Треугольник

В понедельник ближе к полудню Томас как на крыльях выпорхнул из медицинского центра, сжимая в руках заветный допуск к спортивным соревнованиям. Минхо поджидал его в машине, припарковавшись через дорогу. Они не виделись все выходные - Томас добросовестно отсыпался, а Минхо, видимо, был занят своими таинственными "делами", а может быть, тоже отдыхал, набираясь сил перед ответственной неделей: он должен был проходить испытания наравне с остальными, чтобы подтвердить свой статус капитана. Ньют тоже где-то пропадал до вечера. Наверняка опять торчал в библиотеке - кажется, он упоминал какой-то семинар... Томас, поглощенный своими переживаниями и тревогами после разговора с тренером, едва слушал, что говорил ему друг. Все его мысли были о предстоящих соревнованиях, на которые он просто обязан был попасть. И показать себя с лучшей стороны. Он был в таком взвинченном состоянии, что даже с Брендой видеться не хотелось. В общем, Томас, маясь от скуки, накручивал себя два дня подряд и теперь был чертовски рад видеть друга. Он запрыгнул на пассажирское сидение, победно улыбаясь. Все его тревоги и тоска остались за дверями кабинета врача, широким росчерком подписавшего его бумаги. - Здоров, как бык, - доложил он, отсалютовав капитану папкой с результатами медкомиссии. - Так держать, салага, - Минхо сверкнул улыбкой и завел двигатель. - Начало соревнований в два. Так что успеем заскочить за твоей формой, а потом сразу на стадион. - У меня все с собой, - Том, довольно ухмыляясь, похлопал ладонью по своей сумке. - Я не сомневался в результатах. Минхо усмехнулся и наклонился к нему, обнимая за шею и притягивая к себе так, что они почти касались головами. - Я тоже не сомневался, детка. И Томас был так счастлив, что позволил себе на миг прижаться лбом ко лбу Минхо и зажмуриться от удовольствия. Все у него получится, черт возьми. Сейчас он как никогда верил в себя. Все испытания были распределены по дням на всю учебную неделю. С утра занятия, а после обеда соревнования на открытом стадионе университетского спортивного комплекса: спринт на сто метров; бег на средние дистанции - восемьсот метров для первокурсников и тысяча пятьсот метров для старших бегунов; бег на длинные дистанции - пять километров; бег с барьерами и эстафета. К счастью, им повезло с погодой, и последние дни октября выдались солнечными, свежими и яркими. Бегуны возбужденно переговаривались, ожидая своей очереди у линии старта. Томас, приехавший последним, разминался в сторонке - разогрев, потом легкая растяжка. Он то и дело бросал взгляды на Минхо - тот стоял рядом с тренером, помогая ему со списками участников. И капитан команды, встречая его взволнованный взгляд, каждый раз хитро улыбался или незаметно подмигивал, стараясь сохранить при этом серьезное и невозмутимое выражение лица. Том радовался как ребенок, чувствуя, как внутри него все словно сжимается в пружину, готовую выстрелить, лишь только прозвучит сигнальная трель свистка. Он окинул взглядом трибуны, где после окончания занятий собирались болельщики. Бренда, сидевшая в компании девчонок, помахала ему рукой. Том кивнул ей и нашел взглядом Ньюта. Тот кутался в свой шарф и грел руки о картонный стаканчик с горячим напитком - кажется, в последнее время он пристрастился к кофе. Это было мило, и Томас непроизвольно расплылся в улыбке, встретившись взглядом с другом. Ньют тепло улыбнулся в ответ. Наконец тренер коротко свистнул, призывая спортсменов к вниманию. Бежать должны были по очереди, в соответствии с номером, полученным на последней тренировке. Том с сомнением взглянул на свой листочек с цифрой "13", занимая место в ряду бегунов. Его немного потряхивало от волнения, но, встретившись взглядом с Минхо, он вновь воспрянул духом. "Стометровку" он пробежал лучше всех среди первых и вторых курсов. Трель свистка пронзила его сознание, и он стремительно рванул вперед с низкого старта; всего несколько секунд его