Опиум

Стоя перед зеркалом, Мэй безуспешно пытался уложить волосы так же красиво, как это делали старшие альфы (парню хотелось походить на них хоть в чем-то), но мягкие пряди распадались, ложась красивой волной. Мэю казалось, что с такой прической он выглядит младше и даже ниже своих метра семидесяти, а довольно простая внешность становилась совсем посредственной. Сегодня же Мэй хотел выглядеть мужественно, ради чего даже выпросил у тети новую черную майку с пробитым узором; светлые джинсы были старые, но выглядели вполне прилично, при помощи ремня держась на несколько худом, но жилистом парне. Джинсы Мэй купил тем летом, сам заработал свои первые деньги и все отдал вырастившей его женщине, а уже она отправила омежку за обновками, и тот вернулся невероятно гордым. Мэй пригладил волосы вновь, все с тем же успехом, и уж совсем было хотел огорчиться из-за этого, как у него нашелся куда более серьезный повод для расстройства. У омеги началась первая течка. Он уже знал, что это такое и как происходит, даже закупил с полгода назад таблетки, беспокоясь о том, что эти дни не приходят слишком долго, но на практике парень готов не был. Почувствовав мокрое, Мэй поспешно спустил джинсы, опасаясь испачкать их, ощупал ткань белья и лишь затем обратил внимание на неприятную тянущую боль внизу живота, словно туда навалили груду камней. – Нет… нет-нет-нет. Пожалуйста! Это был его единственный шанс попасть на вечеринку, стать таким же, как все остальные. Мэй понимал, что если сейчас он не явится, то больше его уже не позовут, и он так и останется изгоем до самого последнего дня в школе. И омега решил действовать. Скинув майку, Мэй поспешил в душ, где потратил драгоценное время на то, чтобы рассмотреть выделяющуюся смазку получше, а потом вымылся так тщательно, как только мог. Прикосновение воды к зудящей дырочке подарило приятную прохладу, но кроме того еще и желание потрогать себя там, проникнуть внутрь хотя бы одним пальчиком, коснуться сжимающихся влажных стеночек, дразня себя. Мэй отбросил душ, чувствуя, как бешено бьется его сердце. Прежде такие мысли не посещали его, и хоть парень испытывал интерес к своему полу, как и положено нормальному омеге, да и ласкал себя иногда, он никогда не испытывал такого желания. Может, остаться дома и… парень потряс головой, поднимая душ и еще раз окатывая себя водой, а потом поспешил за таблетками, хваля себя за предусмотрительность. –Так… что тут? –омега осмотрел так и не распечатанные коробочки и вытащил инструкцию, внимательно ее изучая. Побочные эффекты внушали опасение, но Мэй все же вытряхнул две таблетки из разных упаковок, поколебался и проглотил их. Одну – для воздействия на тело, чтобы смазки было меньше и запах не чувствовался, а вторую для того, чтобы самому не наброситься на какого-нибудь альфу. – И повторить через шесть часов, – проговорил парень сам для себя, запихивая таблетки подальше в сумку. Сперва он хотел убрать в джинсы, но, решив не привлекать внимание торчащими блистерами, спрятал в потайной кармашек, который сам и пришил за подкладку. Теперь можно было одеваться и идти. – Тёта, я не вернусь на ночь, – крикнул он, сбегая по лестнице со второго этажа, но исчезнуть он не успел, пришлось отвечать на вопросы "что-куда-зачем-почему", от которых кружилась голова, и только потом, скрепя сердце, тетя Джейн отпустила парня. Как-никак, в следующем году уже школу закончит... женщина вздохнула, понимая, что только она и будет гордиться Мэем. В крошечной прихожей Мэй остановился, еще раз поправил волосы, одернул край облегающей тело майки и провел ладонями по ремню. –Ну, как я? Не дожидаясь ответа, но догадываясь, что он будет одобрительным, парень слетел по крыльцу и быстрым шагом пошел к