Долгая дорога домой

      Корабль сильно тряхнуло и я, в одно мгновение потеряв равновесие, упал на пол. Обычно Труди хватает мастерства пристыковаться тихо и «безболезненно», но в этот раз всё вышло иначе: нас трясло, трясло, и трясло. Кое-как встав на ноги, я подошёл к креслу пилота и, вцепившись руками в его спинку, посмотрел в иллюминатор. Внутренности «Нептуна» поражали моё воображение, и меня всё ещё не отпускала мысль о том, что это не просто огромный корабль, а целая орбитальная станция, облачённая в прочный корпус и оснащённая мощными двигателями. Пока Труди пилотировала «Икар» на посадочное место, мимо нас проплыло несколько рабочих уровней и я смог наблюдать, что по ним, совершенно не обращая на нас никакого внимания, ходит рабочий персонал, полностью занятый своим делом. Наш корабль прекратил движение, и сразу после этого раздался скрежет металла и шипение стыковочных клапанов. Теперь со всей уверенностью можно сказать, что мы пристыковались, и всё, самое сложное, позади. Мокрая от пота Труди с облегчением выдохнула всё накопившееся в ней за последние сорок минут напряжение и я, положив руки на её влажные плечи, наклонился над её ухом и сказал: — Ты большая молодец. Поблагодарив Труди за выдержку и профессионализм (я бы вряд ли смог приземлиться так точно через раскрытую крышу «Нептуна»), я отправился в шлюзовую камеру и уже там с удивлением обнаружил, что не могу открыть дверь. Вернувшись обратно к Труди, я уже было хотел спросить у неё, как вообще такое возможно, но она опередила меня: — Джейк, я понятия не имею, как они смогли такое сделать, ведь для этого нужно проникнуть в системы корабля… Я прекрасно понимал, что нас заблокировали на собственном судне и что самим нам не вылезти (нет, вылезти наверняка можно, но надо очень постараться), но с трудом понимал, для чего всё это нужно. Вообще за всё, что происходит на корабле, отвечает только капитан, и я больше чем уверен, что он знает о нашем «заточении», и кроме того, он сам мог отдать такую команду. В реальность меня вернул голос Труди: — Джейк, когда ты общался с капитаном, он был… нормальным? Я вспомнил свои недавние приключения на Алатфаре, когда на огромной станции среди большого количества людей мне нужно было найти одного единственного, капитана корабля «Нептун-3» Джека Рассела. В итоге, не без помощи обитателей станции, я нашёл его, и хочу сказать, мистер Рассел оставил о себе только хорошее впечатление. У него отличное чувство юмора, но, тем не менее, он серьёзен и к своим обязанностям относится очень трепетно. Я был шокирован, когда услышал от него, что я ошибся, и он не знает «никаких Грейс», но потом он отвёл меня в сторону и сказал мне, чтобы я не кричал на каждом углу о том, что капитан Рассел кому-то обещал взять на борт «лишних» пассажиров. Вручив мне свежие документы на посадку, он сказал мне, чтобы я возвращался на свой корабль и готовился к загрузке, и что позже мы с ним обязательно встретимся. В общем, хороший он мужик… — Да, он абсолютно нормальный, и свои обязанности он выполняет безукоризненно. — Странно… Краем глаза я заметил Нейтири, которая, обхватив колени, сидела на своём месте и наблюдала за нами. Она ничего не говорила с того момента, как оказалась на «Икаре» и о чём она думает, я не могу даже догадываться. Вообще не очень приятно, когда за тобой кто-то наблюдает, тем более, если этот кто-то – трёхметровый хищник с далёкой планеты. Сказав Труди, что мне нужно посоветоваться с ещё одним человеком, я отправился будить Уилла, но зайдя в каюту, увидел, что он не спит и просто сидит с ногами на своей кровати. Сев на свою койку, я, улыбнувшись, сказал: — Ждёшь особого приглашения? Уилл оживился: — Что, уже сходим? — Нет, мы заблокированы на судне. — Что?! Я рассказал Уиллу о происшествии и поделился некоторыми догадками, но