавшую у него на плече.       Женщина, впрочем, тоже пробудилась от движений Диксона — и замерла, ошеломленно взирая на сотоварища, правая рука которого обвила ее вокруг шеи. Дэрил первым опомнился, криво усмехнувшись: — Странно, верно? — пробормотал он, убирая руку. — Ага — глупее не придумать, — смущенно отозвалась Кэрол, чуть отодвигаясь в сторонку.       Неловкое молчание прервал Рик, обратившись ко всем: — Так, а где остальные? Мэгги и Розиту кто-нибудь видел с утра? — Они… эээ… спят, — замявшись, ответил Гленн. — Все в порядке, я недавно проверял. — Тогда отдыхайте, ребята, — подумав, молвил Рик. — До обеда все равно здесь остаемся…       Неожиданно двери распахнулись, и на пороге появился Юджин — нарочито бодрый и уверенный в своих силах; бегло осмотрев товарищей, он спросил с легкой усмешкой в голосе: — Гадаете, что здесь вчера было? — Ммм… допустим. А ты помнишь? — поинтересовалась Андреа. — И знаешь почему? — презрительно отозвался Юджин. — Потому что я вчера не пил. Потому что мне не нужно пить, чтобы хорошо отдохнуть. Потому что у меня есть жизнь. Потому что… — … у тебя печень больная, я помню, — буркнула Розита, толкнув толстяка в спину; оказавшись в баре, девушка подошла к барной стойке и выпила для «опохмела» чуточку виски, после чего уселась на свободный стул.       Следом за ней появилась и Мэгги, молчаливая и мрачная; ни с кем не здороваясь, она кое-как доковыляла до ближайшего дивана и улеглась там в одиночестве.

* * *

— Может, разбудим и этого здоровяка? — предложил в конце концов Дэрил, указывая на Абрахама, до сих пор храпевшего лицом в стол.       Вместе выжившие кое-как растолкали вояку — тот поднял голову и устало промычал: — Ну какого дьявола вам тут надо?!       Все вдруг притихли, ошеломленно глядя на Эйба; в абсолютной тишине Гленн шепнул остальным: — Нужно разбить все зеркала. Сейчас же.       Абрахам, окончательно сбитый с толку, хлопнул кулаком по столу: — Да в чем дело, бля?!       Розита с величайшей осторожностью взяла Абрахама за ладонь и ласково пропела: — Ничего особенного, Эйб… просто у тебя фингал под левым глазом. — Здоровенный, — добавила Мишонн.       Солдат прикоснулся пальцами к лицу — и мигом отдернул руку: — Пиздец как больно! Аргх! — взвыл Абрахам и потянулся к полупустому стакану, чтобы выпивкой заглушить неприятные ощущения.       Кажется, утреннее возлияние прочистило вояке мозги — Форд нахмурился, обозревая настороженные лица товарищей, а потом холодно спросил: — Кто это сделал?       Выжившие замерли, боясь дохнуть: связываться с еще не протрезвевшим громилой было почти равносильно самоубийству, а методы убеждения здесь, очевидно, помочь не могли.       Абрахам тем временем ткнул пальцем в Дэрила: — Ты! — обозленно молвил солдат. — Это был ты, Диксон — больше некому! Рик, я помню, тогда уже отключился, а Гленн на такое не способен! Сука!       Дэрил, похоже, никак не ожидал такого поворота — но отступать не собирался, задетый за живое: — Понятия не имею, кто тебе фингал поставил. Но если хочешь, я тебе мигом второй под другим глазом «нарисую»! — прорычал он, закатывая рукава.       Абрахам, разъярившись, поднялся из-за стола — он был выше Дэрила почти на полфута и куда шире в плечах, но Диксон даже бровью не повел. Еще мгновение — и началась бы свалка, но тут раздался голос Юджина: — Стойте. Это сделал я. Я тебя ударил, Абрахам.       Взгляды собравшиеся мигом обратились к толстяку — теперь уже Дерил на всякий случай схватил Абрахама за плечо. — Ты напился до такой степени, что стал ходить по коридору и песни орать. Я вышел из комнаты, чтобы тебя утихомирить — а ты обниматься полез, дыша перегаром. Мне это надоело, поэтому я тебя ударил. Подействовало, — буркнул нахмурившийся Юджин.       Все (а особенно Абрахам) вдруг почувствовали себя крайне неловко — кажется, они впрямь вчера натворили лишнего; после некоторых колебаний Форд наконец ответил за всех: — Блин. Слушай, извини за такое — ладно? Это и правда очень хреновый поступок, признаю.       Исчерпав таким образом конфликт, выжившие повалились на стулья и диванчики, стараясь прийти в норму. Постепенно подтянулись и оставшиеся члены группы — Габриэль, подкатив в бар на инвалидном кресле, начал готовить завтрак (для тех, кто мог его переварить); Карл и Синтия немного прибрались вокруг, помогая Юджину отыскать валяющиеся повсюду шахматные фигурки (Андреа и Мишонн сделали вид, что совершенно тут ни при чем). Но вот Рик поднял руку, требуя минуту внимания: — Я знаю, что вы все чувствуете, — тихо сообщил мужчина, борясь с головной болью. — Мы не выдержали напряжения и напились, как и предупреждал Юджин. Так нельзя, ребята… — «И не упивайтесь вином, от которого бывает распутство; но исполняйтесь Духом…» — вдруг поддержал Граймса цитатой из Библии Габриэль.       Кого-то передернуло от заумной речи, кто-то нахмурился (а Дэрил и вовсе потянулся к пустой бутылке — видимо, намереваясь швырнуть ее в проповедника) — но сам Рик неожиданно указал рукой в направлении священника, благодарно кивнув. — Именно, — согласился Граймс-старший. — Нет ничего плохого, чтобы утолить печаль одной-двумя рюмками; плохо, когда это переходит все границы. Мир по-прежнему не в безопасности, и так расслабляться недопустимо. Надеюсь, это больше не повторится, товарищи. После полудня возобновляем путь.

