На самом дне океана

Дорога до родного города Матиса занимала несколько часов на машине, можно было бы обойтись и часовым перелетом, но цены на билеты в праздники неоправданно завышают. Милан, который укутался в небольшой плед, словно в кокон, спал на протяжении всего пути. Матис не мог поверить, что он действительно возвращается в ненавистное ему место. Он не испытывал неприязни к городу, он ненавидел людей, которые уничтожили поток его жизни. Заснеженные дороги, ели, покрытые белой шалью, и красно-оранжевое небо, которое гласило о скором закате солнца. Омега начал нервно постукивать по рулю, когда увидел большой деревянный щит с надписью: “Добро Пожаловать!”. Матис даже усмехнулся, но потом понял, что у него ещё есть возможность повернуть обратно и сказать Линде, что они с Миланом подхватили грипп или что-нибудь еще, но, вспомнив, кем работает его старая подруга, омега тут же откинул мысли о побеге. На горизонте начали показываться первые дома, словно вырезанные из сказок, миниатюрные домики и огромные особняки, украшенные гирляндами, декоративными снеговиками и оленями, которые светили ярче, чем звезды на небе. Матис никогда не любил всю эту праздничную вычурность. Да, он сам украшал свою квартиру, но никогда не устраивал из этого состязания в стиле, у кого лампочки будут светить ярче, а елка будет выглядеть праздничней. Сейчас, проезжая мимо домов, парень прекрасно понимал, что все эти украшения – это еще один способ показать своё превосходство над другими. Вот еще один “идеальный” дом, всё горит так ярко, будто внутри дома работает маленькая электростанция. Два ряда одинаковых елок у подъезда к особняку были обвешаны шарами, которые были идеально подобраны по цвету и форме, словно маленький изъян мог разрушить эту идиллию. Рядом с елками стоял пластиковый Санта-Клаус в натуральную величину. Фигура радостно улыбалась и показывала на дом, словно говоря: “Хозяева этого дома потратили на всю эту ненужную чепуху огромную кучу денег, а вы смотрите и восхищайтесь, потому что вы не можете позволить себе и половину всего этого.” Огромный особняк возвышался над остальными домами в этом районе, и что-то в этом строении казалось Матису знакомым. Стараясь не сильно отвлекаться от дороги, омега начал приглядываться, и тут по спине прошел холодок. Это был его дом. Точнее его бывший дом. Его старая комната была на втором этаже, сейчас в ней горел свет. Матис отвёл глаза от дома и сосредоточился на дороге, ему абсолютно не хотелось думать о том, что его родители сейчас в доме, а старший брат, скорее всего, в какой-нибудь тёплой стране нежится под жарким солнцем с очередной омегой. Матис следил за ними, изредка, но все же следил. После “отъезда” Матиса его мать открыла благотворительный фонд, который помогал больным с онкологическими заболеваниями. Отец стал ещё богаче, даже богаче, чем был прежде. Пара выгодных сделок, и мистер Джейкоби Олис перешел из класса миллионеров в класс миллиардеров. Максимилиан Олис – это имя было известным в определенных кругах. Брат Матиса всегда отличался не только красотой, но и мозгами, блестящий ученик, как в школе, так и в университете. Ему еще нет тридцати, но он уже зарабатывает огромные деньги на бирже, а омеги вьются вокруг него словно маленькие бабочки. Красавец-альфа, да ещё и с мозгами. Неудивительно, что родители ценили старшего сына больше, чем второй неудавшийся проект. Иногда Матис думал, что было бы, если бы он был намного красивее, чем сейчас? За какую сумму его бы продали родители какому-нибудь партнеру отца? Миллион? Десять миллионов? Какая разница, они бы сделали это в любом случае. Матис уже проехал злополучный особняк, а Милан всё ещё спал. Дорога до дома Линды заняла еще добрых сорок минут, а мысли о семье не оставляли Матиса на протяжении всего пути. Из-за угла одной из улиц показался небольшой двухэтажный дом, на пороге которого стояла Линда. Она улыбалась и махала Матису, а тот, припарковав машину перед домом, вышел из неё и обнял подошедшую подругу. — С приездом! – Воскликнула Линда. — Шшш, у меня тут спящий пассажир. – Матис указал на машину, а Линда лишь хихикнула. Матис взял сына на руки и понёс в дом. Линда сказала, что Милана можно положить на втором этаже в комнате в конце коридора. Омега так и сделал, по пути осматривая дом, в котором давно не был. В гостиной стояла большая, украшенная ёлка, повсюду висели игрушки и мишура, стояли зажжённые свечи, которые источали приятные ароматы кедровых орехов и ванили. Гостевая комната осталась такой же, какой её помнил Матис, лишь лёгкие рождественские штрихи привнесли некоторые изменения. Положив сына на кровать, парень присел на край кровати и вздохнул, закрыв лицо руками. — Хоть бы все прошло хорошо, – тихо прошептал Матис и вышел из комнаты.

