Долгая дорога в Вашингтон

      Рик с удовлетворением смотрел за товарищами, что освободились от лишнего груза и относили теперь ненужное снаряжение в дом — кажется, в этот раз ему удалось повернуть энергию отряда в нужное русло. Дело было за малым — требовалось «всего-навсего» проникнуть в самый центр Вашингтона, не попасть в зубы мертвецам или местным бандитам (если кто еще выжил в городе) и хорошо провести там время, отбросив ненадолго печальные настроения. — Пап, ты это всерьез? — Карл отвлек отца от созерцания сборов.       Рик повернул к нему голову и чуть улыбнулся: — Конечно, сынок. Все будет хорошо, обещаю. — Здорово у тебя выходит: и группу убедил, и меня заинтересовал, — Карл не смог удержаться от чуть растерянной улыбки. — Я хочу тоже стать таким хорошим лидером, как ты. — Непременно им станешь, сынок — только подрасти немножко, — подбодрил его польщенный Рик, обняв сына здоровой рукой. — Эм… прошу прощения? — к Граймсам подкатил Габриэль на своем инвалидном кресле. — Говори, — спокойно молвил ему Рик, вновь приняв сосредоточенный вид. — Я думаю, что буду вас только задерживать в пути. Если вы не возражаете, я хотел бы остаться сегодня в этом доме, чтобы посвятить себя смирению и тишине. Я буду молиться за ваше счастливое возвращение — надеюсь, вы еще сюда вернетесь… — Конечно, Габриэль, — уверенно сообщил священнику Рик, обменявшись с ним рукопожатием. — Это добровольное дело, я никого не принуждаю. Не беспокойся, мы обязательно вернемся. Проведите это время с пользой, отче. — Благодарю, брат мой во Христе, — смиренно склонил голову Габриэль, — я буду истово молиться за всех вас. — Наверное, я тоже останусь здесь, — подал вдруг голос расстроенный недавними событиями Юджин, сидевший на траве чуть поодаль. — Я буду лишь возбуждать ненависть своим присутствием, я совершенно бесполезен в бою и быстро устаю. Может, вы согласитесь потом на одну партию в шахматы, Габриэль? — Еще чего придумал! — ответить священнику не дал Абрахам, появившийся на крыльце особняка во всеоружии. — Ты идешь с нами, «ученый», и не смей увиливать. — Что? — пискнул испуганный Юджин. — Я уверен, что ты знаешь немного о местах на той стороне реки. Отвечай, бывал тут раньше? Читал книжки про Вашингтон? — Бывал. Со своим классом на экскурсии. И книги читал, — пробормотал Портер, не смея вновь солгать под грозным взглядом Абрахама. — Вот и отлично. Будешь сегодня нашим экскурсоводом, ужин хоть отработаешь — и чтоб старался, мать твою за ногу! — Понял! — торопливо отозвался Юджин, почуяв возможность для частичной реабилитации; тяжело поднявшись на ноги, он отряхнулся и стал копаться в своем рюкзаке, отыскивая необходимую литературу.       Абрахам тем временем подступил к Рику — кивнув в сторону толстяка, вояка с мрачным видом процедил немного сбитому с толку Граймсу: — Иду на это только ради тебя, мужик. Надеюсь, ты не ошибаешься. — Я ценю это, Абрахам, — твердо молвил Рик, глядя напарнику в глаза. — Не позволяй ненависти тебя сожрать.       Эйб, лицо которого в этот миг исказилось от боли, тяжело вздохнул, а потом хрипло ответил: — Жду всех у подножия холма. Не тяните долго, — после чего двинулся по дорожке вниз.       Через пару минут подтянулись и остальные — оглядев их, Граймс чуть улыбнулся: — Ну, все готовы? Тогда отправляемся, ребята.