ноги, упруго пружиня про покрытию дорожки, несли его вперед, к финишной черте. И к Минхо. И когда он остановился, переводя дыхание, капитан команды наградил его насмешливой улыбкой, с легким наигранным удивлением приподнимая брови. Результат был блестящий. И Томас чувствовал себя резиновым мячиком, готовым полдня прыгать от радости, повинуясь движению сильной руки. После первого же дня соревнований Томас больше в себе не сомневался. Остальные испытания не вызывали у него беспокойства. Разве что забег на выносливость - пять километров - дисциплина, в которой Минхо не было равных. Тот, словно машина, мог бежать без устали и не сбавляя скорости. Так что Том собирался приложить все силы, чтобы не ударить в грязь лицом перед старшим бегуном. Когда заканчивались забеги для первых и вторых курсов и большинство ребят расходилось, Том непременно оставался до конца - посмотреть, как пробежит Минхо. Переодевшись, он подсаживался на трибунах к Ньюту, и они вдвоем не сводили глаз со старшего бегуна. Когда Минхо, скинув куртку, наконец разминался перед забегом, Том, затаив дыхание, следил за пластичными движениями сильного тела. А когда Минхо бежал... Мир замирал. Его тело было совершенным, отточенным годами тренировок, с идеальным рельефом мышц; его движения - уверенными, плавными, стремительными; сила исходила от него волнами; а скорость... Томас сидел, открыв рот и стискивая в руках бутылку с водой. Черт, говорят, бесконечно можно смотреть на горящий огонь и текущую воду, а еще - на бегущего Минхо. Сидящий рядом с ним Ньют восхищенно выдохнул, когда Минхо финишировал. Первый. Лучший. Том громко сглотнул. На его глазах бегун наклонился, уперевшись руками в колени, стараясь отдышаться, а потом выпрямился, развернулся и нашел взглядом их двоих, посылая им свою самую солнечную, самую потрясающую улыбку. *** Минхо развалился на диване в маленькой уютной гостиной друзей. Неделя соревнований наконец завершилась, и впереди их ждали выходные. Можно было расслабиться. Он знал, потом потребуется еще несколько дней для обработки данных, после чего тренер наконец объявит состав сборной. Впрочем, он не сомневался - его положение капитана сохранялось, а еще, он был уверен, Томас будет в числе лучших. Выступил парень прекрасно. И сейчас, донельзя довольный собой, тот сидел рядом с ним, совершенно уже не смущаясь дружеских объятий старшего бегуна. Ньют, как обычно, хлопотал на кухне. - Мы должны это отметить, - заявил Томас, когда друг поставил перед ними чашки. - Притормози, - Ньют усмехнулся, - результаты же еще не ясны. Не рановато ли праздновать? Но Том лишь отмахнулся: ничто не могло поколебать его уверенности в себе - он знал, что выступил хорошо, и это подтверждалось довольной улыбкой Минхо и его брошенным мимоходом "Так держать, детка". - Минхо говорит, нет сомнений... - начал было он свою пламенную речь. - "Минхо говорит", - с улыбкой передразнил Ньют, усаживаясь на свободное место слева от бегуна. Приятно было поддразнить Томаса для разнообразия. - Он покинул должность капитана и стал экстрасенсом? Сам бегун, наблюдавший за этой дружеской перепалкой, лениво улыбнулся. Эти двое стоили друг друга. Хоть Ньют и был большую часть времени замкнутым тихоней, однако тоже обладал весьма едким чувством юмора. Или это его дурное влияние сказывается? Тем не менее, идея как следует повеселиться пришлась ему по вкусу. Возможность вытащить ребят в ночной клуб под таким достойным предлогом нельзя было упускать. Тем более, на эти выходные как раз выпадал Хэллоуин. А значит, вечеринка обещала быть жаркой. - И правда, - Минхо потянулся, закидывая руки на спинку дивана и опуская ладони на плечи сидящих по бокам от него друзей, - даже если не отмечать соревнования... В субботу же Хэллоуин... - Черт, да! - Том едва не вскочил со своего места, рискуя сбить ногой низкий журнальный столик и чашки с горячим чаем, и только лежавшая на его плече рука удержала его от этой маленькой