На самом дне океана

      Мило улыбаться получалось через силу, но смотреть на то, как твой мучитель улыбается и ведёт себя словно добрый самаритянин, требовало ещё большей силы. Матис стоял в центре большой и на вид уютной гостиной, в которой уже находилось около двадцати человек. Все приглашённые гости весело общались, шутили и делились подробностями своих жизней. Грегори стоял совсем неподалеку, держа в руке бутылку с пивом. Матису хотелось разбить эту бутылку об лицо альфы и пройтись ей по горлу. Он буквально видел, как кровь стекала по его телу, растекаясь на полу, а остатки бутылки торчали из горла. Из кровожадных мыслей Матиса вырвал подошедший Джейк с бокалом красного вина в руке. - Держи, – он протянул бокал, а Матис стараясь выглядеть, как можно более умиротворенно, взял напиток и сделал глоток. Прохладное вино приятно осело во рту. Матис понял, что оно было явно не из дешевых, вкус был глубоким и насыщенным. Его мать постоянно пила похожее вино, один раз он умудрился даже попробовать немного, хотя тогда ему не понравилось. – Не скучал тут без меня? - Нет, что ты, все прекрасно, – парень пытался сфокусироваться на Джейке, но желание облить этот дом бензином и сжечь его к чертям было намного сильнее. – Джейк, не знаешь, где здесь туалет? - Да, конечно, это на втором этаже, последняя дверь справа, – альфа посмотрел на Матиса и положил руку ему на плечо. – С тобой все хорошо? Ты немного бледный. - Да, да, просто сегодня был очень долгий день, – Матис говорил правду, но ему срочно нужно было сполоснуть лицо холодной водой и успокоиться. – Я скоро вернусь. - Я буду здесь, – Джейк потрепал Матиса по плечу, а омега направился к лестнице на второй этаж.       Матис поднимался по лестнице и рассматривал фотографии, висящие на стене, не акцентируя на них большого внимания. Фотографий было немного, каждая висела на одинаково удаленном расстоянии друг от друга, словно кто-то использовал линейку для полной идеальности. Место на каждой фотографии менялось, будь то заснеженный склон или райский пляж, но одно оставалось неизменным. Грегори присутствовал на каждой фотографии, а его руки обвивали девушку. Темные волосы, голубые, словно озерная гладь, глаза, пухлые губы в форме сердечка и светлая кожа, цвета пареного молока. Девушка, как и Грегори, улыбалась на каждой фотографии и выглядела вполне счастливой. В горле у Матиса образовался комок. Он не стал продолжать свой личный сеанс мазохизма и просто продолжил путь по лестнице. Поднявшись в коридор, Матис не заметил, как столкнулся с кем-то. Посмотрев на человека, перед которым он собирался извиниться, омега замер. В двух шагах от него стояла девушка с фотографий. В жизни она выглядела еще красивее, чем на фото, волосы сияли, а кожа словно светилась. Матис прошелся по девушке глазами и понял, что ее руки лежат на животе, который был порядком больше, чем нужно. - С Вами все в порядке? – спросила девушка, а Матису хотелось кричать, а самым ужасным было то, что у него в голове пронеслась мысль, которая будет преследовать его всю жизнь. На долю секунды ему хотелось взять девушку за руку и скинуть ее с лестницы. Матиса затошнило от самого себя и от мыслей, которые его преследовали. - Да, простите, я Вас не заметил. - Ничего страшного, я сама виновата, хожу и расталкиваю людей своим животом, – она засмеялась, и смех подтверждал ее идеальность. Идеальный смех для идеальной девушки. - Я направлялся в ванную. - Да, она в конце коридора. - Простите за дурацкий вопрос, но на каком Вы месяце? – слова вылетели у Матиса прежде, чем он успел подумать. - Ах, уж совсем скоро, – девушка провела руками по животу и улыбнулась. - Буквально месяц остался... Кстати, меня зовут Лиз. - Матис, приятно познакомиться, – они пожали друг другу руки. Кожа Лиз была словно дорогой шёлк, мягкая и нежная. Матису становилось трудно дышать из-за нарастающего комка в горле. – Я не буду Вас отвлекать. - Ой, да, конечно, – Лиз покраснела, и Матис мог поклясться, что это было самое милое, что он видел в жизни. Желание скинуть девушку с лестницы усилилось, и омега поспешил в туалет.       