* * *

      Без особых приключений группа пересекла кладбище и выбралась за кованые решетки ворот, ступив на прямую дорогу к широкому Арлингтонскому мосту, ведущему на тот берег Потомака, прямо к Национальной Аллее и Мемориалу Линкольна. За исключением нескольких ходячих впереди, путь был чист — и Рик на какое-то время погрузился в размышления, наблюдая за соратниками вокруг.       Не отходя от отца ни на шаг, по правую руку от мужчины вприпрыжку двигался Карл — судя по веселому настрою, он уже предвкушал отличное приключение. Рик с трудом сдерживал улыбку, глядя на сына — тот словно вспомнил о своем юном возрасте и вел себя так, как и положено мальчишке его возраста, а не как мрачный, серьезный не по годам психопат. Граймс-старший считал это хорошим знаком: пусть хоть сегодня Карл побудет ребенком, сбросит груз вины — может, отдых чуть поправит душевное здоровье его сына.       На сердце Рика потеплело, когда он посмотрел на Гленна и Мэгги: тот аккуратно поддерживал супругу, попутно рассказывая какую-то забавную историю — а она, пытаясь сосредоточиться на походке, нетерпеливо шикала на парня, но в итоге все-таки заулыбалась. Эта пара всегда была для шерифа источником надежды, лучом света в мире, полном кошмаров; он словно стал им приемным отцом, а они — его детьми (после Карла, разумеется). Гленн даже после всех потрясений сумел сохранить свои лучшие качества — благородство, беззаветную отвагу, позитивный настрой; на протяжении всего путешествия он был «душой компании», и постоянно находил способ подбодрить товарищей. В том, что они добрались до Вашингтона, была и огромная заслуга Гленна.       К Мэгги Рик всегда относился с большой теплотой — теперь, после смерти всей ее семьи, мужчина считал своим долгом сделать все возможное ради счастья бедняжки. Девушка и так сильно пострадала — вдобавок к ее душевным переживаниям добавилась и телесная травма, надолго (если не навсегда) выбившая Мэгги из числа «добытчиков». Последнее было особенно несправедливо, учитывая ее сильный характер, незаурядные навыки и огромное желание помочь группе. В дальнейшем Рик полагал придумать ей должное занятие, чтобы та не чувствовала себя обделенной и никчемной.       Вот и мост. Абрахам, возглавлявший колонну, вытащил из-за спины притороченный к рюкзаку топор и молча двинулся навстречу немногочисленным ходячим, бесцельно бродившим по полосам движения. Рик прекрасно понимал чувства Форда — и он был совершенно раздавлен несколько недель назад, лишившись смысла жизни и душевного покоя. У Эйба же вообще ничего не осталось; и раз ему требовалось немного «выпустить пар», Граймс не собирался мешать мужику. Без армейских навыков Форда группа обречена, Рик в этом не обманывался ни на миг. Почему-то шериф был уверен, что Абрахам сумеет справиться с собой — армейская выдержка, постоянная угроза и забота об остальных должны были вернуть солдата в строй. Ну и Розита постарается растопить его суровое, но отходчивое сердце — Граймс вздохнул с облегчением, когда девушка помчалась на выручку здоровяку. Сейчас самое время им всем сплотиться, это точно.       Как-то незаметно рядом с Риком объявился Дэрил — отводя взор, охотник глухо пробормотал: — Насчет утренних событий… Извини, я психанул тогда, не удержался. Знай, что я с тобой. — Не передо мной надо извиняться, Дэрил, — спокойно ответил Рик. — Я никогда и не сомневался в твоей преданности, друг. Все в порядке.       Диксон, прикусив губу, в задумчивости кивнул, после чего вновь обратился к шерифу: — Слушай, а ты бы и впрямь пристрелил нас с Абрахамом, если бы драка не остановилась? — Конечно, нет — слишком много мы прошли вместе. Ты не Шейн, Дэрил — как и Абрахам, — на полном серьезе ответил Граймс. — Хотя… наверное, я все же прострелил бы вам обоим по колену — чтобы точно усвоили урок.       Диксон в недоумении посмотрел на ухмыляющегося Рика, после чего фыркнул и беззлобно буркнул: — Ну ты и козел. — Сам засранец, — шутливо парировал Граймс. Дэрил легко толкнул друга локтем в бок, а потом сообщил, посерьезнев: — Пойду помогу Абрахаму — заодно обстановку впереди оценю. — Возьми бинокль, — Рик протянул Диксону прибор, висевший у него на шее; охотник благодарно кивнул и ускоренным шагом двинулся вперед.       Дэрил на его стороне — несомненно, это отличная новость. Еще больше Рика радовал настрой друга — Дэрил больше не горевал в одиночку по погибшему брату, не объявлял «вендетту» всему миру. Просто делал свою работу, не больше и не меньше — именно то, что требовалось группе. Конечно, вид Дэрила в последние дни оставлял желать лучшего (тот здорово исхудал, побледнел и зарос щетиной) — но Граймс считал это временным явлением, всем сейчас было тяжело. Как только они найдут подходящее укрытие, люди смогут поправить свое здоровье и восстановить силы — вряд ли их путешествие надолго затянется.       Вот с Граймсами поравнялись Кэрол и Синтия. Старые обиды были давно позабыты, и теперь Рик рассматривал женщину в качестве одного из сильнейших союзников в своем деле. Абрахам был главной мускульной силой экспедиции, Дерил — ее глазами и ушами, Гленн — сердцем, сам Рик — мозгом; незаметная с первого взгляда роль Кэрол в хозяйственной части была не менее важной. Распределение продуктов, подсчет добычи, составление списков необходимого снаряжения, соблюдение санитарных норм и приготовление здоровой вкусной пищи из всякой дряни — вот далеко не полный перечень функций, которые взяла на себя эта женщина. Возможно, кто-нибудь другой удовольствовался бы такой вполне незаметной ролью, но не Кэрол — она охотно участвовала в поисках, сражалась с мертвецами, тянула лямку лишений, попутно занимаясь воспитанием приемного ребенка. Последним фактом Рик особенно восхищался — несмотря на трагический опыт, женщина сумела найти в своем сердце немного добра для незнакомого человечка. Возможно, Граймс несколько преувеличивал ее заслуги, но иногда Кэрол казалась ему собственным отражением в зеркале, только противоположного пола: оба вкалывали на группу, оба теряли детей, оба поднимались из грязи, чтобы бороться дальше, оба были готовы пойти на невозможное ради детей. Впрочем, эта же схожесть положения вызывала у Рика некоторую обеспокоенность: он знал, насколько тяжел взятый Кэрол груз забот, и теперь искренне надеялся, что женщина не сломается под такой ношей. Наверное, ему стоит поговорить с ней о делегировании части полномочий (Мэгги, к примеру) — даже самым стойким необходим отдых.       Мимо Рика, прибавив шагу, прошла Андреа с винтовкой за спиной. Как казалось шерифу, женщина перенесла потерю Мэрла куда лучше Дэрила — от остальной части группы не отдалилась, старалась поддерживать разговоры у костра, но все еще находилась под грузом тяжелых воспоминаний. Может, она просто привыкла терять близких людей, кто знает. Подходящей для себя роли за эти недели Андреа не нашла, оставаясь рядовым участником путешествия — но даже из этого блондинка извлекла плюсы, так или иначе помогая окружающим при подходящем случае, не чураясь любой работы. В конце концов, как понял Рик сегодня утром, Андреа удалось выбраться из своей депрессии, и это было хорошим событием — она, как и все прочие, скоро ему понадобится для выполнения жизненно важных задач.       Первые члены группы, здорово растянувшейся по мосту, уже собирались на «столичном» берегу Потомака, когда к Рику присоединилась Мишонн, составлявшая вместе с Юджином арьергард отряда. — Думаешь, я окончательно спятил? — тихо спросил ее Рик, глядя на сына, что стоял впереди у перил моста и швырял в воду камешки и асфальтную крошку. — Ты о чем это? — невозмутимо отозвалась Мишонн. — Мое решение. Дурацкая мысль, но ничего лучше я в тот момент не придумал. А теперь уже поздно, отступать нельзя; мы должны быть наготове, иначе… — Отличная мысль, на мой взгляд, — оборвала его Мишонн, чуть улыбнувшись. — Передохнем, наберемся хороших впечатлений и решим, что делать дальше. Все правильно, Рик — не терзай себя так. — Думаешь? — слова одобрения придала мужчине уверенности. — Что ж, спасибо за поддержку — я уже сбился со счету, так часто ты на моей стороне. — Может, мы с тобой женаты?       Рик с легким недоумением посмотрел на Мишонн — а потом оба весело рассмеялись над шуткой; пройдя еще немного, женщина добавила более серьезным тоном: — Я привыкла не сомневаться в правильности твоего выбора — за исключением тех редких случаев, когда ты не в себе. Да и потом, альтернативного плана все равно ни у кого не было — так что лучше куда идти и сражаться, чем сходить с ума в четырех стенах, я считаю. — Справедливо, — хмыкнул Рик, все же немного уязвленный напоминанием о вчерашней выходки с Юджином. — Значит, сегодня я могу на тебя рассчитывать? — Как и всегда, Рик, — с улыбкой ответила ему женщина, двинувшись к Андреа. — Как и всегда.

