Чертова клаустрофобия или от судьбы не убежишь!

Удачно завершенное дело отмечали всем отделом! В пабе! Чертовы Уоттерсы были схвачены и заключены под стражу. Лестрейд гордился своей командой и произносил тост за тостом, говоря каждому своему сотруднику теплые слова. — Босс, я вами горжусь! — громко произнесла Донован и подняла бокал вверх, призывая всех остальных поддержать её. — За вас, босс! — За старшего детектива-инспектора Лестрейда! Отовсюду слышались крики, поздравления. Грег был растроган. Ну, не до слез, конечно, но растроган. — Спасибо, ребята, но это не только моя заслуга, это наша общая работа! Просто мы — отличная команда, все дело в этом. — Босс, вы смокинг уже купили? — задал вопрос уже изрядно подвыпивший Андерсон. — Смокинг? Черт побери, зачем мне смокинг? — удивленно хохотнул Лестрейд. — А ТАМ, — загадочно поднимая палец вверх, произнес шепотом Филипп, — только на фрак награду и вешают. — ТАМ? Ты о чем говоришь? Команда инспектора зашикала на Андерсона, а он удивленно распахнул глаза и закрыл рот рукой. — Так-так! Я чего-то не знаю? Колитесь давайте! Что это еще за тайны от собственного босса? Салли выразительно посмотрела на предателя и закатила глаза: — Это должен был быть сюрприз, а ты, Фил, все испортил! — Я терпеть не могу сюрпризы, если только это не те шоколадные пончики на моем столе из пекарни напротив. Ну, и? Раздалось хихиканье со всех сторон. — Ладно, все равно уже спалились. Вы представлены к награде за поимку банды Уоттерс и в следующую пятницу вас, босс, ожидают в министерстве юстиции для вручения. Лестрейд не был удивлен, нееет. Он был ошарашен! — Ты же шутишь, Салли? — спросил он и почесал лоб. — Да какие шутки! Суперинтендант в понедельник объявит это на утреннем совещании. — Был бы у меня галстук, я бы его развязал, — пробормотал Грег и задумчиво протянул — к награде. Меня? Черт. Но почему только меня? — Потому что вы умный, смелый, и мы все вами гордимся, правда, ребята? Со всех сторон раздались одобряющие крики, зазвенели бокалы, и каждый подходил и пожимал ему руку, хлопая по плечу. В кармане завибрировал телефон и, взглянув на незнакомый номер, Грег кивнул ребятам и направился в сторону выхода — команда была слишком возбуждена всем случившемся и невероятно громко это выражала. — Лестрейд. — Добрый вечер, детектив-инспектор. — Здравствуйте, мистер Холмс. — Вы меня узнали, а я так надеялся сделать вам сюрприз. Грег нахмурился: сюрприз от мистера Холмса? Серьезно? — У меня отличная память на голоса. Чем обязан? — Грег не скрывал своего удивления. — Всего лишь звоню, чтобы поздравить вас с успешным завершением дела Уоттерс. Британия и королева вас не забудет. Лестрейд рассмеялся в трубку и сказал: — Вы такой забавный. — Простите? — Забавный. Вы всегда так… Так официальны? В трубке молчали, а Грегори казалось, что на том конце несуществующего провода человек сидит в своем кресле и часто-часто моргает. — Мы с вами не в тех отношениях, чтобы я мог позволить себе быть менее официальным, — наконец раздалось в ответ. — А это в принципе возможно? И снова тишина. Грег прикусил язык — что это на него нашло? Зачем ему менее официальные отношения с человеком, который его раздражает. Или раздражал. Раньше. — В принципе, возможно все, Грегори. Вас уже известили о том, что необходимо строго соответствовать дресс-коду в следующую пятницу? — О, вы про смокинг? Только не говорите мне, что это ваших рук дело! — произнес Лестрейд и прислушался. Глоток, легкое касание стекла о металл. Виски или коньяк? — Королева ценит своих верноподданных. — Виски или коньяк? — спросил Грег. — Простите? — Вы пьете виски или коньяк? — Бренди. Хорошего вечера, и еще раз, мои поздравления. Грег смотрел на погасший экран телефона и улыбался. Странный он, этот Холмс. Даже страннее, чем его неугомонный братец!