автобусной остановке, надеясь успеть и уехать пораньше – до назначенного дома еще надо было добраться, а с их окраины никто не ехал. Мэй все же успел. Пошарил по карманам, рассчитываясь с водителем мелочью, хлопнул себя по сумк… сумки не было. Парень лихорадочно оглянулся, надеясь, что забыл ее на остановке, но, хоть автобус уже набирал ход, в окно было видно пустую лавочку. –Эй, остановите! – омега застучал в окошко водителя, но усатый мужчина лишь покачал головой. –Мы без остановок, до центра. Извини, правила. Потерянно опустившись на жесткое сидение, парень прикусил губу, не зная, как лучше ему поступить – то ли возвращаться домой, то ли просто недолго побыть на вечеринке и вернуться, пока действие таблетки не успеет истечь. Хоть Мэй и понимал всю глупость и опрометчивость своего решения, он все же предпочел второе, опасаясь, что если явится слишком поздно, компания не примет его, а парню хотелось наконец стать своим. Несколько повеселевший парень вышел из автобуса, оглядываясь по сторонам и с трудом представляя, куда идти. Мысли о том, что зря он согласился участвовать в вечеринке, да еще и во время первой течки, наползли с новой силой, утягивая Мэя в сомнения, и омега совсем уж было хотел вернуться домой, прямо на том же автобусе, на котором приехал, как услышал знакомый голос. –Тим и тебя позвал? – знакомый голос. –Эм, да… вроде позвал. Мэй повернулся лицом к своему однокласснику, тоже омеге, о котором говорили, что он встречается со взрослым мужчиной. В общем-то, парню было все равно, кто и с кем, но сегодня Мэй впервые задумался о своей дальнейшей судьбе. Кто станет его первым альфой и надолго ли? Эти вопросы едва не слетели с губ неопытного омеги, в полной мере осознавшего, как не хватает ему отца, который разъяснил бы это куда лучшей статей, тем более, журналы в библиотеке были и пятилетней давности, где печатались откровенные небылицы. Так, например, Мэй узнал, что предохраняться можно раствором подорожника, если ввести его прямо перед половым актом. Хорошо еще, что через пару лет вышла опровергающая статья… –…дешь? – Что, прости? – задумавшийся о сексе парень выпал из реальности и теперь хлопал ресницами. –Так ты идешь, говорю? – терпеливо повторил рыжий омежка, накручивая на палец короткий рыжий локон. Он явно отчаялся получить ответ, но Мэй наконец отмер и утвердительно кивнул, так что оба омеги двинулись вперед. Один - весьма уверенной вихляющей походочкой, а второй шел в надежде не опозориться, как обычно. К удивлению Мэя, встретили его радушно, точнее, никто не выказал удивления, тем более, протеста, и парень постепенно осваивался. Он впервые был в таком богатом доме и сейчас все больше рассматривал обстановку, нежели участвовал в разговорах, но стакан пива изменил настрой захмелевшего омежки. Он редко пил - здоровье не позволяло, и алкоголь сейчас развязал Мэю язык; с поблескивающими от счастья глазами, омега то и дело прибивался к какой-нибудь компании одноклассников, разговаривая ни о чем, и наконец-то чувствовал себя частью коллектива. На выпускников парень тоже поглядывал, но смелости не хватало подойти, да и не хотелось привлекать к себе внимание, тем более, живот периодически напоминал о себе болезненной пульсацией внизу, от которой омеге хотелось забиться в угол, поскуливая. Вечеринка продолжалась. За четыре часа Мэй успел устать, и сейчас тихо сидел на диванчике, наблюдая за тем, как много вокруг образовалось парочек. О, знакомый рыжий омежка вовсю лизался с выпускником... кажется, тоже омегой, что не могло считаться изменой. Или могло? Задумавшийся парень не заметил, как в гостиной началось движение, и очень скоро на выдвинутый в центр комнаты стол забрался лидер альф из выпускного класса. Он махнул