Тетрадка с рецептами

***

«Рейвен» не работал по понедельникам. С самого утра убирался зал, намывалась кухня, делались заготовки, а после обеда было время двух сумасшедших поваров, которые закрывались в ресторане одни и творили. Это было время рождения нового блюда дня или необычайного соуса, или просто испытание неизведанной специи. Уже второй понедельник Тим был один. Он понимал, что напугал Поттера, но идти мириться не собирался. Не маленький, сам поймет, что ему нужно, а не поймет — никто заставлять не будет. Тимати с силой надавил на скалку и продолжил раскатывать слоеное тесто. Складывая его в сотый раз, он вымещал свою злобу на ни в чем не повинном куске. На очередном силовом упражнении со скалкой его резко развернуло от стола и припечатало к стене. Губы тут же оказались в плену, а по телу начали шарить жадные руки. Тим опомнился и оторвал от себя возбужденного Поттера, обхватив ладонями его лицо. Глаза Гарри горели, щеки были красными, с отпечатками муки от рук Тима, губы припухли. Камерон задохнулся от этой картины и впился в манящий рот. Языки переплетались, руки путешествовали по телу, Поттер сам отстранился и снял с себя футболку, оставшись только в джинсовых шортах, которые явно сильно давили на его член, отчего парень резко расстегнул ширинку и освободился от ненужных тряпок. Полностью обнаженный, Гарри взглянул в горящие желанием глаза. Тим пожирал Поттера взглядом. Сам он был одет только в шорты и фартук, руки сразу потянулись к ремню, и вот на нем остался только белый мягкий кусок ткани, повязанный на талии и на шее. Они громко дышали и не отрывали друг от друга глаз. Смуглый, подтянутый, в меру накачанный Гарри со следами муки на щеках… Тим пододвинул его к краю столешницы, обнял, смотря только в огромные зеленые глаза, и запустил свои длинные пальцы в муку, рассыпанную по столу. Он отстранился и начал рисовать белые полосы на этом идеальном теле, вычерчивая линии, круги, спирали. Гарри откинулся на стол, выгибаясь под этими мимолетными прикосновениями, шалея от набежавших ощущений, дурея от переизбытка эмоций и умирая от болезненной эрекции. Эти пальцы, которые завораживали его с первых дней возобновленного знакомства, опускались в горки муки и чертили по соскам, груди, бокам, животу, выбивая стоны и заставляя извиваться, скидывать куски теста на пол и поднимать в воздух облака белого порошка, которые оседали на печках и столах, покрывая все изморозью, несмотря на середину июля. Тим с маниакальной настойчивостью продолжал покрывать тело любовника белыми полосами, потом, когда незатронутого места не осталось, он поднял Гарри за плечи и втянул его в яркий водоворот поцелуев, водя мучными руками по спине. Гарри застонал Тиму в рот, и тот подхватил его за упругие ягодицы, заставляя закинуть ноги себе на пояс и обхватить руками за шею. Тим перенес свою припудренную ношу на другой стол, рядом с которым стояла кастрюлька с недавно приготовленным шоколадно-банановым соусом. Он обмакнул палец в горячую массу и, оторвавшись от губ любимого, заменил их сладким дополнением. Гарри застонал, принимая угощение, и тут же повторил трюк с соусом, намазывая губы, нос, щеки Тима шоколадной массой. Потом он опять придвинулся ближе и начал слизывать все это сладкое творчество. Они оба горели в огне вожделения, стонали и наслаждались стонами друг друга. Тим задыхался от накативших чувств, он снова подхватил своего уже шоколадного мальчика и пересадил его к холодильнику. Не отрываясь от сладких губ, он открыл ногой дверцу и ощутил прохладный воздух. Оба выдохнули и отстранились друг от друга. Гарри просипел: — Пить... Тим достал ледяную бутылку содовой и провел горлышком по щеке, шее, груди, заставив вздрагивать всем телом. Гарри скулил и впивался руками в край стола. Тим отвинтил крышку, выпуская газированные пузырьки, и в первую очередь опрокинул ее себе на голову. Ледяная вода отскакивала от темной макушки и лилась на смуглую грудь, смешивая оставшуюся муку и шоколадный соус, вонзаясь ледяными иголками под кожу, принося успокоение и негу. Гарри подался вперед, потянул на себя руку Тима с бутылкой, обливая свое лицо пузырящейся влагой, обхватил губами горлышко и начал жадно пить. Тим с вожделением смотрел на