Envision the Magic

В половине восьмого зал начал заполняться гостями. Джилл уже смешала напитки для Джерарда и отправила их в его номер. Если верить слухам, он был там с какой-то девушкой, наслаждаясь некоторыми привилегиями перед шоу. Фрэнк снова поймал себя на том, что хмурится, думая о фокуснике. Всего через несколько минут после неприятного визита Джерарда два официанта принесли огромный постер, прикрепленный к стенду. Осторожно поставив его у входа, они удостоверились, что стерли все пятнышки и отпечатки пальцев. Текст был напечатан блестящими, вычурными золотыми буквами. С гордостью представляем: Джерард Уэй. Магическое представление. Слова являлись лишь небольшим дополнением к фотографии самого Джерарда. Он был одет в идеально отглаженную белую рубашку с черным галстуком и темно-малиновый жилет с вышивкой. Глаза, сверкающие почти сверхъестественно, направлены прямо в камеру во взгляде настоящего фокусника, на губах играет кривоватая, загадочная улыбка, одна бровь изогнута идеальным полукругом. Ярко-красные карты летят, кажется, с помощью настоящей магии из одной руки в другую, образуя мост между пальцами и раскрытой ладонью. Занимаясь рискованным для него делом — натиранием бокалов, — Фрэнк то и дело ловил себя на том, что смотрит на постер у двери. Парень не мог решить, было ли фото классным или идиотским. Ничего удивительного, что сейчас, во время антракта, несколько гостей — в основном женщины — встали кружком у постера, держа напитки и восхищенно его обсуждая. Фрэнк надеялся, что «Джерардо Великолепный» не объявится именно в этот момент. Фокусник бы наверняка купался в обожании своих зрителей, а потом бы разглагольствовал, что все они собрались здесь только из-за него. Думая об этом, Фрэнку стоило бы постучать по дереву. — Мистер Уэй! Прекрасное представление! — Вы становитесь все лучше и лучше! — Я ходил на ваше шоу в Вегасе в прошлом году! Я ваш большой фанат! Эти слова вкупе с восторженными вздохами и восклицаниями заставили Фрэнка в панике поднять взгляд. Когда парень увидел Джерарда, приветствующего толпу поклонников широкой улыбкой, он быстро отставил поднос со стаканами для коктейлей, которые должен был охладить. — Шоу еще не закончилось, леди и джентльмены, — убедительно сказал брюнет. — У меня еще есть несколько тузов в рукаве, — добавил он, что толпа встретила одобрительным смехом. Фрэнк раздраженно закатил глаза. Фразы вроде «Поверить не могу, что он находится в зале вместе со своей публикой!» и «Он такой естественный!» следовали за Джерардом подобно шлейфу, пока он шел к бару. В своей белой рубашке, малиновом жилете и отглаженных черных брюках брюнет выглядел так, словно только что сошел с постера. Волосы были все такими же взъерошенными, однако это идеально подходило под образ, создавая неожиданный контраст с безукоризненным костюмом. Не без внутренней борьбы, неохотно и почти завистливо Фрэнк признал, что Джерард выглядел очень красиво. На секунду брюнет вернул парня во времена, когда он начал осознавать, что девушки его больше не привлекают. Он провел одну безумную ночь со случайным, сногсшибательным парнем, а потом потратил годы, пытаясь найти девушку, хотя бы отдаленно напоминавшую его. Поиски оказались бесплодными, и с тех пор Фрэнк предпочитал мужчин. Сейчас парня охватило то же чувство, что и в ту безумную ночь — внутренний удар, который испытываешь, встретив человека, от которого невозможно отвести взгляд. Джерард был именно таким человеком. И сегодня все его качества подчеркивались образом настоящего джентльмена, который, казалось, попал в наше время из прошлого. Эта иллюзия рассеялась, как только он открыл рот и заговорил: — Посмотри на меня еще немного, Фрэнки, и я сдамся и решу, что ты мной восхищаешься. Фрэнк тихо выругался, прекрасно понимая, что пялился. Уши начали гореть, ощущение распространилось на лицо за доли секунды: — Извини, но я никем не восхищаюсь, — ответил