рукой, привлекая внимание, и кто-то сунул ему бутылку крепкого алкоголя. - Мы покидаем школу, и теперь вы... Альфа говорил достаточно громко, но Мэй все же встал со своего места и подобрался поближе, с интересом рассматривая сильного парня, слегка пошатывающегося на своей сцене. - ... вы занимаете наше место! Да будут подвиги ваши не забыты альма-матер, да будет первое место у нашей команды, да будут омеги течными, а их задницы пассивными... и пусть хоть кто-нибудь поебется на столе директора, вашу мать! Кончите на стол этому козлу! Не омрачайте нашу славу! К концу речи, встреченной бурными аплодисментами, Тим подкатил канистру с пивом, к которой был прикручен шланг, и выступающий альфа повернул краник, окатывая ближайших слушателей струей пива. Мэй поморщился, но, кажется, лишь он один не оценил широкого жеста. Остальные омежки, чуть ли не пища, ломанулись вперед, ловя губами капли со шланга, самый наглый забрался на стол, схватил ртом наконечник, чуть не подавившись, и был вознагражден. Продолжая удерживать струю изобилия, альфа подтянул мокрого юношу, ставя того на колени, и вскоре ротик молодого, но явно перспективного блондинчика был занят по назначению. Изредка выдыхая хриплые стоны, альфа трахал пассива, не обращая внимание на то, что эту сцену видно со всей комнаты. Градус повышался, поддатые омеги, у которых не было партнера, не особо сопротивлялись, когда их зажимали в углу, и вскоре Мэй решил сбежать с вечеринки, превратившейся в оргию. - А мы как раз вовремя! Парень сжался. Этот голос он узнал даже среди стонов и сосредоточенного пыхтения, маслом заливающегося в уши. Это был Рик, и, несмотря на обретенную уверенность в себе, омега решил не сталкиваться с ним. Тем более, их команда явно наотмечалась заранее и сейчас была готова продолжить веселье, чего не очень хотелось бы Мэю, знавшего, что он наверняка будет одним из развлечений. Да и действие таблеток скоро должно было закончиться, ведь еще до дома надо добраться, а автобусы не ходят так поздно. Ему почти удалось. Выждав, пока команда разбредется, Мэй уже выходил на крыльцо, как ему навстречу попался курящий Рик. Парень даже успел удивиться - спортсмен прежде вел преимущественно здоровый образ жизни, но сладковатый запах травки явно полюбился альфе больше простых сигарет. - Куда это ты собрался? Рик сделал последнюю глубокую затяжку и выдохнул в лицо омеги, даже пустив красивое колечко. Мэй закашлялся. - Рик, пожалуйста... - Что "пожалуйста", котенок? Невежливо уходить так рано. Или ты не хочешь поразвлечься? Омега определенно не хотел поразвлечься и попытался проскользнуть мимо, но реакция не изменила Рику даже под кайфом. Он схватил парня, сжимая ладонями за зад, и прижал к себе. - Ты уйдешь позже... если сможешь. Дэнни, парней в беседку. После того, как приказ был отдан, альфа схватил вырывающегося парня и поволок его в упомянутую беседку, которая, скорее, была летним домиком, где было и крытое помещение и терраса, на которую они и попали. Сердце Мэя оборвалось. Если приставания одного альфы он еще мог вытерпеть, постараться сбежать или еще как-то решить вопрос, то что ему было делать с целой командой? - Рик, Рик... пожалуйста, отпусти меня. Пожалуйста. Сильный парень рывком прижал омегу к перилам, почти ласково поглаживая его щечки. - Что, сученыш, испугался? Только попробуй выкинуть какой-нибудь номер, я тебе жопу порву. Совсем обезумев от страха, Мэй рванулся из последних сил, отталкивая альфу от себя, но тот ухватил его за край одежды, разрывая совсем новую замечательную майку, и толкнул на пол. - У нас новое развлечение? - спросил поднимающийся по ступенькам Дэнни, единственный омега в команде, за которым шли еще трое - остальные нашли развлечения и в