он сказал, что захватить управление кораблём извне в принципе можно, но для этого требуется приличное количество времени, да и вряд ли это пройдёт незаметно для экипажа. Потом немного подумав, он и вовсе предложил мне прогуляться до шлюза, и через минуту мы уже вместе пялились на закрытую дверь. Нажав несколько раз по сенсору, открывающему дверь, он немного подумал и сказал: — Нет, над кораблём никто не мог получить доступ. Во-первых, все системы судна изолированы от «внешнего» мира, и единственный канал, который постоянно открыт для всех, это система связи. В неё же входит система распознавания. Именно благодаря ей ты можешь понять, кто на тебя движется: торговое судно, военные, или такие же путешественники, как и ты. Через радиоканал, по которому Труди связывается со станциями, заразить систему нельзя, а чтобы это сделать через протокол распознавания, нужно быть очень умным парнем. Я бы даже сказал, гением. Уилл снова несколько раз нажал на сенсор, а потом сказал мне: — Смотри. При нажатии сенсор срабатывает, но двери не открываются. Системы корабля не заражены, так как Труди сразу бы это увидела. Остаётся одно: двери заблокированы механически. Уверен, что это магнитный замок, по-другому такие двери извне никак не сдержать. Я уже было хотел сказать Уиллу, что без него я бы даже приблизительно не смог установить причину происходящего, как вдруг за дверью раздался шум. Спустя пару минут Уилл снова нажал на сенсор, и двери раскрылись: перед входом в шлюз стоял капитан «Нептуна», и я сразу решил взять инициативу в свои руки: — Добрый день, капитан Рассел. Это Уильям Блейк, наш техник… Я протянул руку для рукопожатия, но капитан, посмотрев на неё, зашёл на борт, тем самым заставив нас с Уиллом отойти вглубь шлюза, и только потом пожал мою руку, а затем и руку Уилла. Увидев наши недоумевающие лица, он поспешно и с улыбкой на лице ответил: — Через шлюз не здороваются, примета плохая. Очень приятно, Уилл. Итак, полагаю, у вас есть ещё один член экипажа… «Ещё один». Значит, он ничего не знает?.. — Я здесь! Зашедшая в шлюз Труди сразу поспешила протянуть руку Джеку Расселу, и после краткого рукопожатия добавила: — Я пилот этого судна, ну и… очень рада знакомству! Уверен, мы втроём думаем об одном и том же: надо не дать капитану зайти вглубь нашего корабля, иначе всё выйдет из-под контроля. К нашему счастью, всё разрешилось само собой. Капитан решил не знакомиться с нашим судном, и сказал: — Мне очень приятно принимать на борту таких замечательных людей, как вы (витиеватость его речи просто зашкаливает), поэтому я хочу, чтобы вы взяли с собой всё необходимое, а я пока перекинусь парой фраз с мистером Салли, снаружи. Уилл и Труди молча ушли вглубь корабля, а капитан Рассел жестом предложил мне сойти с «Икара». Немного отойдя от корабля, он сказал мне: — Теперь, Джейк, давай начистоту: насколько опасна та тварь, которую ты с друзьями пытаешься вывезти за пределы системы? Меня как будто оглушило: Грейс на самом деле всё ему рассказала, и даже больше. Остаётся загадкой только то, как она вообще сумела уговорить его взять на борт неизвестное науке и, не буду этого отрицать, потенциально опасное существо. Придя в себя, я решил быть максимально честным, и ответил: — Капитан, не буду отрицать, что во время моего с ней знакомства и общения были эксцессы, но сейчас они полностью устранены, и она не несёт в себе никакой опасности. Я полностью её контролирую. Капитан посмотрел на меня как на провинившегося новичка, пару дней назад заступившего на судно, а потом сказал: — Даже хозяева собак не могут быть до конца уверены, что их любимому питомцу вдруг не свернёт крышу. Твоё существо разумно? — Да, сэр, разумно. Более того, она понимает наш язык, и может общаться на нём. Глаза капитана немного расширились, и я понял, что он весьма