***

Майкрофт смотрел на телефон в своей правой руке и на стакан с бренди в левой и задавал себе вопрос — какого черта сейчас было? Он сидел в своем доме, в своем кресле, со своим любимым бренди и читал передовицу «Таймс» об аресте банды Уоттерс, который блестяще провел детектив-инспектор Грегори Лестрейд. Фото было черно-белое, но выразительные глаза триумфально светились, а искренняя улыбка делала мужчину крайне привлекательным. Майкрофт выпрямился и отбросил газету в сторону, глядя на неё, как на какое-то инородное тело, причиняющее жуткий дискомфорт. Он не испытывал этих странных эмоций уже очень долгое время. Сколько же лет прошло с тех пор, как он считал кого-то привлекательным? Вечность. Прошла целая вечность. Холмс пригубил напиток и снова расслаблено откинулся в кресле. В конце концов, ему достаточно много лет, чтобы хотя бы наедине с собой позволить себе окунуться в странные забытые эмоции. Майкрофт Холмс не привык закрывать глаза на проблему. Не то чтобы детектив-инспектор был проблемой для него, но, как это ни странно, вызывал достаточно противоречивые эмоциональные вспышки. Взять хотя бы те два случая в лифте. С чего бы ему понадобилось успокаивать Лестрейда во время той панической атаки? Прикасаться! Дотрагиваться до чужого лица, заглядывать в чужие глаза, следить за тем, как чужие губы медленно делают вдох за вдохом? Или тот вопиющий случай некомпетентности технического персонала и его непозволительная слабость в застрявшем металлическом монстре. И трогательная помощь инспектора. Инспектора Лестрейда. Грегори. Холмс выплыл из собственных мыслей и удивленно посмотрел на опустевший бокал. Оказалось, он даже не заметил, как выпил все содержимое. Слишком глубоко он погрузился в эти воспоминания. Майкрофт перебрался в кабинет и сел перед монитором, быстро кликая мышкой по разноцветным иконкам. На экране мелькали люди в форме, бронежилетах, с пистолетами — операция была разыграна, как по нотам. Майкрофт не в первый раз прокручивал запись ареста, выхватывая из однообразной массы полицейских одну-единственную фигуру без жилета, в темной рубашке и с пистолетом в руках. Нажав на паузу, Холмс положил локти на стол и принялся рассматривать застывшую картинку. Лестрейд стоял, практически вжимаясь в стену перед решающим броском. Собранный, напряженный, уверенно сжимающий свой табельный «глок» Лестрейд был воплощением настоящего профессионала. У Майкрофта не было ни единого сомнения, когда он настоятельно рекомендовал представить к награде именно Лестрейда. Суперинтендант с радостью поддержал эту кандидатуру, а королева утвердила. Но где-то внутри себя, где-то очень глубоко, Майкрофт готов был признаться себе в том, что безумно хочет посмотреть на инспектора в смокинге и с бабочкой.

***

Черт, он чувствовал себя так по-идиотски! Этот смокинг с атласными лацканами, эта рубашка с жестким воротничком под самое горло, эта бабочка, которая сдавила шею черной дорогой удавкой — все было так непривычно для Грега, что он стоял перед зеркалом и кривился от собственного отражения. — Черт, босс, вы охрененный просто! Салли и Диммок вошли в кабинет и обалдело смотрели на Лестрейда. — Чувствую себя, как разнаряженный павлин. Туфли жмут, под рубашкой все чешется, волосы зудят от геля — за что мне это, а, ребята? Черт бы с ней, с этой наградой! — Ну уж нет! С вас простава, кстати. Я слышал, к награде прилагается весомое материальное сопровождение. — А просто перечислить деньги на карту было нельзя? — скривился Грег и подумал о том, что ему бы сейчас не помешал глоток того убойного виски из Шотландии. И мороженое. Он улыбнулся своим мыслям и сделал глубокий вдох, призывая себя перестать нервничать. — Идти на Уоттерс без «брони» было гораздо спокойнее, чем тащиться сейчас на эту показушную церемонию, — пробормотал Грег. — Вы будете там самый красивым — сто процентов! — сказала Салли. — Вам пора, босс. Машина уже внизу. — Машина? Что за машина? — Да мы с ребятами скинулись и наняли вам «Бентли». Должен же наш титулованный босс приехать к министерству, как будто он звезда Голливуда! — Вы с ума сошли? Это не грёбаная красная дорожка. — Это круче, гораздо круче! Лифт? — Диммок кивком головы указал на железного монстра. — Нет уж, я пешком. Мне только застрять не хватает. Всю дорогу Грег смотрел в окно на любимый город, на пешеходов, на Темзу. Автомобиль, как и подобает, был оснащен