* * *

      Через несколько часов выжившие, выпив по несколько таблеток и окончательно протрезвев, стали устраиваться в новом транспорте — огромном и жутко непрактичном бежевом лимузине. Места в салоне хватало всем, так что туда же загрузили часть рюкзаков, не поместившихся в багажнике. Выбор водителя тоже не вызвал вопросов. — Гленн, садись за руль, — проворчал Абрахам, преграждая корейцу путь в салон к Мэгги. — Чего? — пробормотал парень, надеявшийся немного поспать в пути. — Сам вчера рулить вызывался — вот и рули теперь, — объяснил хмурый Эйб — Давай-давай, — буркнул Дэрил, подталкивая Гленна в нужном направлении.       Потихоньку вся группа во главе с Риком разместилась на удобных кожаных сиденьях салона; спереди уселись Гленн и Юджин, который все еще был в обиде на товарищей. — Только помедленней езжай, хорошо? — предупредил водителя Рик. — А то вдруг кого укачает. — Ладно, — Гленн, зевая, повернул ключ зажигания. — Спите спокойно, народ: следующая остановка — Вашингтон.

* * *

      Рик, взяв пример с большинства соратников, мирно дремал в салоне лимузина, пока кто-то не навалился на него сбоку; Граймс кое-как протер глаза рукой — и увидел Гленна, мирно посапывающего у него на плече. — Черт, — выдохнул шериф, глянув в сторону водительского сидения. — Спокойно, Рик — я за рулем, — спокойно сообщил ему Юджин, пересевший за руль транспорта. — Фух, здорово, — улыбнулся Граймс. — Я уже подумал… — Что автомобиль едет без управления? — догадался Юджин, глядя на Рика через зеркало заднего вида. — Гленна требовалось сменить — он постоянно клевал носом за рулем. Я же просто слежу за безопасностью гру…       Закончить фразу водителю не удалось — пока Юджин отвлекался на нравоучительную речь, лимузин на малом ходу врезался в зад мощного самосвала. В мгновение ока спавших в салоне людей швырнуло к передним сиденьям, прямо друг на друга. Образовалась одна большая куча стонущих тел. — Ааа, слезьте с больной ноги! — завопила Мэгги. — За безопасностью следишь, значит? — выдохнул Рик, придавленный к борту лимузина Абрахамом. — Чертова коляска! — приглушенно выругалась Мишонн, потирая ушибленную голову. — Ох, Господи Иисусе… — взмолился Габриэль, с трудом выползая из общей кучи. — Синтия, Карл — вы целы? — позвала Кэрол, не в силах пошевелиться. — Кто за рулем? — недовольно спросила Андреа. — Не я, — отозвался Гленн из-под блондинки. — Простите, пожалуйста, — виновато пробормотал Юджин, с опаской выглядывая из-за водительского сиденья. — Я тебя прибью, Юджин! Когда вылезу… — простонала Розита. — Да выбирайтесь уже, я тут щас сдохну! — в отчаянии заорал Дэрил, оказавшийся в самом основании «живой пирамиды».       В течении нескольких следующих минут с величайшей осторожностью проходила «спасательная» операция по вызволению пострадавших. К счастью, благодаря малой скорости движения и невероятной удаче, герои обошлись ушибами и испугом; наверное, самой страшной травмой стал ушиб ногтя на левой руке Розиты (впрочем, ярость девушки от этого ничуть не уменьшилась — ее с трудом удержали от исполнения обещания). — Дальше пешком, — глухо сообщил Абрахам, осмотрев раздавленный при ударе мотор лимузина. — Как думаешь, далеко отсюда до Потомака? — спросил его Рик. — А вот хрен знает, — махнул рукой Абрахам. — Спроси у нашей «Сакагавеи»*. — Ребят, гляньте-ка туда, — прервал их Гленн, указывая рукой в сторону.       Люди повернулись туда — и замерли, пораженные раскинувшейся перед ними панорамой. Они потерпели аварию в самой высокой части транспортной развязки; в нескольких милях впереди раскинулся огромный город с редкими вкраплениями пожелтевших парков и серыми пятнами парковок. Несомненно, это место и было тем самым, почти легендарным, финальным пунктом их приключения! — Вашингтон! — важно провозгласил Абрахам, пряча победную улыбку в усах. — Вашингтон, — с облегчением выдохнул Рик. — Вашингтон… — протянул Гленн, восторженно озирая великолепные руины города. — Ой, да ладно вам — всего лишь еще один город с мертвецами, — буркнул Дэрил, поправляя ремень арбалета. — Это вообще не Вашингтон, а только его пригороды — Аннандэйл, Арлингтон и Александрия. Вашингтон расположен на другой стороне Потомака, — с чувством собственного превосходства заметил Юджин. — Впереди еще долгий путь.       Наверное, еще никогда радужное настроение героев не проходило настолько быстро — выжившие, еще таившие обиду на ученого за аварию, только разочарованно вздохнули. Рик, расстроенный не меньше других, решительно промолвил: — Ладно, тогда берем рюкзаки и идем дальше пешком. Дэрил, Гленн — вы в передовом патруле. Давайте сделаем это!       Недовольно ворча, команда Рика стала собирать вещи для похода; Абрахам, взваливший на себя тяжелый рюкзак, раздраженно заметил, глядя в сторону смущенного Юджина: — В такие моменты, как этот, я жалею, что нахожусь на стороне «хороших парней». — Без балды — у меня такое ощущение, что мы на стороне тупости, — подтвердил Дэрил, забрасывая на спину свой вещмешок и автомат.

