Head Over Heels (Кувырком)

      Когда он отвозил Эрин домой по окончании урока, мысли Найла постоянно возвращались к тому великолепному гимнасту, которого он видел в зале (могу предположить, и в своих снах в ту ночь). Малышка восхищенно о чем-то рассказывала, сидя на заднем сидении, но блондин мог поддерживать разговор лишь отвлеченными репликами, постоянно думая о том парне.       Он на самом деле был фантастическим. Найлу приходилось сдерживаться, чтобы не открывать рот, когда он наблюдал за тренировкой брюнета, крутящегося и буквально взлетающего на кольцах. Смуглый парень приземлялся повторял то же самое с невероятной точностью и силой, в следующий миг изящно опускаясь в полном шпагате (Хорану приходилось сопротивляться желанию освежиться или обмахнуться чем-нибудь, ведь вау). Найл с трепетом смотрел, как тот забирался на высокую планку и переворачивался на ней, перед тем, как спуститься и схватить ее с другой стороны. Когда голубоглазому удавалось видеть смуглого парня, он просто поражался его возможностям.       Когда он привез Эрин домой, ее мама щедро поблагодарила блондина за помощь, и Найл ответил, что для него это не составило никаких проблем; ему на самом деле понравилось (о да, ему очень понравилось), и Хоран был бы рад снова отвезти Эрин на курсы, если будет нужно. А ночью он не мог спать, представляя великолепного экзотического Бога, которого он видел днем. Когда ему все же удалось уснуть, сны парня были только о влажном, смуглом, мускулистом атлете со светло-коричневыми глазами, сверкающими решимостью, под нежными, красивыми ресницами. На следующий день он сам позвонил тете Нэнси, предлагая подбросить Эрин на гимнастику, ибо она сказала, что Найлу просто необходимо увидеть ее на батуте. И последующие два дня он просто не мог найти себе места. ~ ~ ~       Найл снова и снова отвозил свою маленькую кузину на гимнастику лишь для того, чтобы хоть одним глазком увидеть невероятного атлета, и когда блондин забирал малышку уже пятый раз подряд, он предложил:       — Тетя Нэнси, Вы всегда заняты в больнице, так почему бы мне впредь не отвозить ее самому? Просто для того, чтобы Вы могли немного отдохнуть.       Она была удивлена и чем-то недовольна:       — Дорогой, я не могу все время просить тебя об этом. Разве тебе не много задают в школе?       — Нет, – соврал он. – К тому же, мне нравится наблюдать за Эрин.       И это было правдой. На те 10 минут, за которые Найлу удавалось понаблюдать за Эрин, сексуальный дерзкий парень (как однажды назвал атлета лучший друг Найла Гарри, и теперь это прозвище всегда вплывает у блондина в голове) уходил на небольшой перерыв или отдыхал между упражнениями. Вот тогда голубоглазый наблюдал за кузиной, и понимал, что слова учителя оказались правдой, и у малышки действительно был талант к этому.       После долгих уговоров (Найлу пришлось чуть ли не умолять ее, хотя обычно до такого не доходило) Нэнси позволила ему это, благодаря его от всего сердца. Найл ухмыльнулся в предвкушении и поблагодарил тетю в ответ.       Парень уже был готов ехать домой, когда внезапно вернулся к женщине и спросил:       — А Молли тоже там занимается? ~ ~ ~       Вот так Найл и стал постоянным посетителем в Бредфордском учебном центре гимнастики. Многие мамы (в особенности Барб) знали его имя; учитель Эрин и тренер Молли всегда здоровались с блондином, когда он заходил в зал. Девушка на регистрации, у которой, к слову, было какое-то странное (она даже выглядела немного психически неуравновешенной) помешательство на собаках (по всему ее столу были расставлены разнообразные фигурки собак, а на стенах – множество постеров, поэтому, зайдя в центр, парню становилось жутко из-за тысяч взглядов, направленных на него), приветствовала его по имени, интересовалась его делами и даже пыталась вытащить из него деньги за трико Молли. Потребовалось много сил, чтобы наконец убедить ее, что он был просто кузеном малышки и не мог распоряжаться средствами их семьи. Девушка позволила Хорану спокойно уйти, взяв с него обещание напомнить тете, что ей необходимо оплатить это. "Все люди, занимающиеся гимнастикой, какие-то сумасшедшие," – предположил он.       