Часть 4
20 июля 2015 г., 16:03
Если бы вам после одного разделенного на двоих мороженого, пары глотков виски из одной фляги и тройного застревания в лифте предложили знакомство с родителями, что бы вы сделали? Возможно, предвкушали появление счастливого объявления в колонке светской хроники? Возможно. Но вы, вероятно, совсем не были бы Грегори Лестрейдом, детективом-инспектором нового Скотланд Ярда.
Тот пребывал в панике вот уже третий день кряду и усиленно пытался найти разумные аргументы, оправдывающие своё достаточно фривольное поведение в отношении одного правительственного чиновника. Мистер «Само Британское Правительство» с хладнокровием тритона пригласил его к себе домой, в родовое гнездо, в святая святых! Зачем? Почему? В каком качестве? И вообще!
Грегори ерошил волосы на затылке, глотал противный кофе из автомата, тоскливо рассматривал сигаретные пачки на полках супермаркетов и ел своё мороженое, с ужасом констатируя то, что суббота приближалась с катастрофической скоростью.
Лестрейд каждый раз покрывался холодным потом, стоило ему только представить семейную идиллию в поместье Холмсов. День в компании всех Холмсов чудился ему вселенской катастрофой. Родители виделись чопорными высокомерными аристократами, манерными и язвительными. Про старшего и младшего братьев вообще думать не хотелось. И куда он только смотрел?
Лестрейд кусал губы и жмурился до звездочек в глазах. Признаться себе, что он таращился на Майкрофта, мать его, Холмса, было совсем не просто! Пялился чуть ли не с открытым ртом! Смотрел на его чертов смокинг и думал о том, в чем же тот ходит дома? Шелковый халат или махровый? Неизменные костюмы, которые сидели как влитые или легкие свободные брюки и футболки? А уж если и есть в его арсенале треники с дизайнерско-вытянутыми куполами на коленках, то, как минимум, от самого Лагерфельда!
Грег отчего-то абсолютно четко представлял себе, как бы на Майкрофте смотрелись темно-синие джинсы и белая рубашка с закатанными до локтей рукавами, грубый кожаный ремень и светло-коричневые замшевые туфли. Он застывал в своем кресле, уставившись в одну точку, и несколько минут сидел в полной прострации. Ровно до тех пор, пока стаканчик с кофе в его руке не превращался в скомканное мокрое нечто, а остатки напитка не орошали лежащие перед ним документы.
— О, боже! Я ёбнусь к субботе!
Грегори с остервенением тряс руками, бумагами, и чертыхался, очень надеясь, что мистер Холмс отменит приглашение или случится нечто экстраординарное и убийственно страшное.
Катастрофа приближалась, а в преступном мире наступило непривычное затишье. Мелкие кражи, угоны, незаконное проникновение на чужую территорию и ни одного мало-мальски стоящего убийства!
Когда Донован влетела в кабинет со свойственной ей беспардонностью, Грег был даже не удивлен:
— Босс, там фрик с доктором, вас требуют.
Салли терпеть не могла Шерлока и старалась побольнее уколоть того каждый раз, как только он появлялся в Ярде.
— Давай их сюда.
Шерлок влетел как ураган, взмахивая полами неизменного пальто. Джон застыл каменным невысоким изваянием в дверях.
— Инспектор, вы снова проворонили своего воришку! — пробаритонил детектив и закинул ноги на стол.
— Ну-ка брысь! — возмутился Грег и сбросил длинные конечности с края своего стола.
Холмс закатил глаза, пожал плечами и скрестил руки на груди.
— Джон? — переключил свое внимание на доктора Лестрейд.
— Мы его почти схватили, Грег, но Шерлок лопухнулся с…
— Я - что, Джон?! Прости, пожалуйста? — Выпучив глаза и вскакивая с места, вскричал Холмс.
— Да, Шерлок! — припечатал тот, — Ты лопухнулся, и мы его упустили! И если ты сейчас посмеешь сказать хоть одно слово, я тебе клятвенно обещаю, что в субботу срочно уеду в Девоншир, к своему троюродному дядюшке. На рыбалку!