он, взяв полотенце и заняв себя полировкой и без того безупречных бокалов. — Все в жизни бывает в первый раз, — пожал плечами Джерард. — Я все понимаю. Будь я на твоем месте, я бы тоже на себя засмотрелся. Брюнет отвел взгляд от раскрасневшегося лица парня. А потом он прищурился и слегка скривил губы, явно собираясь отпустить еще один остроумный комментарий. Джерард помахал одному из барменов, превратив заказ напитка в самое настоящее шумное представление: — Хэй, ты знаешь, как делать коктейль «Красный карлик»? Да? Отлично, я возьму один. Думаю, кое-кому, стоящему за барной стойкой, становится немного одиноко. Прежде чем исчезнуть за кулисами, Джерард поднял стакан с коктейлем и подмигнул Фрэнку. Ха-ха, — подумал парень. — Охренеть как смешно. Сжав полотенце так, что побелели костяшки, Фрэнк на мгновение закрыл глаза, чувствуя переполнявшие его смущение и гнев. Досчитай до десяти, чёрт возьми. Чем он заслужил такое отношение? Парень надеялся, что это была круизная версия ада, где лишь в первую неделю пребывания новичка на судне проверяли, сможет ли он вынести террор. Фрэнк пытался убедить себя, что как только выйдет из статуса стажера, Джерард перестанет его донимать. В конце концов, Джилл сказала, что он был в этом не одинок. Когда антракт закончился, и люди заняли свои места, приготовившись ко второй части шоу, Джилл наполнила виски три старомодных бокала и поставила их на серебряный поднос. — Это твой поднос, — сказала она, схватив Фрэнка за руку и кивнув на напитки на стойке. — Это работа для официанта, коим ты не являешься, но нам всегда не хватает персонала. Работники бара помогают им, и, рано или поздно, тебе тоже придется сделать это. Поняв, что сказала девушка, парень уставился на нее, широко распахнув глаза. — Нет, — испуганно сглотнув, он яростно затряс головой. — Нет, Джилл, не сейчас… — Я не шутила, когда говорила, что собираюсь избавить тебя от неловкости, — сурово перебила Джилл. — Поверь, ты будешь вынужден этим заниматься. И лучше начать сейчас, а не откладывать. Тем более эти бокалы безопасны: у них нет ножек или других деталей, о которых стоит беспокоиться. К тому же люди, заказавшие напитки, сидят во втором классе, и тебе не придется идти далеко. Седьмой столик, в середине, ты умеешь отличать столики. Иди же! Они ждут! Взглянув на решительную Джилл, Фрэнк понял, что выбора у него не было, и не важно, насколько хорошо он умел изображать щенячий взгляд. Кроме того, она была права. Если парень хотел перестать бить посуду и, что еще важнее, сохранить работу, ему стоило сделать это. Разделаться с заданием. Аккуратно взяв поднос трясущимися руками, Фрэнк услышал, как кубики льда ударились о стеклянные стенки, и пошел к залу, чувствуя бьющихся в животе бабочек. За исключением приглушенных ламп на стенах и свечей на столах, больше похожих на маленькие фонарики, парящие в воздухе, в «Исполине» было темно, что создавало неудобства для новичка. Крепко сжав зубы, Фрэнк спускался по покрытым ковром ступенькам, осторожно избегая перил и держа поднос прямо перед собой, словно нес что-то безумно ценное. Неожиданно музыка перестала играть, и, когда публика разразилась аплодисментами, парень порадовался, что морально к этому подготовился. Джерард заговорил, его прекрасный голос отскакивал от стен зала, рассказывая, что старые добрые карточные трюки никогда не выйдут из моды. Также брюнет заверил, что обязательно использует в своем выступлении огонь, исчезнет и появится несколько раз, так что гости могут не бояться, что заскучают. Зрители рассмеялись. Фрэнк не смел отводить взгляд от подноса, однако боковым зрением всё же поглядывал на большой экран в левой части сцены, где мелькали бледное лицо Джерарда и руки. Парень заставил себя абстрагироваться от этого и сконцентрироваться на поиске нужного стола, и все бы у него получилось, если бы не умник-фокусник. — О, посмотрите! — воскликнул Джерард, на что Фрэнк