Глава 16
21 июня 2015 г., 12:40
Карлус Поттер беседовал с представителями министерской комиссии в директорском кабинете. От этого разговора у директора уже начинала болеть голова, снова и снова эти дотошные господа приводили ему свои доводы, не подкреплённые здравым смыслом. Главным аргументом был: “Тёмная магия - зло”, хотя никто из них толком не мог объяснить, почему. Голословные утверждения, сыпавшиеся на Лорда Поттера уже в течение часа, никак не заканчивались. На исходе полутора часов Карлус не выдержал.
- Господа, когда у вас будут хоть сколько-нибудь серьёзные аргументы, - начал он, - мы обязательно побеседуем. Вы твердите, что тёмная магия – зло, но не смогли рассказать мне ни одного случая, где на уроке профессора Антонова кто-нибудь из учеников бы покалечился. Алексей преподаёт, как видите, теорию тёмной магии, чтобы дети знали, с чем они могут столкнуться в жизни, когда закончат Хогвартс. Согласитесь, знания не бывают лишними, не так ли?
Четверо подкупленных Карлусом представителей молчали на протяжении всей беседы, изредка вставляя незначительные замечания, но остальные трое изливали на уши директора бессвязный, бессмысленный поток информации.
- Лорд Поттер, мы боролись против Тёмного Лорда, практиковавшего тёмную магию, в течение трёх лет, - выдала свой главный довод пожилая женщина, одна из тех, кто насиловал его мозг уже больше часа. - А теперь вы преподаёте её, пусть и в теории, детям! Министр крайне обеспокоен и, я думаю, в скором времени сам почтит вас своим визитом. Нас также беспокоит магия крови. Пусть преподаватель и не отходит от теоретической информации на своих уроках, но сам этот предмет имеет дискриминационную основу: ведь господин Риттер твердит, что во все тайны магии может быть посвящён только чистокровный волшебник. А это, как вы понимаете, идёт вразрез с убеждениями народа после падения Того-Кого-Нельзя-Называть.
- Герр Риттер – высококвалифицированный волшебник, и глупостей детям он не скажет, уж поверьте, я знаю этого человека достаточно хорошо. А то, что Клаус рассказывает, и есть правда, - продолжил Карлус, - и вы тоже это понимаете, пусть это и расходится с нынешними убеждениями народа. Правда – она только одна, но это не значит, что она должна быть приятной или же соответствовать мнению большинства.
- Что ж, Лорд Поттер, - сказала назойливая представительница министерства, - мы порекомендуем в нашем докладе приостановить уроки магии крови и тёмной магии, но ритуалистика и этикет показались нам весьма безобидными. Каждый из нас предоставит министру доклад о происходящем в школе и, исходя из него, он вынесет своё решение. Засим мы вас покинем, однако двое наших представителей на всякий случай, если вы не против, останутся в школе.
- Нет, я не против, - улыбнулся Карлус, видя, кто из членов комиссии собирается остаться – двое его марионеток. - Буду с нетерпением ждать вердикта министра.
- Думаю, что завтра, а в крайнем случае послезавтра министр оповестит вас о результатах и, думаю, навестит. Всего хорошего, Лорд Поттер.
- Всего хорошего, дамы и господа.
Наблюдая за тем, как представители комиссии один за другим покидают его кабинет, Карлус улыбнулся: одной проблемой стало меньше.