баром. Лестрейд покусал губу в раздумьях, но все-таки плеснул себе что-то янтарное в бокал. Понюхал. — Коньяк, — сказал сам себе и пригубил. Поездка по Лондону получилась занимательной. Он сто лет не ездил по улицам города просто так, да еще и с бокалом коньяка в руках, да еще и разодетый так, что хоть сейчас на экран телевизора. Он позволил себе расслабиться и, наконец-то, перестал нервничать. Награждение было долгим. Бесконечные разговоры о профессионализме лондонской полиции, занудные пафосные речи, упоминания о громких делах — все было ужасно затянуто. Само вручение прошло быстро. Грег отчеканил шаг, ему нацепили значок, вручили диплом, именные часы — подарок самой королевы, и отправили на свое место. После церемонии в соседнем зале обнаружился фуршет с какими-то странными закусками и снующими туда-сюда официантами в белом. Грегу нестерпимо хотелось выйти на воздух и покурить. Уж одну сигарету он может себе позволить! Лестрейд выскользнул в коридор и осмотрелся. Лестницы не наблюдалось, и он направился на поиски. Нестерпимо хотелось на воздух и, наплевав на все, Грег нажал кнопку вызова лифта и внимательно взглянул на меняющиеся цифры над металлическими дверями. Он распустил бабочку, оставив её болтаться на шее и очень надеясь на то, что сумеет потом правильно её завязать снова. — Добрый вечер, детектив-инспектор. Знакомый голос заставил Грега резко обернуться и нахмуриться. — Мистер Холмс. — Поздравляю Вас с наградой. Вы довольны приемом? — Спасибо. Чувствую себя в этом костюме, как в скафандре. — Отчего же? Смокинг вам идет. Лифт распахнул свои двери, и Грег шагнул вперед. К его удивлению, Холмс шагнул следом. — Вниз? Майкрофт посмотрел на инспектора, а тот лишь кивнул, расстегивая две верхние пуговицы рубашки. Грег только сейчас обратил внимание, что Холмс тоже был в смокинге и с бабочкой, но без неизменного жилета и зонта. В отличие от Грегори, его пиджак был застегнут на единственную пуговицу, а бабочка аккуратно завязана. Создавалось ощущение, что этот человек родился в костюме — настолько непринужденно и элегантно он его носил. Лифт ехал почти бесшумно, плавно, медленно. Грегу не хватало воздуха — стены давили с четырех сторон. Он сильно вдыхал через нос и выдыхал через рот, стараясь успокоить враз подскочившее сердцебиение. В один миг металлическое чрево лифта просто замерло где-то посреди огромной шахты. Свет не мигал, стены не тряслись. Мужчины недоуменно смотрели на застывшую цифру, а потом одновременно рванули к приборной панели и замерли с поднятыми руками. Посмотрели друг на друга и расхохотались. — Это уже не закономерность, это какая-то судьба, прямо! — утирая слезы, произнес Грег и посмотрел на такого же красного от смеха Холмса. — Вы же не серьезно! — ответил Майкрофт, — Судьба застревать в лифте с вами, Грегори? Может кто-то пытается избавить вас от клаустрофобии таким изощренным способом? Есть идеи кто бы это мог быть? — Ни единой, Майкрофт. — Предполагаю, служба сервиса не отвечает, а потому не стоит и пробовать, не так ли? — Совершенно с вами согласен. Чем займемся? — Лестрейд только сейчас понял, что паническая атака так и не случилась к его счастью. Он смотрел на удивленно приподнятую бровь Майкрофта. — Что? Я имею в виду, нет ли у вас с собой вашего термоядерного бренди. Холмс улыбнулся и покачал головой: — К сожалению, я не планировал застревать с вами в лифте снова, Грегори. — Жаль… В смысле, жаль, что виски нет, а то у меня от этого шампанского живот пучит. — Ох, Грегори… — укоризненно помотал головой Майкрофт и расслабленно прислонился к стене, — почему вы сделали вид, что мы не знакомы? Грег смутился. Он на самом деле заприметил Майкрофта почти сразу, но намеренно не встречался с ним взглядом. — Да кто же знает, почему? Вокруг перешептывались, спрашивали друг у друга, кто вы такой. Ну, а я не мог вам помахать, а потом сказать, что знать не знаю, что вы за тип. — Тип? — Не обижайтесь, вы же поняли, что я имел ввиду. — Возможно, и понял. Вы примерили часы? Грег обнажил запястье. На нем красовались подаренные именные часы. Майкрофт сделал шаг вперед и взял Лестрейда за руку, приподнял повыше и склонил голову на бок. — Мне они нравятся. Давно планировал выбросить свои старые, да все то одно, то другое. А тут при аресте Уоттерс я их окончательно разбил вдребезги. Видимо, на счастье. Так что королева очень кстати позаботилась о моём