Заперев за собой дверь, Матис прислонился к ней спиной и сполз на пол, ноги перестали его слушаться. Он чувствовал, что слезы уже жгли ему глаза, а ком в горле мешал свободно дышать. Быстро включив воду в умывальнике, Матис упал рядом с унитазом, а уже через секунду вся еда за сегодняшний день плавала на дне. Дышать стало легче, а вот слезы все-таки потекли из глаз, но омега даже не пытался их унять. Его мучал один единственный вопрос: “Почему?”. Лежа на полу ванной своего насильника, Матис не мог понять, почему этому мерзавцу досталось все, а ему пришлось бороться за существование. Почему эта девушка была его полной внешней копией, только абсолютно идеальной, а не бракованной, как он? Было больно, было ужасно, чудовищно и невыносимо больно. Матис не хотел оставаться в этом доме, но в голове возникали картинки о том, как он спускается вниз, встает в центре гостиной и рассказывает о том, кто такой Грегори Борски на самом деле. Поднявшись на ослабевших руках, он с трудом встал и посмотрел на себя в зеркало. Кардиган съехал на бок, глаза покраснели, а с губы стекала тончайшая струйка крови, видимо, он прокусил ее, когда лежал на полу. “Жалкое зрелище”, подумал Матис смотря на свое отражение. – “Прошло уже столько лет, а ты всё тот же слабый неудачник”. Омега ополоснул лицо холодной водой, прочистил рот с помощью средства стоящего рядом и привёл себя в порядок. Матис посмотрел на себя ещё раз и был доволен тем, что вряд ли кто-то поймет, что пару минут назад ему хотелось казнить всех присутствующих на вечеринке. Взгляд парня упал на расчёску. Поднеся её к глазам, он увидел, что на ней есть немного черных, коротких волос. - Так легко ты не отделаешься, ублюдок, – тихо прошептал Матис и оторвав кусочек туалетной бумаги положил на неё волосы. Аккуратно свернув бумагу, омега сложил получившийся сверток в задний карман штанов. Матис собирался выходить из ванной, уже успев повернуть замок, но дверь неожиданно открылась, а на пороге стоял виновник торжества. Грегори смотрел на Матиса. В его взгляде читалась неопределённость, альфа не знал, что ему делать. Мужчина прошёл в ванную и тихо закрыл за собой дверь, теперь он стоял спиной к Матису. Его спина вздымалась, но дыхание альфы оставалось ровным, большие, словно медвежьи лапы, руки еле заметно подрагивали. Молчание превратилось в пытку. Матис стоял в углу и теперь упирался в унитаз, но расстояние между ним и Грегори было настолько маленьким, что становилось жутко от того, что бежать было некуда. Молчание прервалось, когда альфа решил произнести слова, от которых Матиса пробила дрожь. - Я думал, что уже никогда не увижу тебя, – голос Грегори звучал сдавленно. – Зачем ты здесь?       Единственное, что хотел сделать Матис – это схватить альфу за голову и ударить его об стену так сильно, чтобы плитка со стен посыпалась. Непонятное садистское желание разгоралось в Матисе, ему хотелось посмотреть, насколько хватит альфу, пока он будет медленно вырывать ему зубы. Собственные мысли пугали Матиса, но картинка в голове пылала ярким пламенем. - Это всё, что ты хочешь мне сказать? – Матис сильнее вцепился руками за бочок унитаза. - А чего ты хотел? Я думаю, что извиняться уже поздно, – альфа всё ещё стоял спиной к Матису. – Я вообще думал, что ты исчез. - Исчез? Вау! Я был бы не против такого расклада пару лет назад, – Матис нервно усмехнулся. – Знаешь, я не знал, куда я сегодня шёл, но, видимо, соглашаться явно было глупейшим решением в моей жизни. Люди говорят, что попросить прощения можно всегда, но получить прощение гораздо сложнее. - Ты думаешь я жажду твоего прощения?! – Грегори резко развернулся, его лицо было красным, а вены на шее вздулись. – Мне не нужно твоё прощение! - Думаешь? Ты же знаешь, как легко в маленьком городе разносятся вести, – Матису казалось, что унитаз вот-вот