катастрофы. - Хэллоуин! Мы просто обязаны пойти! Энтузиазм Томаса всегда был заразителен, но, кажется, на этот раз дал осечку. - Черт, нет... - Ньют мученически вздохнул, стискивая пальцами переносицу. - Ни за что. Я пас. Минхо переглянулся с Томом и заговорчески улыбнулся. Еще около часа они потратили на то, чтобы уговорить Ньюта пойти в клуб. За это время Том успел даже позвонить и договориться с Брендой, пока Минхо с хитрой улыбкой сверлил взглядом упрямого паренька, незаметно стискивая его плечо и поглаживая пальцами открытый участок шеи. Что, надо сказать, очень отвлекало и мешало Ньюту держать оборону. Он краснел и запинался посреди очередной возмущенный тирады, теряя способность связно излагать свои мысли. - Хорошо, - наконец сдался он, - но я не собираюсь ни во что наряжаться. - Чувак, это же Хеллоуин, - Томас готов был уже волосы на себе рвать, - все будут в костюмах. - Нет, - Ньют скрестил на груди руки, - я не собираюсь выставлять себя дураком. - По-дурацки ты будешь выглядеть, если один придешь без костюма на вечеринку-маскарад, - парировал Томас. Минхо согласно закивал. - Никто не заставляет тебя краситься и наряжаться в перья. Это может быть всего пара аксессуаров или деталь... - Да? - Ньют скептически приподнял бровь. - А вы сами-то в чем пойдете? Парни коварно переглянулись. *** Ньют до сих пор не верил, что дал уговорить себя на поход в ночной клуб. Да еще и в Хэллоуин... А вспоминая свой прошлый не самый удачный опыт, он боялся, что эта ночь может стать для него действительно кошмаром наяву. Однако Томас смотрел на него такими щенячьими глазами, а Минхо так мило улыбался, что он в итоге просто не смог отказать. Он искренне надеялся, что сможет отделаться какой-нибудь нелепой маской на глаза, но Томас нарушил все его планы, вызвав в субботу вечером к ним домой тяжелую артиллерию в лице Бренды. Девушка так загорелась этой идеей, что приволокла с собой целый ворох какого-то карнавального тряпья и косметики. Как на зло, оказалось, что она уже месяц как состояла в театральном кружке. И пока Томас и Минхо увлеченно рылись в одежде, Ньют с кислой миной наблюдал за ними из своего убежища за кухонной стойкой. Все его надежды легко отделаться с треском провалились, когда Бренда, уже облачившаяся в наряд классической ведьмочки в остроконечной шляпе, подступила к нему с какими-то свертками в руках. - Ты позволишь тебе помочь? - обезоруживающе улыбнулась она. И, черт. Что он мог сказать? - Только не слишком... - вздохнул он, когда она вывернула на стол содержимое своей косметички. Она что-то сделала с его лицом, потому что Томас, примерявший на себя очередной дурацкий костюм, вдруг замер с открытым ртом, не сводя с него глаз. Ньют перевел испуганный взгляд на Минхо, пока девушка продолжала колдовать над его волосами, брызгая их лаком из баллончика. Бегун присвистнул, с нескрываемым наслаждением любуясь его видом. - Вот, - в качестве завершающего штриха Бренда набросила ему на плечи и обернула вокруг шеи боа из черных перьев. - Идеально. "Никто не заставляет тебя краситься и наряжаться в перья", - припомнились ему слова бегуна. Ага, как же! Ньют не выдержал и бросился в ванную. Он не собирается дефилировать по клубу, как какой-то напомаженный трансвестит в перьях, и сейчас же смоет со своего лица косметику и... Из зеркала на него смотрел, кажется, другой человек. Ньют замер, потрясенно разглядывая свое отражение. Первое, что бросалось в глаза, это волосы. Лак был цветным, и сейчас вместо привычной светлой шевелюры на его голове были иссиня-черные волосы, взъерошенные в стиле какой-нибудь панкрок-звезды. Вопреки его опасениям, на лице практически не было косметики - только глаза были подведены, да брови подкрашены в цвет волос. Черное боа, закрывавшее его шею и спадавшее на грудь в сочетании с черной же футболкой придавали ему сходство скорее с вороном, чем с райской птичкой. Черт. Он вынужден был признать, что выглядел классно. Так