* * *

— Бежим, бля! Бежим! — заорал Абрахам, легко подхватив на руки Мэгги.       Вся группа стремглав бросилась вперед — на перекресток, который проходила группа, неожиданно вывернула толпа мертвецов в несколько тысяч голов. Очень быстро герои нагнали Дэрила с Гленном и помчались дальше, не разбирая дороги — а за ними неумолимо двигалась лавина мертвецов. Сумасшедший марафон начался.       Поначалу люди, взбудораженные приливом адреналина, оставили далеко позади преследователей; но постепенно выжившие стали выдыхаться. Запнулась и упала Розита — но ее тут же подхватили и подняли на ноги Андреа и Мишонн; Юджин совсем запыхался — но Дерил руганью и тычками гнал толстяка вперед; Рик и Кэрол ни на шаг не отпускали от себя детей; Габриэль вообще держался молодцом, разогнавшись на своем инвалидном кресле. На пути отряда все чаще попадались мертвецы, и схватки с ними становились все продолжительней, задерживая продвижение остальных. Без промаха бил арбалет Дэрила, со свистом отсекала гнилые головы катана Мишонн, крушила черепа бита Гленна и рубила шеи мачете Розиты — но каждый новый бой давался все тяжелее, и вскоре в повторяющиеся схватки стала вступать почти вся боевая часть группы. — Больше… не могу… — обливаясь потом, вымолвил Абрахам, опуская на асфальт Мэгги. — Впереди дохрена мертвяков! — крикнул Дэрил, меняя арбалет на автомат. — Пора пробить себе путь пулями! — Нет! — немедленно возразил Рик. — Тогда мы соберем тварей со всего города! — Выхода нет, надо попробовать! — рявкнул Дэрил. — Давайте туда! — Гленн указал на приземистое здание склада слева от дороги с распахнутыми настежь воротами. — Заманим ходячих, забаррикадируем перед ними вход — а сами выйдем через заднюю дверь! — Согласен, — устало кивнул Абрахам. — Тогда прорываемся! — скомандовал Рик, перебрасывая через плечо руку Мэгги, чтобы помочь девушке двигаться быстрее.       Мишонн и Андреа приказа не потребовалось — они уже прорубались к дверям через неплотные ряды мертвецов; в образовавшуюся брешь кинулась остальная часть группы, а Дэрил героически прикрывал их отход, волчком крутясь почти в полном окружении ходячих.       Совершенно вымотавшийся отряд людей пулей ворвался на склад; как только внутрь здания влетел Дерил, вымазанный с головы до пят в крови мертвецов, Абрахам мигом захлопнул за ним двойные двери и навалился на створки всем весом. — Помогите! Тащите упоры! — рявкнул солдат. — Розита, Гленн — найдите выход! Мэгги — присмотри за детьми! Все остальные — к дверям! — отдавал распоряжения Рик, спешно доставая из кармана глушитель и прикручивая его к своему «глоку».       С той стороны к дверям подошли первые ходячие — Абрахам натужно застонал, медленно съезжая назад под их натиском; тут ему на помощь подоспели Дэрил с Юджином, и створки ненадолго качнулись в обратную сторону. Мишонн просунула между дверных ручек стальной прут, Андреа и Кэрол подтащили ко входу тяжеленный сейф, приспособив его в качестве упора — но даже вшестером люди едва удерживали проход. Рик, присоединив наконец глушитель к стволу, тоже намеревался присоединиться к борьбе — но вместо этого забил тревогу: — Двери! Петли не выдерживают, надо отступить — иначе створки рухнут прямо на нас! — Нет! Тогда нам конец! — напрягая все силы, возразил Дэрил.       К счастью, тут к ним подбежал запыхавшийся Гленн: — Мы нашли выход, но там стальная дверь — и она заперта! Розита взламывает замок и просит еще минут пять-семь! — Слышали, народ? Будем медленно отступать туда, давая время Розите — а теперь отходите! — скомандовал Рик, поднимая пистолет.       Кэрол меж тем, отбежав от шатких дверей, заботилась о беззащитных членах команды: — Юджин — отведи Мэгги к Розите! Габриэль, ты вместе с ними! Синтия, милая — держись рядом с Карлом! Ну же, идите! — Я могу сражаться с вами! — попытался поспорить мальчуган. — Нет! — немедленно возразил Рик. — Иди к заднему выходу и защищай тех, кто окажется там рядом с тобой! Живо!       От дверей один за другим отскакивали оставшиеся бойцы — петли жалобно скрипели под натиском мертвецов, и створки начали расходиться. — Бегите, мать вашу! — рявкнул на Дэрила и Мишонн побагровевший от натуги Абрахам; дождавшись их отступления, здоровяк сам бросился назад к товарищам.       Через пару секунд двери со скрежетом распахнулись — и внутрь ринулся поток мертвецов.