удивленно дернулся. — Это Фрэнки, дамы и господа, и он тут новенький! Неожиданно парень понял, что ослепляющий луч прожектора направлен прямо на него, а через несколько мгновений изображение его напуганного лица появилось на экране. Слегка потеряв равновесие, Фрэнк пошатнулся и почувствовал, как поднос медленно выскальзывать из его вспотевших рук. Создавалось впечатление, что он выставляет себя дураком в замедленной съемке, прекрасно зная, чем все закончится. Парню оставалось лишь смотреть, как поднос решительно полетел на ковер, стаканы будто зависли в полете, золотистая жидкость радостно расплескалась вокруг. Когда все ударилось об пол, мир вернулся к нормальной скорости. Серебряный поднос издал отвратительный железный звон, задев край столешницы, стаканы, слишком маленькие, чтобы разбиться о мягкий ковер, приземлились с парой приглушенных ударов и покатились в темный лес из ног, подолов и кресел. Все взгляды обратились к Фрэнку. Волна шепота прошла по толпе, вперемежку со смешками и возмущенными вздохами. Парень стоял, замерев, пока не услышал смех. Это был Джерард. — О-о-ой, — протянул он в притворном сочувствии. — Это такая распространенная ошибка новичка. Знаете что, ребята? Мне неловко. Это моя вина, думаю, я должен пойти и помочь ему, вам так не кажется? — толпа ответила одобрительным гулом, случайными аплодисментами и смехом. О нет, — отчаянно взмолился Фрэнк, тошнота подкатила к горлу, когда мужчина легким бегом направился к нему. — Нет. Нетнетнетнет. Пожалуйста, не подходи, умоляю. Подобно огромному многоголовому монстру публика следила за ним взглядом, одновременно повернувшись и вытянув шеи, явно гадая, постановка это или нет. Не успел Фрэнк даже наклониться, как Джерард элегантно поддел носком черного отполированного ботинка упавший поднос, подкинув его и легко поймав правой рукой. Ну конечно. — Держи, Фрэнки, — сказал он, светясь и сунув поднос в руки парня, С такого близкого расстояния Фрэнк отчетливо видел капельки пота поверх сценического макияжа и остатки черной подводки, отпечатавшиеся над верхними веками. Он даже заметил небольшую полоску стертого макияжа у маленького беспроводного микрофона. Также парень был прекрасно осведомлен, что их показывали на экране — камера следила за каждым движением фокусника. Если Фрэнк выглядел как человек, который хочет поскорее отсюда убраться, Джерард, казалось, готовился напасть. Парень начал отклоняться, но руки опытного фокусника оказались быстрее него. — О, а это что такое? — удивленно сказал брюнет, неожиданно наклонившись и достав карту из рукава Фрэнка, который почувствовал ее легкое прикосновение к коже. Он понятия не имел, как она там оказалась. Джерард цокнул языком в притворном неодобрении, зрители рассмеялись и принялись аплодировать. — Воруешь мои карты, Фрэнки. Пытаешься сорвать мои фокусы. Так и знал, что не надо давать тебе советы... — брюнет замолчал и провел ладонью по волосам, в руках оказалась пятидолларовая купюра. — Вот, держи, — улыбнувшись, Джерард положил деньги в нагрудный карман Фрэнка, слегка по нему похлопав. — Фрэнки, дамы и господа, славный малый! Давайте ему поаплодируем, — предложил брюнет зрителям, которые тут же ответили хлопками и свистом. Больше не взглянув на Фрэнка, Джерард легко побежал к сцене, оставив парня тупо стоять с пустым подносом в обмякших руках. По возвращении на сцену его лицо снова засветилось в огнях прожекторов. — Будем надеяться, что он не будет ронять подносы во время каждого представления, — улыбнулся он, соединив ладони. — Не думаю, что компании хочется тратить деньги на битую посуду. Эти слова вернули Фрэнку способность двигаться. Повернувшись на каблуках, чувствуя, как голову охватил жар, парень быстро вышел из зала, решительно избегая веселых взглядов. Смех и аплодисменты преследовали его всю дорогу до коридора. Остановившись, Фрэнк вытер лоб рукавом и одарил сияющий постер злобным взглядом.

