Васятка и тёмный эльф

      Михей разбирал сгоревший дровник и костерил сбежавшего внука:       – Окаянный! Набедокурил и в лес. Сколько добра попортил всего-то за месяц, а ещё два впереди, – вздыхал тяжело дед, – скорей бы уж лето к концу, да Васятку в город спровадить. А то и дом, чего доброго, по бревну разнесёт до конца каникул-то. А ведь малой ещё, десять годков от роду. Ох, как же жить-то будет дальше, горемычный, с такой-то "удачей"?       Разогнувшись для отдыха, Михей так и застыл: перед калиткой, виновато склонив голову, стоял Васятка. А за ним... дед аж подпрыгнул от неожиданности:       – Ах ты вражина! Опять вылез на солнышко!!! – Михей схватил вилы и кинулся на эльфа. Тот, поняв, что прятаться поздно, прикрылся растерявшимся пацаном.       – Деда! Не тронь эльфика! Он мой! – смело заявил Васятка. – Он в моей комнате жить будет, я за ним присматривать буду, гулять с ним и кормить!       – Он тебе собака что ли? – вскипел Михей. – Ты кого в дом припёр, окаянный?!       – Эльфика. Тёмненького, – виновато ответил внучек, – я его в пещере нашёл, значит он мой!       – "Эльфика", – передразнил Васятку дед, – этот... эльфик всех парней перепортил в нашем селе!       – Это не я, вы ошиблись, уважаемый. Я первый раз у вас... – начал оправдываться осмелевший тёмный.       – Не ты? – задумчиво уточнил дед. – Чем докажешь?       – Я сегодня первый раз за два века солнце увидел. Клянусь! – торжественно приложил руку к груди эльф.       – Бедненький, – ожил Васятка, – не бойся, я тебя никому не отдам! И солнышко тебе каждый день показывать буду, – расчувствовался пацанёнок. – Деда, давай его себе оставим, а? – выражению глаз Васятки позавидовал бы сам кот из известного мультика, такие жалостливые они были, что Михей не устоял:       – Чёрт с вами, проходите в дом, там и разберёмся.       Домом оказалась добротная бревенчатая изба с резными оконцами и широким крыльцом. И вот Эльфинг уже занёс ногу над первой ступенькой, как двор огласился чудовищным звуком. Эльф тут же испарился... спрятавшись за перилами крыльца и достал из сапога нож. Вернее тесак ужасающего размера. Он готов был обороняться от неведомого зверя до последней капли крови. Но вдруг услышал Васяткин ласковый голос:       – Зоренька, милая моя, нагулялась, молочка нам принесла – пацан гладил нечто рогато-копытное, выше его ростом и странного рыже-белого окраса. А существо склонило голову мальчишке на плечо и неторопливо что-то жевало. А потом снова:       – Муууууу – задрав голову вверх.       Эльфинга пробрало до печёнок от этого звука. В его Подземье не водилось таких чудовищ.       – Ну не голоси, хорошая моя, – уговаривал Васятка корову, – сейчас деда тебя подоит, водички свежей даст и отдохнёшь.       И только теперь Васятка заметил эльфа с тесаком в руке:       – Ты чего? Это ж Зорька, – объяснил пацан, – она с пастбища вернулась. Видишь сколько молочка принесла? – спросил пацан эльфа, указывая на "мешок" между ног чудовища. Бледный эльф только и смог, что головой кивнуть. Всё равно ничего не понял, так что лучше согласиться, пока чудовище на него внимание не переключило.       – Ты в дом пока иди, я загоню Зорьку в коровник и приду – скомандовал Васятка.       Эльф в шоке наблюдал, как пацан хлопнул чудовище по горбу и та пошла в сторону сарайки. Кто же такой этот пацан, раз даже такое чудовище его слушается? Размышлял тёмный, поднимаясь по ступеням в избу. ***       Михей встретил эльфа угрюмым взглядом:       – Сымай сапожище-то, чай не в сортире!       Эльфинг опешил, но возражать не стал, стянул высокие мягкие сапоги и топтался на пороге, не зная, что делать дальше.       – Чё встал столбом? Проходи, – махнув рукой пригласил дед, – рукомойник в углу, полотенце там же. Неумытым за стол не пущу.       Эльфинг оглядел угол, в который ткнул пальцем дед и увидел там странное сооружение: колпачок с пимпочкой внизу и ведро на полу. Эльф помялся у этой непонятной штуки, не зная, как здесь можно умыться.       – Что, болезный, не смекнёшь никак? – усмехнулся Михей и подошёл ближе. Нажал на пимпочку снизу и из колпачка полилась вода:       – Видел? Приступай.       Эльфинг повторил действие человека и у него получилось! Потом обтёр лицо и руки мягким полотенцем и прошёл к столу, на котором уже стоял глиняный горшок с чем-то дымящимся и очень вкусно пахнущим. Тёмный не ел больше суток и сейчас с трудом сглатывал подступившую слюну.       – Деда, я Зорьку загнал! Иди молочка надои к ужину, а то эльфик наверно голодный! – Васятка влетел в дом, как ураган и сразу рванул к умывальнику.       – Чего ты не садишься-то? – спросил пацан эльфа, стоявшего возле стола. – Садись, ужинать будем. Видишь, картоха уже готова, – ткнул пальцем в сторону горшочка мальчишка.       Эльфинг присел на табурет, не отрывая взгляда от еды.       – Голодный сильно, да? – участливо спросил Васятка. – Тогда молоко парное ждать не будем, из ледника утрешнего принесу, – и умчался в дальний угол избы. А потом и вовсе сиганул... под пол? Эльфинг метнулся к мальчишке, в надежде, что успеет спасти из провала. Но тут вихрастая макушка снова вынырнула на поверхность и перед эльфом появилась ёмкость из белого стекла.       – Держи банку, я вылезу – Васятка подтолкнул ёмкость эльфу под ноги. Тот инстинктивно схватил и поднял это белое и чуть не выронил – руки обдало холодом.       – Холодненькое, – мечтательно протянул пацан, – как раз с горячей картохой.       За всеми этими действиями Эльфинг не заметил отсутствие деда, который ушёл доить Зорьку. Вернулся Михей в тот самый момент, когда Васятка доказывал эльфу, что молоко совсем не вредное и вкусное. Тот явно не верил, принюхивался и совал в кружку с молоком язык, чтобы распробовать.       – Вот же отродье болезное, – проворчал Михей, – всё не как у людей, всё через жопу! Молоко и то как кот из кружки хлебает.       Эльфинг обиделся:       – Так я и не человек вообще-то.       – Да уж вижу, – отмахнулся Михей, – но раз к людям пришёл, будь добр жрать, чем потчуют!       И тёмный послушался. Распробовав наконец еду, он уже мял за обе щёки картоху, прихлёбывая молоком.       После сытной еды эльфа разморило, но Михей спать не дал:       – Нечего мне тут грязь разводить, чай не в пещере! – ругался дед. – В баню сначала идите, потом дрыхнуть будете.       Куда это "в баню" эльф не знал, но был уже на всё согласен, за вкусную еду согласен.