времени. Пальцы едва-едва поворачивали запястье Грега, проходясь подушечками по коже. — А значок мне не понравился, — все еще любуясь часами и будто не замечая чужих пальцев на своей руке, продолжал говорить инспектор. — Значок? Пять миллиграммов белого золота, платина и сапфир в центре — не думаю, что данное произведение ювелирного искусства можно назвать значком. Майкрофт, наконец, отпустил руку Лестрейда и протянул её к груди детектива. Пальцы обвели по кругу награду, которая красовалась на смокинге, и, буквально через секунду, Майкрофт сделал большой шаг назад, обратно к стене. — Простите… — пробормотал Холмс и посмотрел по сторонам, будто в поисках своего неизменного зонта-трости. — За что? Бросьте, Майкрофт. Мы в металлической коробке полтора на полтора, так что понятие личного пространства вряд ли сейчас уместно обсуждать. Да и потом, мне вполне комфортно с вами. — Правда? А мне казалось, я вас откровенно раздражаю. — Мне тоже так казалось. Даже не знаю, что и думать. Вы умеете добиваться расположения людей, не так ли? — Дело в том, что я совершенно не стремился добиться вашего расположения. Грег нахмурился и прикусил губу. — О, само собой, мистер Холмс. Повисла напряженная тишина. — Вы обиделись, Грегори. — Нет, с чего вы взяли. — Ваш тон снова стал отстранено-официальным. — Да? Не заметил. — Я просто хотел бы пояснить, что вы мне тоже не были приятны. Скорее, я причислял вас к раздражителям. Признаю, я был не прав. — А вы крайне редко бываете неправы, Майкрофт? Грег облокотился спиной о стену, положил руки на круглый поручень позади себя и скрестил ноги. — Я никогда не бываю неправым, Грегори. — Скажите, это у вас семейное? Лестрейд улыбнулся, глядя на этого самоуверенного человека и посмотрел прямо в глаза Холмсу. Тот взгляд выдержал, переступил с ноги на ногу и сказал: — Умение видеть больше, чем замечают другие? Бесспорно, семейное, Грегори. Вы еще не видели нашу с Шерлоком мамулю. — А я был уверен, что вас обоих вывели в инкубаторе. Но, на самом деле, я имел ввиду ваше самомнение, — со смехом ответил Грег. — О! — И когда мне представится возможность посмотреть на женщину, которая родила двоих таких загадочных людей? Холмс заморгал и сглотнул. Он не знал, что можно ответить на этот вопрос. Грег Лестрейд постоянно вводил его в состояние какой-то прострации. — Эммм… — Нет-нет, Майкрофт, я же пошутил. Пожалуйста, не пытайтесь придумать, как бы избавиться от моего назойливого внимания. — Нет, отчего же, Грегори. Я с удовольствием приглашаю вас в поместье нашей семьи в следующие выходные. Барбекю у бассейна, приятная музыка, непринужденные разговоры… — О, Холмсы ведут непринужденные разговоры? — Думаю, пока Шерлок будет препираться со мной, а Джон — помогать мамуле с маринадом, вы вполне душевно пообщаетесь с нашим отцом. Он, кстати, бывший полицейский. — Да ладно! Серьезно? Глаза Грега загорелись, губы приоткрылись от удивления и Майкрофт поймал себя на мысли, что рассматривает небольшую полоску белых зубов. — Майкрофт. Майкрофт! Холмс мысленно помотал головой, понимая, что отвлекся на свои размышления и совершенно не слышал, что же говорил ему Лестрейд. — Да, простите, задумался… Лифт плавно заурчал и медленно двинулся по назначенной программе вниз. Мужчины пожали плечами, смотря на приборную панель, где мелькали цифры, приближая их к конечной точке пути. Когда двери открылись, их встречали насмерть перепуганные работники дежурной технической службы, помощница Майкрофта, и пара охранников. — Мистер Холмс? — спросила девушка. — Антея, со мной все отлично. Я буду через минуту. Девушка кивнула и покинула холл министерства. Охранники пошли следом за ней и замерли у входа. — Итак, детектив-инспектор, я могу надеяться на ваше присутствие в следующую субботу? — Конечно можете, мистер Холмс. Я ни за что не пропущу такую вечеринку. Грег хлопнул Майкрофта по плечу и лучезарно улыбнулся. Майкрофт удивленно проследил взглядом за наглой ладонью инспектора и произнес: — Сообщу подробности по электронной почте. — До скорого, Майкрофт. — Всего доброго, Грегори. Холмс почти дошел до двери, когда услышал как его окликнул Лестрейд. — Эй, Майкрофт, если уж я собираюсь познакомиться с вашими родителями, может стоит перейти на «ты»? Холмс снова впал в ступор, не понимая, что можно ответить на это. — Думаю, вполне могу с этим справиться. И улыбнулся, ловя ответную улыбку Грегори.