* * *

— Всем построиться в линию! Не вырываться вперед, отступать по команде! Не позволяйте тварям окружить вас! И НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ СТРЕЛЯЙТЕ! — стремительно отдал команды Рик, а потом открыл меткий огонь по подступающим мертвецам, давая друзьям время для подготовки.       Один за другим прозвучали семнадцать глухих щелчков — и на пороге рухнули семнадцать мертвецов, затрудняя движение напиравшим сзади; Рик, не тратя время на перезарядку (которой он еще не овладел в полной мере), заткнул пистолет за пояс и выхватил топорик: — Готовься!       Дэрил всадил арбалетный болт в голову еще одному ходячему, не пожалев ценных боеприпасов (в кивере у него осталась лишь одна стрела) — и тоже взялся за монтировку. Остальные выжившие встали рядом со своими лидерами, вооруженные острыми клинками и топорами, увесистыми палками и железками — и собственной непоколебимой отвагой.       Первую волну выжившие встретили яростной контратакой, с воплями и боевыми кличами врубившись в толпу мертвецов. На несколько мгновений показалось, что твари сейчас будут отброшены за порог здания — но потом сказалась огромная численность мертвецов. Словно в старинной легенде, на место одного убитого ходячего вставало трое, а за ними — целый десяток, которых проталкивало целое море гнилых пожирателей плоти. Против такого колоссального неравенства не могла помочь даже самоотверженная отвага героев, и люди были принуждены шаг за шагом отступать, устилая свой путь мертвыми.       Опасность грозила отовсюду — выжившие невольно смыкали ряды, желая чувствовать плечо товарища и знать, что в отчаянный момент тебя не бросят и выручат. Это, помимо очевидных плюсов в обороне, давало и отрицательный эффект: Мишонн и Абрахам, рубившиеся на флангах, отступали куда быстрее соратников, хотя дрались столь же яростно — им угрожал обход. Постепенно прямая линия защитников превратилась в выгнутую к дверям дугу, а потом и вовсе почти в кольцо — неприятель давил их числом, пытаясь в конечном итоге добраться до желанной плоти. Людям оставалось только молиться, чтобы их усилия оказались не напрасными, и Розита все-таки вскроет сложный замок. А пока они были обязаны держаться — сцепив зубы и напрягая последние силы.