доме. - Тебе ничего не светит, пассивная задница, - хохотнул Рик. - Ты же знаешь, я люблю смотреть. Последняя надежда Мэя на то, что его защитит такой же, как он, омега, исчезла. Он пополз в сторону перил, надеясь, что увлеченные разговором парни не заметят этого, но Рик бдительно следил за своей добычей и отпускать не собирался. Альфа поймал Мэя, зажимая к стене. - Ты еще девственник, м? Видя, что омега не отвечает, Рик повысил голос и сжал пальцы на шее парня, отчетливо повторяя вопрос. Мэй кивнул. - Тогда у тебя праздник, тебе собьет целку лучший альфа, который у тебя будет за всю твою жалкую жизнь, а потом выебут еще двое. Как тебе идея? Зло дернув молнию на джинсах парня, Альфа приспустил их, до боли стискивая ладонями сочные ягодицы и добиваясь вскрика омежки. - Рик, давай вернемся в дом, там давалок целая комната, этот все равно ничего не умеет. Мэй вскинул на говорящего неверящий взгляд. Он подумать не мог, что лучший друг Рика заступится за несчастного забитого омегу, и сердце парня забилось сильнее. Одежду придется покупать... но ничего, он найдет деньги, только бы отпустили. Пожалуйста, только бы отпустили! - Так мы его научим, - хмыкнул альфа. Опустив взгляд, Мэй сжал кулаки, в надежде все же отбиться, но спустя пару мгновений его пальцы невольно разжались, и омега больше не сопротивлялся, ни когда Рик лапал все его тело, ни когда раздел, и светлая кожа парня покрылась мурашками. - Какой сладкий, - почти проурчал альфа. Он заставил Мэя забраться на широкий устойчивый стол и встать на четвереньки, и сейчас вылизывал тесную дырочку омеги, все отчетливее ощущая вкус смазки на губах. Парень, изредка вздрагивая, вцепился пальцами в край стола, но вскоре его ладони были заняты дрочкой двух больших членов - бездействовавшие альфы присоединились к веселью, и Мэй оказался в центре их внимания. Все было не так уж и страшно... Рик рывком перевернул омегу на спину, одним властным движением ладоней расставляя стройные ноги и снова прижимаясь губами к девственной дырочке, чтобы языком раздвигать горячие стеночки и сглатывать все чаще. От все усиливавшегося запаха омеги парень начинал терять контроль, он хищно принюхивался к выделением, понимая, что у омеги началась течка, и Мэй тоже чувствовал это. Грубые прикосновения ладоней к коже уже не вызывали отвращения, он сам развел ноги шире, подаваясь навстречу ласкам, хоть разум еще пытался бороться. - Течная шлюха, - выдохнул альфа, распрямляясь. Ухватив Мэя за бедра, парень загнал ему два пальца, подвигав внутри и убедившись, что дырка омежки уже мокрая, и почти сразу же вставил до упора. Крепкая головка неохотно преодолела напряженное колечко мышц, но Рик надежно удерживал взвизгнувшего парня, усиливая напор, пока член не погрузился до предела. - Больно... отпусти, пожалуйста, - застонал Мэй, ерзая на столешнице и чувствуя, как от каждого движения дырочка горит еще сильнее. - Заткните ему рот. Прислушавшись к приказу капитана, стоящий справа шатен, кажется, его звали Терри, провел стоящим органом по губам омеги, пошлепывая. Он тоже чувствовал запах течного парня, но более сильный альфа овладел добычей, и Терри сдерживал себя, довольствуясь этой ролью. - Укусишь - выбью все зубы, чтобы лучше сосал. Понял? Дождавшись кивка, парень надавил сильнее, заставляя Мэя взять в рот, и стоны омеги стали глуше, хоть он все также был готов кричать от боли. После нескольких сильных толчков Рика, тональность стонов поменялась. Таблетки окончательно прекратили свое действие, и омега был готов обслуживать парня, взявшего его по праву сильнейшего, да и остальным был не прочь угодить. Похотливо подставляя крепкую попку под член альфы и истекая вязкой смазкой, Мэй тихо поскуливал от непонятных, неизвестных