удивлён таким поворотом. Немного помолчав, он ответил: — Джейк, всё это я сейчас делаю только из-за своего огромного долга перед Грейс. Я нарушил множество постановлений и кроме того устроил небольшой саботаж, а теперь, пока ремонтники чинят систему видеонаблюдения этого сектора, я хочу чтобы ты и твои друзья прямо сейчас проследовали со мной в место, которое станет вашим домом на полтора-два месяца. Давай, иди за всеми. Я поднялся на корабль и сразу же направился к Нейтири. Услышав мои шаги, она оживилась, а я, подойдя к ней, без всяких приветствий сразу же начал с главного: — Нейтири, сейчас мы пойдём в другое место, и нам нужно это сделать быстро, чтобы нас никто не видел. Ты готова? Она посмотрела на меня с удивлением, а потом перевела взгляд на Уилла и Труди, которые что-то тащили за моей спиной. Этим чем-то оказался ящик, в котором я в своё время проник на свой же корабль под видом личных вещей Труди. Ухмыльнувшись, я спросил: — Что вы там тащите? — Всё то, что нам необходимо, но думаю, ещё за кое-какими вещами нам будет нужно вернуться. Я опять повернулся к Нейтири, которая, немного помедлив, ответила: — Я готова.

***

      Капитан Рассел вёл нас по мосткам к грузовому лифту, стараясь не оборачиваться на Нейтири, которую мне пришлось вести за собой чуть ли не за руку. Дойдя до лифта, он нажал кнопку на панели вызова, и пока мы ждали прибытия кабины, он рассказал нам, как ему удалось вывести всех людей из зоны дока (он поднял какую-то учебную тревогу) и куда мы отправляемся. Сначала мы спустимся в специальный сектор, который является своеобразной мини-станцией с другими лифтами (как я понял, это будут не лифты, а специальные кабины, которые по монорельсу или каким-нибудь другим способом могут доставить нас в различные места). Оттуда мы на специальной кабине, для доступа к которой нужен пропуск (капитан сказал, что специально выбрал такой маршрут для нашей безопасности), мы отправимся в специальный технический ангар, который, отныне, закрыт на некую «профилактику» (опять же из-за нас). Там будут ещё несколько помещений, в некоторых из которых будем жить мы, а в других будет храниться провиант. Когда приехал лифт и мы кое-как вместе с Нейтири втиснулись внутрь, я подумал, что же такого сделала Грейс для Джека Рассела, что он согласился на данную, не побоюсь этого слова, авантюру? До места назначения мы добрались относительно быстро и без особых приключений. Открыв карточкой дверь, ведущей в наше «убежище», Джек Рассел вручил её мне и сказал: — Это твой личный пропуск на нижние уровни, лифты и монорельсовые кабины. Коротко говоря, при помощи этой штуки ты сможешь возвращаться на корабль и обратно, и никто другой кроме тебя не сможет открыть эту дверь. Прислони её с обратной стороны, чтобы закрыться. Уилл и Труди вместе последовали по широкому и высокому коридору, который вёл в наш новый дом на ближайшее будущее, а я остался с капитаном, так как он опять позвал меня в сторону для приватного разговора: — Джейк, надеюсь, твои друзья поймут, почему я сделал такой пропуск только тебе одному? Мне пришлось изрядно поломать голову, как скрыть вашу компанию от любопытных глаз. — Капитан, я гарантирую, что мы не будем покидать без надобности предоставленное вами убежище, но нам ещё сегодня придётся пару раз вернуться на «Икар», чтобы собрать кое-какие вещи… — Хорошо, Джейк, только старайтесь не привлекать к себе внимание. А теперь извините, меня ждут мои обязанности. Совсем скоро мы взлетаем. Джек Рассел развернулся и пошёл в сторону пассажирской кабины (я и правда не знаю, как она правильно называется). Когда он зашёл внутрь, и развернулся к нам лицом, я крикнул: «Спасибо!», на что он улыбнулся и просто поднял руку. Повернувшись к Нейтири, я сказал: — Пошли. Нам нужно как следует изучить наше новое место жительства.