* * *

      Пока Розита с отмычками возилась у массивной двери, открывавшейся во внутрь (ворота-жалюзи для транспорта совсем проржавели и не желали подниматься), остальные члены отряда всячески подбадривали девушку и с тревогой прислушивались к звукам схватки у противоположного входа. Но вскоре вполне надежное положение группы изменилось — откуда-то сбоку появилось несколько ходячих, привлеченных голосами. — А они откуда взялись? — растерянно вымолвила Мэгги, опираясь на палку. — Наверное, были здесь до нас, — предположил резко побледневший Юджин. — А может, мы не заметили еще какой вход — и мертвецы ворвались внутрь через него. — Я не могу вам помочь, справляйтесь сами! — не отрываясь от взлома, недовольно крикнула Розита. — Не бойтесь, ибо я молил Господа хранить нас. Мы все под его защитой, — попытался подбодрить всех (и себя в первую очередь) Габриэль, но на него и внимания не обратили.       Мэгги нахмурилась, взяв свой посох наперевес: — Господь помогает тем, кто сам себе помогает. Я справлюсь. Карл, Синтия — держитесь сзади. Юджин — кричи, если меня обойдут.       Стиснув зубы, девушка захромала навстречу тварям. Короткий точный удар — и первый мертвец получил острым концом палки прямо в глаз. Второй оказался чуть проворнее — но Мэгги, поборов острую боль в колене, сумела развернуться и садануть ходячего древком по башке, отбросив его в сторону. Хриплое дыхание еще одного мертвеца девушка чуяла уже за спиной — крутанувшись на низких каблуках сапожек, Мэгги вонзила свой посох под челюсть твари и что есть силы вдавила палку поглубже, доставая до мозга. Мерзкий упырь в последний раз простонал и затих — а Мэгги с отвращением сбросила его со своего оружия, а потом бодро подмигнула товарищам — мол, видите, и я еще на что-то способна! В следующий миг судорога пронзила ее искалеченную ногу, и девушка с воплем упала на пол, словно подкошенная. — Сзади! — отчаянно крикнул Юджин, указывая на мертвеца, уже сбитого ранее девушкой с ног и теперь подбирающегося к жертве. — Помогите! Помогите! — заверещал Габриэль, позабыв о защите Господа.       Решительней остальных оказался Карл — подхватив с пола мачете Розиты, мальчик бесстрашно бросился на помощь Мэгги. — Нет! — ломающим голосом воскликнул он, вонзая клинок в затылок твари, схватившей девушку за лодыжку, после чего принялся помогать Мэгги в подъеме.       Опасность подступала и с другого фланга — из-за боксов и коробок показался еще один прогнивший трупак, имея против себя лишь беззащитных Юджина, Габриэля и Синтию. Смелости выступить вперед хватило только у толстого ученого, хоть он и дрожал как осиновый лист: сжав в ладони свой складной ножик-мультитул, Юджин пытался как следует прицелиться, чтобы ткнуть им в голову твари. Розита, обернувшаяся в этот миг на тревожные крики, сразу же поняла, что беднягу сейчас сожрут. — В сторону, Юджин! — выкрикнула девушка, вытаскивая из кобуры пистолет; ей запрещали стрелять — но позволить умереть ученому, как бы тот ее не бесил временами, она не могла. — Юджин, держи это! — Синтия неожиданно подбежала к толстяку, вручив ему массивную чугунную сковородку, на которой Кэрол обычно готовила ужин на всех. — Наотмашь бей! — выпалила Мэгги, стоя снова на своих двоих.       Юджин собрался с духом и нанес мощный удар тяжелым прибором — по залу разнесся гулкий звон; окончательно поверив в свои силы, он ударил сковородой снова и снова, пока не сбил тварь с ног. Карл, оказавшись в нужном месте в нужный момент, добил мертвеца с помощью мачете Розиты. — Еще идут, — Мэгги с ненавистью указала на новых приближающихся ходячих. — Скоро там? — Я пытаюсь! — раздраженно ответила Розита, взмокнув от напряжения.       