любовника, слизывая шоколадные потеки с его щек и шеи. Поттер потянулся к холодильнику и, не отрываясь от питья, взял из специального отверстия в дверце кусок льда. Он аккуратно прислонил его к лопаткам Камерона, и тот отодвинулся от шеи Гарри, заскулил. Гарри провел льдинкой по позвоночнику и скользнул закругленной ледышкой между поджарых ягодиц. Тим завыл, извернулся и перехватил руку с опасной игрушкой. Они услышали, как кипит шоколадный соус, под которым не выключили мармит. Тим опять переместил Гарри к плите, выключил огонь и, поднеся руку с льдинкой к кастрюльке, заставил Поттера разжать пальцы и выпустить орудие пытки в кипящий шоколад. Взяв деревянную ложку, он помешал массу, и они оба следили, как льдинка, закручиваясь по спирали, тает в шоколадном мареве. Тим зачерпнул лакомство ложкой и, смотря Гарри в глаза, положил соус в рот, но не проглотил. Он опрокинул Поттера на стол и наклонился над стоящим "по стойке смирно" ровным красивым членом, ухмыльнулся и медленно насадился ртом на довольно большой орган. От ощущения горячего шоколада, обволакивающего эрегированный член, Гарри чуть не кончил. Он поднял голову и смотрел, как пухлые губы Тима плотно обхватывают его пенис, и из-под них течет соус с кофейно-банановым ароматом. Медленно поднимаясь, Тим оставлял фаллос, покрытый шоколадом, словно большая конфета, которую он начал с урчанием вылизывать, снова и снова полностью заглатывая. Гарри не смог больше выносить это зрелище, он прикрыл глаза локтем и откинулся на стол, подаваясь бедрами вверх. Почувствовав сливочный запах, он увидел, как Тим, не отрываясь от своего леденца, раскрывает пачку сливочного масла. Он отстранился, провел ножом вдоль всего брусочка и получившейся палочкой медленно начал водить между упругих половинок Поттера. Гарри приподнял ноги и уперся ими в край стола, открывая любовнику лучший угол обзора. Тим воспользовался моментом и смазал сжавшуюся звездочку прохладным маслом. Пальцем другой руки Тим начал медленно проникать в колечко мышц, постоянно покрывая сфинктер сливочным лубрикантом. Палец проник внутрь, слегка освоился, и вот в пару к нему туда втиснулся оставшийся кусочек масла, плавившийся от горячих стенок прохода Гарри. Тим нащупал бугорок и потер его, отчего не ожидающий ничего такого и сосредоточенный на ощущениях растянутости Поттер взвыл и дернулся, опрокидывая миску с клубничным муссом без сахара. Вымазав руку в душистой воздушной массе, Гарри притянул Тима к себе и стал ласкать его, оставляя по всему телу красные потеки и пытаясь спровоцировать на более глубокое проникновение. Тим содрал с себя фартук и, окунув пальцы в масло, которое валялось рядом, смазал свой очень длинный и довольно объемный член. Гарри ахнул и зажмурился. Он почувствовал, как растаявшее масло вытекает из его отверстия, и подался вверх, стараясь не выпустить из себя ни капли, тем самым помогая партнеру войти в горячее, готовое к любви тело. Поттер сильно зажмурился, ожидая боли, но ничего, кроме необычной растянутости, он не ощутил. Когда Тим полностью вошел в него, Гарри открыл глаза и подвигал задницей, принимая эту приятную величину. Тим вздохнул и сначала медленно, а потом все убыстряясь, начал вбиваться в партнера, каждый раз проходясь по простате и заставляя того орать в голос. Гарри шлепал ладонью в клубничный мусс и размазывал его по подтянутому животу Тима, который перехватил ладони любимого и переплел их пальцы, резко входя и кончая с рыком. Судорога прошлась по всему телу парня, передавая импульс Гарри, который тут же последовал за партнером, выплескивая сперму себе на живот, смешивая ее с шоколадом и клубникой. Гарри приподнялся и прижал к себе Тима трясущимися руками. Он шептал ему на ухо, как хорошо и правильно все получилось. Еще долго на кухне горел огонь, а счастливые уставшие любовники еле отлипли друг от друга. Они приняли душ, приготовили все-таки палочки из слоеного теста с шоколадно-банановым соусом, потом съели их, нацеловались, опробовали барную стойку, потом еще раз сходили в душ и опять все убрали. Утро они провели в квартирке Тима, и Гарри пожалел, что заживляющая мазь стояла на полке в ванной на втором этаже, прямо за бутылкой с травяным шампунем — в доме на площади Гриммо...