Серебро Господа.

Макс начал было уже набирать номер, как вдруг ожил мобильник Вадима. Тот бросил короткий взгляд на высветившееся имя и заявил Максу: - Погоди звонить. Это Бурлаков. Объявился, наконец-то. Вадим быстро поднёс мобильник к уху и спросил: - Николай? Это вы? Где вы? Что случилось? Невидимый собеседник начал отвечать и лицо Вадима прояснилось. Более того, он показал Максу поднятый большой палец, и тот понял, что звонил Бурлаков с самыми радостными известиями. - Так. Так. Где вы? Ясно. Мы сейчас подъедем. Кто мы? Я, мой друг и брат мальчика. Может быть, он его узнает. Нет, не могу ждать до завтра. И не думаю, что вам теперь стоит опасаться мести. У «Ангела милосердия» теперь масса других проблем. Ждите, мы сейчас будем. - Ну что там? – нетерпеливо поинтересовался Макс. - Они на даче родителей Николая – сам Бурлаков, охранник который помог вывезти мальчика и Серёжа. Николай говорит, что с ним всё в порядке. Поехали? - Поехали. Я тоже боюсь сглазить. Не стоит ждать до завтра. Андрея берём, так? - Конечно, берём. Может быть, и правда Серёжа его узнает. Макс зашёл в комнату к Андрюхе и сообщил тому, что появилось очень важное и неотложное дело, так что игру придётся отложить. Андрюха только кивнул и без возражений стал собираться, Данька тоже. Он хотел было идти на остановку автобуса, но Макс заявил, что дело хоть и срочное, но не настолько, чтобы не завезти его домой. После того, как Данька вышел у своего дома, Андрей спросил: - Что случилось? Что-то плохое? Макс вздохнул. Вот долго ещё малыш будет ждать от жизни исключительно плохого? Бог весть… Вадим же, напротив улыбнулся и сказал: - Совсем нет. Андрей, ты знаешь… Серёжа нашёлся… Мы сейчас едем за ним. Андрей изменился в лице: - Малой? Нашёлся? Правда? - Правда, малыш, правда, - отозвался Макс. И тут Андрюха сгорбился и закрыл лицо руками. Плечи его задрожали. Перепуганный этой реакцией, Вадим остановил машину, и Макс торопливо пересел спереди на заднее сиденье, к мальчику. - Андрюш.. Ну ты что? Андрюха поднял голову и отнял ладони от лица. Он действительно плакал. - Я…я… ничего… Простите меня. - Господи, да за что? – вырвалось у Вадима. - Я думал, что всё… Что не увижу Малого больше… Что вы меня просто успокаиваете… Простите… - И ты молчал? – спросил Макс – Почему с нами не поговорил? - Я не хотел вас расстраивать… У вас и так проблем куча…Я же вижу… Макс достал из кармана чистый носовой платок, дал знак Вадиму, чтобы тот ехал дальше и протянул платок Андрюхе, добавив: - Во-первых, вытрись. Расстроишь братика. Во-вторых, запомни на будущее – нет у нас таких проблем, чтобы твои дела были неважны. Усёк? Андрюха вытер лицо, он уже почти успокоился и ответил Максу уже обычным голосом: - Усёк. Простите. - Ладно, перестань. Всё в порядке. Вон, гляди, пока ты тут плач Ярославны устраивал – мы уже и из города выехали. Вадим, куда дальше? - А здесь недалеко – отозвался Вадим – садоводство номер семь. Центральная улица, дом сорок два. Это адрес дачи родителей Бурлакова. Спустя пятнадцать минут они въехали на тёмную улицу садоводства номер семь. Видно, постоянных обитателей в посёлке осталось мало – в основном здесь жили летние дачники – и уличное освещение отключили из экономии. Но бойко пробиравшийся куда-то по тёмной улице словоохотливый местный житель с фонариком в руках объяснил им всё и даже показал дорогу. Так что через несколько минут машина Вадима уже стояла у ворот дачи. В отличие от большинства других, дача казалась обитаемой – окна светились, из трубы шёл дым и какой-то парень колол дрова во дворе. На вопрос Вадима, это ли дача Бурлакова, лицо парня слегка нахмурилось, но быстро разгладилось: - А, вы Вадим Константинович? Коля вас ждёт. А я вот решил