Тут из-за препятствий вырвались Кэрол и Гленн, разгоряченные недавней схваткой — они услышали отчаянную просьбу! — Помощь звали? — ухмыляясь, спросил Гленн перед тем, как броситься в схватку. — Нет, — пискнул священник, вновь пытаясь придать себе чинный вид. — Заткнись нафиг, Габриэль! — резко оборвала его Кэрол, устремляясь на помощь Гленну.       Положение и здесь было восстановлено — хоть и в последний момент.

* * *

       С отправкой на помощь товарищам Кэрол и Гленна у отряда Рика наступили тяжелые времена. Их осталось всего пятеро против многотысячной орды, что уже окружила горстку героев; им пришлось сбиться плечом к плечу, и ряды мертвецов пока что бессильно разбивались о их стойкость, словно волны бушующего океана о гранитный утес. — Аргх, черт! — с досады завопила Андреа, оставив в упавшем на пол ходячем свой стальной прут; быстро сориентировавшись, женщина рванула с плеча винтовку, и сбила следующего врага ударом приклада. — Меч, мне нужен меч!       Мишонн добила тварь коротким взмахом клинка: — Андреа, пристрели того; Андреа, пристрели этого. Андреа, оставайся здесь и прикрой людей; Андреа, пойдем с нами — прикроешь… Знаете, это все быстро надоедает! — высказала свое мнение недовольная самурайка, рубя мертвецов слева и справа.       Абрахам тоже не пытался не отставать от двужильной женщины, размахивая своим тяжелым топором и снося головы с гнилых плеч; Рик и Дэрил покрылись кровью врагов с головы до ног, сражаясь плечом к плечу.       Но они все же отступали — и терпели поражение, несмотря на горы трупов на складе. Время работало против них, силы были на исходе — и потому пронзительный крик Гленна об открывшейся двери был воспринят как чудесное избавление. Правда, туда надо было еще пробиться — сейчас пятерка билась в полном окружении. — Клином! Мишонн — вперед! — скомандовал Граймс, и отряд мгновенно (сказывались обостренные чувства героев) перестроился — Мишонн пошла на прорыв, доводя частоту ударов до невозможного максимума; следом в брешь по бокам от женщины врезались Рик и Дэрил, расширяя проход; за ними ринулась почти безоружная Андреа, а отход в одиночку прикрывал Абрахам, срубая по две головы за замах. Но вот последние твари у них на пути пали, и впереди открылся свободный путь. — Бегом! — заорал Дэрил, подгоняя товарищей.       Эти считанные метры до заветной двери показались пятерке самой тяжелой дистанцией, что им когда-либо приходилось пробегать. Абрахам хрипел, на ходу сплевывая мокроту из натуженных легких; вот запнулся Рик — но Дэрил успел поддержать друга, не дав погибнуть; самого Диксона, вдруг поперхнувшегося и на миг остановившегося, тут же поволокли за собой Андреа и Мишонн. Чуть живые они вырвались на улицу, и Кэрол тут же закрыла за ними дверь, а Гленн живо прикрутил к дверной ручке толстую проволоку, другим концом уже привязанную к стальному колышку в стене. Ходячие забарабанили по ту сторону, но открыть стальную дверь, распахивавшуюся вовнутрь, уже никак не могли.       Наконец-то люди получили краткую передышку, чем они и воспользовались, повалившись кто куда. Впрочем, опасность сохранялась — в переулке оказалось несколько ходячих, которых срубила Розита, пропустившая все сражение. Не без труда Рик заставил себя подняться и сообщил товарищам: — Нельзя нам здесь оставаться. Идем дальше.