***

      Место, которое нам капитан выделил для жительства, было огромным и, я бы даже сказал, уютным. Большой ангар, примерно на четверть заставленный пустыми контейнерами, теперь полностью принадлежал Нейтири, и теперь она могла передвигаться в полный рост. Уилл, Труди и я также нашли себе место для жизни: по обе стороны длинного коридора, по которому мы пришли в ангар, находилось несколько пустующих помещений. В одном из них решили жить мы с Уиллом, а другое, которое было чуть меньше по размерам, но зато находилось по соседству с нами, заняла Труди. Конечно, нам ещё предстояло перетащить матрасы с «Икара», но это были уже мелочи. По поводу провизии пока что можно было не беспокоиться: в ангаре находилось два контейнера-холодильника, набитых мясными тушами и ещё кое-какой незатейливой пищей (внимательно осмотрев помещение, я понял, что боковая стена представляет собой огромные двери, раскрывающиеся наружу, тем самым позволяя загружать внутрь грузы). Единственной проблемой было посещение туалета. Конечно, в одной из комнат было нечто похожее на систему спуска неких отходов, но я очень сомневался, что туда можно сбрасывать органические отбросы. На небольшом постаменте, находившемся в глубине это комнаты, находился люк, открываемый нажатием небольшой сенсорной кнопки на стене. На стене, рядом с этой кнопкой, висела обшарпанная металлическая табличка, на которой была написана краткая инструкция по использованию этой системы, которая (если верить надписи) могла уничтожить всё что угодно, даже металл. Открыв люк, я заглянул в отверстие, в которое мог пролезть человек, и не увидел ничего, кроме металлического дна, до которого по моим меркам было метра полтора, или чуть больше. Ну и что можно переработать в таком устройстве? Вернувшись к Уиллу в комнату, который растаскивал пустые ящики по углам, я сказал: — По поводу естественных потребностей можешь не переживать, я нашёл плазменный сортир. — Что?.. — Там в одной из комнат стоит, как гласит инструкция, «плазменная установка по переработке отходов небольших размеров». Если учесть, что отходы у нас будут, а иных мест для их, так сказать, переработки у нас нет, то будем пользоваться тем, что есть… — Ну и куда вы пропали? Труди зашла в помещение, и через мгновение её взгляд был прикован к конструкции, вызвавшей у нас с Уиллом жаркие споры. Подойдя ближе, она сказала: — О, а я ведь знаю, что это! Это для переработки отходов. Можешь кидать туда что угодно, плазма вмиг превратит это в молекулы… — Даже органику? Немного помешкав, она ответила: — Ну да. Плазме как-то всё равно, что перерабатывать. — Отлично. Уилл, поздравляю, одну проблему мы уже решили. — Стоп. Вы хотите?.. — Да, Труди, очень хотим, так как других мест для этого тут нет. — Офигеть! Труди ещё долго ходила в возбуждённом состоянии, пытаясь убедить меня и Уилла не пользоваться этой установкой не по назначению, но потом согласилась, что иного пути нет, и нам специально никто тут туалета не сделает. Осталось только решить единственную важную проблему, перед тем как мы вернёмся на «Икар» за матрасами и начнём здесь обживаться – нехватка воды. Брать её тут негде, а значит, мы не сможем соблюдать личную гигиену, что приведёт к плохим последствиям. Труди предложила ходить каждое утро и вечер на «Икар», но потом вспомнила про Нейтири, и эта идея отпала сама собой. Единственным выходом из данной ситуации я видел в ежедневной переноске воды с «Икара» прямо сюда, но с такими темпами использования вряд ли её хватит даже на две недели, да и тащиться туда-сюда тоже не особо хотелось. Наши раздумья неожиданно прервала Нейтири, появившаяся в дверном проёме: — Жейк, мне нужно кое-что