прежде ощущений. Если пару часов назад живот неприятно болел от первой течки, сейчас эта боль отступила, дав место приятной истоме внизу, и омега приподнимал бедра, стараясь почувствовать Рика глубже. - Ах ты сучка, - прорычал альфа ему на ухо, и парень тонко застонал, начиная течь еще сильнее, - не забывай брать в рот. Исправляя свою ошибку, Мэй поспешно сомкнул губы на члене Терри, отсасывая неумело, но старательно, и ладонью лаская орган другого парня, от которого пахло тоже вкусно. Омега смог сблизить пальцами оба крепких достоинства и поочередно заглатывал крупные головки, не обращая внимания на то, что уже весь подбородок был в слюне и смазке. Он старался не отвлекаться, но резкие движения Рика заставляли ноги парня разъезжаться сильнее, Мэй то и дело пытался толкнуться бедрами вперед, сбивая ритм, за что получал звонкие шлепки по выпяченному заду. Но все же Терри первым спустил на лицо омежке. Крупные белесые капли повисли на губах Мэя, он выставил язык, ловя сперму и касаясь припухшими красными губами головки члена, пока другой альфа не схватил его за волосы, подтягивая к себе. Он загнал член так глубоко в горло, как только получилось, Мэй едва не задохнулся, он пытался справиться с ударившим внутрь потоком семени, как почувствовал укус на холке. Омега уже не понимал, что происходит, он жадно сглатывал вязкую жидкость, все равно вытекающую по губам, пока Рик драл прежде невинную дырочку, наконец обкончав парня изнутри. Мэя отпустили, но ненадолго. Он даже не мог встать со стола, так и лежал, распластанный, с вытекающей из всех щелей спермой, когда альфы вновь решили использовать его. Рик поставил жертву на четвереньки, ему завязали глаза, а альфы подходили сзади и трахали, заставляя Мэя угадывать, кто имеет его на этот раз. Растянутая дырочка омеги пульсировала от нескончаемого секса, все бедра парня были перепачканы смазкой и спермой, а сам Мэй едва ли понимал, что с ним происходит и часто ошибался. После этого омеге приходилось сосать, чувствуя на губах свой собственный вкус и вкус всех альф, запоминая участников лучше. Ему хотелось пить. Как ни странно, Рик снизошел до просьбы их шлюшки, и отправил наблюдавшего за оргией омегу принести выпивку, так что веселье пошло по новой. Мэю пришлось сосать горлышки бутылок, Терри залил алкоголь и в истерзанный анус омеги, заставив того кричать от боли, но прежде чем жертву пустили по кругу, попить ему дали. Мэй уже не помнил, что происходило дальше. Кажется, в благодарность за выпивку его заставили обслужить и омегу, ближе к утру к изнасилованию присоединился и Тео. Омеге было все равно, кто именно трахает его, но почувствовав сухие сильные руки на бедрах и грубое прикосновение, парень невольно дернулся вперед, в беспамятстве умоляя не брать его больше. В тот раз Мэй кончил. Он чувствовал, как какой-то из альф кончает в него, и член становится больше, распирая растянутую дырочку изнутри. Спермы было так много, что омега чувствовал ее на своих бедрах, он пытался выползти из-под насильника, но тот лишь крепче сжимал зубы на загривке Мэя. Внезапно парень почувствовал, как внизу живота зарождается новое чувство, сперва похожее на легкую щекотку, потом нарастающее, захватывающее все тело. Горячая волна прокатилась до кончиков пальцев, омега весь сжался, выплескивая жалкие капли спермы на стол и жалобно постанывая, и лишь тогда альфа вышел из несчастной жертвы. - Хорошая дырка, - одобрительно произнес явно пьяный, как и вся команда, Рик и швырнул на стол деньги. Омега не видел, какие именно, но вздрогнул, чувствуя себя еще более униженным. - Купишь себе нормальный шмот. За то, что твой порвали, еще спасибо скажешь. Они ушли, а Мэй еще долго лежал неподвижно. Лишь мысль о том, что