треснет под его пальцами. - Ты не посмеешь! Ты не посмеешь разрушить мою жизнь! – альфа яростно выплёвывал слова. - Разрушить твою жизнь?! – Матис пробил поток ярости. – У тебя есть всё! Отличный дом, красавица жена и ребенок на подходе! Уверен, что у тебя всё более, чем идеально! А знаешь, что у меня? Разваливающаяся, паршивая квартира на окраине, работа, на которую меня взяли из жалости, сотни неоплаченных медицинских счетов и ребёнок, которого я изо всех сил пытаюсь воспитать хорошим человеком! Ты понятия не имеешь, каких усилий мне стоит не раздробить твой череп об стену! - Ребёнок? – Грегори явно пропустил угрозу Матиса мимо ушей. – У тебя есть ребёнок? - Не твоего ума дело! – Матис понял, что надо было держать себя в руках. - От кого? – альфа вперился глазами в Матиса, и омеге стало не по себе. - Не твоего ума дело. Тебе не должно быть никакого дела до моего сына, сейчас тебя должно беспокоить то, что я воткну тебе зубную щётку в глаз. - Сын? Сколько ему? – казалось, альфа начисто игнорировал все слова Матиса. - Как ты думаешь? После той ночи у меня не было времени развлекаться, – выплюнул Матис. - Он мой? - Я не знаю, но тебе лучше послушать то, что я сейчас скажу, – омега выпрямился и приблизился к Грегори. – Сейчас я выйду из этой ванны, спущусь вниз и уйду из этого дома. Ты никому не расскажешь, что знаешь меня, я сделаю то же самое. Я уйду, а ты навсегда исчезнешь из моей жизни. Увижу тебя ещё раз - всажу мой любимый кухонный нож промеж глаз, а, возможно, поведаю всем, кто ты есть на самом деле. - Ах, ты мелкий… - Грегори не успел договорить, Матис залепил альфе пощечину. Мужчина не удержался и отступил назад. - Не смей! Слышишь? Не смей называть меня кем-либо, потому что я могу превратить твою жизнь в Ад по щелчку пальцев, а первой в списке будет стоять твоя прекрасная женушка. Думаешь, я не заметил, как мы с ней похожи? – Матис смотрел на Грегори с издевкой. – Как думаешь, сколько ей понадобится времени, чтобы собрать свои вещи и найти достойного альфу? Не думаю, что много, – Грегори навис над Матисом, а руки альфы потянулись к горлу омеги. – Даже не думай, кричу я громко, все услышат. - Чего ты хочешь? – Грегори отошел и прислонился спиной к двери. - Мне нужно, чтобы ты ответил на парочку вопросов, а затем я уйду, – Матис снова прислонился к бочку унитаза. – Понятно? - Да, – ответил альфа после нескольких секунд раздумий. - Почему? - Почему что? - Почему я? – с напором спросил Матис. Грегори не смотрел на омегу, он смотрел на стену напротив, но взгляд его был стеклянным, словно альфа о чём-то думал. - Мы были подростками, пьяными подростками, – Грегори неуверенно махнул рукой, а затем провёл ей по голове. – Когда ты сильно напиваешься, много всего происходит, а потом ты об этом забываешь. - Ты может и забыл, но не я. - Я не забыл! Я никогда не забывал о той ночи! – зашипел альфа, а красивое лицо покрылось пунцовыми пятнами. – Я был дураком, мои друзья были идиотами, а ты всего лишь попался под пьяную руку. Вот и всё, не ты, так кто-нибудь другой! - Ты ничтожен. - Не говори, что ты лучше меня. Не надо было ходить ночью по районам с пьяными альфами и бетами. - Я может и не самый хороший человек на свете, но я по крайней мере не оставлял никого умирать на улице, – Матис посмотрел на Грегори пытаясь разглядеть хоть капельку сожаления в глазах альфы. – Я никого не насиловал со своими пьяными друзьями и уж точно не ломал никому жизнь! - Ты стоишь на двух ногах, выглядишь не как бездомный, у тебя есть работа и квартира, – фыркнул альфа. – Всё у тебя нормально. - Мне нужно воткнуть тебе нож в горло и бросить на улице, чтобы ты понял, что у меня не всё в порядке? Прошло пять лет, а я до сих пор оплачиваю счета из больницы, потому что вернуть человека из полумертвого состояния - удовольствие не из дешёвых. Знаешь, сколько стоят долбаные памперсы? А сколько стоит машина? Квартира? Обучение в частной школе? Ты ведь никогда об этом не думал, потому что