***

— Не волнуйся, Фрэнк, — сказала Джилл в начале следующей смены, — сегодня тебе не придется разносить напитки. В этот раз они стояли у небольшого бара у обеденного зала, в столь ранний час народу там практически не было. Фрэнк все еще вспыхивал от смущения, когда вспоминал ужасные события прошлой ночи. Джилл хохотала несколько минут, когда парень вернулся с пустым подносом и рассказал ей, что произошло. Когда история дошла до момента, где Джерард вынул карту из его рукава и обвинил его в воровстве, по лицу девушки катились слезы. Сейчас Джилл снова не смогла сдержать смешок. — Ох, прости, что смеюсь над тобой, — улыбнулась она, на ее лице играло извиняющееся выражение. — Я просто… Поверить не могу, что он сделал это! — Уж лучше тебе поверить, — фыркнул Фрэнк, сжав и разжав кулаки от одних только мыслей о Джерарде. Парень очень надеялся, что сегодня у фокусника будут дела поважнее, чем донимать его. — Извини, — повторила Джилл. — Это я во всем виновата. Наверное, я решила испытать тебя этим подносом слишком рано. Мне стоило отправить тебя с напитками во время другого представления, но откуда мне было знать, что всё так обернется. Фрэнк покачал головой и отмахнулся от извинений. — Не волнуйся. Ты сама сказала, что не знала, что так получится. Я рад, что ты пытаешься меня чему-нибудь научить, Джилл, спасибо. Когда-нибудь я справлюсь, просто… ну, может мое время еще не настало, — разочарованно вздохнув, парень дернулся. — Боже. Это будет мучить меня все плавание. — Эй, не позволяй Джерарду так сильно тебя доставать, Фрэнк, — девушка улыбнулась, слегка похлопав его по плечу. — Я же говорила, что он всегда выбирает кого-то одного, чтобы вести себя с ним, как говнюк, потом устает от этого и останавливается. Хотя должна признать, что ни разу не видела, чтобы он донимал кого-то так же сильно, как тебя. — О, круто. Теперь я чувствую себя очень особенным, — саркастично пробормотал парень. — Ладно, хватит разговоров о злобных фокусниках, — шутливо сказала Джилл, кинув Фрэнку белое полотенце. — За работу. Обещаю, ты только поможешь мне подготовить этот бар. Поймав его, парень улыбнулся и принялся натирать стакан для виски. — Неплохая идея, — ответил он, наслаждаясь сухим, скрипучим звуком, который создавался от трения ткани о сверкающее стекло. — Мне нужно начистить сотни бокалов, чтобы они сверкали, как бриллианты, и не оставить на них своих отпечатков. Я бы посмотрел, как бы ты справилась без меня. Джилл скорчила рожу, но тут же сменила ее на легкую вежливую улыбку. Подняв взгляд, Фрэнк увидел первых гостей, направляющихся в столовую, чтобы позавтракать. Девушка приветственно кивала, когда кто-то проходил мимо бара. Согласно расписанию корабль прибывал на Багамы ровно в восемь утра — всего через час, если верить наручным часам Фрэнка. Это предоставляло гостям шанс спуститься на берег и исследовать остров. Парень особо не приглядывался, но знал, что им предоставлялось множество способов развлечься: пиратские музеи, шоппинг, пляжи, ныряние к рифам и так далее. Каждый мог найти что-то по вкусу. Вряд ли эта экскурсия могла утомить. Фрэнк даже немного завидовал и хотел тоже спуститься на берег, но понимал, что не сможет сбежать. Взяв тряпку, Джилл вытерла и без того сияющую барную стойку, а потом одарила парня суровым взглядом, словно ждала ответа на серьезный вопрос. — Итак, — начала она, — Тебе тут