тебе сказать… Я увидел, что она держится за живот и выглядит взволнованной. Когда я подошёл ближе, она наклонилась ко мне и сказала о том, что рано или поздно должно было произойти. Я вернулся к Труди, и сказал: — От тебя, как от женщины, кое-что требуется. — И что же? — Научить Нейтири пользоваться этим устройством. — Что?.. — Ты знаешь, что сама она не сможет… — Почему я? — А почему нет? Труди смотрит на меня взглядом, от которого хочется провалиться на месте, но отступать я не намерен: — Труди, откуда бы Нейтири ни была родом, она, как и ты – женщина, и есть вещи, которые показать ей можешь только ты. Было видно, как Труди борется внутри себя с чем-то для неё очень неприятным, но в итоге, посмотрев на Нейтири, а потом на меня, сказала: — Хорошо, я это сделаю. Но ты принесёшь мой матрас. — По рукам. Я и Уилл вышли из комнаты, оставив Труди и Нейтири наедине друг с другом. Открыв двери карточкой, мы вышли из ангара и закрыв их (не стоит нарушать правила безопасности, установленные лично капитаном), вызвали мини-поезд (так Уилл окрестил кабину для перемещений, так как, по его мнению, это был монорельсовый вагон). Уже внутри он неожиданно громко сказал, будто бы общаясь сам с собой: — Уверен, они поладят. А иначе быть и не может.

***

      Пока Уилл сливал воду в чудом сохранившиеся канистры, я пытался как-то совладать с матрасами. Положив их все друг на друга (три для нас и четыре для Нейтири), я обвязал их верёвкой и попробовал протащить по полу. Убедившись, что проблем с ними не будет, я отправился к Уиллу, который терпеливо ждал, когда струя воды из крана наполнит второй бак. Всего их было четыре. Представив, как он будет тянуть на себе эти ёмкости, я спросил: — И ты собираешься всё это тащить на себе? Тут только в одной канистре 20 литров. Уилл закрутил крышкой второй бак, а затем подставил под кран третью ёмкость и снова открыл кран. Отряхнув от воды руки, он ответил: — Ну, вода нам нужна в любом случае, поэтому, я думаю, сюда можно будет вернуться ещё раз… — А если мы погрузим две канистры на матрас и погрузим их на твои матрасы… — Или сразу погрузим все, а всё это мы будем тянуть вдвоём? — Отличная идея. Набрав в канистры воду, мы водрузили их на нашу импровизированную «телегу», а также решили прихватить с собой электрическую плиту, которую еле-еле смогли оторвать с её места на нашей кухне. Волоча всё это вместе с Уиллом до первого грузового лифта, я то и дело ловил на себе взгляды местного персонала, но благо, никаких вопросов к нам не последовало. Видимо, тут видели вещи и покруче. Как только мы достигли нужного нам уровня и вылезли из лифта, Уилл предложил немного передохнуть, и я решил поддержать его инициативу, так как и сам немного устал. К тому же верёвка сильно натирала руки, что тоже не способствовало желанию работать. Внезапно Уилл спросил: — Джейк, а Труди всегда такая агрессивная? Не собираешься ли ты, Уильям Блейк, взять в жёны… Тьфу. — В школе она была довольно тихой, а вот военная школа раскрыла её характер во всей красе. — Так она военный? — Насколько я знаю, нет. Мы с ней практически не общаемся о её жизни. Уилл кивнул и предложил мне продолжить наш путь до дома. Использовав в очередной раз пропуск и втиснувшись в вагон, я поймал себя на мысли, что ничего не хочу рассказывать ему про Труди. Нет, он хороший парень, но, если ему вдруг захочется что-то узнать о ней, то пусть поговорит с ней сам, расспрашивать меня для этого совсем не обязательно. Когда мы вернулись в ангар, я первым делом разыскал Труди и спросил её о том, как всё прошло, и она совершенно спокойно ответила мне: — Нормально. Конечно, я не ожидал красочного рассказа о том, как Труди