* * *

      Для разведки Национальной Аллеи были посланы Дэрил и Абрахам — со ступенек Мемориала Линкольна, куда те отправились, открывался прекрасный вид до самого Капитолия. Остальная же часть группы расположилась в безопасности на берегу реки — сегодня там не было ни единого мертвеца. Народ коротал минуты ожидания по своему усмотрению: Мишонн невозмутимо улеглась прямо на асфальте и прикрыла глаза, пытаясь подремать; Андреа в очередной раз протирала носовым платком линзы оптического прицела своей винтовки; Кэрол подтачивала нож, то и дело поглядывая в сторону белокаменного мемориала, куда ушли Дэрил и Абрахам; Гленн увлек остальных играть в мяч (тем самым бейсбольным мячиком) — Мэгги, Розита, Карл и Синтия с удовольствием согласились убить время.       Рик же подошел к резным перилам моста, оперся на них и стал смотреть в реку, пытаясь обнаружить в темных глубинах Потомака ответы на мучающие его вопросы. — У этого места большой потенциал, — от внезапного голоса Юджина за спиной Граймс чуть не свалился с моста в реку.       Рик обернулся и с подозрением взглянул на толстяка: — Прости, что? — Река. Это же настоящий клад, — Юджин заметно нервничал, буквально выдавливая из себя слова. — Можно ловить и заготавливать впрок рыбу; сама река может использоваться в качестве безопасной линии коммуникаций, если удасться найти лодку. Конечно, течение здесь слабое — но думаю, я бы мог подумать и… — Так, стоп — я понял, — Рик жестом остановил собеседника. — Тебя никто не собирается изгонять, Юджин. Я не сомневаюсь, что в будущем ты докажешь свою пользу; сегодня же, сделай милость, постарайся загладить свою вину перед остальными. Больше никакой лжи, понимаешь? — Да, — тихо согласился тот. — Отлично, — благосклонно кивнул Граймс. — И еще — постарайся быть не такой заносчивой свиньей, как раньше, ладно? — Понял, — Юджин торопливо затряс головой в знак согласия. — Спасибо, Рик. Я этого не забуду, обещаю.       Рик чуть усмехнулся — сейчас он был уверен, что Юджин говорит правду; оставалось надеяться, что и последующие действия «ученого» принесут пользу группе. Как знать — может, им сейчас больше требуется не грубая сила, а острый ум?       Вот наконец показались фигуры Дэрила и Абрахама, возвращавшихся с разведки — их мигом обступили остальные. — Ну, что там? — нетерпеливо спросил мужиков Рик, пробираясь к ним.       Те переглянулись, а потом Абрахам ответил: — Мы никого не заметили на Аллее, сколько ни смотрели в бинокль. — Это же хорошо, верно? — осторожно встрял в разговор Гленн. — Только вот зрелище не самое приятное, — нахмурившись, добавил Дэрил.       Рик с пару мгновений смотрел на друга, после чего отмахнулся: — К черту. Главное, что ходячих нет, идем дальше, — сообщил всем Граймс, и отряд двинулся вглубь Вашингтона.       Еще несколько минут ходьбы, и выжившие оказались у ступеней Мемориала Линкольна; здесь раскидистые вязы в своем янтарном осеннем уборе наконец раздались в стороны, откуда в былые времена открывался роскошный вид на длинную, в несколько миль, Национальную Аллею. То было пару лет назад — сейчас от увиденного у людей сдавило грудь от ужаса.       В сотне метров от мемориала, вокруг которого еще уцелела жизнь, начиналось выжженное дотла поле — все деревья и газоны были уничтожены адским пламенем. Воронки от разрывов мин снарядов изуродовали дороги и тропинки впереди; Зеркальный Пруд, в котором раньше отражался Монумент Вашингтону, был тоже поврежден бомбами и пересох, обнажив дно. Сам громадный белый шпиль высотой в полторы сотни метров зловеще возвышался над черным пепелищем, словно гигантский клык какого-то монстра.       Раскинувшийся еще дальше Капитолий, почерневший от копоти, тоже не внушал уюта, как и музейные громады по обе стороны от широченной авеню. Ни ходячих, ни живых на всем этом огромном поле не показывалось — но даже невооруженным глазом можно было различить бесчисленные костяки погибших тут людей, что устилали центр улицы сплошным грязно-серым ковром смерти. — Мать твою… — помимо воли вырвалось из уст Рика. — Ну, нам остается только верить, что сами музеи сохранились лучше, — как можно более бодрым тоном (фальшь раскусили абсолютно все) промолвил Гленн. — Кто-нибудь может просветить — что здесь за фигня произошла? — протянула Розита. — Напалм и ракеты, — коротко ответил Абрахам. — Похоже, что здесь были сотни тысяч ходячих — и их пытались уничтожить разом у стен Капитолия. Не вышло. — Интересно, как себя чувствовал Президент — такой толпы он даже на своей инаугурации не видел, — задумчиво пробормотала Андреа. — Но куда делись оставшиеся мертвецы? — засомневалась Мэгги. — Не могли же военные сжечь тут всех мертвецов города, верно? — На такую резню наверняка стянулось вдесятеро больше мертвецов из округи, — согласился с девушкой Дерил, почесав пятерней грязную щеку. — Все верно, — тихо сообщил стоявший позади всех Юджин. — Мертвецы просто ушли, но могут быть совсем рядом.       На такой открытой площадке достаточно двинуться одному ходячему, и за ним потянутся остальные. Эффект домино, понимаете? — Да. Значит, нужно быть особенно осторожными, — ответил нахмурившийся Рик. — Какая первая остановка, Юджин? — Ммм… Национальный музей американской истории, — поискав глазами нужное здание, ответил толстяк. — Никто не испугался кучки скелетов, народ? — громко обратился ко всем Абрахам. — Ну тогда пошли!