И все ради того, чтобы увидеть сексуального дерзкого парня. Он был величественным, сильным и просто потрясающим, а Найл – как будто загипнотизированным им. Блондин удивлялся, как у второго парня получается не пялиться на него (и Хоран хотел бы так же, но его глаза были буквально были приклеены к брюнету с начала и до конца тренировки).       — Найл! – услышал он голос Эрин и отвлекся от разглядывания сексуального дерзкого парня, тренирующегося на брусьях. Она обнимала девочку чуть младше себя с черными волосами в конском хвосте (Найл вообще стал совершенствоваться в искусстве девчачьих причесок с тех пор, как стал шофером кузины) и очень знакомым, миленьким личиком, которое покрывал легкий румянец.       — Найл, это моя подружка, Сафа! – гордо выдала Эрин, когда вторая девочка взглянула наверх, встретилась глазами с Найлом и быстро опустила их обратно в пол.       Мягко улыбнувшись, Найл сказал:       — Здравствуй, Сафа. Ты тоже юная гимнастка? – когда он обратился к девочке, она покраснела пуще прежнего и медленно кивнула, не поднимая глаз. – Это классно.       — Спасибо – тихо пробормотала она.       — Сафа думает, что ты милый, Ни, – хихикнула Эрин, и брюнетка развернулась к ней в шоке, будто ее только что предали, и покраснела, как помидор.       — О, правда? – спросил Найл, когда обиженная девочка повернулась обратно к нему. – Ты тоже милая.       Челюсть Сафы* отвисла, а лицо от румянца стало темнее, чем пурпурно-красное трико Эрин.       — А знаешь что, детка? – позвал блондин, и она взглянула на него сквозь пальцы. – Эрин считает Саймона Коуэлла довольно привлекательным, – он засмеялся из-за выражения лица кузины, когда выдал ее секрет, и почувствовал прилив облегчения, заметив хихикающую Сафу.       — Не считаю! – отрезала Эрин, топнув ногами, и Найл ухмыльнулся.       — Тогда почему ты смотришь X-factor каждую неделю и визжишь всякий раз, когда замечаешь его? – не унимался он, на что малышка ахнула.       — Вот так значит? А ты помешан на Барак Обаме! – выдала она, и щеки Найла стали покрываться румянцем.       — Ничего я не помешан! – ответил он, оглядываясь, чтобы узнать, услышал ли ее кто-нибудь.       — Ага-ага, – пропела она.       — Не-а – театрально отвернулся он, сморщив носик.       — И еще ты считаешь привлекательным Тома Дейли! – сказала она.       — Потому что это действительно так, – прошептал он, и подружки захихикали.       — В любом случае, Найл, – сказала Эрин, когда смешки девочек утихли. – Мама Сафы сказала, что не сможет забрать ее сегодня, поэтому ей придется подождать своего брата. Можем ли мы побыть здесь еще немного?       — Эм, – начал было Найл, но его перебили.       — Пожа-а-а-а-а-а-луйста? – просила она, сложив руки перед собой в молитвенном жесте.       — Надо узнать, не против ли твоя мама, – ответил Найл, но для девочек это означало безоговорочное "да", и они радостно завизжали (Мама Эрин согласилась бы в любом случае, потому что Эрин и Сафа уже давно дружили. Хораны всегда ждали с брюнеткой ее родителей, потому что те были очень занятыми).       "Чуть больше времени понаблюдать за моим будущим мужем," – подумал Найл, нахмурившись и покраснев из-за своего дрянного внутреннего монолога.       Мечтательно вздыхая, он наблюдал, как парень перекрутился на кольцах и идеально спустился. Он был удивлен, когда заметил, как Сафа восхищенно кричит и хлопает парню. Найл усмехнулся. Видимо, чары сексуального дерзкого парня распространяются на всех.       — Ты тоже считаешь его привлекательным? Я думал, между нами что-то промелькнуло, Сафа. Я просто повержен, – сказал Найл, и брюнетка хихикнула. Эрин округлила глаза, будучи раздраженной.       — Ты что, дурак? – отрезала она, поставив руки на бедра. – Это ее брат, Зейн... *Если честно, я не знаю, как склоняется это имя.