Luxury life

Сердце стучит так бешено, что звук удара громко отдаёт в перепонки. В который раз пробегаюсь глазами по тексту, высвеченному на экране моего телефона. Внутри меня бушует непонятное чувство. С одной стороны, я чувствую подвох, а с другой — надежду... Надежду на встречу с солнечным парнем. Вот только, зачем ему это? Он бросил меня, предпочтя кругленькую сумму денег, так любезно предложенную моим мужем. А может, это инициатива Итачи? Несложно догадаться, зачем ему это. Скорее всего, в его голове засели слова из нашего недавнего инцидента, когда я, не обдумав, опять упомянула о Наруто. Ноги начинают подкашиваться, и я быстро сажусь на кровать, пока они окончательно не перестали мне подчиняться. Достав из тумбочки успокоительное, я забрасываю пару таблеток в рот трясущимися руками и ложусь обратно на кровать. Сама не замечаю, как медленно закрываются мои глаза, и я погружаюсь в царство Морфея. Просыпаюсь уже тогда, когда сквозь сон слышу детский плач. Но как только я принимаю сидячее положение, то вижу, как над кроваткой склоняется человек в чёрном смокинге. Мне снова страшно, вот только не за себя. Тем временем, Итачи берёт плачущий комок на руки и начинает его укачивать. — Ну, тихо-тихо! Чего ты расплакался? Наследнику клана Учиха не пристойно распускать нюни! — голос Итачи строг. Со стороны это выглядит так, словно нашему сыну не несколько дней, а года так четыре. Он не поворачивается в мою сторону, поэтому не может видеть моё удивленное и одновременно испуганное лицо. Что касается младшего Учиха, то он прекращает плакать и внимательно смотрит своими маленькими, но уже такими до боли похожими, как у отца, ониксовыми глазами. Он смотрит на меня, и это заставляет Итачи тоже повернуть голову. — Оу... Я тебя разбудил? — муж слегка запинается и делает пару шагов к нашей кровати. Я чувствую, как в нос снова бьёт запах перегара. Скотина! И хватает же совести в таком состоянии брать ребёнка! — Дай сюда! — я практически вырываю сына из его рук и прижимаю к своей груди. Похоже, ему нужно сменить подгузник. Я аккуратно встаю и, подойдя к пеленальному столику, кладу на него Тэтсую. Как я и думала, он описался. Снимаю мокрый подгузник и заворачиваю сына в мягкую пелёнку. — Почему ты просто не наденешь на него новый подгузник? — Итачи произносит это с какой-то непонятной злобой. — Потому что кожа новорождённых слишком нежная, чтобы постоянно носить подгузники, — отвечаю ему так же грубо. — Я не хочу, чтобы у сына сопрела кожа, и появилось раздражение. Похоже, Итачи не ожидал от меня такой дерзости. Он неуклюже опускается на край кровати, скидывает пиджак, расстёгивает рубашку; его пальцы едва подчиняются ему. Я укачиваю сына на руках, даю ему новую соску. Тэтсуя успокаивается, но я не спешу возвращать его в колыбельку. Хочу дождаться, пока Итачи уснёт. Нет желания укладываться с ним в одну постель. Спустя пять минут мой муж уже громко сопит. Ребёнок тоже заснул. Я аккуратно кладу его в кроватку, а сама устраиваюсь на софе. Мой телефон лежит рядом, и я не могу сдержаться, чтобы снова не прочитать то сообщение. Завтра в полдень в центральном госпитале… И всё же СМС я удаляю, чтобы обезопасить себя. В голове прокручивается кое-какой план на случай, если всё это — подстава. Я засыпаю на диванчике. Не знаю, сколько проходит времени, но сквозь сон я чувствую, как меня теребят за плечо. Приоткрыв глаз, я вижу Итачи. Он уже без костюма, в домашних штанах. За окном начинает светать. — Ложись в кровать, — шёпотом произносит он, и я повинуюсь. Я спала в очень неудобной позе, у меня затекло всё тело. Падаю на нашу постель без чувств и снова погружаюсь в сон. Перед тем, как окончательно вырубиться, я ощущаю, как меня укрывают одеялом. Не знаю, куда делся Итачи после этого, но, когда я просыпаюсь от плача ребёнка, моего мужа нет в комнате. Часы показывают