Холмс-младший сильно втянул воздух ноздрями и прищурился.
— Это будет самая огромная подлость с твоей стороны, Джон! Ты обещал!
— Я не собираюсь сдерживать свои обещания, если ты нарушаешь свои! Он чуть тебя не вспорол, как поросенка. Ты очертя голову бросаешься на нож, Шерлок. О чем ты вообще думаешь?
Джон был зол и рассержен, Шерлок метал молнии и встряхивал шевелюрой, а Лестрейд переводил взгляд с одного на другого и расплывался в понимающей улыбке:
— Стоп-стоп! Девочки, семейные разборки — это изумительно и я бы даже записал это на камеру, но, честное слово, у меня вообще нет времени и сил. А если уж вы заговорили про субботу, то не мог бы ты, Джон взять меня к дядюшке на рыбалку вместе с собой?
Мужчины одновременно взглянули на Грега.
— А у вас-то что в субботу? — прищуриваясь, спросил Шерлок и вдруг расплылся в ехидной ухмылке, - О, инспектор, не могу поверить, что он на это решился!
Грег сглотнул, и устало опустился в кресло.
— Слушай, Шерлок, мне нужно убийство, а лучше два, или три, потому что я вообще не хочу никуда ехать, а уж тем более с твоим братом.
Джон посмотрел на Шерлока, победно улыбнулся, приподнимая бровь, на что тот скривился и взъерошил свою шевелюру.
— Предлагаете осчастливить Донован? На самом деле, инспектор, все не так страшно! Наша мамуля не питается престарелыми детективами, а отец знает массу занимательных историй. Через час встречаемся в Риджент-парке и прихватите пару улиток, которых вы называете сержантами. Возьмем Малкольма на горячем.
Младший Холмс хмыкнул и вылетел из кабинета, оставив Лестрейда в еще большем раздрае. Когда дверь вновь распахнулась, Грегори резко поднял голову со стола. Шерлок, а это был именно он, заговорщически подмигнув, пробаритонил:
— И плавки, плавки не забудьте!
***
Шестой бокал с коньяком летел в твердь камня, красиво разлетаясь мириадами мелких хрустальных осколков и янтарем напитка. Куда он смотрел? Что он себе надумал? О чем он, черт его побери, мечтал?! Или о ком… Так стремительно ворвавшийся в его жизнь человек пугал до чертиков, до жути в глазах, до скарабеев под кожей. Этот чертов инспектор, мало того что донимал его днем, так он заполонил собой те недолгие часы сна, которые позволял себе Майкрофт. Мороженое хотелось признать вне закона! Холмс просто ненавидел свой гениальный мозг, который, словно самый современный фотоаппарат, фиксировал в мозгу чертову покадровую съемку поедающего, облизывающего, получающего наслаждения от лакомства, Грегори. — Оооо, — простонал Майкрофт и кликнул кнопкой мыши на папку в правом верхнем углу. Фото загрузилось, и прямо в глаза Холмсу смотрел совсем молодой инспектор, русоволосый, со светящимися карими глазами и обаятельной чертовой улыбкой. Майкрофт пытался найти в себе силы позвонить Лестрейду и отменить субботнее приглашение, ссылаясь на… А вот дальше мозг старшего Холмса выдавал совершенно нелепые образы и варианты, так не похожие на те логические выкладки, свойственные Майкрофту. Он будто слышал в мозгу вопросы Грегори — язвительные, саркастичные, о том, что, возможно, чрезвычайно занятому человеку срочно нужно Землю развернуть в другую сторону? Или предотвратить очередной зомби-апокалипсис? Или спасти человеческую расу от вымирания? Он брал в руки телефон и несколько секунд созерцал черный экран. Потом со вздохом откладывал аппарат в сторону и закрывал лицо руками. Предполагал ли он, что не сможет совладать с обрушившимися на него желаниями? Самое ужасное было то, что Грегори возникал в его голове настолько спонтанно, настолько неожиданно, что он на миг выпадал из реальности. Очевидно, эмоциональная составляющая старшего Холмса и холодная рассудительность пришли к консенсусу, если он, Майкрофт, позволил настолько ослабить броню, чтобы теплый карий взгляд инспектора согрел его сердце и пробрался в душу. Что же, чему быть — того не миновать! Майкрофт впервые в жизни почти положился на волю случая, и практически полностью отпустил ситуацию, позволяя себе предаваться мечтам и фантазиям.***