родился с серебряной ложкой во рту. - Ты тоже не из бедной семьи. - Это правда, да вот только тут есть небольшая загвоздка: как только родители узнали, что их сыночек может опозорить честь семьи, они бросили меня так же, как и ты со своими дружками. Кстати, о дружках... С кем ты был в ту ночь? - Ты что, смеешься? - Ты серьёзно думаешь, что я могу над чем-то смеяться сейчас? - Ты пришел сюда с Беннетом. - Да, я пришел сюда с Джейком, но… - Матис осёкся, парня снова пробил поток подавленных воспоминаний. Фамилия Джейка казалась ему знакомой, но людей с такой фамилией может быть огромное количество, но сейчас Матису стало понятно, откуда он знал эту фамилию. Грегори звал парня по имени Беннет, это было не имя, это была фамилия. – Значит он? - Он самый. - Он тоже, как ты, решил забыть всё и идти дальше? - У Беннета всегда были проблемы с памятью и слабый желудок. Все, что он помнил, это какие-то отрывки, и больше ничего. Сначала до него вообще не доходило, что мы сделали, но он чуть было не сдал нас всех в полицию. - Я так понимаю, что ты его отговорил? – Матис нервно усмехнулся. - Я не мог сесть. - Кто еще был с тобой? – в голове Матиса пронесся голос Грегори: “Да ладно тебе, Беннет, мы же просто веселимся”. - Кейн… - Смит. Оказывается, я вас всех знаю. Отлично, надо будет наведаться и к нему тоже. - Вряд ли у тебя это получится. - Это ещё почему? - У Кейна не было проблем с памятью, но зато были с алкоголем и совестью. – Грегори тяжело вздохнул. – Он покончил с собой несколько недель назад. - Почему? - Сам не догадываешься? Одному человеку ты всё-таки испортил жизнь. - Я? Испортил? – Матиса снова пробрал нервный смех. – Боже, какой же ты подонок... И что я в тебе тогда нашел? - То же, что и все остальные. Я красив, популярен и богат – это всё, что нужно было омегам. - Видимо, ты по-прежнему так считаешь. Последний вопрос, и я ухожу, – Матис потер руки и посмотрел на альфу, а тот всё ещё смотрел в стену. – Почему она так похожа на меня? - Совпадение. - Я не верю в совпадения. Ты не смог избавиться от меня, да? Думаешь, если с ней у тебя все получится, то ты загладишь дыру у себя в душе, да? – Матис подошел к Грегори. – Так вот, ни хрена у тебя не выйдет. Ты всегда будешь помнить то, что ты сделал со мной. Ты будешь просыпаться в холодном поту от кошмаров, в которых ты был на моём месте всю оставшуюся жизнь. Я не сдам тебя полиции только потому, что она - не я, она не сможет справиться с тем, что ей достался муж-насильник. Я не стану рушить её жизнь, а тем более я не буду портить жизнь ребенку, которого она носит. Ты никогда не заслужишь мое прощение, и я никогда больше не появлюсь в твоей жизни так же, как и ты в моей. Сейчас я уйду, а ты останешься здесь, всё такой же жалкий, подлый и прогнивший насквозь, – Матис подошел к альфе вплотную. – Посмотри на меня, – Грегори с трудом повернул голову и заставил себя посмотреть в глаза Матису. – Запомни моё лицо, потому что это лицо ты будешь видеть каждый раз, когда ты будешь смотреть на неё, – Матис выплюнул последние слова, словно гремучая змея, которая впрыскивала свой яд в очередную жертву. – А теперь дай мне пройти.       Грегори отошёл в сторону, а Матис вышел из ванны. В коридоре было пусто, вечеринка по-прежнему продолжалась внизу. Матису показалось, что прошло несколько долгих часов, которые он провёл, смотря на свой страшный кошмар. Он был в ярости, ему хотелось крушить и ломать всё, что попадалось под руку, но так свободно Матис Олис еще никогда себя не чувствовал. Он перестал быть жертвой и больше не боялся. Грегори уже не казался таким страшным, каким он был в кошмарах Матиса. Сейчас омега думал только о том, какую крепкую пощечину он залепил альфе, и что ему пора убираться из этого дома, а лучше из этого города. Спустившись вниз, Матис двинулся в коридор, где висела верхняя одежда всех гостей. Найдя свое пальто, омега прошёлся глазами по одежде других гостей, найдя знакомую куртку темного цвета. Матис