* * *
- Я всё узнал, - с горящими ненавистью глазами сказал Драко, сидя в комнате Поттера. - Представляешь, приказ убить моего отца отдал этот предатель крови, Персиваль Уизли! - А ты уверен в этом, Драко? Перси никогда не казался мне идиотом, - ответил Гарри. - Не мог же он так подставить себя, всю семью и министра. - Я слышал, как МакГонагалл и Тонкс говорили об этом вчера, когда шёл с дополнительных занятий с Долоховым. Они шептались в коридоре, а я совершенно случайно на них наткнулся. - И что ты собираешься теперь делать? Убить Уизли? - О, это моя конечная цель, но я хочу, чтобы этот мерзкий предатель крови помучился перед смертью, - зло скривил губы Малфой. - У меня даже уже есть план. Поможешь его осуществить? Гарри задумался. Он, конечно, дорожил новоприобретённой дружбой, но ему не очень-то хотелось помогать Драко кого-то убивать. Конечно, Уизли заслуживал наказания за своё преступление, но ведь были суды и другие органы, способные сделать всё легально, а Малфой – Гарри не сомневался – не собирался задействовать ни один из них. С другой стороны, откажись он сейчас помогать Драко, и тот этого не простит. - Да, Малфой, я согласен помочь тебе в осуществлении твоего плана, - медленно сказал Гарри, обдумывая каждое слово. - Но ты не думаешь, что к этому стоит подключить моего деда или хотя бы Антонина? - Нет, не хочу никого из них впутывать, - уверенно ответил Драко. - Это моё личное дело, моя личная месть. Но одному мне не справиться и единственный человек, от кого я готов принять помощь, – ты. - Хорошо, как скажешь. И когда ты намереваешься начать воплощать свой план в реальность? - Думаю, не раньше Рождества, - задумчиво произнёс Малфой. - До той поры нам всё равно надолго из Хогвартса не отлучиться, а такое дело потребует много свободного времени. Парни погрузились в молчание. Каждый думал о своём. По прошествии десяти минут нарушил его Драко. - Кстати, Антонин спрашивал вчера о тебе. Его интересовало, почему ты не явился на дополнительные. - Ну, во-первых, я забыл, - честно сказал Гарри, - а во-вторых, у меня были дела. - Какие же такие дела тебя настолько увлекли, что ты забыл о занятиях, которые считаешь самыми интересными в этом году? – ухмыльнулся Малфой. - Опять с Дафной куда-то ходил, или, больше того, где-то уединился? - Нет, но ты близок к истине, - ответил Поттер. - Я навещал Лорда Гринграсса и сделал ему предложение о моей помолвке с Дафной. - Вот это да! А мне ничего и не сказал! – притворно обиделся Драко. - Ну, и что ответил Мариус? А сама Даф? - Сама она пока не в курсе, я собираюсь сделать ей подобное предложение через пару недель, как раз на Хэллоуинском балу, - ответил Гарри. - А вот Мариус согласился. Ещё бы он не согласился, узнав, что я являюсь Лордом Певереллом, да ещё и намереваюсь реанимировать его предприятия за свой счёт. - Мерлин, а это тебе ещё зачем? – удивился парень. - Ну, во-первых, такой пункт в контракте значительно повысил шансы на благоприятное восприятие Лордом Мариусом моей персоны, - начал Поттер. - А во-вторых, гоблины “Гринготтса” мне намекнули, что предприятия Гринграссов очень перспективны. И конечно, сам понимаешь, что всё это делать я буду не бесплатно, а за тридцатипроцентную долю в бизнесе Лорда Мариуса и его семьи. - Умно, однако, - восхитился Драко. - Ты мало того, что расположил к себе Мариуса, так ещё и приумножишь свои капиталы. Вот только есть одно “но”: вдруг Дафна не согласится выйти за тебя? - Ну, я буду надеяться на благоприятный исход нашей с ней беседы на Хэллоуин, - усмехнулся юный Лорд Певерелл. - Да и почему бы ей не согласиться? У нас прекрасные отношения, которые со временем, может