восемь утра. Я лениво встаю и беру Тэтсую на руки. Даю ему свою грудь, потому что вновь забыла сцедить молоко. Посматриваю на время. Если я хочу быть в госпитале в полдень, то нужно собираться уже сейчас. Вручив сына няньке, я иду в душ, привожу себя в порядок, делаю лёгкий макияж, одеваюсь. Несмотря на указания в сообщении, ребёнка я с собой не беру. Даже если СМС прислал Наруто, я не желаю, чтобы он общался с моим сыном. Честно, я очень хочу, чтобы все мои догадки были верны. Сама толком не понимаю, зачем мне встреча с этим предателем? Наверное, я просто хочу посмотреть ему в глаза и спросить, счастлив ли он теперь. Уехать одной мне, конечно же, не удаётся. Охрана мужа глаз с меня не сводит. Хорошо, что сегодня он снова оставил Пейна. Он не задаёт много вопросов. — Куда едем, Хината-сама? — спрашивает меня мужчина, открывая дверцу в салон автомобиля. — В госпиталь. Я забыла там кое-какие свои вещи, — отвечаю с улыбкой, чтобы не вызывать подозрений. Больше Пейн ничего и не спрашивает. Он включает музыку по радио и наслаждается старым добрым роком, а я не могу даже спокойно сидеть. От предвкушения встречи, от любопытства у меня живот сводит, и сердце подскакивает к горлу. Вытираю потные ладони о джинсы и приоткрываю окно, чтобы глотнуть свежего воздуха. Когда на горизонте показывается здание больницы, мне становится трудно дышать от волнения. Хорошо, что Пейн не смотрит на меня, иначе бы точно заподозрил неладное. Машина останавливается на парковке, водитель идёт открывать мне двери. — Скоро вернусь, — как можно спокойнее произношу я и иду в здание на негнущихся ногах. С трудом открываю массивную больничную дверь, силы почему-то покинули меня. Я осматриваюсь по сторонам, выискивая знакомые лица. В фойе почти пусто, если не считать пары медсестёр и уборщицы. Привычно пахнет хлоркой и лекарствами. Лампы дневного освещения слепят глаза. Какого чёрта я тут делаю? Где загадочный отправитель? Глубоко вдыхаю и иду к лифту. Может, мне нужно подняться в общую комнату отдыха или ещё куда? Но едва я успеваю поднести руку к кнопке вызова, как слышу за спиной знакомый голос. До дрожи знакомый… — Я рад, что ты пришла, — у меня нет сил обернуться. Сердце обрывается вниз, ноги подкашиваются. Я едва держусь, чтобы не расплакаться. Я оказалась права в своих подозрениях. — Прекрасно выглядишь, совсем не изменилась, — этот голос такой тёплый, такой близкий. Не знаю, каким чудом, но я поворачиваюсь и немедленно сталкиваюсь с взглядом синих глубоких глаз. Свет противных ламп начинает казаться мне лучами солнца. Будто даже в помещении стало теплей. — Привет… — выдыхает парень одними губами, которые кривятся в улыбке. — Здравствуй, — пытаюсь проговорить это с холодом в голосе, но я ужасная актриса. — Давай пройдём в кафетерий? — предлагает Наруто и вызывает лифт. — Здесь разговаривать не слишком удобно. Я прячу глаза и молча иду следом, когда открываются двери лифта. Кафетерий находится на третьем этаже, поэтому доезжаем мы быстро. Больничный персонал особо не обращает на нас внимания, ведь данное кафе не только для них, но и для пациентов, и для гостей пациентов. Мы ничего не заказываем, просто садимся за самый крайний столик в конце зала. Мне так много хочется сказать этому человеку, но в тоже время я не знаю, что говорить. — Почему ты не взяла сына? — интересуется Наруто. — Я так хотел увидеть и его тоже… — Зачем? — тут во мне вспыхивает обида. — Ты же нас бросил, предпочтя деньги! Тогда ты не хотел видеть этого ребёнка! — Хината, всё не так, как тебе кажется, — его голос грубеет. — Знаю, твой муженёк наверняка придумал отвратительную историю о том, какой я продажный… — Я видела записи с камер наблюдения в его кабинете, — резко прерываю речи блондина. — Там всё очень хорошо видно и слышно. Не пытайся оправдываться. — Ты ведь в курсе, кто такой Итачи, — на лице