Лестрейд подумывал о том, чтобы напиться в пятницу до чертиков в глазах и вполне оправданно слечь с тяжелым похмельем в субботу. Подумывал о том, чтобы выпросить у суперинтенданта командировку на северный полюс к пингвинам. Подумывал о том, чтобы ногу себе сломать. Или обе. А лучше — свернуть шею в какой-нибудь подворотне! Только не барбекю, только не мясо, мамуля, и отец-полицейский, и только не Майкрофт с его чертовым зонтом и, обязательно, в каком-нибудь дизайнерском купальном костюме от Гуччи! Грегори с тихой грустью смотрел на старые песочные часы, которые тонкой струйкой приближали его к субботнему приключению. Его вообще привлекает Холмс? Он сто раз задавался этим вопросом, и сто раз перед его мысленным взором мелькала обтянутая брюками задница! И чертовы стройные ноги! — Брррр, соберись, тряпка. Даже при условии, что ты, по какой-то неизвестной причине, заинтересовал этого мужчину, то уж точно не в смысле постельных развлекаловок. Грегори разговаривал сам с собой и пил уже третью банку пива. Когда телефон тренькнул дважды, Лестрейд нахмурился. «Плавки, инспектор, ПЛАВКИ! ШХ» «Машина будет ждать в 9 утра. МХ» — Ёбаные братцы! — выругался инспектор и поплелся собирать вещи.***
Проспал! Впервые в жизни, проспал! На часах было почти девять утра, а он, вместо того, чтобы сидеть в машине в ожидании инспектора, валяется в кровати! Майкрофт Холмс покрылся холодным потом. Он никогда не опаздывал, и уж тем более, не просыпался спустя час после сигнала будильника. Майкрофт вскочил на ноги и заметался по комнате. — Душ? О нет, я не успеваю, ничего не успеваю! В какой-то момент Холмс замер посреди спальни и начал смеяться. Он выглядел таким идиотом, и сам себе казался до нелепости смешным. Отсмеявшись, он взял в руки телефон и отправил два сообщения. У него было ровно двадцать две минуты.***
Лестрейд стоял ровно в девять на тротуаре и смотрел по сторонам. Стоило ему только подумать о том, что мистер Холмс явно решил испытать его терпение, как телефон возвестил о входящем сообщении. «Машина будет через 11 минут. МХ» «Старбакс» был в минуте ходьбы, и Грег решил, что вполне может успеть выпить свой законный латте. Он чуть не пролил на себя кофе, когда около него, ровно по расписанию, остановилась его мечта. Блестящий антрацит покрытия сверкал в лучах солнца, тонированные стекла завораживали бликами, а фары будто бы подмигивали «ресничками». «Бентли» было давней мечтой детектива-инспектора и еще одной причиной, по которой тот поначалу невзлюбил Майкрофта. Грег забрался внутрь и прикрыл глаза — мечта была невероятной, сказочной и наполняла все внутри предвкушением. — Доброе утро, детектив-инспектор, — чинно произнес водитель и принялся ждать, когда Лестрейд решит, наконец, что же ему делать со стаканчиком кофе. Грегори даже не понял, как из его рук исчез напиток. Все мысли крутились вокруг этого потрясающего автомобиля. Грегори осматривался, гладил кожу кресел, вдыхал аромат своей мечты. Он даже не заметил, что они приехали. — Здравствуйте, Грегори. Дверь в салон