примерила на себя роль учителя и нашла общий язык с Нейтири, но такая краткость меня настораживала. Я переспросил: — Точно? Труди закатила глаза: — Точно. Я действовала очень аккуратно, и поверь мне, она сможет теперь делать это самостоятельно. — Хорошо, а где она сама сейчас? — Выбирает место для сна. Она сказала, что её народ предпочитает спать как можно выше от земли, и теперь она лазает по пустым контейнерам. Я вернулся в ангар и увидел, что Уилл развязал матрасы и снял с них весь остальной груз. Стянув два матраса с этой здоровой кипы, я потащил их в сторону стоящих друг на друге пустых контейнеров. Учитывая то, что мне сейчас сказала Труди, я направился к самому высокому «строению» из трёх пустых железных ящиков, которые в сумме давали примерно метров девять. Подойдя как можно ближе, я крикнул: — Нейтири! Из верхнего контейнера высунулась голова Нейтири, и совсем скоро она оказалась внизу передо мною. Показав ей на матрасы, я сказал: — Думаю, они тебе пригодятся. Я принёс тебе четыре штуки. На всякий случай я показал ей четыре пальца, на что она ответила мне: — Я знаю, што такое шетыре. Взяв матрасы, она потащила их на контейнер, стоящий перед её, если так можно выразиться, «башней», а уже оттуда начала их таскать к себе в логово. Забрав потом ещё два матраса, она сказала мне слово, которое я ещё от неё никогда не слышал: — Спасибо. Когда она скрылась в своём новом месте жительства, я ещё долго стоял на месте и думал о всякой ерунде, которая начала лезть мне в голову после этого обычного «спасибо», и так бы стоял и дальше, если бы не внезапно начавшийся глухой, но тем не менее, сильный шум. Уилл и Труди подбежали ко мне, но они выглядели не напуганными, а скорее, радостными: они, как и я поняли, что мы наконец-то взлетаем, и что для всех нас этот взлёт является началом путешествия, которого мы, может быть и боялись, но и вместе с этим сильно ждали.

***

      Готовка пищи не заладилась у нас с самого начала. Вытащив из холодильника разделанную и замёрзшую тушу мы поняли, что ждать, пока она оттает, бесполезно, так как голод прибьёт нас гораздо быстрее, чем мы приступим к её приготовлению, да и что мы можем сделать в таких условиях? Максимум разделать её на кучу мелких частей и пожарить, но всё время жареную пищу есть не будешь. Пока я и Труди думали над тем, что ещё можно с ней сделать, Уилл где-то нашёл металлическую трубу и сказал, что если он начнёт отбивать мясо, то сможет разбить на ней наледь, и тогда процесс таяния пойдёт гораздо быстрее. Вскоре мы с Уиллом начали лупить эту несчастную тушу уже по очереди, но как мне кажется, мы не особо продвинулись в нашем начинании, да и сама затея была так себе. Нет, внешнюю ледяную корку мы успешно сбили, но само мясо было всё ещё твёрдое как камень. Внезапно Труди предложила свою идею: — Давайте найдём, куда можно подключить нашу плиту, и начнём греть на ней воду. Когда вода закипит, направим пар на тушу, и она постепенно оттает. — Труди, у нас нет ёмкости, куда можно налить воду… — Знаю, поэтому греть её мы будем прямо в железной канистре. Переглянувшись с Уиллом, мы решили, что в этой идее что-то есть, и принялись за дело. Вытащив тушу из холодильника, мы повесили её на угол двери одного из контейнеров, а внизу расположили нашу электрическую плиту с канистрой. Подключение плиты никаких проблем не вызвало, так как на наше счастье здесь оказался небольшой дизельный генератор с небольшим запасом топлива и не окажись он здесь, спать бы нам пришлось голодными. Где-то через полчаса вода нагрелась, и вскоре на тушу пошёл пар, но вместе с этим на пол начал падать конденсат. В срочном порядке Уиллом было найдено какое-то