* * *

      Пепелище по пути следования отряда создавало настолько гнетущую атмосферу, что выжившие успели позабыть о цели своего пребывания здесь. Почти никто не слушал приглушенный рассказ Юджина о истории строительства города и всех памятников вокруг — вместо этого люди с тревогой озирались вокруг, держа пальцы на рукояти ножа или пистолета. Они словно очутились в пост-апокалиптическом варианте вестерна, где герой фильма проходит по пустынной улице города, чтобы вступить в финальную схватку с главным злодеем. К счастью, местных «злодеев» — ходячих мертвецов — нигде не было видно, и компания спустя четверть часа благополучно достигла первого из музеев столицы.       Проникнув через незапертый вход в лобби и почувствовав в этих стенах кое-какую защиту, публика смогла осмотреться вокруг. — А здесь, в общем-то, не так уж плохо, — призналась Мэгги. — Стекла в окнах кое-где выбиты, но в целом порядок. — Конечно, это же не продуктовый магазин, — высказалась Мишонн. — Когда вокруг мертвые встают, ты меньше всего будешь думать о посещении музея. — Ну, хоть за посещение нам можно не платить, — пошутил Гленн. — А то у меня даже мелочи с собой нет. — Это и не нужно — вход сюда и в другие музеи свободный, — тихо возразил Юджин. — Отлично, — пробормотал Рик, подходя к информационному стенду с планами. — С чего начнем, Юджин? — В прошлый раз мы отправлялись к выставке «Америка в движении»; потом, полагаю, можно побывать и на других этажах, — с готовностью доложил Портер. — Превосходно. Чего мы ждем? — Граймс улыбнулся, увлекая группу за собой.       Указанная выставка на первом этаже заключала в себе всевозможные виды транспорта, когда-либо колесившие по дорогам Америки: кареты и дилижансы, самокаты и велосипеды, всевозможные автомобили и мотоциклы (Дерил успел присмотреть себе один, да бензина в баке не оказалось — пришлось оставить), трамваи, вагоны метро — и даже паровоз из девятнадцатого века. Про каждую штуковину у Юджина находилась пара фраз, так что краткая экскурсия обернулась весьма длительным обходом. По окончании выступления «гида» Рик глянул на часы и сделал предложение: — Ребят, здесь столько всего, что нам потребуется неделя на осмотр; поэтому предлагаю разделиться и заглянуть туда, куда душа желает. Кажется, внутри только мы — но, если встретите ходячих, кричите. Встречаемся в холле примерно через час. Вопросы?       Возражений не последовало, и его товарищи стали потихоньку разбредаться по экспозициям огромного музея — тут каждый мог найти близкую по духу тематику. Рик уже думал отправиться с Карлом по этажам здания, но тут уловил на себе просящий взгляд Кэрол; попросив сына немного обождать, он кивнул женщине, и они отошли в сторонку, уединившись за колонной. — Да, Кэрол? — тихо спросил Рик, подбадривая собеседницу. — Мне нужно немного побыть наедине с собой — сможешь это время побыть с Синтией? — прямо спросила она.       Взгляд голубых глаз Рика внезапно потеплел, а в бороде показалась легкая улыбка: — Конечно, Кэрол; Гленн с Мэгги уже захотели присоединиться к нам с Карлом — думаю, девочке понравится такая компания. — Спасибо, — устало вымолвила женщина, смущенно опустив взор. — Эй, все нормально. Побудь одна столько, сколько сочтешь нужным — а пока иди сюда, — мягко заметил Рик и по-дружески обнял женщину, и та не стала возражать.