***

Матис гулял по городу и узнавал места, по которым проходил его маршрут когда-то давно. Все эти магазинчики, кофейни, рестораны, торговые центры и парки оставались знакомыми, но словно являлись затертой открыткой в коробке памяти. Центр города тоже словно участвовал в конкурсе, но здесь проходил конкурс под названием “навесим столько украшений, чтобы нас видели из космоса, как Великую Китайскую стену”. Матиса смущала не яркость миллиона лампочек, а то, что он не чувствовал себя уверенным в своих силах. Ему казалось, что он не выдержит вида этого города, закинет вещи в машину, посадит сына на заднее сиденье и уедет, никогда не оглядываясь на этот чертов город и его улыбающихся, счастливых жителей. Проходя по центральной площади, Матис увидел сильно знакомую улицу, рядом стояла кондитерская, а за ней был маленький переулок. Даже сейчас это узкое пространство пугало своей темнотой и сырым запахом. Что-то Матису не нравилось в этом месте, но он стоял у входа в этот переулок, будто его пригвоздило к этому месту. Позади парня раздался шум, и тот машинально обернулся, из бара напротив кондитерской вышла небольшая группа парней, все по виду были альфами. Парни явно были подвыпившими, и теперь спотыкаясь и покачиваясь двигались по улице. — Эй, красавчик! – голос пьяного альфы раскатился по улице, по телу Матиса пробежала дрожь. – Не хочешь поразвлечься с настоящими мужчинами? Матис развернулся и уставился на пьяных парней. Им всем было не больше восемнадцати, возможно, они все были ещё школьниками. Высокие, красивые, мускулистые и пьяные. В следующий момент Матис понял, что его история повторяется. Обернувшись на темный переулок, в голову к парню ворвались давно подавленные воспоминания. Он вспомнил, как он лежал на холодном асфальте, как по его телу блуждали чужие руки, а самое главное — он вспомнил крик. Свой крик, душераздирающий и полный боли. — Эй, ты что глухой? – на плечо Матиса легла рука. Омега и резко развернулся, и первое, что он понял, это то что его кулак вжимался в нос черноволосого альфы. – Ах, ты сука! — альфа прижал руки к носу, из которого текла кровь. Еще трое альф, явно обескураженные действиями омеги, теперь гоготали, показывая пальцем на побитого товарища. Парня, которого ударил Матис, шатало в разные стороны, кровь из его носа капала на заснеженный асфальт. Смех альф разносился на всю улицу, но проходящие люди не обращали на компанию и Матиса никого внимания, они просто обходили их стороной, не проявляя ни малейшего интереса. – Джеффри, тебе омега нос разбил! – заржал темноволосый парень, чем ещё больше разозлил Джеффри, который утёр окровавленное лицо тыльной стороной ладони и теперь яростно дыша, шел к Матису. – Я тебя убью гаденыш! – Матис попятился назад. — Эй, а ну отвали от него! – Матис услышал до боли знакомый голос и обернулся. Позади него стоял Джейк. Парень был одет в тёмную куртку, а лицо украшала щетина, которая делала его более взрослым. Стоя под фонарем, Джейк выглядел, как взрослый мужчина, с довольно угрожающим выражением лица. Альфа по имени Джеффри, похоже, не воспринял слова Джейка всерьёз и продолжал надвигаться на Матиса, который по-прежнему пятился назад. – Я тебя предупредил! - следующее, что увидел Матис – это то, как Джейк проносится мимо него, а его рука, сжатая в кулак, ударяет в грудь альфе. Джеффри тяжело выдохнул, будто из его груди выжали весь воздух, а затем упал на асфальт. – Не смей подходить к нему! – выплюнул Джейк. – А теперь забирайте своего дружка и сваливайте отсюда, пока я не сдал ваши задницы в полицию, – Джейк смотрел на пьяных парней, пока те не подобрали Джеффри, который был без сознания, и не скрылись за ближайшим углом. — Это ты его так? – произнес Джейк глядя на Матиса. — Что? – Матис смотрел на тот угол, за которым скрылись альфа, а затем непонимающе посмотрел на Джейка. — Нос. Ты постарался? – Джейк подошел к Матису и улыбнулся. — А, ты об этом? Да, я, – Матис до сих пор не понял, что произошло, он просто стоял и смотрел на Джейка. Альфа подошёл ещё ближе и сжал Матиса в медвежьих объятиях. Ощущать тепло альфы, стоя на холоде, было верхом блаженства, но Матиса волновало другое. – Джейк, что ты тут делаешь? — Я здесь живу, – не расцепляя объятий ответил альфа. – Я имею ввиду жил, это мой родной город. Я так понимаю, ты тоже отсюда? — Да, – Матис тихо вздохнул и позволил себе ещё немного теплых объятий. – Линда пригласила нас погостить на время Рождества. — А меня друзья пригласили на вечеринку, – Джейк тяжело дышал и запнулся на последних словах. – Знаю, что ты приехал с Миланом, и это немного невежливо, но может ты составишь мне компанию? — Да, конечно. Я думаю, что Линда не обидится, если ты украдешь меня на пару часов, – Матис не знал, зачем соглашается на подобное приглашение, но отказывать Джейку, который, возможно, только что спас его жизнь, было, как минимум, неправильно. – Джейк? — Ммм? — Может отпустишь меня? — Матиса пробрал смех.