необычно и ярко, но при этом не вызывающе, не глупо... Ньют еще раз всмотрелся в лицо незнакомца в отражении. Кажется, он должен сказать Бренде спасибо. Когда он вышел из ванной, в гостиной его ждали уже переодевшиеся друзья. Томас предстал перед ним в образе типичного вампира из старых фильмов. Бренда постаралась и над ним, уложив вечно встрепанные волосы и слегка затенив глаза косметикой. Сам костюм был довольно прост, но чертовски элегантен: черные брюки с алым атласным поясом, белая блуза и черный камзол с остроконечным воротничком. Почти классический Дракула. Образ дополняли накладные клыки, которые Том пока что крутил в руках. Надо сказать, они с Брендой прекрасно подходили друг ко другу. Это было мило - идти в парных костюмах. Ньют невольно попытался представить, как они с Минхо смотрелись бы вместе, и перевел взгляд на бегуна. А Минхо был... весь в белом. Ньют даже не понял, что это за костюм, пока бегун не нацепил на голову белую фуражку. Он, черт возьми, был в парадной форме американского военно-морского флота. На идеальной спортивной фигуре костюм сидел как влитой, еще больше подчеркивая красоту и стать совершенного тела. Ньют открыл рот от изумления. Он и не подозревал до этого момента, что ему нравятся мужчины в форме. - Капитан? - он кашлянул, прочищая горло. Минхо шутливо отсалютовал двумя пальцами в ответ и лучезарно улыбнулся. - И снова идеальное попадание, - Бренда рядом довольно вздохнула. Томас согласно кивал, не зная, на кого из друзей пялиться. - Но это же совсем не страшный образ, - возразил Ньют, вопросительно приподняв брови. - Для тех, кто бегает от военкомата - вполне, - девушка усмехнулась. Несколько мгновений они еще пожирали друг друга глазами, пока Бренда собирала свои вещи и поправляла макияж. - Ну что, все готовы? - Минхо поправил манжету пиджака, сдувая невидимую пылинку. - Тогда поехали. *** Когда они приехали на место, клуб уже гудел, словно улей. Еще по дороге, на улице, они то и дело натыкались взглядом на ряженую молодежь, а когда наконец зашли в клуб, их поглотил настоящий карнавал. Ньют вдруг понял, что лучший способ затеряться в разукрашенной толпе - это слиться с ней, скрывшись за маской вымышленного образа среди сотни таких же других. Никому и дела нет до того, кто он, как он выглядит и во что одет. Он ловил скользящие по нему взгляды - веселые и пьяные, одобряющие; люди, даже не знавшие его, улыбались, хлопали его по плечам, визжали и смеялись, пытаясь утянуть в беснующийся хоровод. Долбящая музыка и мерцание стробоскопов дезориентировали его, и он просто позволил себе вцепиться в локоть Минхо и дать тому отбуксировать его к бару. Томас и Бренда сели рядом, тут же заказав выпивку, Минхо галантно облокотился о стойку. Бегун в своем белом облачении буквально светился под ультрафиолетовыми лампами, и к нему, как на свет фонаря, тут же слетелся рой разряженных в пух и прах девчонок. Ньют с улыбкой смотрел, как они восхищенно ахали вокруг него, гладили отвороты кителя, щупали обтянутые белоснежной тканью бицепсы. Минхо смеялся, улыбался, позволяя целовать себя в щеку и виснуть у него на шее, пока все желающие красотки старались запечатлеть "селфи" с ним. К их шумной компании подошли еще несколько парней, здороваясь и обмениваясь рукопожатиями. Ньюту нравилось смотреть на Минхо. Он был просто великолепен. Открытый и общительный, умный и привлекательный - он действительно был популярен. И Ньюту оставалось лишь гадать, со сколькими из окружавших его людей он встречался раньше. Впрочем, эти мысли совершенно не вызывали в нем ревности. Он с удивлением обнаружил, что ощущает какую-то затаенную коварную радость от того, что красавчик-капитан был его... Он никогда не был собственником, но сейчас осознание того факта, что из всей этот разномастной толпы воздыхателей Минхо выбрал именно его и был с ним, несмотря на все его выкрутасы, грело ему душу. Черт, это было приятно. Называть Минхо своим. Пусть