быть, и в любовь перерастут. Не вижу причин для отказа с её стороны. - Гарри, Гарри, - улыбаясь, протянул Драко. - Всё, что ты говоришь, логично. Но ты забываешь, что девушки – существа непредсказуемые. В любом случае, мне остаётся только пожелать тебе удачи. В этот момент в дверь постучали. Гарри открыл и увидел на пороге Дафну, которая поприветствовала парней и сказала: - Гарри, Драко, я догадывалась, что вы здесь. Вас искал директор и велел передать, что он ждёт вас обоих у себя в кабинете. Зачем – не знаю. Поттер и Малфой недоумённо переглянулись, поблагодарили Дафну и отправились в кабинет Карлуса Поттера.* * *
Когда ребята вошли в кабинет, они увидели директора, сидящего за своим столом и читающего свежий номер “Пророка”. Карлус оторвал взгляд от газеты и указал ребятам на стулья, стоявшие с другой стороны стола. - Добрый день, Драко, Гарри, - поприветствовал их директор. - Я вызвал вас сегодня, чтобы попросить об одной услуге. - О какой, дед? – спросил Поттер. - Через две недели, - начал Карлус, - в министерстве состоится один весьма важный процесс. На нём будет обсуждаться вопрос об амнистии одного из бывших Пожирателей Смерти, Кристофера Яксли. Ребята недоумённо переглянулись. Ну, процесс и процесс, они-то тут причём? - Так вот, - продолжил Лорд Поттер, - я хочу попросить вас присутствовать на этом слушание как участников Палаты Лордов. Вы оба – лорды: ты, Гарри, Лорд Певерелл, а ты, Драко, стал Лордом Малфоем, пусть и при весьма трагических обстоятельствах. Палате нужны ваши голоса, нас осталось совсем немного, и каждый, кто является главой Рода, для нас очень важен. Вы выполните мою просьбу? - Да, конечно, Лорд Поттер, - ответил Драко за двоих. - Но скажите, что мы будем должны делать на этом заседании? На подобных собраниях раньше всегда присутствовал мой отец, я совершенно не имею понятия, как я должен буду себя вести. - Не беспокойся, я всё вам с Гарри объясню. От вас потребуются только голоса в поддержку Кристофера Яксли. - Дед, - подал голос Гарри, - а зачем нам помогать Яксли? Он же не глава Рода, насколько я знаю, не Лорд. - Кристофер – аристократ, и он будет нам очень полезен. Большего я пока сказать не могу, - задумчиво проговорил Карлус. - Но я обещаю, что после процесса вы всё узнаете. - Лорд Поттер, дайте нам знать, когда понадобимся, - сказал Драко. - Конечно, я вам сообщу. А сейчас – идите. И молодые люди покинули кабинет Карлуса, тихо переговариваясь.* * *
Утром 31 октября в Министерстве Магии должен был состояться резонансный процесс. Лорд Карлус Поттер, стоящий во главе Палаты Лордов, заявил, что он требует пересмотра дела бывшего Пожирателя Смерти Кристофера Яксли. Узнав об этом, Артур Уизли понял, что Карлус переходит в наступление. Как он и ожидал, раз ему не удалось провернуть дело с Малфоем, на сцену выйдет другая фигура, менее влиятельная, но от этого не менее опасная. Яксли обвиняли в злоупотреблении служебными полномочиями в тот период, когда он был главой Отдела магического правопорядка, а также в гонении маглорождённых. Да, всем было известно, что это с его лёгкой руки была учреждена комиссия по учёту маггловских выродков, а помогала ему в этом Долорес Амбридж, также отбывающая срок в Азкабане. Но улики против Яксли были косвенными, никто не мог доказать, что действовал он по своей воле, а посадили его сразу же после падения Тёмного Лорда, обнаружив Чёрную Метку на его предплечье. Процесс не был громким, не то, что суд над такими личностями, как тот же Люциус Малфой или же Генри Паркинсон. Яксли осудили пожизненно и отконвоировали в тюрьму. Теперь же, сидя в зале суда рядом с Бруствером, Артур Уизли оглядывал