Наруто появляется усмешка. — Он хитёр и изворотлив, своей цели он достигает любыми методами. Наверняка то, что он показал тебе, было лишь качественным монтажом. Если бы ты увидела настоящую запись, то узнала бы обо всех угрозах, которые кидал Итачи в сторону твоей семьи. Я не боялся за себя, и ты ведь прекрасно знаешь, что я никогда не гнался за деньгами. Я боялся за вас. За тебя, за твоего ребёнка, за отца и брата. Я должен был тогда оставить тебя, понимаешь? Должен был солгать и скрыться на время из твоей жизни! Хината, я не потратил ни йены с тех денег, что дал Итачи. Все они лежат на банковском счету моего дяди. Все эти месяцы я обдумывал план, как забрать тебя и сына и увезти вас подальше от Итачи. — Я больше не могу тебе доверять, — качаю головой, хоть и понимаю, что Наруто точно не лжец, а от Итачи можно ожидать чего угодно. — Даже если ты говоришь правду, ты всё равно меня предал. Бросил тогда, когда был нужен больше всего! Ты должен был рассказать мне тогда о разговоре с Итачи, мы бы придумали что-нибудь! Тебя не было чёрт пойми сколько! И, знаешь, я благодарна мужу, что он от меня не отказался, когда было хреново. И вообще, ты не думал о том, что я снова полюбила Итачи? Что я забыла о тебе? Может, у нас с ним всё хорошо? — Ты сама веришь в свои слова? Этот вопрос заставляет меня замолчать. Верю ли я в свою любовь к мужу-тирану? Верю ли я в счастливое будущее с ним? Верю ли я в то, что разлюбила человека, который был для меня всем? — Не верю… — странно, что у меня хватает смелости произнести это вслух. Слёзы в этот раз оказались неизбежны. Я вытираю их рукавом кофты и закрываю рот ладонью. А Наруто улыбается. Так по-доброму, как умеет лишь он. — Если бы я не любил тебя и ребёнка, если бы ты была мне не нужна, я бы не вернулся, и сейчас мы бы не разговаривали. Эти месяцы я жил в аду. Представлял тебя в объятьях этой твари и проклинал себя за то, что не смог ничего придумать. Прости меня. За всю боль, что ты испытала с моим уходом, за то, что сразу не сказал правду. Я безумно тебя люблю! И я знаю, что ты также любишь меня. — Не люблю, — бурчу себе под нос эту наглую ложь. Конечно же, Наруто ясно всё видит и только усмехается над моим нелепым враньём. Наверное, сейчас я похожа на обиженного ребёнка. — Тогда, скажи мне это в глаза. Не могу. Даже ради того, чтобы позлить. Это выше моих сил. — Ну вот… — парень вкладывает мою руку в свою ладонь и слегка её сжимает. Виснет минутная пауза и прерывается его голосом. — Скажи, как ты назвала сына? — Тэтсуя, — на выдохе произношу я. — Это Итачи назвал. — Хм, неплохой выбор, — в небесных глазах словно гаснет свет, и они становятся такими печальными. Я вспоминаю, как мы с Наруто сидели над справочниками и выбирали имя для ребёнка. Он хотел назвать сына Риота, а я Исаму. Потом мы подолгу обсуждали, как будет выглядеть детская, в какой цвет покрасить стены, какой фирмы приобрести радио-няню? Вспоминая об этом, мне снова хочется разрыдаться. — Пожалуйста, возьми его на следующую встречу. Я хочу увидеть ребёнка. — Следующую? — это меня удивляет. Неужели Наруто думает, что я смогу в любой момент к нему сорваться вместе с маленьким сыном? — Я не знаю, получится ли у меня вообще в ближайшее время выйти из дома. У нас с Итачи не всё гладко… Он не оставляет меня без охраны. — Здесь же, через три дня. Скажешь ему, что у вас плановое посещение доктора. Я ещё напишу тебе. — Мне пора, — смотрю на часы и понимаю, что меня нет уже полчаса. Нужно возвращаться. Встаю из-за стола и прохожу мимо Наруто. Он хватает меня за запястье, подносит руку к своим губам и невесомо целует. Меня прошибает тысячей зарядов тока. — Будь осторожна, — парень не смотрит в мою сторону, говорит в пустоту, а потом отпускает руку. — Ты тоже, — я быстрым шагом иду к выходу и понимаю, что не чувствую пол под ногами. Только бы не проснуться.