***

— Нет, я, конечно, ничего не говорю, но у тебя теперь есть рыцарь на белом коне! – Линда нарезала овощи и заливалась смехом. – Окей, без коня, но откуда ты знаешь? Может у него есть конь, и тогда всё. Ты официально получаешь своё “Долго и счастливо”, и не говори, что я перегибаю палку. — Как раз это я хотел сказать, — Матис рассмеялся, а потом заглянул в соседнюю комнату. Дети играли рядом с ёлкой, весело заливаясь смехом и бегая в разные стороны. – Ты же не против того, что я отлучусь на пару часов? — Гуляй хоть всю ночь, но в утро Рождества, пожалуйста, будь дома, а то мы начнем открывать подарки без тебя, — Линда шутливо пригрозила Матису пальцем, а в коридоре открылась входная дверь. — Я дома! – раздался в коридоре громкий мужской голос. — А вот и мое “Долго и счастливо” пришло, — Линда отложила нож и вышла из кухни. Спустя несколько минут она вернулась обратно, а за ней вошёл высокий альфа с темными кучерявыми волосами. — Здравствуй, Матис! — муж Линды подошел к парню и обнял его. – Выглядишь еще более прекрасно, чем прежде. — Привет, Эрик, спасибо, – Матис покраснел и хохотнул. – А ты не боишься, что твоя жена сейчас запустит в тебя нож? — Если бы хотела, давно бы уже прирезала, – Эрик тихо засмеялся и подошел к жене. – Я скучал... – альфа наклонился и поцеловал свою омегу в шею, а Матис стоял у окна и думал, что будет, когда придёт его личное “Долго и счастливо”... А придёт ли оно вообще?

***

— Привет. Снова, – Джейк стоял у своей машины, и указывал рукой на открытую дверцу. – Прошу. — Ого, ты сама галантность сегодня, – Матис сел в машину. — Ты еще много обо мне не знаешь. Они ехали недолго, около пятнадцати минут, но за это время Джейк успел рассказать огромное количество историй, связанных с его прошлым, и у Матиса возникло такое ощущение, что они знали друг друга всю жизнь. Альфа показывал на разные улочки, на которые Матис смотрел абсолютно по-другому, словно открыл для себя новый, ранее неизведанный мир. Все эти закоулки, рестораны, улицы, магазины как будто повернулись под другим углом, и теперь они были наполнены абсолютно другим смыслом. Машина остановилась у небольшого особняка, который показался Матису чем-то знакомым. Сегодня все дома казались ему более-менее знакомыми, но этот дом пробуждал очень странные отрывки в памяти Матиса. — Здесь живет мой друг со своей семьей, они каждый год устраивают нечто подобное, – они подошли ко входной двери, и Джейк постучал по ней пару раз. Через минуту томительного ожидания дверь открылась, и на пороге возник мужчина. Высокий, хорошо сложенный, с короткими волосами и красивым лицом. Матису хватило всего лишь одного взгляда, чтобы сотни тысячи подавленных воспоминаний взорвались в голове словно ядерная бомба. Он вспомнил руки, которые держали его, чтобы он не смог шевелиться. Он вспомнил голоса, которые смеялись над его беспомощностью. Он вспомнил холодную ночь, которая поглотила его крики. Он вспомнил лицо человека, в которого когда-то был безнадежно влюблен. Это человек сейчас стоял перед ним и улыбался самой очаровательной улыбкой на свете. — Матис, это мой друг, Грегори, – произнёс Джейк, вырывая Матиса из потока воспоминаний. – Грегори, это Матис. — Приятно познакомиться, – Грегори Борски протянул руку. Пару секунд Матис пытался понять, что ему сейчас нужно делать. Убежать или встретиться со своим мучителем один на один. Ещё доля секунды ушла у него на выбор. — Мне тоже очень приятно, Грегори, – Матис пожал руку и улыбнулся своей самой искренней улыбкой.