нравится? Только честно. — Честно… — ответил Фрэнк, сделав вид, что задумался. — Нравится, — искренне заключил он. Ему действительно здесь нравилось. Парень любил просыпаться под звуки волн; мысль о том, что ты движешься даже во время сна очень вдохновляла. Также ему нравилось, когда море было немного неспокойным. Конечно, на таком большом корабле это едва ощущалось, но Фрэнк любил лежать на своей койке, чувствуя, как волнуется вода. Его совсем не пугала мысль о том, что под кораблем не было ничего, по чему можно ходить, если не считать морского дна, которое находилось на много миль внизу. Парень не пугался, когда слышал всплески воды и ровный гул двигателей, которые оказались очень близко к его каюте. Фрэнк даже был не против того, что делил крошечную комнатку с двумя незнакомцами. Он с ними не работал, но они казались славными ребятами. К тому же опыта в круизном бизнесе у них было не больше, чем у него. — Я даже не думал, что мне настолько понравится, — продолжил парень, задумчиво улыбаясь. — И я тут только три дня. Знаешь, здесь я чувствую себя как дома. Может, даже займусь этим делом на постоянной основе, кто знает. — Отлично, рада слышать, — кивнула Джилл, неподдельно радуясь за Фрэнка. — Знаешь, когда я только начинала и оказалась здесь, то не могла даже вообразить, что смогу работать где-то еще. И это после какой-то пары недель. Меня не волновала каюта для новичков и простенькая еда для персонала, потому что я знала, что смогу сделать здесь карьеру. Тебя затягивает, как только ты ступаешь на борт «Судьбы». Просто хочется остаться. — Ага, это просто… судьба? — шутливо предположил парень. — Именно! — девушка на секунду замолчала. — Знаю, звучит глупо, но я надеюсь, что когда-нибудь встречу здесь парня, может, такого, за которого в будущем выйду замуж. Не знаю. Это отлично подойдет к названию корабля. — Эй, в этом нет ничего невозможного, если подумать, — ответил Фрэнк, наклонившись в поисках мисок для арахиса. — В смысле, если ты решила остаться на корабле, это должно произойти, да? Тут полно гостей. Как говорится, всех цветов и размеров. — А какой цвет и размер предпочитаешь ты, Фрэнки? — неожиданно раздался голос за спиной. Фрэнку не нужно было даже разворачиваться, чтобы четко увидеть ухмылку Джерарда и его озорной взгляд — неприятная картинка тут же возникла в голове. Парень чувствовал, как этот взгляд прожигает его шею. Он напряг плечи, чувствуя нарастающее раздражение, и развернулся, чтобы встретиться с брюнетом лицом к лицу. Как и всегда, Джерард стоял, вольготно оперевшись на барную стойку и выглядя всё так же заносчиво. Его шикарный наряд с выступления заменили серые джинсы и черная футболка с фотографией Белы Лугоши. — Могу я тебе что-нибудь предложить, Джерард? — с улыбкой спросила Джилл, предостерегающе взглянув на Фрэнка, который было открыл рот, чтобы ответить. Мол, заткнись и не давай ему лишнего повода. — Кофе с собой, милая, — ответил Джерард. — К сожалению, не могу задерживаться. О, ты, смотрю, ничего не разбил в моем присутствии, — отметил он, одарив Фрэнка усмешкой. — Умница. Слегка прищурившись, парень схватил новый бокал, намереваясь показать Джерарду, что не позволит ему заставить его чувствовать себя неуклюжим тупицей. Молодая, очень привлекательная женщина подошла к бару и улыбнулась брюнету, который наконец оторвался от Фрэнка и повернулся к ней. Они явно