распахнулась и внутрь заглянул Холмс. — О, да, доброе утро, Майкрофт. Я сейчас подвинусь, одну… — Не стоит. Вы поведете. Холмс наблюдал, как рот инспектора открылся, а глаза расширились от предвкушения. В выборе авто он точно не ошибся! — Думаю, вам стоит сесть за руль. — Мне? За руль? — выкарабкиваясь из машины, переспросил Грег, и добавил, — Вы это серьезно? — Абсолютно. Водителя я отпустил, мне нужно будет в дороге поработать, так что — вам вести. Ну же, смелее, Грегори, смелее. Лестрейд, наконец, встряхнулся, и уселся за руль. Бережно положил руки на кожу руля и огладил, нежно и любовно, по окружности. — Я точно не сплю? — Ущипнуть? Грег кивнул и получил болезненный щипок чуть повыше локтя. — Ай, — вскрикнул инспектор, — я точно не сплю. Майкрофт, расположившись с максимальным удобством сзади, поймал взгляд Грегори в зеркале и усмехнулся. — Итак, мистер Холмс, какие из ваших пожеланий я мог бы удовлетворить? Майкрофт даже рот приоткрыл от неожиданности и приподнял в немом вопросе бровь. Грегори лишь пожал плечами, не обращая внимания на собственные слова и сказал: — Прикинусь вашим водителем. — Не выйдет, Грегори, — отмер Майкрофт, — вы слишком много болтаете и не носите форменную фуражку. Выезжайте на трассу М18, дальше проинформирую. И, кажется, мы договорились на «ты», нет? Холмс вновь улыбнулся, ловя задорный взгляд инспектора в зеркале. — Договорились, верно. Но кто же вас, прости, тебя, знает? — У тебя, определённо, есть преимущество перед всеми остальными. Грег нажал на кнопку и машина очень тихо заурчала. — Боже, действительно так — движка почти не слышно! — восхищенно пробормотал Грег и окинул приборную панель цепким взглядом. — М18, Грегори, Мамуля не любит ждать. Наслаждение, которое испытал Лестрейд, сидя за рулем своей мечты было таким всеобъемлющим, что он не обращал совершенно никакого внимания, как сам оказался объектом пристального разглядывания. Холмс смотрел и пытался, честно, пытался работать, но этот мальчишеский задор инспектора ликвидировал всю работоспособность Майкрофта. Тот был словно ребенок, которому дали новую долгожданную игрушку. Он развлекался с бортовым компьютером, изучал стереосистему, нажимал на кнопки, расположенные на руле, поглаживал глянцевый рычаг коробки передач и явно был безмерно счастлив. — Вам, прости, тебе не будет мешать музыка? — спросил Грег и кинул быстрый взгляд на заднее сидение. — Смотря какая, — стараясь выглядеть сосредоточенным на работе, ответил Майкрофт. — Романтическая коллекция восьмидесятых пойдет? — Прости? — Баллады, ну же, Майкрофт, только не говори, что ты не танцевал в молодости на диско! Холмс нахмурился и ответил: — Подобное времяпрепровождение является совершенно бессмысленным действом. Я был занят более важными и интересными делами. — Ты говоришь, как старый зануда, — рассмеялся Грег, сосредоточенно выискивая что-то в папках проигрывателя. — Не такой уж и старый, — немного обиженно пробормотал Майкрофт. В конце концов, он был на два года младше Грега! — Не обижайтесь, мистер Холмс, я больше не буду, — стараясь быть максимально серьезным, заявил Грегори и добавил, — ну прости меня, ладно, я просто пошутил. Ты вовсе не старый, хотя и зануда. Ну, правда, ты едешь к родителям на вечеринку, и оделся так, будто у тебя встреча с самой Королевой. — Так? Как ТАК? — часто моргая и явно не понимая, о чем говорит Грег, спросил Холмс. — Ну, эти твои костюмы, жилеты, и ты даже зонт взял, хотя на улице солнце светит и ни единого облачка. Холмс закрыл ноутбук, все