даже никто, кроме них двоих, и не знал об этом. Никто, кроме Алби. Ньют заприметил улыбчивого здоровяка на другом конце изогнутой дугой барной стойки и неуверенно помахал. Тот отсалютовал ему бокалом пива, а через пару мгновений перед Ньютом возникла та самая судьбоносная "Маргарита". Он усмехнулся и, с сомнением взяв бокал, кивнул Алби. Кажется, это действительно могло стать традицией. Рядом выругался Томас. Ньют оглянулся на друга и чуть не прыснул со смеху. Тот уронил свои фальшивые клыки прямо в стакан с "Кровавой Мери" и теперь пытался выловить их с помощью трубочки. Рядом заливисто смеялась Бренда. И Ньюту было легко и весело на душе. Зря он так переживал. Наконец парочка ускользнула на танцпол, а Минхо отошел с кем-то из своих многочисленных приятелей. Ньют отставил пустой бокал в сторону. Он не собирался повторять прошлых ошибок и напиваться. "Маргарита" была великолепна, но брала слишком дорогую цену за свой сладкий вкус. Он обвел взглядом сидящих поблизости людей - многие не поленились создать полноценный образ к Хеллоуину и даже нанести настоящий грим. Вокруг то и дело сновали зомби со следами разложения на коже; несколько разновидностей вампиров в образах, варьировавшихся от гротескного Дракулы до метросексуалов из "Сумерек"; оборотней тоже было предостаточно; девчонки в большинстве своем были в чем-то сексуальном: ведьмочки, медсестры, феи, хотя встречались и отдельные, особо устрашающие экземпляры. Однако единственным действительно пугающим Ньюта человеком был Галли. Этот недружелюбный тип хорошо запомнился ему с прошлой вечеринки, когда стоял на фейсконтроле. Пару раз он наталкивался на этого парня в коридорах университета, и каждый раз тот смотрел на него волком. А сейчас он сидел за одним из столиков и, потягивая пиво, сверлил взглядом их компанию. Ньют поежился. Может, у них с Минхо были какие-то свои счеты, или Галли по какой-то причине не взлюбил Томаса или его лично... Он не знал, чем мог вызвать неприязнь этого парня. Впрочем, какая разница. Пока рядом с ним друзья - что плохого может случиться? Наверное, он сам накликал беду на свою голову. Когда рядом с ним из толпы вынырнул Минхо и, совершенно не стесняясь, обнял его за талию, безуспешно пытаясь уговорить потанцевать и при этом едва ли не тыкаясь губами в его ухо, Ньют заметил, как напряженно выпрямился Галли за своим столиком. Он, конечно, не согласился выйти на танцпол, где в пестрой толпе затерялись Том с Брендой, и Минхо со страдальческим вздохом уселся на соседний табурет у стойки, положив рядом свою фуражку. Впрочем, судя по довольной улыбке, бегуна и так все устраивало. Они были рядом, и этого уже было достаточно. Ньют не собирался афишировать их отношения или как-то выставляться напоказ в публичном месте, но все же мягко сжал пальцы бегуна, когда тот незаметно взял его за руку под барной стойкой. Это был их секрет. И Ньют лишь тихонько улыбался уголками рта, и это было единственным, что могло выдать переполнявшие его умиротворение и счастье. Которые продлились всего пару минут, поскольку совершенно внезапно рядом с ними к стойке прислонился Галли, с громким стуком поставив на отполированную столешницу пустой стакан из-под пива. Ньют вздрогнул. Минхо выпрямился. - Здорово, Галли, - бегун неохотно повернулся к нежданному соседу, выпуская руку Ньюта. Тот не ответил на приветствие, продолжая сверлить Минхо недружелюбным взглядом из-под нахмуренных бровей. Ньют занервничал. Даже не касаясь тела Минхо, он ощущал его напряжение. Бегун словно весь подобрался, как зверь перед броском для нападения - Галли перевел холодные, полные презрения глаза на Ньюта - или для защиты. Сам Ньют от этого угрюмого взгляда непроизвольно съежился. Он заметил, как за спиной Галли поднялся со своего места Алби. Напряжение между ними было почти физически ощутимо. - Вы, голубки, - Галли наклонился к Минхо, и их обдало пахнущим алкоголем дыханием, - наверное, клуб перепутали? Минхо