Серебро Господа.

На следующий день Макс, появившись на работе, немедленно рассказал обо всём Шаманке. Женщина отреагировала вполне предсказуемо, сказав в адрес олигарха много разных слов, среди которых было очень мало тех, которые можно произносить в приличном обществе. Терпеливо выслушав филиппику Шаманки, Макс поинтересовался: - А что с препаратом? Смогла установить, кто имел к нему доступ? - Не совсем. Но те, кого я смогла установить либо уже скончались, либо находятся вне пределов нашей досягаемости, либо всё напрочь отрицают. Так что тупик. Пока что ясно одно – убийца имеет достаточно большой запас этого зелья. И будет развлекаться в своё удовольствие и дальше. - Есть у меня одна мысль… - задумчиво протянул Макс. - Ну? – нетерпеливо спросила Галина. - Нужно поднять то старое дело. Дело об изнасиловании и убийстве девушек. То, по которому Головина так и не осудили. Если верить бабе Паше, одна из потерпевших осталась жива, младшая из сестёр, Галина. - Но ты же говорил, что она вроде бы умом тронулась, бедная? - Говорил, да. Но наша психиатрия, как ты помнишь, творит чудеса… Если уж они Флориста* в своё время выпустили… Галина ведь не убийца, а жертва. Вполне могли подлечить и отпустить. А как её потом переклинить могло – про то один Бог ведает. Тем более, что даже баба Паша упоминала, что отца Головина убили тем же способом, что и наш серийщик. – заметил Макс. - Ну, как версия, да. Имеет право на существование. Тем более, что сейчас ей… лет сорок с небольшим, так? - Точно не знаю, но, скорее всего. - Вполне себе крепкая женщина, возможно… Да ещё при наличии этого препарата… Да. Просто подходит к жертве, незаметно делает укол, и просто уводит парня с собой… Да, просто получается. – вслух размышляла Шаманка. - Ну да. А, учитывая возраст парней, это выглядит, как будто, ну скажем, мать уводит сына… - отозвался Макс. - И поэтому крепкие парни не насторожились. Ну подходит женщина, с виду вполне мирная, не слишком молодая. Может, она у них дорогу спросила, может ещё что… Смотри как всё красиво ложится… Просто конфетка, а не версия. - Не радуйся раньше времени, Галь… Сглазишь… - Ничего. Переплюну. Ты в архив? - Ну да. Куда ж ещё. В архиве Макс достаточно быстро разыскал нужное дело и убедился, что основную сюжетную линию баба Паша обрисовала ему достаточно верно. Всё так и было. И двойное изнасилование. И убийство, едва не превратившееся в двойное… Сестёр Зароковых, так была фамилия потерпевших, никто не думал оставлять в живых. Только сверхъестественная живучесть младшей, семнадцатилетней Галины, позволила ей выбраться из воды и ползком проползти почти два километра, пока её не обнаружил местный егерь. Мужик попытался, как смог оказать ей первую помощь, затем на руках тащил до ближайшего населённого пункта. К счастью, это было не очень далеко. К счастью, фельдшер оказалась на месте. К счастью, дело было летом, грунтовка до деревни не успела превратиться в жидкую грязь, и районная «Скорая» приехала быстро. К счастью, местный участковый оказался въедлив, и расспросил девушку, получив даже более-менее внятные ответы. И это были единственные внятные ответы, которые удалось получить от Галины. Далее у неё на почве пережитого стремительно стал развиваться острый психоз, и никакой речи о ней, как о свидетеле и быть не могло. Но в те времена подобное происшествие было ЧП, и всех его участников задержали по горячим следам. А уж полученных улик с лихвой хватило для суда. Единственный, кто пошёл свидетелем из всей компании насильников был Миша Головин. Он твёрдо стоял на своём, что приехал с сёстрами на озеро, намереваясь встретиться с друзьями, выпил водки и просто ничего дальше не помнит. Проснулся утром дома с чувством непонятной тревоги и решил узнать, где Рая и Галя. Тут-то и приехала милиция. Все обвиняемые в один голос подтверждали версию Михаила, один из них даже сказал, что подсыпал в водку димедрола, чтобы Мишка быстрее отрубился. В крови Головина действительно был обнаружен димедрол в довольно серьёзной дозе, так что противопоставить его показаниям было нечего. На теле Гали его биологических следов обнаружено не было, а тело Раи нашли только несколько дней спустя, изрядно попорченное озёрной живностью. Так что там не могло