его могут увидеть здесь в таком виде, заставила омегу подняться и встать на дрожащие ноги, хватаясь рукой за стол. Резкая боль прошила тело парня. Ему казалось, что настоящее испытание предстоит теперь - добраться до дома лишь с горсткой мелочи и с ощущением раскаленной кочерги в заднице было невыполнимым заданием, а ведь еще надо было привести себя в порядок. Мэй тихо всхлипнул. Ему было страшно и больно, и сейчас он благодарил судьбу за то, что мама умерла. Она не пережила бы, увидев все это; узнав, как ее мальчик ковыляет к видневшемуся около беседки фонтанчику, поминутно озираясь, а потом, плача, подмывается зеленоватой от ряски водой. - Я не хочу больше жить, - тихо прошептал Мэй своему отражению. Отражение молчало. Кое-как вытерев себя порванной майкой, парень свернул ее и застегнул ремень на джинсах, стараясь незамеченным добраться до автобусной остановки. Каждое резкое движение заставляло омегу останавливаться, пережидая приступы жалящей боли, и только спустя мгновения Мэй мог снова идти, хватаясь за стены и оградки. Повезло ему сегодня лишь в одном - автобус пришел почти сразу, а у водителя хватило такта не пялиться на потасканного омегу, который был единственным пассажиром в столь ранний час. Заплатил и заплатил, остальное мужчина явно считал не своим делом, и Мэй ему был благодарен за то, что не приходится отвечать на неудобные вопросы. Мог бы вообще полицию вызвать... омега зябко повел плечами, стесанными об столешницу, и уставился в окно. Ему даже плакать не хотелось. На душе была паршивая пустота, словно из квартиры вынесли все вещи, не оставив и клочка бумаги подтереться, а новое ничего не занесли. - Торговый центр Рио, - проскрипели динамики, сдохнув на последнем "о", и омега потащился к дверям, моля всех богов о капельке удачи, но боги уже разлили ее мимо. Шторка у соседей была приоткрыта, и парень был готов поклясться, что видит сквозь стену, как миссис Глоссиман потягивает неизменный чай с молоком, пока ее длинный нос торчит на улицу. Можно было не сомневаться, что скоро вся улица узнает о утреннем явлении Мэйсона Чедвига. Омега закрыл глаза, думая, что стоило бы проехать лишнюю остановку, а затем вернуться дворами, но у него не было на это сил. Не было сил даже стыдиться и, стиснув зубы, парень пошел вперед, стараясь не хромать при этом слишком сильно. В конце концов, он не первый омега, которого опустили. Тетя еще спала, и парень смог дойти до лестницы, которая встала перед ним непреодолимой преградой. Каждый шаг стоил простреливающей до поясницы боли, и уже к середине пути пальцы омеги, сжимающие облупленные перила, тряслись, словно в припадке, но Мэй заставлял себя идти дальше. Он считал вдохи и едва не упал, когда лестница наконец закончилась. Всего лишь лестница... а еще столько надо было сделать. "Может, прилечь на минуту?" - пронеслось в голове у омеги, но он заставил себя отбросить эти мысли, понимая, что из постели он уже не встанет. Пришлось тащить себя в ванную, смывать с себя всю грязь, оставшуюся за эту ночь, которая навсегда остается в памяти омеги, и заставлять себя снова подняться. О произошедшем Мэй старался не думать. Он погладил напоследок воздушные хлопья пены, спуская их вместе с водой, и с огромной осторожностью выбрался из ванной, чудом перекидывая ногу через слишком высокий бортик. - Как омегам может нравиться секс, - тихо прошептал он, рассматривая в зеркале следы "любви". Вопрос был, разумеется, риторическим. Мэй прекрасно понимал, что близость может быть и нежной, но сейчас, умирая от боли и унижения, он хотел, чтобы все омеги страдали так. Чтобы не он один был таким... таким. Прикусив губу, парень забрал грязные вещи и пошел в спальню, робко переставляя ноги маленькими шажками.