* * *

      Скоро на выставке техники остался один Абрахам — у вояки не было особого желания бродить по коридорам и разглядывать местные реликвии; с гораздо большим удовольствием он разбил бы парочку гнилых голов — собственно, это и было одной из причин (наряду с воинским долгом) его участия в «музейном» походе. Сегодня была перевернута еще одна страница в его жизни, и путешествие через всю Америку длиною в год оказалось напрасным. Абрахам, усевшийся прямо на полу, находил немало общего между ним и мощным паровозом, бывшим одним из украшений здешней коллекции.       «Наверное, этот трудяга тоже когда пахал на железных дорогах, перевозил по стране кучу всякого дерьма — а потом его обманули и списали с довольствия, оставив здесь стареть», — раздосадованно подумал мужик, потянувшись к фляжке на поясе — но там уже не один день плескалась вода, а не спирт. В кармане у Абрахама лежала пенковая трубка — но табаку он так и не отыскал за это время.       «Да и сам я хорош — человек без цели, сила без применения», — мрачно подумал Эйб, поднимаясь на ноги и подходя к паровозу. Нужно было отдать должное персоналу музея — вся техника была отполирована до блеска и сохранилась в целостности; хмыкнув, мужик полез в кабину управления.       Там тоже все было словно с иголочки, и даже толстый слой пыли не портил впечатления. Форд любовно провел ладонью по приборной доске, заглянул в топку, примерил картуз машиниста — и тут услышал знакомый голос: — Отлично выглядишь. Можно присоединиться?       Эйб выглянул в окошко, недобро глядя на Юджина, смиренно ожидавшего внизу. На миг мужику захотелось голыми руками разорвать лжеца, но Форд все же сдержался: — Залезай, не съем, — грубо выдохнул он.       Юджин долго кряхтел, вскарабкиваясь во узкой лесенке (уж не нарочно ли?) — и Абрахаму пришлось вытянуть его на площадку. Оказавшись на месте, умник словно бы позабыл про присутствие угрюмого солдата, с восхищением и уважением осматривая устройство паровоза: — Поразительно, вблизи это выглядит еще лучше, чем на чертежах. Паровой механизм — вот с чего начнет возрождаться человеческая цивилизация! — Чего хотел-то? — буркнул недовольный Абрахам, усевшись в кресле машиниста. — Извиниться еще раз, — грустно сообщил Юджин, повернувшись к товарищу. — Я должен был рассказать правду сразу после Терминуса, чтобы не заставлять всех вас рисковать жизнями. Знаю, я трус и слабак — но по-прежнему хороший человек. Как и ты, Абрахам. До прощения мне далеко, поэтому я прошу хотя бы о шансе на снисхождение. Обещаю, что больше тебя не подведу.       Абрахам большую часть его речи стоял прямо перед ним, уперев сильные руки в бока и почти касаясь головой потолка кабины; с каменным лицом вояка холодно прокомментировал: — Подлизываться ты умеешь, это точно. — Значит, ты согласен на мир? — тут же выпалил Юджин.       Эйб оценивающе окинул взглядом мигом взмокшего от напряжения толстяка — и коротко кивнул: — Ладно, черт с тобой. Не убивать же тебя, в самом деле. — Здорово, — выдохнул обрадованный Юджин. — Обещаю, теперь все будет по-другому. Только представь, чего мы вместе сможем достигнуть! Твои армейские навыки и физическая сила плюс мой интеллект — залог успеха! — Эй-эй, ты губу-то не раскатывай, умник, — недовольно фыркнул Абрахам. — Кто говорил о сотрудничестве? Пока что только мир — это значит лишь то, что я не задушу тебя ночью. — Разумеется, — Юджин чуть подрастерял свой проснувшийся энтузиазм, нервно сглотнув ком в горле. — Как насчет совершенно безвозмездной экскурсии по этому месту? Клянусь, тут есть интересные даже для тебя секции… — Эх, валяй, — хмыкнул Абрахам, махнув рукой, после чего они стали выбираться из паровоза.       Что-то подсказывало Абрахаму, что этот скользкий тип от него теперь не отклеится и когда-нибудь вновь отвоюет позиции, утраченные сегодня утром; Форд даже не знал, к добру это или к худу.

