Наречённая

— Эй! Может, хватит маячить перед глазами? — Кетрин, развалившись на кровати, пила шампанское прямо из бутылки, закатывая время от времени глаза на поведение блондинки. Пирс несколько часов назад бесцеремонно ворвалась в её номер, застав Форбс в подавленном состоянии. Поначалу Кэролайн зарывалась в подушки и надеялась как можно дольше оставаться в своём убежище, но вслед за Кетрин примчалась на выручку Ребекка, которая плюхнулась рядом с ней и начала откапывать Форбс из горы подушек, и прятаться от этих двух ненормальных было уже бесполезно. Сейчас же она ходила взад и вперёд, обдумывая поведение Клауса. У Кэролайн совершенно не было никакого настроения, более того, подруги сейчас дико бесили. Ей хотелось побыть одной и разобраться в своих отношениях с Клаусом, но эта парочка, по-видимому, не даст ей расслабиться в его отсутствие. — Твоя злость на Клауса от того, что ты оказалась взаперти, ничем тебе не поможет… тебе нужно отвлечься, Кэролайн, — продолжала донимать Пирс. — Ты не понимаешь, — Кэролайн остановилась на полпути проложенного уже маршрута к стене. — Он не просто запер меня тут. Клаус опять не даёт мне выбора и делает всё по-своему, — раздражённо ответила она подруге. — Я хочу, чтобы прежде чем он принимал решения, в особенности относительно меня, он советовался вначале со мной. Неужели это так сложно? — Наверное, для него сложно. Он тысячелетие принимал сам решения для всей семьи. Его тоже можно понять, — Кетрин пожала плечами, для неё было всё просто. К чрезмерной опеке Элайджи она давно уже привыкла. — Тебя, бывает, не переспоришь. Вот как сейчас, кстати. Ты должна уже быть собранная, чтобы быть на вечеринке, которую, кстати, устраивает сама Ребекка Майклсон, — Пирс хмыкнула от предвкушения провала первородной. Старается или нет древняя, но у неё совсем нет вкуса, но Форбс и простая гулянка будет сейчас на пользу. — А давай-ка я тебе поставлю метку, дорогуша! — перекривив слова и мимику Клауса, Кэролайн опять продолжила свой путь. В свою очередь Кетрин упала на подушки и прыснула от смеха. — Как? Ещё раз… покажи! — сквозь смех еле-еле проговорила Пирс. — Это не смешно, Кетрин, — Форбс подошла к дивану и кинула в подругу маленькой подушкой. — Ну, а если серьёзно? — спросила Пирс, переворачиваясь, и приподнялась на локте уже с серьёзным видом. — Что ты об этом думаешь? — Я не знаю… чувствую, что это должно быть не так. Меня что-то останавливает, — Кэролайн подошла к кровати и плюхнулась рядом с подругой. — А как это должно быть? Хочешь расскажу, как мне поставил метку Элайджа? — Что? — Кэролайн чуть не подпрыгнула от этой новости. — И ты молчишь до сих пор? — возмутилась она. — Ну, с твоим настроением хочется бежать сломя голову… — Давай уже рассказывай, — нахмурилась Форбс. — После вчерашнего вашего приключения с Клаусом на дороге Эл и Кол решили уберечь нас с Бонни и перестраховаться. Вот, смотри, — Кетрин убрала волосы с шеи и показала чуть покрасневший, с монетку шрам, внутри которого выпирали маленькие символы. Точь-в-точь такой же был у Мэтта. — И как это было? — Кэролайн осторожно прикоснулась к шраму. — Тебе в подробностях? — хмыкнула Пирс. — Нет уж, уволь. Просто скажи, это больно? — с придыханием спросила она. И то, что Форбс интересовалась процессом, означало, что она всё-таки думала о согласии, отметила про себя Кетрин. — Это, скорее, необычно. Ощущение, что теперь всё расставлено по своим местам. — И что… теперь я не смогу тебе даже дать пинка? — с притворным разочарованием спросила Форбс. — Ты сможешь, — расхохоталась брюнетка. — В кругу семьи, но если это не будет смертельным пинком, конечно. — А остальные смогут нанести вред вам? — вспоминая вчерашний разговор с Клаусом, она решила уточнить, правильно ли поняла его. — Для всех существ, наделённых магией, мы неприкосновенны. И если бы ты вчера согласилась на предложение Клауса, то не торчала бы тут сейчас. Поехали бы куда-нибудь вместе на Гаити отдыхать, пока они не решили бы вопрос с Люсьеном, — мечтательно заявила Кетрин, отпивая из бутылки. — Я иной раз поражаюсь, что у тебя всё так просто, Кетрин, — раздражённо пробурчала она, вставая и направляясь в душ. — О-о-о! Прогресс налицо, смотрю! — крикнула ей вслед подруга. — Давай поторапливайся, а то сейчас прилетит исчадие ада. — Не обольщайтесь, — услышала Пирс приглушённый крик Форбс. — Я всё равно не настроена на вашу вечеринку. — Посмотрим, — тихо