присутствующих взволнованным взглядом: в зале собрался Визенгамот в полном составе, а также пятеро членов Палаты Лордов: глава - Карлус Поттер, Мариус Гринграсс, Фрэнк МакМиллан, Малкольм Аббот и Драко Малфой, занявший место своего отца. Но больше всего Артура удивило присутствие в зале суда Гарри Поттера, сидевшего неподалёку от Лорда МакМиллана. Мистер Уизли удивлённо посмотрел на Бруствера, но тот лишь покачал головой и начал процесс. - Сегодня, 31 октября, Палатой Лордов внесён на рассмотрение Визенгамотом иск об амнистировании Кристофера Яксли, осуждённого ранее за злоупотребление служебными полномочиями и пособничество Тёмному Лорду. Ввести заключённого! В зал вошли четверо волшебников в форме сотрудников Азкабана, которые проводили к креслу, стоящему в центре зала, человека с длинными волосами и бородой. Кристофер Яксли сел в кресло, и цепи, лязгнув, вырвались из подлокотников и сковали его запястья. - Кристофер Яксли, вы доставлены из Азкабана для дачи показаний по делу о злоупотреблении служебными полномочиями, гонении маглорождённых и пособничестве Тёмному Лорду. Вы признаёте себя виновным? - Нет, министр, как и прежде, я утверждаю, что находился в те тёмные времена под действием заклятия Империус, наложенного на меня Тем-Кого-Нельзя-Называть, - проговорил узник. - Что ж, сейчас мы это проверим. Брукс, вы приготовили Сыворотку Правды? – осведомился министр. - Да, министр, всё готово. Прикажете начинать? - Именно. Заключённый был проверен на предмет использования антидота против данного зелья? - Так точно, антидота выявлено не было, - отрапортовал Брукс, вливая сыворотку в рот заключённого. Прошло две минуты, после этого Кингсли начал допрос: - Назовите ваше имя, заключённый. - Кристофер Яксли. - Год и место вашего рождения? - 20 августа 1946 года, графство Нью-Хэмпшир, Великобритания. - Кристофер Яксли, вы признаёте то, что, будучи главой Отела магического правопорядка, вы неоднократно нарушали закон, участвовали в гонении маглорождённых волшебников, а также помогали Тёмному Лорду в его делах? – спросил министр. - Признаю. - Признаёте ли вы также, что делали это по собственной воле? – задал главный вопрос Бруствер. - Нет. С самого возрождения Тёмного Лорда я находился под действием заклятия Империус, наложенного им на меня лично. По залу прошёл шепоток. Никто не ожидал, что слова Яксли окажутся правдой, а Лорд Поттер улыбался. - Министр, думаю, нет смысла тянуть с голосованием, - произнёс Карлус. - Согласен, Лорд Поттер, - ответил Кингсли, тщательно скрывая своё удивление и негодование. - Кто за то, чтобы оставить приговор в силе? Палочки с красными огоньками на кончиках устремились вверх после того, как сам Бруствер поднял в воздух свою, обозначая позицию в этом вопросе. Затем проголосовала другая часть Визенгамота, которая была за отмену действующего приговора. И всё же за оставление предыдущего приговора в силе было больше голосов, ненамного, но больше. Кингсли улыбнулся: - Что ж, приговор остаётся в силе, - начал было министр, но его перебил Лорд Поттер: - Министр, Палата Лордов тоже должна проголосовать, мы имеем на это право наравне с представителями Визенгамота, и, насколько вам известно, каждый из нас имеет по голосу, равному трём голосам участников Визенгамота. - Тогда голосуйте, - проговорил Бруствер, скривившись. Лорды подняли свои палочки, и на каждой из них загорелся зелёный огонёк. Подсчитав голоса, секретарь министра передал ему, что подсудимый должен быть оправдан за преимуществом в четыре голоса. - Кристофер Яксли, с Вас сняты все обвинения, Вы можете быть свободны, - с ненавистью в глазах чуть ли не прорычал министр.