встречались ранее. — Привет, Джерард, — сказала она голосом сладким, как сахар, убрав длинные каштановые волосы с голых плеч. Типичное, предсказуемое движение. — И тебе привет, — беспечно ответил Джерард. Фрэнк заметил, что самодовольное выражение еще не покинуло лицо брюнета. Вряд ли оно могло сделать это — приклеилось к нему навечно. Может, некоторые женщины видели в этом очарование. — Ты собираешься сойти на берег, да? — Угу, — девушка кивнула. — Подожди-ка, у тебя здесь что-то есть… — Джерард нахмурился. Он протянул руку к ее уху, так же быстро и ловко, как сделал это с Джилл в «Исполине», и вскоре в его пальцах материализовалась сияющая золотая монетка. Фокус был старым и простым, но девушка всё равно рассмеялась, явно сраженная произошедшим наповал. Джерард вложил монету ей в руку. — Сохрани ее, — сказал он. — Если присмотришься, то увидишь там номер. Позвони по нему, когда спустишься на берег, хорошо? — Хорошо, — радостно ответила она. — До скорого, Джерард. Только раз взглянув через плечо, девушка вышла из комнаты. — Поверить не могу, что ты все еще пользуешься этими монетами, — сказала Джилл, покачав головой и протянув брюнету горячий кофе. — Разве этот трюк не устарел? — Почему же? — пожав плечами, спросил Джерард. — У меня их куча валяется. Это проще, чем писать номер на салфетке. Кроме того, я даю монеты только тем, кто действительно их заслуживает, а она явно из их числа. Она не такая невинная, какой кажется на первый взгляд. Может, она и не позвонит, но ведь нельзя же получить все и сразу… Фрэнка чуть не стошнило, он поверить не мог, насколько отвратительно самоуверен этот человек. Джерард действительно верил, что является неким чудесным подарком для женщин, возможно, даже божественным даром. И он носил сделанные на заказ монеты, чтобы это доказать. — И это мне напомнило… — неожиданно сказал брюнет, одарив Фрэнка странным любопытным взглядом, от чего тот замер. Что Джерард мог преподнести ему в этот раз? Не говоря больше ни слова, брюнет наклонился через стойку и мягко коснулся его волос. Однако, когда он раскрыл ладонь прямо перед носом парня, она была пуста. — А, ну да, — коротко хохотнул Джерард. — Для Фрэнки ничего нет. Извините. Фрэнк почувствовал, как его лицо снова вспыхнуло. — Джерард, — сказала Джилл с долей веселья и серьезности в голосе, — пожалуйста, будь с ним помягче. — Я мягок, Джиллиан! Я уверен, что новичок знает, через что иногда проходят новенькие, это обязат… эй, минуточку, — запнулся Джерард, удивленно нахмурившись. Фрэнк снова замер. Вскинув руку, брюнет сделал хватательное движение в воздухе. В следующую секунду в его ладони оказалась малиновая зажигалка. — Вот она где, — недоверчиво сказал он, покачав головой. — Сначала карты, теперь зажигалка! И как ты умудряешься прятать все это в волосах, Фрэнки? Если раньше лицо Фрэнка было просто красным, то сейчас оно горело. Уши были такими горячим, что наверняка дымились. — Джерард! — воскликнула Джилл. На этот раз в ее голосе было больше шока, что показывало, что фокусник перешагнул черту между шутками и грубостью. — Ладно-ладно, — улыбнувшись, Джерард взял чашку и поднял ее, слегка задрав нос. — Мне всё равно нужно кое-что, эм, исследовать на острове. До скорого, ребята, — с этим он и вышел из столовой. — Если мне что-то и не нравится в этой работе, — угрюмо сказал Фрэнк, нахмурившись вслед брюнету, — так это он.