внимательно осмотрел куртку и нашёл то, что искал на внутренней стороне воротника. Достав из кармана сложенную туалетную бумагу, Матис, стараясь не уронить уже лежащие волоски, положил волосы с куртки Джейка отдельно. Сложив бумагу обратно в карман так, чтобы ничего не выпало, омега направился к выходу. Открыв дверь в надежде уйти по-английски, Матис наткнулся на Джейка, который стоял на пороге и держал ящик с вином в руках. - О, Матис! Спасибо! – Джейк посмотрел на Матиса, а затем его глаза скользнули по пальто. – Ты куда-то уходишь? - Да, ухожу, – Матис прошёл мимо Джейка, который уже ставил ящик на лестницу около двери. - Эй, постой. – альфа взял уходящего Матиса за руку, но омега лишь выдернул её, и следующее, что видел Джейк – это ночное небо, пестрящее звездами. Матис потряс руку, которой только что ударил Джейка. – За что? – простонал альфа. - Джейк, я знаю, что у тебя плохо с памятью, но неужели ты совсем меня не помнишь? - Матис, что ты несёшь? – Джейк встал и потер нос и щеку, которые пострадали больше всего. - Напряги мозги на секунду и подумай, где ты сегодня меня встретил? - Я встретил тебя на улице? – альфа непонимающе вскинул брови. - А теперь вспомни, что ты сделал на этой улице семь лет назад! – не выдержав закричал Матис. – Вспомни, что ты сделал со мной! - Матис, я не понимаю... – Джейк, похоже, искренне не понимал, что происходит, но спустя пару мгновений взгляд альфы стал мрачным. – Матис... - Вспомнил? – кричал Матис. – Додумался? Дошло? – омега развернулся и зашагал прочь, пытаясь понять, сколько кварталов ему придется пройти пешком. - Матис, стой! – Джейк кинулся за парнем. – Пожалуйста! Остановись! - Клянусь богом, Джейк, если ты подойдёшь ко мне ещё хотя бы на метр, гости этой вечеринки станут свидетелями жестокого убийства, и поверь, мне доставит огромное удовольствие швырнуть тебя об стену. - Прости! – Джейк догнал Матиса и попытался взять омегу за руку, но парень развернулся и ударил коленом промеж ног альфы. Джейк тихо взвизгнул и упал на колени. Матис, размахнувшись, изо всех сил ударил альфу по лицу, и тот, не выдержав удар, упал спиной в снег. Подойдя к лежащему альфе, Матис начал обшаривать его карманы и, обнаружив то, что искал, пошёл к машине поверженного Джейка. Матис сел в машину. Ему понадобилось десять секунд, чтобы завести железного коня, посмотреть, не следит ли за ним кто, и нажать на педаль газа до упора. Парень не плакал, он ехал по городу и искал то место, которое сейчас могло спасти его жизнь. Остановив угнанную машину около бара, омега вошёл туда, где напивались все местные альфы.       Бар насквозь провонял дешёвым алкоголем, рвотой и удушающими запахами омежьих парфюмов. Пройдя за стойку, Матис позвал бармена, которому на вид было не больше тридцати. Мускулистые руки были украшены татуировками, а длинные волосы затянуты в хвост на затылке. Бармен насторожено посмотрел на Матиса. - Не волнуйся, уже можно, а если откажешь, я разобью тебе бутылку об голову. Вопросы? - Что будешь пить? - Бурбон, без льда. - Понял, капитан, – бармен нырнул под стойку. Спустя секунду вынырнув оттуда и достав небольшую бутылку и чистый стакан. Налив бурбона, парень поставил стакан перед Матисом. – Держи. - Благодарю. – не успев поднести стакан с обжигающей жидкостью к губам, Матис услышал свое имя. Голос, который его произнёс, был настолько знакомым, что Матису показалось, что у него начались галлюцинации. Его имя пронеслось по бару еще раз, и он повернулся на звук голоса. - Матис? Это ты? – мужчина, который стоял перед ним был олицетворением успешного альфы. Выглаженный, чёрный костюм, который на вид стоил как почка на черном рынке. Золотые часы идеально сидели на руке, а ботинки блестели чистотой. Модная прическа и аккуратная бородка придавали образу солидности. Матис начал моргать, пытаясь понять, реально ли все это. – Мати? – омега дернулся, его давно так никто не называл. - Максимилиан? - Братишка, ты вернулся?! - Я... Что?