тряпьё, которое тут же было положено под тушу, но даже его оказалось мало. В конце концов, залив пол жижей, нам удалось добиться её размягчения. Сняв её с двери, мы аккуратно положили её на пол и сняли с плиты канистру, так как пар нам больше не требовался. Труди сходила за ножами, которые они с Уиллом уложили в здоровый ящик, и уже хотела начала разделывать тушу, как Нейтири, с интересом наблюдавшая за нами всё это время, спустилась из своего убежища и достав нож, предложила свою помощь: — Будет горазда лучшэ, если это сделаю я. Никто из нас возражать не стал, и вскоре мы уже обжаривали ломтики мяса на этой электрической плите. Когда мы в итоге начали жадно поглощать скромный и запоздалый обед, я подумал о том, что всё время мы так жить не сможем, и надо что-то менять. Если не сегодня, то хотя бы завтра нужно обязательно пересечься с капитаном, и сообщить ему о возникших трудностях, а пока… — Не знаю, ребят, как вы, а я бы предпочёл помыться. Мне самому противно, как я пахну. Прожевав и проглотив кусок мяса, Труди сказала: — Я тоже не против, но сделать это в местных условиях возможным не представляется. К разговору подключился Уилл: — Там по коридору есть ещё одна комната, и она тоже без двери, как все остальные. Там под потолком идут какие-то трубы, и нам очень повезёт, если по ним течёт вода, а не какие-нибудь смазочные материалы. Тут и я вставил свои пять центов: — Даже если мы врежемся в трубу, даже если мы сможем использовать протекающую там воду в своих личных целях, там всё равно нет слива. Куда девать оставшуюся после мытья воду? — Джейк, ты срочно должен поговорить с капитаном. То, что он скрыл нас от любопытных глаз – просто замечательно, но без нормальной возможности готовить и мыться мы долго не протянем. Ты можешь сегодня этого не делать, так как мы все сегодня устали с этой погрузкой, и нам нужен хороший отдых, но завтра ты должен обязательно его найти. — Я с тобой полностью согласен, Труди. Вытерев жирные руки о тряпьё, она тут же спросила: — Это хорошо, что согласен, но что мы будем делать сегодня?

***

      — Я не буду этого делать. — Труди, обещаю, я не буду подсматривать… — Нет. Весь мокрый и распаренный я стоял на пустом контейнере, держа в руках тёплую канистру. Уилл, который стоял неподалёку, чуть ли не давился со смеху, наблюдая, как я уговариваю Труди помыться, но поймав её свирепый взгляд, тут же принял серьёзный вид и сказал: — Ладно, Джейк, спасибо за то, что помог мне с душем, и впредь не забывай отключать генератор до начала мытья, так как в следующий раз меня может рядом не быть, и напомнить будет некому. Труди, если ты против компании Джейка в этом важном деле, ты знаешь, к кому ещё можно обратиться. — Отвяжись! — А я вовсе и не себя имел в виду. После этих слов он поднял с пола свой матрас и отправился в комнату, которую мы с ним заняли. Подождав, пока Труди проводит его взглядом, я сказал: — А ведь действительно, ты же можешь… — Нет. — Почему? После короткой паузы она ответила: — Я её немного боюсь. — Да брось, это с непривычки. Ты же помогла ей сегодня освоиться с утилизатором? — Да, но… Она опять замолчала, но потом, набравшись смелости, сказала: — Если я увижу, что ты подглядываешь… Я был очень удивлён решением Труди, но спорить не стал и вовсе не из-за того, о чём можно было подумать сначала. На самом деле я и не горел желанием как-то подглядывать за Труди, тем самым уязвляя её женское достоинство, но если она всё ещё боится Нейтири, то я не против помочь, а её страх… Уверен, он обязательно пройдёт. Труди отвернулась и сняла с себя майку, которая уже давно потеряла свой белоснежный вид, тем самым обнажив свою загорелую спину. Повесив майку