* * *

      Большая компания в составе Рика, Карла, Гленна, Мэгги и Синтии добралась до зала первых поселенцев. Выставка показывала первое празднование Дня Благодарения первыми пилигримами и индейцами в Новом Свете: манекенов в разнообразных костюмах собралось вокруг праздничного стола, заставленного угощениями — к сожалению для выживших, ненастоящими (Карл только вздохнул, увидев муляж жареной индейки). — Предлагаю устроить такой же пир на День Благодарения, а то я уже забыл, что это такое, — весело предложил остальным Гленн. — Тогда скажи мне, какой сегодня день, — ухмыльнулся Рик, осторожно взяв у одного из индейцев легкий томагавк с тонким узором на лезвии. — Эмм… черт, так не честно, Рик! — призадумавшись, наконец ответил Гленн. — Давайте просто сойдемся на том, что он, скажем… завтра? — Как скажешь — только индейку сначала добудь, — с улыбкой ответил Рик, раздумывая, не оставить ли новое оружие взамен прежнего топорика. — Буду смотреть в оба глаза, — весело заверил друга Гленн, примеряя одну из треугольных шляп поселенцев.       Мэгги тем временем разглядывала дамские наряды, опробовала красивый складной веер (а потом подарила вещицу Синтии), после чего решительно отобрала у одного из пилигримов старинную трость с массивным набалдашником из кости.       Это не укрылось от внимания Гленна: — Думаешь, эта штука тебе нужна? — посерьезнев, спросил у нее парень. Мэгги с хитринкой посмотрела на мужа: — Конечно. Буду иногда этой палкой тебя поколачивать — для профилактики, — и в подтверждение своих слов легонько стукнула Гленна по заднице. — Ау! — подпрыгнул тот под смех девушки, потеряв головной убор, и тоже заулыбался.       Пока эти двое спорили, Карл вытащил из-за пояса одной фигур тяжелый кремниевый пистолет — чтобы удерживать его, мальчишке требовались обе руки. — Круто… — выдохнул он, целясь в одного из краснокожих.       Рик, остановивший свой выбор на прежнем оружии, собирался было подшутить над сыном — но Граймса уже опередил Гленн: задорно подмигнув другу, он взял у другой фигуры такой же пистолет и громким низким голосом обратился к Карлу: — Вот и настал ваш конец, сударь! Сдавайтесь, или я, барон Гленн Де Ритер, убью этих невинных дам! — для пущей убедительности кореец кивнул в сторону Мэгги и Синтии.       Обалдевший Карл пару мгновений с изумлением глазел на Гленна, но потом понял правила игры и столь же низким голосом (вышло еще забавнее) ответил, поднимая оружие: — Нет, сэр! Я, эээ… граф Карл фон Граймсман, вызываю вас на дуэль. Примите вызов, кхм, и умрите с честью, если вы мужчина! — Да будет так! — с вызовом бросил «барон Де Ритер». — Вызов принят! — громко провозгласил Рик, с трудом сдерживаясь от приступа неудержимого хохота. — Стрелять на счет «три»! Раз, два — три! — Ба-бах! — ответил за свой пистолет Гленн с наигранной злобной усмешкой архизлодея. — Бум! — ответил Карл, нажав на курок — и его противник со стоном упал на пол, картинно взмахнув руками и выронив оружие. — Пощадите… вы победили, сэр — я сдаюсь, — хриплым голосом признался «барон», приподнимаясь на одном локте. — Передайте вон той прекрасной даме, что я люблю ее; а теперь позвольте мне спокойно умереть… — Обещаю. Покойтесь с миром, сударь, — заверил его Карл, опустившись на колени перед противником. — Браво! — громко крикнул ухмыляющийся Рик, довольный актерской игрой обоих; Мэгги послала «убитому» воздушный поцелуй и захлопала в ладоши; даже равнодушная до того к экскурсии Синтия невольно заулыбалась. Сами же дуэлянты, приняв степенный вид, стали раскланиваться, благодаря довольных зрителей.       Как же мало иногда требуется людям для счастья!

* * *

      В это время на другом конце здания шагали по пустынному коридору Мишонн и Андреа — блондинка разглядывала мятый буклет, подобранный по пути. — Может, зайдем в зал, посвященный Звездно-полосатому флагу? — предложила Андреа. — Пфф, это же скучно — или ты по пафосным фразочкам соскучилась? — усмехнулась Мишонн. — Ладно, тогда посмотрим дальше… «История денег»? — продолжила ее подруга, углубившись в список выставок. — Кукольный домик… — вдруг тихо выдохнула Мишонн, резко притормозив. — Кукольный домик? Какой еще кукольный домик? — раздраженно промолвила Андреа, но самурайка молча показала ей на ближайшую вывеску.       Андреа на секунду замерла, после чего отыскала в буклете краткое описание этой экспозиции: — «Спешите увидеть одно из детских Чудес Света — миниатюрный Кукольный домик в четыре этажа, изготовленный Фэйтом Брэдфордом в масштабе один дюйм к одному футу. Этот макет содержит 1354 миниатюры и является собственностью Мистера и Миссис Питер-Долл, а также их одиннадцати детей, их бабушки и дедушки, пяти слуг и двадцати домашних питомцев». Фигня какая-то… — Точно, — согласилась с ней Мишонн. — Пошли дальше?       Женщины сделали пару шагов, но потом вдруг переглянулись — и не говоря больше ни слова, одновременно помчались на выставку, где буквально прилипли к огораживающему домик стеклу, разглядывая тонкую работу мастера. — Красиво… У меня был похожий, только куда меньше и проще — я подолгу с ним играла в детстве вместе с Эми, — прошептала завороженная зрелищем Андреа. — Эх, а вот у меня в детстве было мало игрушек, — вздохнув, призналась Мишонн.       Блондинка, грустно улыбнувшись, опустила руку на плечо подруги: — Хочешь сувенир на память? — Не, не стоит портить такую красоту, — усмехнулась самурайка, глядя на крохотные фарфоровые фигурки обитателей дома. — Давай просто понаблюдаем?       Напарницы несколько минут степенно изучали каждую мелочь в домике, а потом у входа на экспозицию объявилась Розита: — Ох, привет. Вы случайно зала с драгоценностями не встречали? — спросила девушка. — Нет, — рассеянно отозвалась Андреа, не отвлекаясь от созерцания интерьеров; Розита чертыхнулась себе под нос и продолжила поиски. — Девчонка еще, — презрительно высказалась о Розите Мишонн, когда шаги той утихли. — Точно, — согласилась с ней Андреа — а потом обе женщины прыснули со смеху, вдруг вспомнив о своем местоположении.