дровишек наколоть – может, завтра баню истопим. Вы проходите, проходите. Внутри домик был немного просторнее, чем казался снаружи. Но там была всего одна комната, заставленная старой мебелью, которая, покинув городскую квартиру, доживала свой век на даче. Потрескивая, топилась печка, на газовой плитке варилось что-то съестное, а на потёртый, тоже городского происхождения палас, была брошена старая куртка с вылезающим из швов синтепоном. На куртке сидел мальчик, который был занят тем, что сосредоточенно гладил толстую серую кошку, а кошка не менее сосредоточенно мурлыкала, пытаясь поймать лапой с втянутыми когтями гладящую её маленькую руку. Короче все были при деле, поскольку Николай что-то сосредоточенно помешивал в кастрюльке, стоявшей на газовой плитке. - Ну вот, Лёня, – не оборачиваясь, сказал он – каша почти готова. Сейчас ужинать будем. - Это мы, Николай – отозвался Вадим. Детектив обернулся: - Быстро вы, однако. Я думал, мы ещё сами поужинаем и мальца успеем покормить. - Это он? – взволнованно спросил Вадим. Тут мальчик поднял голову, и все сомнения Вадима, беспокойство о том, что и Бурлаков, и охранник, возможно, ошиблись, улетучились как дым – мальчик до изумления был похож на Андрюху. Только вот в отличие от русого Андрюхи, малыш был светленьким, с рыжиной. Мальчик насторожено посмотрел на вошедших, но тут Андрюха быстро подошёл к нему, опустился рядом на пол и сказал: - Малой… Малой, это я… Не узнаёшь? Мальчик некоторое время озадаченно смотрел на Андрюху, в этот момент его мордашка была забавной до изумления, но Вадим уже испугался, что мальчик ничего так и не вспомнит. Но тот всё-таки вспомнил: - Дююка… - неуверенно произнёс он – Дюка, ты меня нашёл? - Ага. – отозвался Андрей – Мы все тебя нашли. Мальчик поднялся, бросился к Андрюхе и повис у него на шее. Тот обнял малыша и прошептал: - Малой… - Ты за мной приехал? Ты меня заберёшь? – продолжал говорить мальчик. - За тобой. Заберу. – отвечал Андрюха. Мальчик вцепился в Андрюху ещё сильнее, словно боясь, что он исчезнет, так что вставать Андрюхе пришлось с ним на руках. - Познакомься. – сказал он Малому, когда встал и подошёл к наблюдавшими за ними Вадиму и Максу – Это Вадим. А это Макс. Они хорошие. Ты теперь будешь с нами жить. Мальчик посмотрел на Макса и Вадима и вежливо сказал: - Здравствуйте. Меня зовут Серёжа. Мне шесть лет. Лирическое отступление тринадцать. Комната Игната (продолжение). Сегодня отец рано утром уехал, разбуженный ранним звонком. Он так торопился, что даже толком не позавтракал, и Игнат этому только порадовался. Но ранний звонок насторожил – возможно, у отца возникли какие-то проблемы, а это автоматически обозначало, что проблемы будут и у Игната. Поэтому, хотя мальчик и радовался отсутствию отца, но одновременно тревожился и боялся, что кошмар предыдущей ночи повторится. А силы Игната – и физические, и душевные – были на исходе. В последнее время он стал бояться, что сойдёт с ума уже по-настоящему. Когда наступил вечер, отец всё ещё не вернулся, и Игнат поужинал в одиночестве. Потом он ушёл к себе, пытался играть, потом читать, но тревога не оставляла мальчика. Наконец, он почувствовал, что засыпает, посмотрел на часы, и увидел, что время идёт к полуночи. Мальчик облегчённо выдохнул – так поздно отец обычно не приезжал, оставался ночевать в городской квартире. Мальчик заставил себя встать с постели, и пошёл было в душ, но тут его внимание отвлекло какое-то движение за окном. Мальчик отодвинул штору – за окном была непроглядная темень, просматривался лишь участок подъездной дорожки возле двери, освещённый фонарём, который сегодня горел на удивление тускло. И тут он увидел, как к двери, крадучись, проскользнула неясная призрачная фигура.