быть и речи ни о каких биологических следах. Поэтому ушлый Миша и прошёл благополучно свидетелем. Все остальные получили весьма серьёзные сроки. Макс мысленно прикинул – к этому времени все уже должны были выйти на свободу. Если конечно остались живы. Отношение к насильникам на зоне до сих пор очень неоднозначное, а уж тогда… Макс переписал имена всех пятерых подельников – может быть, хоть кого-то удастся разговорить про те давние события. Он внимательно разглядывал сохранившиеся фотографии из дела. Помимо снимков с места преступления были там и фотографии сестёр Зароковых, и групповая фотография всей компании – видно конфискованная у кого-то из альбома. Головин был на ней вполне узнаваем – в светлой рубашке и джинсах, с короткой стрижкой, он выглядел несколько старше своих восемнадцати лет – сильный накачанный спортивный парень. Не монстр, не чудовище, не изверг с виду – приятная внешность, располагающая улыбка… И кого-то эта улыбка очень сильно напоминала… Макс потёр ладонями виски, и память послушно показала перед мысленным взором фото потерпевших… Так вот оно что… Они все похожи на Головина… На молодого Головина, не нынешнего. Неужели они с Шаманкой нечаянно набрели на верную догадку? Неужели это действительно выжившая Галина Зарокова? Так… Макс торопливо перелистал уголовное дело ещё раз. Заключение о состоянии Галины Зароковой давал врач-психиатр Первой Областной психиатрической больницы Алексей Евгеньевич Емельянов. Логично предположить, что на лечении Галина находилась именно там. Значит туда и следует ехать в первую очередь – но без запроса врач нужных сведений не даст. Конечно, вряд ли доктор Емельянов работает до сих пор, но какие-то документы сохраниться должны… Макс достал мобильный и позвонил Шаманке, попросив организовать нужную бумажку. Та быстро согласилась и отключилась. А Макс продолжал листать дело дальше. Так. Родители Раи и Гали. Отец – главный инженер турбинного завода, мать – доцент кафедры истории СССР, кандидат наук, преподаватель. Адрес в деле имеется. Можно поискать в базе данных, проживают ли они там до сих пор. Грех, конечно, старое ворошить, но куда могла пойти излечившаяся Галя? Только к родителям. Значит нужно навестить и родителей – вдруг Галина Зарокова до сих пор по этому адресу и проживает… Хуже, если они умерли или уехали. Тогда Галину будет нелегко найти… Стоп. Надо надеяться на лучшее. Может хотя бы в этот раз всё пойдёт по плану. Хотя бы для разнообразия. На следующий день Андрюха уже чувствовал себя куда лучше. Температура почти не поднималась, появился аппетит, голова уже не болела. Но вот слабость и вялость сохранялась до сих пор. Поэтому он послушно ел таблетки, оставался в постели и смотрел «Властелина Колец». Кино было длинное, в меру интересное, а когда Андрей уставал, он просто ставил фильм на паузу и дремал. Вадим с утра оставался дома, но потом ему позвонили, и он, раз сто спросив у Андрея, как мальчик себя чувствует и переживёт ли его временное отсутствие, стал собираться, сказав, что возникли форс-мажорные обстоятельства, срочно требующие его чуткого руководства. Андрюха сказал, что всё в порядке, и что он не маленький и чувствует себя уже почти хорошо. Так что Вадиму беспокоиться совершенно не о чем. Вадим оставил таблетки и кувшин с морсом на тумбочке, велел Андрюхе до своего возвращения никому не открывать, тем паче, если это будут люди совершенно незнакомые. Андрюха удивлённо пожал плечами, дивясь такой повышенной заботе, но потом решил, что Вадим просто обеспокоен его внезапной болезнью и послушно отозвался, что всё так и сделает. Вадим покачал головой, но тут ему позвонили ещё раз, и он вынужден был уйти. Андрюха послушал стук захлопнувшейся двери и вновь включил фильм. Но через некоторое время в дверь позвонили. Потом ещё раз, и Андрей всё-таки решил встать и посмотреть, кто это. Вадим ведь не запрещал ему смотреть, правда? А открывать он никому не будет. Андрюха встал с постели, голова сразу же начала куда-то плыть, но любопытство пересилило слабость. Он надел тапки и тихо прошёл по коридору к входной двери. Звонок повторился, и мальчик осторожно заглянул в глазок. Перед дверью на площадке стоял Артём. * Флорист – прозвище маньяка-убийцы. См. «Солнечный круг".