произнесла Кетрин, улыбаясь в сторону ванной. — Я всё слышу! — В свою очередь, Пирс в который раз закатила глаза за этот вечер. На самом деле она никак не могла забыть вчерашний разговор с Элайджей. Теперь, когда у неё есть метка, она могла бы рассказать про ту злосчастную записку и помочь этой парочке в развитии отношений. Элайджа отнёсся к этой идее скорее скептически, чем с воодушевлением. — Она тебя никогда не простит… а для вампира никогда — это очень долгий срок… Да уж, узнав Кэролайн Форбс поближе, она не сомневалась в словах Элайджи. За пять лет Кетрин привыкла к ней и не хотела терять единственную подругу, которая появилась за столько столетий жизни. Ребекка и Бонни были совсем другими. Они были не такими, как Кэролайн. Что-то было в этой девочке родное и похожее на неё саму, хотя Форбс любила строить вечные преграды своему счастью, но это не раздражало, а, скорее, веселило Пирс. Не то чтобы теперешняя ситуация, в которой оказалась её подруга, уж очень забавляла её. Кетрин прекрасно понимала. Она знала Клауса много столетий и, сколько себя помнила, всегда была в бегах от его мести. Теперь все изменилось. Наконец он понял, что мешал брату жить счастливо. И Кэролайн даже не подозревала, как помогла ей, изменив одержимого параноика, тем более, какую власть имеет над ним. Возможно, настало время отплатить добром за добро и в первый раз в жизни поступить не эгоистично по отношению к другому человеку, тем более что записку она прихватила с собой, но сущность Кетрин всё же перевешивала, и пищащий внутренний голос, который она никогда не слушала, потихоньку начинал затыкался, как впрочем и всегда. Она не может потерять единственную подругу. Слишком много она теряла в своей бесконечной жизни дорогих ей людей. — О чём задумалась? От неожиданного появления подруги Кетрин встрепенулась и села на кровати. После эгоистичных мыслей ей как-то было даже стыдно смотреть Кэролайн в глаза. — Давай посмотрим, что накупил тебе твой ухажёр, — уходя от ответа, воодушевлённо воскликнула Пирс, подскакивая к пакетам. — С тобой всё в порядке? — Кэролайн с подозрением посмотрела на подругу. — Хм… наверное, твоё паршивое настроение передалось мне. — Пирс достала из огромного пакета платье зелёного цвета, но посчитав, что оно слишком длинное для их вечеринки, брезгливо откинула на кровать. — Не то… ну и вкус… — бубнила себе под нос она, продолжая копошиться в пакетах. — А вот это совсем себе ничего. — Она достала чёрное короткое платье с открытыми плечами на тоненьких бретельках. — Пожалуй, я его надену сама, — скептически осматривая его на вешалке, сообщила Пирс. — Рада, что тебе понравилось это платье. Его я выбирала тебе в подарок, — довольно сообщила Кэролайн, наблюдая за реакцией подруги. Такая мелочь, но как же поднимает настроение. «Ты форменная стерва, Кетрин Пирс! Даже в такие несущественные моменты она не забывает про тебя!» — запищал вновь противный внутренний голосок. Что-то сегодня он прямо протестует больше обычного, а точнее, никогда так не возникал. — Ты чего так скисла? Тебе же понравилось платье? — Улыбка моментально сползла с лица Форбс. — Спасибо, милая. Просто, кроме Элайджи, никто мне раньше не дарил подарков, — Пирс подошла к ней и приобняла с благодарной улыбкой. — Кто-то умер? — В номер словно вихрь ворвалась Ребекка. — Если нет, то советую поторопиться. У меня уже всё готово. Мартин одолжил нам для этого мероприятия свой ресторан на несколько дней. — На несколько дней? — в панике вскрикнула Форбс. Она не вынесет их так долго. — Ну да… — невозмутимо ответила первородная. — А ты что хотела, чтобы мы сидели в этом душном номере и несколько дней высиживали тебя, как наседки? — Нет! Не думала! Я думала, что после вечеринки, скажем в несколько часов, вы уберётесь и оставите меня наконец в покое, — раздражённо прокомментировала Форбс. — Так! Хватит ныть… — Ребекка отодвинула Кетрин от пакетов и начала уже более активно рыться в покупках, а Кэролайн стояла в одном полотенце, панически наблюдая, как та разбрасывает аккуратно запакованные вещи по всему номеру, причём, в отличие от Пирс, первородная делала это молча, поражая своей беспредельной наглостью. — Вот! Нашла! — Она кинула в сторону Форбс голубенькое платье с корсетом, юбка которого была в форме колокольчика. — У кого-то появился вкус в выборе одежды?! — усмехнулась Пирс, полностью одобряя выбор первородной.