* * *

— Ох ты, вот так удача! — не поверил своим глазам Рик, остановившись у новой вывески. — «Краткая история протезирования — экспонаты предоставлены Лондонским музеем науки», — с улыбкой прочитала надпись Мэгги. — Ребята, вы знаете, что искать, — хмыкнул Граймс, обращаясь к своему отряду. — И про Габриэля не забудьте!       Полная энтузиазма молодежь принялась рыться среди экспонатов — протезов самых странных форм и размеров из дерева, кожи, бронзы и железа. Рик, отобрав подходящую механическую ногу для священника, от предложений к себе неизменно отказывался — крюки его не устраивали, равно как и литые кулаки античности (биомеханического протеза, к сожалению, никто не нашел). Гленн, порядком вымотавшийся поисками, уже хотел урезонить друга — но тут шериф победно вскинул руку с находкой: — О да, на это я согласен!       Мэгги, увидев трофей Рика, только зажала рот ладонью, не в силах ни слова промолвить; у Гленна тоже челюсть отвисла от выбора друга. — Да ладно вам — отличная же вещь! — уже не столь уверенно заявил шериф, потрясая протезом.       Это искусное изделие слесаря викторианской эпохи представляло собой механическую кисть с полным набором сгибающихся стальных пальцев; с помощью кнопок и пружин можно было повернуть ее вокруг запястья, к которому крепилась кожаный рукав-наручи, усиленная изнутри тонкими металлическими полосами, с кучей ремешков для надежной фиксации. — Черт, внушительная штука, — призналась Мэгги, явно устрашенная. — Причем немного пугающая, — согласился с ней Карл, а Синтию за его спиной передернуло от отвращения и страха. — Ты с ней словно Терминатор, дружище, — уважительно сообщил мужчине Гленн. — Лучше, — хладнокровно ответил Рик, после чего аккуратно примерил протез на согнутую в локте культю. — Аста ла виста, бэйби!       Все вокруг мигом рассмеялись, сразу почувствовав себя в безопасности рядом с таким внушительным защитником; Гленн же, давясь от хохота, одобрительно похлопал Рика по плечу: — Я так и знал, что ты не только одни вестерны по телевизору смотрел!

* * *

      Кэрол неспешно брела по выставке американского быта, листая один из экспонатов — поваренную книгу 40-х годов прошлого века; особо ее внимание привлек рецепт необычного печенья под необычным названием «Привет от Дядюшки Сэма». На секунду оторвавшись от книги, чтобы воспроизвести в голове состав лакомства (просто на всякий случай, нужных ингредиентов у них даже в Арлингтонском доме нет), женщина обнаружила впереди Дэрила — тот в задумчивости за столом в экспозиции кухни прошлого века, крутя в руках горбушку батона из папье-маше. — Привет, — чуть улыбнулась Кэрол, подойдя к столу. — Привет, — рассеянно ответил Дэрил, поднеся муляж к носу, надеясь уловить хоть какой-то аромат. Конечно, из этой затеи ничего не вышло — Диксон, вздохнув, отбросил краюху в дальний угол, а потом поднял взор на женщину. — Так давно хлеба не ел, что уже забыл его запах, — сокрушенно признался арбалетчик. — Наверное, я совсем свихнулся, да? — Я так не думаю, — с грустной улыбкой возразила Кэрол. — Сейчас ты куда рассудительней, чем неделю назад. А что касается хлеба — думаю, если нам удастся где-нибудь отыскать чудом сохранившуюся муку… — К черту муку, Кэрол, — вдруг промолвил Дэрил, покачав головой. — Я видел твои слезы утром.       Поваренная книга, выскользнув из ослабевших пальцев женщины, с глухим стуком упала на пол — но Кэрол даже не обратила внимания на этот факт; Дэрил же глухо продолжал, вперив в собеседника свой хмурый взгляд: — Так жить нельзя, Кэрол. Мне кажется, еще немного — и ты сломаешься, а я этого не хочу. Помнишь наш разговор с месяц назад после Шарлотта на вылазке? Думаю, я готов тебя выслушать, но с одним условием: расскажи не только про тех девочек, но и все остальное, включая твой плен. Это останется только между нами, обещаю. Пожалуйста.       Кэрол смотрела в эти усталые, но решительные глаза и понимала, что отказаться от предложения уже не получится — Дэрил, заметно напрягшийся, явно не собирался теперь ее отпускать. Впрочем, она и не собиралась больше скрывать прошлое — после всего случившегося ей самой, как и Синтии раньше, в первую очередь требовался хороший слушатель. Возможно, Рик подошел бы для этой роли еще лучше (тот наверняка подобрал бы слова утешения), но и Дэрил был отличным вариантом — поэтому, пожав плечами, Кэрол присела за тот же стол и начала свой долгий рассказ…

