Старый дом

      Густой сигарный дым обволакивал все пространство погруженного в полумрак, отделанного в темно-коричневые тона кабинета, тонкой струйкой выползая сквозь плотные занавеси в приоткрытое окно. За большим письменным столом сидел мужчина. В одной руке он держал сигару, а пальцы другой выстукивали монотонный ритм по полированной поверхности. Испещренные сединой волосы хозяина кабинета были слегка растрепаны, а выцветшие голубые глаза неотрывно гипнотизировали телефонный аппарат.       Раздавшаяся трель звонка разрезала тишину, и мужчина нетерпеливо схватил трубку.       — Патрик слушает, — в его голосе сквозило раздражение, смешанное с нетерпением.       Выслушав непродолжительный монолог невидимого собеседника, мужчина гневно выкрикнул:       — За что я плачу вам деньги?! За четыре месяца я не получил практически никакой информации. Надоело слушать нелепые оправдания. Я больше не нуждаюсь в ваших услугах, — и, не дожидаясь ответа, со злостью швырнул трубку.       Бездельник просто не желает выполнять заказ! Неужели так сложно избавиться от сопливого пацана? Не может быть, чтобы мальчишка ни разу не выходил из дома. Он бы уже давно подох там от голода. Тем не менее, нанятый человек утверждает, что он там. Дом выглядит жилым и ухоженным, а сам Дэйви иногда подолгу смотрит в окно на втором этаже. И что еще за глупости? Как это невозможно попасть внутрь дома?       Затушив истлевшую сигару, Патрик поднялся из широкого кресла и подошел к находящемуся в углу небольшому столику, на котором стояла бутылка аквавита и парочка рюмок. Плеснув в одну из них порцию крепкого коричневатого напитка, седовласый опрокинул в себя обжигающую жидкость, практически не морщась.       Время категорически поджимало. Из отведенного года оставалось всего несколько месяцев. Нужно было срочно предпринимать меры. Он не собирался делиться с этим щенком своими деньгами, но и светиться самому тоже было нельзя. Что же делать? ***       После близости, случившейся между молодыми людьми, некоторое время Дэйви чувствовал себя странно и неуверенно. Не до конца затянувшиеся душевные раны все еще кровоточили. Ему сложно было вновь доверить свои чувства и открыть сердце. Несомненно, Эдвин вызывал в его мозгу пресловутую химическую, каковой ее считают ученые, реакцию — влюбленность. Но парень боялся очередного предательства со стороны человека, которому сможет довериться. Однако смышленый микиреец быстро уловил эмоциональный настрой блондина и не позволил ему долго зацикливаться на размышлениях, окружив парня вниманием и заботой. Заставляя в моменты близости балансировать на грани сумасшествия, доводя ласками и доставляемым удовольствием до исступления.       Осень сменила вьюжная зима, а следом за ней пришла юная весна. Почки на деревьях набрали силу, весело забарабанила капель. Природа постепенно оживала, просыпаясь от зимней летаргии.       Дэйви разбудил птичий гомон, доносящийся из сада. Пернатые вернулись из теплых стран и, видимо, теперь делили территорию, чтобы свить себе гнезда и завести потомство. Парень сладко потянулся, разминая затекшие после сна мышцы и, не открывая глаз, пошарил рукой по постели в поисках лежащего рядом любовника. Не нащупав искомое, открыл глаза. Постель на второй половине кровати была смята, но Эдвина в комнате не оказалось.       Впрочем, как и всегда, с тех пор как в начале зимы они стали делить одну кровать на двоих. Засыпая после любовных утех в объятиях Эда, наутро Дэйви просыпался в одиночестве. Блондин попытался выяснить причину, по которой рогатый каждый раз покидал его, но тот лишь пожимал плечами и говорил, что ему не нужен сон как таковой, достаточно и энергии, получаемой от секса. Кстати, о самом сексе. Эд неоднократно пытался уговорить Дэйви хотя бы разок поменяться местами, но парень упорно отказывался. Никакие обещания неземного наслаждения не могли переубедить блондина сменить активную позицию на пассивную.       Дэйв откинул одеяло, бодро подскочив, подошел к окну и распахнул его. Звуки сада тут же ворвались в помещение. Парень глубоко вдохнул, наполняя легкие сыроватым весенним воздухом, в котором витал запах влажной от тающего снега земли. Споро накинув одежду, Дэйви поспешил вниз, в столовую, где по сложившейся за последние месяцы традиции его уже ждали завтрак и Эдвин.       Вид взлохмаченного, слегка сонного блондина, появившегося в дверях, вызвал в груди микирейца волну нежности и тепла. Захотелось немедленно прижаться всем телом к любимому, раствориться в нем целиком, чтобы быть вместе вечность. Но, к сожалению, отмеренное время неумолимо близилось к концу. Эд мысленно отмахнулся от мрачных дум и ласково улыбнулся блондину в ответ на его улыбку.       — Доброе утро, — сказал Дэйв, присаживаясь за стол и тут же принимаясь за поедание хрустящих, ароматных тостов, намазывая их черничным джемом и запивая горячим черным чаем.       — Доброе, — ответил брюнет, — как спалось?       — Неплохо, но было бы лучше, если б рядом был ты, — укорил блондин любовника.       Эдвин проигнорировал замечание в свой адрес, уставившись в окно, а через пару минут молчания неожиданно спросил:       — Не хочешь прогуляться по саду?       От неожиданности Дэйви поперхнулся чаем, закашлялся, а затем удивленно и недоверчиво посмотрел на рогатого. Но не похоже было, что Эд шутит или издевается над ним.       — Хочу, — неуверенно, больше спрашивая, чем утверждая, ответил парень.       — Тогда доедай, и пойдем. — Эд поднялся. — Жду тебя в гостиной, и накинь что-нибудь теплое, на улице еще довольно прохладно.       Дэйви молча кивнул в спину уходящему юноше и принялся с удвоенной скоростью поглощать завтрак.       Блондин, наскоро приняв душ и облачившись в теплую уличную одежду, поспешил в холл, попутно все это время размышляя над тем, почему вдруг Эдвин надумал выпустить его из дома. Ведь сам Дэйви хоть и решил для себя, что влюблен в микирейца, ему о своих чувствах сообщать не спешил, определившись, что сделает признание по окончании контракта. Тогда, когда их не будут связывать обязательства. Он хотел, чтобы Эд поверил в искренность испытываемых им эмоций, а не думал, что Дэйви пытается его обмануть, чтобы сбежать.       Эдвин ждал внизу. Выглядел он как обычный человек, собравшийся на прогулку, правда, одет был немного старомодно, но ему шел такой стиль в одежде. Строгое черное пальто, темные брюки, рожки спрятаны под фетровой шляпой с узкими полями. Дэйви подумал, что его спортивная куртка, джинсы и кроссовки совершенно не сочетаются с образом Эда, и вместе они смотрятся как люди из разных эпох. Хотя ведь так оно и есть.       Переступая порог дома, блондин задержал дыхание, боясь, что идея с прогулкой окажется жестокой шуткой, и он, как в первый свой день здесь, просто наткнется на невидимую преграду. Оказавшись на улице, Дэйв облегченно выдохнул и двинулся следом за брюнетом, направляющимся неспешным шагом вглубь парка.       Дэйви не видел отразившуюся на лице микирейца гамму эмоций. Наивный парень даже не предполагал, что покинул пределы дома не потому, что Эд позволил ему сделать это, а потому, что с некоторых пор блондин сам не хотел покидать особняк, искренне привязавшись и к дому, и к Эдвину.