равно рядом с этим невероятным мужчиной работать было просто невозможно, и произнес: — А в чем я должен ехать на так называемую вечеринку в родительский дом, по-твоему? — Я, конечно, еще не видел твоего гардероба, но, — произнес Грег и похолодел — да что же он несет! Зачем ему видеть шкаф со шмотками Майкрофта? Холмс с трудом проглотил удивленный возглас. Однако! — Но, — продолжил Грег, стараясь не думать о последствиях своих слов, — можно же было хотя бы жилет и пиджак не надевать? Скорее всего, джинсов у тебя точно нет. Ведь нет? — Нет. — Ну, а футболки? Нет? — С провокационными надписями как у тебя — точно нет. Грегори быстро глянул на свою ярко-синюю футболку, на которой красовалась надпись «Люби меня нежно» (Love me tender). — Жаль, а мы бы с тобой отлично смотрелись в них. — В провокационных надписях? — улыбаясь, спросил Майкрофт. — В футболках! Куда дальше? — Сворачивай с трассы, сейчас же! — неожиданно выкрикнул Холмс и подался вперед. Реакция детектива-инспектора была молниеносной: он резко крутанул руль, и едва успел проскочить перед бампером машины, движущейся по крайней к обочине полосе. Скат был не крутой, но довольно опасный, и только благодаря мастерству Лестрейда машина, опасно накренившись, все же не перевернулась, исчезая среди деревьев. — Что?! — рявкнул Грег и мельком взглянул на Холмса, который приник к заднему стеклу, всматриваясь в оставленную позади трассу. — Хвост, Грегори. Как минимум две машины ведут нас вот уже семь минут. Кто? Есть несколько предположений. Связь? На пять миль, как минимум, заглушена. Мы в опасности? Хотелось бы верить, что нет, но - ДА. Холмс отвечал на незаданные вопросы Грега, будто читал его мысли. Лестрейд похвалил себя за предусмотрительность и похлопал по боку — кобура с табельным приятно давила на бедро. — И кто бы сомневался, — улыбаясь краешком губ, произнес Майкрофт, имея ввиду наличие оружия у своего нынешнего водителя. — С такой низкой посадкой нам далеко не уйти, Майкрофт. Глушитель вырван с корнем, как бы бензобак не пробило. — Не пробьет, Грегори, это бронированный автомобиль. Нам страшна разве что зенитная установка — по ветру развеет, а так — будем ехать до тех пор, пока не закончится топливо. — Умеете вы утешать, мистер Холмс, — хохотнул Грегори и вдавил педаль газа до упора. Они летели по проселочной дороге, поднимая столбы пыли, а сзади явственно слышался гул приближающихся преследователей. — Я бы мог погладить вас по головке и сказать, что в жизни нас ждет еще много приятных минут, но боюсь показаться слишком пафосным. — О! — крепко сжав руками рулевое колесо, отозвался Лестрейд и сглотнул. — О… — стараясь скрыть смущение и отворачиваясь, произнес Майкрофт и вперился взглядом в затылок Лестрейда. Когда Холмс перебрался на переднее сидение, на нем отсутствовал пиджак и жилет, а торс пересекал темно-коричневый кожаный ремень портупеи с кобурой. — Зиг? — спросил Грег и кивнул на оружие. — Беретта. Впереди опасный спуск. Выпрыгивать будем прямо перед ним. Ты — чуть раньше, я — сразу за тобой. Газу, Грегори, до упора, ну же, давай! Майкрофт был настолько не похож на себя прежнего, что Лестрейд невольно им залюбовался, пока не услышал грозный окрик и не пришел в себя. — Вперед, инспектор! Ты! И Лестрейд, распахнув дверь, вывалился из салона, откатываясь в высокую густую поросль. Он сгруппировался, стараясь смягчить падение, но острые камни и галька больно впивались в тело, а пыль забивала глаза. Он катился вниз до тех пор, пока с силой не врезался в огромный