* * *

      Дэрила потрясла до глубины души рассказанная женщиной история — и это было еще мягко сказано, учитывая количество кошмарных фактов, о которых до этого мало кто и догадывался (Кэрол никому не рассказывала о тех событиях). Сейчас он снова хотел отправиться на поиски Кэрол, чтобы не дать произойти трагедии с сестрами Сэмюэлс, снова жаждал отомстить тем мертвых уродам из Бейкерсфилда, снова врезать тому мерзавцу, что чуть не задушил его в той отчаянной схватке — и не мог ровным счетом ничего из списка. Все, что он мог сделать — попытаться неуклюже подбодрить женщину, но и тут он не мог вымолвить и слова, как будто у него отняли язык. Голос Кэрол то и дело срывался, пару раз она едва сдерживала выступившие слезы; чтобы как-то унять ее дрожь (и не казаться совершенным истуканом) Диксон осторожно положил женщине на плечо свою руку, которая мал-помалу обвилась вокруг ее шеи. Кажется, он обнял на Кэрол на моменте сбивчивого рассказа женщины о своем унижении перед нападением Рика и остальной группы — и теперь огрубевшими пальцами сгреб материю ее куртки на спине, растерянно глядя перед собой в пустоту, неровно дыша и слушая сбивчивый шепот собеседницы. Он-то (тупица!) даже и не подозревал, какой тяжкий груз таскает Кэрол — его собственные переживания, с которыми он в итоге совладал, теперь казались ему сущим пустяком. Сейчас же Дэрил боялся отпустить Кэрол — а то вдруг все начнется по новой.       Так они и просидели вместе весьма длительное время — обоим внезапно стало не до выставок.

* * *

      К группке Рика, уже собиравшейся закругляться с экскурсией, неожиданно подбежала Розита. — Ух, вот вы где — еле вас нашла! Вы на третьем этаже были? Нет? Тогда выставки там должны вас порадовать, идемте скорее! — затараторила возбужденная девушка, увлекая за собой весь отряд.       Наверху лестницы их встретили Мишонн с Андреа — похоже, они тоже повстречались с мексиканкой. Розита, не досчитавшись нескольких человек, разочарованно вздохнула, но потом взяла себя в руки, вновь приняв деловой вид: — Так, встряхнулись, ребята! Я думаю, мы чуть не упустили лучшую выставку музея — следуйте за мной!       По прежнему мало что понимающие выжившие (за исключением Андреа, пытавшейся найти в буклете информацию про третий этаж здания) следовали за ней, пока не остановились у искомого места. — «Первые леди Америки»! — с гордостью произнесла название выставки Розита. — А вон там, левее — «Америка на войне». Думаю, разделение понятно, да?       Рик, ухмыльнувшись, кивнул ей и двинулся в указанном направлении, прихватив Карла с Гленном; женская половина отряда в приподнятом настроении духа отправилась за Розитой.       В просторном зале, буквально забитом военным снаряжением разных эпох американской истории, троица встретила Абрахама с Юджином (у последнего на голове восседал странный картуз, делая прическу умника и вовсе комичной) — те разглядывали жемчужину коллекции, небольшой военный вертолет времен Вьетнамской Войны. После краткого приветствия Юджин провел быструю экскурсию по выставке — на сей раз мужская аудитория внимательно его слушала, ведь тема была достаточно интересной и полезной в их ситуации. Увидев среди экспонатов музея древний шлюп под именем «Филадельфия» с тремя легкими пушками на борту, каждый вспомнил недавнюю переправу на подобной развалюхе — и потому ребята с чувством легкого превосходства восприняли тот факт, что это судно было потоплено англичанами у Нью-Йорка в годы Войны за Независимость.       Конечно, Юджин не мог не остановиться у весьма точного манекена в полном костюме, изображавшего Джорджа Вашингтона — одного из главных военачальников той войны и заодно первого президента Соединенных Штатов. Рик уже думал вежливо прервать экскурсовода, напомнив ему о лимите времени — но Абрахам вмешался чуть раньше, довольно бесцеремонно сняв с манекена пояс с саблей в ножнах. — Прости, старина Вашингтон — это нам самим пригодится. Обещаю вернуть, когда покончим с мертвяками, — полушутливо заметил мужик, опоясываясь новым оружием.       Остолбеневший Юджин даже не смог высказать протест против такого варварства — а Рик, напротив, с улыбкой кивнул Форду, поддерживая здравую мысль. Эйб, глянув на обалдевшего Юджина, решил пойти еще дальше — и нахлобучил себе на голову парадную шляпу Вашингтона, после чего гордо выпрямился, приложив правую руку к груди. — Хочешь сравниться с Президентом? — ухмыльнувшись, заметил Рик. — Бери выше, мужик. Я как Наполеон, только нормального роста, — важно заметил Абрахам. — И с усами, — добавил со смехом Гленн.       Повеселившись напоследок (и отдав-таки бедняге Вашингтону его шляпу), компания отправилась к выходу, ждать остальных на лестнице. С этим произошла заминка — Абрахаму пришлось здорово напрячь легкие, чтобы женщины наконец-то вернулись. — Ну и где вы пропадали? — чуть насмешливо спросил их Гленн. — Будь ты женщиной, тебя и вовсе не оттащить было из этого зала, — язвительно ответила Мэгги. — Я такой коллекции платьев и костюмов даже в магазинах моды не встречала! — «Первые леди Америки» — это выставка в первую очередь о нарядах жен президентов, — с улыбкой пояснила мужчинам Мишонн. — И они чертовски хороши! — закончила Розита.       Рик, успев заметить кончик цветастого платка из кармана Андреа, только тихо рассмеялся, покачав головой — сейчас он их нисколько не винил. В конце концов, женщина всегда остается женщиной, и ей тоже иногда требуется немножко счастья; судя по довольным лицам соратниц, «счастья» перепало всем. Ну и пускай — Рик сегодня сам побывал в роли мародера. — Ладно, народ — давайте двинем к выходу, найдем Дэрила и Кэрол и отправимся дальше! Солнце уже высоко, а мы побывали лишь в одном музее — это никуда не годится!       Через пять минут группа в полном составе вновь выбралась на пустынную Национальную Аллею и возобновила приключение — в гораздо бодром настроении, чем прежде.