на двери контейнера, который должен был ограждать её от любопытных глаз (хотя Уилл уже давно ушёл, а Нейтири, как я думаю, было неинтересно наблюдать за мытьём других людей), она сняла ботинки, а затем и мешковатые штаны серого цвета… — Ты не носишь носки? Труди обернулась, инстинктивно прикрыв грудь руками, но затем посмотрела на свои ноги, и развернулась обратно: — Да как-то всё не было времени купить. — Мы до этого заходили в кучу разных портов. Не могла просто сказать, что у тебя нет носков? Ничего не ответив, она потянула руки к застёжке лифчика. Всё, на этом можно было считать пубертатную мечту Джейка Салли исполненной, но совесть и данное Труди обещание не подглядывать заставили меня смотреть не на неё, а на стену перед собой. Когда она полностью разделась я, не отрывая глаз от стены, начал лить на неё тонкой струёй воду из канистры. Вскоре от неудобного положения рук и тела начали млеть мышцы, но я терпел как мог и в тот момент, когда мне показалось, что я хочу вышвырнуть эту канистру куда подальше, я услышал: — Всё, можешь больше не лить. Я отошёл от края контейнера и сел на корточки. Через некоторое время Труди вышла всё в той же грязной одежде и сказала мне с усмешкой на лице: — Ты не подглядывал? — Нет. — А ведь мог. — Мог, но репутация дороже. Труди грустно улыбнулась, и пожелав мне спокойной ночи, так же как и Уилл подобрала матрас с пола, и потащила его за собой. Я же подошёл к «башне Нейтири» (так её окрестил Уилл), и постучав по ней кулаком несколько раз, крикнул: — Нейтири! Когда она вылезла из своего логова и спустилась вниз, я сказал: — Не хочешь помыться? Ничего не сказав, она подошла к контейнеру, на котором я стоял (как оказалась, ростом она немного ниже, чем этот пустой ящик) и сказала своим тихим и до сих пор непривычным для меня голосом: — Если мы хотим освежиться, и смыть с себя грязь, мы обычно ныряем в озеро, или идём к большому и красивому водопаду… Немного помедлив, она сказала: — Лей! Я начал лить на неё воду, и вместе с этим начал чувствовать себя крайне неудобно. Видимо там, откуда прибыла Нейтири, понятие о стеснении или стыде носит совсем иной характер, и к обнажённому телу там относятся совсем иначе. Она не просила меня закрывать глаза, или смотреть куда-либо в сторону. Она просто стояла передо мною под струёй тёплой воды, омывая своё лоснящееся мокрым блеском тело. Струйки воды, бегущие по её лицу и груди, будоражили моё сознание и я почувствовал, как мурашки бегут по моему телу безудержным табуном. Повернувшись ко мне спиной, она начала мыть свои длинные чёрные волосы, а я про себя начал молиться, чтобы всё это закончилось как можно скорее. Ещё немного, и я сойду с ума, сделав впоследствии какую-нибудь глупость… — Хватит. Я прекратил лить, и спустился вниз, стараясь не смотреть на Нейтири. Я не хочу потерять голову, и не хочу натворить глупостей, поэтому завтра же я постараюсь решить с капитаном вопрос о какой-нибудь душевой, пусть даже это будет приваренный кран к трубе с холодной водой. Нет, холодная вода не подойдёт. К трубе с тёплой водой. Да, однозначно с тёплой… Нейтири вышла из-за контейнера, выжимая свои волосы, и я почувствовал на своём лице очередной прилив тепла. Она была прекрасна, и отрицать это было просто глупо. Высокая и стройная амазонка с большими сияющими глазами… Сказав мне «Спасибо», она ловко забралась в своё убежище, а я вернулся в реальность и обнаружил, что остался один на один с огромной лужей воды на полу. Собрав кое-какое тряпьё, я начал развозить её по полу в надежде, что так она быстрее высохнет к завтрашнему утру, но поняв бесполезность этого занятия, бросил их и, взяв с пола матрас, направился спать.