***

Кэролайн удивлённо ахнула, когда они зашли внутрь. Ресторан, что ещё вчера был выполнен в классическом стиле, сегодня было не узнать: столики были расставлены вдоль стен, освобождая пространство для гостей, в конце зала на импровизированной сцене музыканты играли современную живую музыку. Зал был освещён разноцветными софитами, придавая игривость вечеру. Кэролайн насчитала в помещении двадцать человек. Почему-то Ребекка позвала девушек намного больше, чем мужчин. Их было всего пятеро и они были, как на подбор, в прекраснейших формах, мечта любой женщины. Эдакие ходячие секси-мальчики, а вернее, не ходячие, а сидящие, каждый в одиночестве за отдельным столиком. Они наблюдали за танцующими девушками внутри зала, но сразу же, как по команде, перевели восхищённые взгляды на вновь прибывших ярких и эффектных вампирш. Конечно, все присутствующие были под внушением первородной. Это даже не удивляло Форбс. — Как ни странно, но мне нравится твой выбор, Ребекка, — первая подала голос Пирс. — Второй раз за вечер ты удивляешь меня. — То ли ещё будет. Тебе понравится, что я им внушила. — Кэролайн подозрительно перевела взгляд на довольную собой Ребекку. Удивительно, но через некоторое время Кэролайн уже наслаждалась чувством свободы, которое так кстати охватило её. Сидя за отдельным столиком, они болтали, пили и веселились, время от времени наблюдая за танцующими девушками, старающимися изо всех сил понравится пятёрке единственных мужчин в зале, и это было жестоко со стороны Ребекки, но очень смешно. Одна из девушек забралась на стол и начала танцевать перед одним, и остальные поспешили последовать примеру первой. Они толкались, а некоторые даже падали, не удержавшись на слишком маленькой и скользкой поверхности столов. — Боже… что ты им внушила, чертовка? — хохотала вовсю Кетрин. — Те, что понравятся больше всех этой замечательной пятёрке, уйдут отсюда живыми и здоровыми… — Серьёзно, Ребекка? — возмутилась Форбс, перебивая древнюю. — По-твоему, убивать невинных — это нормально? — Ой, да ладно… до чего же вы с Мэттом добропорядочные зануды! — Ребекка с возмущением развела руки. — Пора бы уже привыкнуть, что это они, а не мы в цепочке выживания! — Она с раздражением встала из-за стола и направилась к танцующим девушкам. С лёгкостью прыгнув на свободный стол, она громко похлопала в ладоши, привлекая внимание присутствующих. Кэролайн напряжённо наблюдала за первородной, переживая за её очередную выдумку. — Минуточку внимания! — Музыка стихла, и все взгляды теперь были направлены на Ребекку. — По просьбе одной моей скучноватой подруги, кровавая вечеринка отменяется и теперь вы вольны делать, что заблагорассудится вашим душенькам. — Древняя эффектно спрыгнула со стола и, не обращая более внимания на подруг, направилась на середину танцпола. — Эй… — Кетрин легонько ткнула локтем в бок Форбс, видя, что настроение подруги опять упало на ноль, — не обращай на неё внимания. — Пирс ещё ближе подвинулась к ней и прошептала на ухо: — Они сегодня утром поругались с Мэттом, прямо перед его отъездом в Лондон, и теперь наша первородная задница не в настроении. — Я думала, что у них великая любовь теперь, — Кэролайн с недоверием посмотрела на Пирс. — Не только у тебя проблемы на любовном фронте, принцесса. — Ты какая-то тоже странная сегодня, — Форбс внимательно посмотрела на Кетрин. — Обычно на вечеринках тебя не остановишь, а тут сидишь как мышка со мной. — Пирс чуть не подавилась от догадливости подруги. — Совесть заела, — усмехнулась она. — Серьёзно? У Кетрин Пирс есть совесть? — Кэролайн от неожиданности аж привстала. — Думаю, тебе уже хватит налегать на бурбон, подруга. Если бы она только знала, как сейчас внутренний голос Кетрин уже не пищал, а кричал о справедливости. — Может, ты и права, — задумчиво проговорила брюнетка. Ох, как же ты права.