камень и застонал. Первым делом он ощупал себя на предмет переломов, но тело лишь отозвалось болью в ушибленных боках, руки и ноги двигались нормально, а шея, кажется, была все еще на месте. — Майкрофт… — пробормотал инспектор и попытался подняться на ноги. Предусмотрительно перебравшись за валун, Грег встал и осмотрелся. Поле переходило в лесополосу. Как оказалось, он довольно далеко откатился от проселочной дороги, и сейчас видел лишь столбы пыли в том месте, где был обрыв. Пытаясь сориентироваться, Грегори вытащил телефон и проверил связь. Заглушающие устройства все еще исправно работали, а значит, преследователи были пока в непосредственной близости. Лестрейд не мог позволить себе идти в полный рост, а потому по-пластунски пополз в сторону леса - там, по крайней мере, можно укрыться за деревьями. Путь до границы леса и поля был каким-то совершенно бесконечным. Беспокойство за Майкрофта съедало инспектора изнутри, противно ворочаясь в животе скользким комком. Когда он, спустя примерно час, добрался до кромки леса, то позволил себе встать на ноги и осмотреться. Громкие звуки, похожие на выстрелы, раздались вдали. Грегори похолодел от ужасного предчувствия. Они взяли Майкрофта? Он заставил себя успокоиться и направился вдоль кромки леса, двигаясь в сторону крутого спуска, куда должна была вылететь машина. Лестрейд вытащил телефон, все еще неживой и бесполезный, и с замирающим сердцем подошел к краю спуска. То, что он увидел, заставило его внутренности сжаться в спазме и он с трудом сглотнул мерзкую горечь. Развороченный автомобиль напоминал сейчас черное обугленное нутро робота из фантастического фильма. Вокруг валялись искореженные части, которые отлетели в стороны при взрыве. Он впился зубами в кулак, пытаясь совладать с собой и не поддаться предательской дрожи внутри. Нет, он должен надеяться, что с Майкрофтом все в порядке. Пусть он в плену, но, возможно, жив. Он, черт побери, Холмс! — Чертов Майкрофт Холмс. — О да, бесспорно, инспектор — это именно я, чертов Майкрофт Холмс. Слабый голос раздался откуда-то сбоку, и Грег, не помнящий себя от радости, метнулся вперед, едва не спотыкаясь и не путаясь в ногах. Холмс лежал на спине, согнув ногу в колене. Правая брючина была пропитана кровью и стянута кожаным ремнем портупеи. — Майкрофт, ты жив? — задал самый наиглупейший вопрос инспектор и схватил Холмса за предплечья. — Если ты будешь меня трясти, я потеряю сознание. Я жив. И ты жив. Я думал… — Тише, Холмс, закрой рот. Еще не хватало, чтобы ты потерял тут сознание. Связь пока еще глушат. — Нет уже. Я сумел активировать чип. Мои люди скоро будут здесь. Скоро… Голос Холмса стал тише, глаза почти закрылись и он сдавленно выдохнул. — Нет, нет, не отключайся, Майкрофт. Потерпи немного, совсем немного. Ну же, Майк, не вырубайся. Лестрейд бросил быстрый взгляд на простреленную ногу и побыстрее вытащил из шлевок свой ремень. Перетянул рану чуть выше наложенного жгута и посмотрел на Холмса. Тот был совсем бледным, но пока пребывал в сознании. — Майк, Майкрофт, не отключайся, пожалуйста. Скоро прибудет помощь. Ресницы Холмса дрогнули и он, сквозь морок забытья, улыбнулся: — Познакомились… с родителями. — Брось, Майки, я это так не оставлю, слышишь? Мы еще поедем на барбекю, не зря же я плавки новые купил. — С тобой полумеры не работают, инспектор. Или лифт, или чистое поле, — совсем тихо бормотал Холмс, находясь на грани потери сознания. — Со мной – нет, не работают, Майк. — Майкрофт… — прошептал Холмс и окончательно впал в забытье.