* * *

      Солнце уже спускалось к закату, когда группа выбралась к самой окраине Вашингтона — на сей раз именно Вашингтона, а не его пригородов! Впереди показалась громада Пентагона — но людей поразило не само здание, а пространство перед ним.       Даже без увеличительных линз (Рик имел при себе бинокль, а Андреа — винтовку с оптическим прицелом) выжившие отлично видели поле ожесточенного сражения, что когда-то здесь разыгралось. Перед Пентагоном рядами стояли мощные гаубицы, тяжелые танки и самоходные орудия (а обычных машин было и не сосчитать) — но было ясно как день, что живые здесь были разбиты. Даже сейчас около здания бродили едва заметные на фоне техники фигурки ходячих — жителей города, защитников последней цитадели Америки и просто беженцев; на широкополосном шоссе валялись обломки вертолета, а сама трасса была все в ямах и рытвинах — следах от снарядов. — Это город мертвых, — мрачно проскрежетал Дэрил. — Так сюда нам надо было тебя доставить? — Рик обернулся к Юджину, пылая гневом. — Нет, — невозмутимо молвил ученый. — Я же сказал — «Вашингтон», но Пентагон вне черты города. Понимаешь? — Надеюсь, ты все-таки скажешь нам точное место? — с трудом сдерживая злобу, спросил у толстяка Абрахам. — Разумеется, — спокойно ответил Юджин. — Абрахам, помнишь наш разговор на берегу Миссисипи? Думаю, сейчас самое подходящее время для исполнения твоего желания. — Желания? — недоверчиво переспросила Кэрол, ожидая подвоха. — Это личное, — буркнул Абрахам. — Мы ничего не потеряем, немного уклонившись от курса, — холодно процедил Юджин, просто на корню подавляя возражения. — К тому же, так будет куда безопаснее, чем продолжать путь по шоссе мимо Пентагона. — Ну тогда ведите, — наконец сдался Рик, чувствуя себя так, будто бы им манипулируют.       Обогнув Пентагон стороной, группа двинулась на север через жилые кварталы; Рик уже полагал устроиться на ночь в одном из домов (вокруг быстро темнело) — но Юджин с Абрахамом упрямо вели их дальше, в какой-то парк. — И что мы будем там делать? — недовольно фыркнул Дэрил, разгадав их план. — Пикник на траве устроим? — На кладбищах пикники не устраивают, дубина, — зыркнув на Диксона недобрым взглядом, бросил Абрахам. — Это Арлингтонское мемориальное кладбище, если быть точным, — добавил невозмутимый Юджин.       Ходячих в этом квартале почти не было — чтобы справиться с одиночками, вполне хватало усилий одной Розиты; других же проблем до самой границы кладбища выжившие не испытывали.       После того, как они перевалили через невысокую кирпичную ограду (скорее, даже парапет — всего метр высотой), герои словно очутились в другом мире — кругом было совершенно тихо, и по разросшейся без газонокосилок траве не расхаживал ни один мертвец. Здесь все они спали вечным сном в земле, под крестами и памятными плитами. — Мне страшно, — прошептала Синтия, вцепившись в руку Кэрол. — Не надо бояться их, милая — они уже никогда не выберутся из могил, — ласковым голосом успокоила девочку женщина. — Хм, а фильмах ужасов всегда наоборот, — тихо пробормотала Мэгги, опираясь на свою палку. — Но мы-то не в фильме снимаемся, — улыбнулась ей Андреа, предлагая помощь.       