молчал, хмуря брови, встав между Галли и Ньютом, словно стена. Откровенная враждебность в голосе парня, а также реакция самого Минхо и подошедшего еще ближе Алби не оставляли сомнений, что ничем хорошим подобная "светская беседа" не кончится. Ньют с ужасом заметил, что на них бросает подозрительные взгляды маячивший у бара охранник, и, что еще хуже, со стороны танцпола приближаются совершенно ничего не подозревающие Томас с Брендой. Он похолодел от жуткого предчувствия. И Галли не обманул его ожиданий. - Вы, пидоры, совсем обнаглели, - выплюнул грубиян в лицо Минхо, качнувшись к нему и ткнув пальцем в грудь бегуна, и тот, зло прищурившись, сжал кулаки. Ньют беспомощно наблюдал за происходящим. Алби сделал еще один шаг, предостерегающе поднимая руку, Томас замер в паре шагов от них, с нарастающей тревогой во взгляде пытаясь вникнуть в ситуацию. - Заткнись, Галли, - рыкнул Минхо, делая едва заметное движение тому навстречу, - заткнись и отвали. Галли презрительно фыркнул; его лицо скривилось в издевательской ухмылке, а в глазах плескалась подпитываемая алкоголем ярость. - Перед подстилкой своей выделывайся, - он кивнул на Ньюта. - Всегда знал, что ты гнилой педик. - Кто бы говорил, - Минхо угрожающе двинулся на него, стараясь оттеснить его дальше от Ньюта и снижая голос. - Это у тебя глотка бездонная, или думаешь, я не помню? Однако Ньют все прекрасно слышал. Как и Алби. И Томас. Одно мгновение они сверлили друг друга взглядами, перед тем как Галли с глухим рыком бросился с кулаками на Минхо, и тот, отпрянув и перехватив руки нападавшего, едва не сшиб спиной высокий табурет и Ньюта заодно. Стоявшие рядом девчонки завизжали, бросаясь в стороны от сцепившихся парней. Ньют чуть не упал, неудачно подвернув ногу, и врезался в кого-то сзади, но его, к счастью, тут же подхватили чужие руки. Алби бросился на Галли со спины, оттаскивая назад, Томас и еще пара ребят кинулись к ним, разнимая, однако парни успели отвесить друг другу пару ударов перед тем, как их наконец растащили в стороны. "Вовремя" подоспел и охранник. - Ты мразь, пидор! И потаскуха твоя помойная! Проваливай, мразь, - Галли рычал, пытаясь высвободиться из скрутивших его рук, на губах его пузырилась кровавая пена, стекая по подбородку, - пидоры хреновы!.. Минхо рванулся было к нему, но Ньют мертвой хваткой вцепился в его плечи, почти повиснув на бегуне, чтобы удержать на месте, а Томас преградил путь, упираясь ладонью в грудь капитана. Еще несколько парней встали между ними. Посетители клуба расступились, давая дорогу подбежавшему на подмогу вышибале, и охранники поволокли продолжавшего орать и сыпать ругательствами Галли под руки. Люди вокруг не вмешивались, забыв о танцах, кто-то даже снимал на телефон развернувшуюся безобразную сцену. - Вам лучше покинуть заведение, - прорычал охранник напоследок, оттаскивая брыкающегося драчуна прочь. Ньют с трудом расцепил пальцы, выпуская Минхо лишь тогда, когда опасность продолжения драки исчезла вместе с Галли. Он не сразу осознал, ЧТО произошло... Он окинул взглядом стоящих вокруг ребят - улыбки исчезли с разукрашенных лиц, Бренда стояла рядом, закрыв рот рукой. И только когда Томас повернулся к нему с круглыми от изумления глазами и застывшим на лице потрясением, стало ясно, что он все понял. Их секрет был раскрыт и вывален на всеобщее обозрение, словно корзина с грязным бельем. Ньют был шоке. Оглушен. Раздавлен. Он застыл в немом оцепенении, потеряв чувствительность ко всему окружающему миру. Томми смотрел на него. На них. Минхо наконец напряженно выдохнул и повернулся к нему, широкой спиной заслоняя от любопытных и удивленных взглядов; его темные глаза все еще были полны ярости и... какого-то отчаяния. Бегун раздраженно вытер разбитые костяшки пальцев о край кителя, оставляя розовые разводы на белоснежной ткани. На его левой скуле наливался кровоподтек. - Мы уходим, - твердо произнес он, взял Ньюта за руку и потянул за собой.