В ходе их прогулки по тихому кладбищу к Рику сбоку пристроилась Мишонн. — У тебя ведь есть план на завтра? — тихо, чтобы не услышали остальные, спросила осторожная самурайка. — Пока нет — но я как только мы остановимся на ночлег, я все узнаю у Юджина, — приглушенным голосом ответил Граймс. — Хорошо бы. Не хочется вновь сражаться со стадом мертвецов, — строго заметила женщина. — Я поговорю с ним. Обещаю, — решительно заверил ее Рик, глядя на ученого — тот уже заводил группу на новую дорожку. — Нам сюда, — невозмутимо сообщил Юджин.       Отряд выбрался из рощицы деревьев — и остановился, пораженный чудесным зрелищем. Слева от них на холме величаво красовалось прекрасное здание из белого мрамора, выполненное в античном стиле; к этому шедевру архитектуры вела широкая каменная лестница со многими ступеньками. — Мемориальный амфитеатр Арлингтона, — с видом знатока молвил Юджин товарищам, раскрывавшим рты от такой красоты (даже Дэрил притих, прикованный взглядом к памятнику).       Вместе они поднялись на холм по ступенькам, продолжая удивляться красоте этого места — казалось, строители внесли частичку своей души в возведение изящного и величественного мемориала. Впрочем, Абрахама красоты не интересовали — Форд упрямо топал вперед, нацеленный на что-то другое.       Разгадка пришла на самом верху лестницы — напротив входа в амфитеатр возвышался куб из такого же белого мрамора; Эйб неожиданно замер перед ним и тихо пробормотал: — Могила Неизвестных. — Могила Неизвестных! — куда более важным тоном повторил за ним Юджин. — «Здесь покоится снискавший славу и почет американский солдат, имя которого знает только Бог», — Гленн прочел надпись на надгробии этого простого мемориала. — Ух ты…       Абрахам между тем шагнул к самому памятнику — там спиной к плите сидел высохший на солнцепеке труп человека в полуистлевшей парадной форме армии США, сжимавший в руках посеревшую от дождей винтовку. — Заколол себя штыком, ударом вверх под подбородок, чтобы не обратиться, — издалека определил причину смерти Дэрил. — А застрелиться не мог? — усомнилась Андреа. — Это церемониальный пост — патронов солдаты не получают, — строго заметил Юджин. — Точно, — подтвердил Абрахам, — Это магазинная винтовка М14 — но магазина для патронов здесь нет, только штык. — Почему же он не ушел, как многие? — прошептала Мэгги, искренне сочувствуя этому бравому безымянному солдату, когда-то несшему здесь службу. — Потому что смена не пришла, — догадался Рик, помрачнев. — А солдат не смог уйти, потому что у него был приказ. — И он был верен ему до самого конца, — глухо закончил Абрахам, вдруг опустившись на одно колено перед собратом и склонив низко голову; в руке Форд сжимал винтовку предшественника, словно принимая наконец от бедняги пост №1. Видимо, увидеть этот памятник и было той самой мечтой Форда, о которой мужик не хотел рассказывать. — Спи спокойно, мужик, — с грустью промолвил Гленн, после чего всего вокруг притихли, негласно установив минуту молчания в честь безымянного героя — а также всех своих друзей и родных, кто не дожил до такого дня. И такие почести казались сейчас выжившим куда честнее и правильнее поминок с алкоголем, что проводились вчера.       Но они будут помнить друзей всегда, вплоть до последнего мига своей жизни.