Как песок сквозь пальцы

Утром Хатим проснулся в комнате один. Он немного полежал, пытаясь сообразить, что же такое вчера произошло? Вчера, когда Аббас его поцеловал, ему было так… так, странно. После того, как он нечаянно заглянув в спальню к Ясмину, увидел его верхом на альфе, влажного от испарины, с прилипшими к спине волосами и совершенно безумным взглядом, ему стали сниться «мокрые» сны. После них он просыпался, тяжело дыша не от страха, а от желания. Желания чего-то странного и не понятного. Когда Мышонок раньше шёпотом рассказывал в ночи, какой Айюб страстный, горячий и заботливый, и как Мышонку было сладко прижиматься, отдавая и принимая, Хатим затыкал уши. Он тогда точно знал, что альфы зло. Но после того, как он увидел разомлевшего Ясмина, рассказы Мышонка обрели другое звучание. Но к тому времени, когда Хатима это заинтересовало, самому Мышонку было уже не до рассказов. Он был увлечен своими рисунками и дочкой. Теперь все его разговоры крутились вокруг малышки. А Хатим опять затыкал уши, не желая слушать, как она покушала, покакала, улыбнулась, подержалась за пальчик и прочую ерунду. Хатим старался не думать, но каждый раз видя, каким томным и довольным Ясмин выходил из спальни, как он переглядывался с мужем, и как они, старательно прячась, страстно целовались за каждым поворотом коридора, наивно полагая, что никто во дворце этого не замечает. Хатим понимал, что он явно чего-то не допонимает. Чего-то, по всей видимости, важного, но пока непонятного. А вчера ночью, когда губы Аббаса терзали его шею, у него от странного волнения поджимались пальцы на ногах. Хотелось, чтобы это продолжалось ещё и ещё. А когда зубы альфы прикусили кожу, он едва не закричал от странного удовольствия. И вообще, все произошедшее вчера было очень и очень... волнительно? Хатим не мог разобраться в своих ощущениях и решил, что подумает над этим попозже. А пока он, сев на кровати, скинул с себя халат Аббаса и огляделся. В углу на маленьком столике стояла тарелка с кашей, стакан молока и яблоко. Рядом со столиком стояла коробка с тетрадями и учебниками. Дальше расположились два сундука - резной с вещами Хатима и простой, по всей видимости, с вещами Аббаса. Рядом с ними стояли две пары сапог, одна пара с богатой вышивкой, а вторая - песочно-желтого цвета и несколько потрепанная. У самой двери стоял велосипед Хатима. У другой стены стояли детская кроватка и небольшой сундук. Хатим, не удержавшись, встал с кровати и открыл крышку. В сундуке лежали детские вещи. Хатим быстро захлопнул его. Стало немного неуютно, и Хатим подошел к своему сундучку. На нем лежали аккуратно сложенные абая и шейла, а поверх них алое, как кровь, платье с вышивкой по подолу. Очевидно, оно и было подарком Ясмина. Переложив вещи на кровать, он открыл сундук и надел привычную тунику и штанишки. Одежда была из хлопка, как у биби и воинов. Хатим улыбнулся. Он теперь не гаремный омега, а значит, шелк ему не положен по статусу. Омега с улыбкой расправил свою одежду, он был совсем не против больше никогда в жизни не надевать шёлковые вещи. В сундуке лежала кукла, та самая, которую ему подарил Ясмин в самом начале, когда он попал сюда вместе с остальными омегами Халиба. Он вытащил ее из сундука и, подумав, положил в детскую кроватку. Он это сделал не для девочки, вернее, дочки, нет. Хатим подумал, что Аббасу будет приятно, если он поступит именно так. Глаза остановились на простом сундуке. Хатим воровато оглянулся на дверь и открыл крышку. Было очень любопытно посмотреть, что там. Но там лежали простые рубашки и штаны. На дне лежало несколько хрустящих пакетов. Хатим бережно достал рубашки, которые лежали сверху и с опаской заглянув внутрь пакета. В нём лежал темно-синий костюм. Хатим видел примерно такой же костюм в гардеробе Ясмина. Он захотел рассмотреть его, но тут в дверь тихонько постучали. Хатим быстро сложил всё, как было раньше, и с опаской приоткрыл дверь. За дверью стоял довольно улыбающийся омега. - Привет! - омега улыбался так, будто ему сделали самый желанный подарок. - Я Джаннан, супруг Усамы! - на всякий случай пояснил он и решительно прошел внутрь домика Хатима. - Усама сказал, что Аббас попросил его, чтобы я зашел к тебе и помог тебе освоиться на новом месте! Хатим замер на мгновенье, пытаясь осознать, что именно ему только что сказали. А омега покрутил головой по сторонам и бесцеремонно плюхнулся на кровать. - Ну, я так и думал! - заявил он, крутя головой и рассматривая комнату. - Чисто альфья нора! Никакого уюта! Не переживай, у нас с Усамой тоже сначала все было также! Но я помогу тебе обустроить гнездышко! - омега энергично подпрыгнул с кровати и пробежался по комнате. - Надо обязательно повесить шторы на окна и купить несколько подушек! Можно просто купить ткань и отдать в мастерские при дворце, а можно купить готовые на рынке! Так будет намного быстрее! А еще вам надо обязательно купить ширму, а то ребенок проснется среди ночи и увидит, чем родители занимаются! - Джаннан прикрыл рукой рот и довольно хихикнул. - А еще надо купить такую плоскую корзиночку, чтобы носить в ней еду с кухни домой! А то на подносе совсем неудобно! А еще купить красивые тарелочки с цветочками! Не такие простые, как эти! - он ткнул пальцем в тарелку с кашей. - Я приношу на кухню свои тарелки, чтобы в них накладывали еду! Из красивой тарелки кушать намного приятнее! Хатим замер, пытаясь переварить все то, что скороговоркой на него вываливал Джаннан. По дворцу они могут ходить, где захотят, а вот чтобы выйти в город надо у мужа спросить сопровождающего. Как правило, в сопровождение отправляют кого-нибудь из молодых альф. Это так удобно! Альфе можно будет поручить нести все покупки, а самому возвращаться с пустыми руками! Купаться можно в гаремном хамаме, главное, не попадаться на глаза Амину, а то шипеть будет, как змея! А если будет Айдан, то можно будет поболтать! В рыночный день, когда приезжают туристы, в город лучше не выходить, на улицах такая толчея! Да и туристы, как видят закрытое лицо, сразу начинают фотографировать, как сумасшедшие! А еще в городе есть несколько кафе, куда ходят одни только женщины, и там можно открывать лицо, а ещё поесть разных вкусностей, которые во дворце готовят только по праздникам! Хатим растерянно соглашался со всем, пока неугомонный Джаннан помогал ему надеть абая и, не переставая болтать, укрыл шейлой, а потом, подхватив за руку, потащил в казарму к мужу, чтобы отпроситься погулять в городе и сделать нужные покупки на рынке! Аббас и Усама были в конюшне, они бросили все свои дела и, снабдив омег деньгами и сопровождающими, проводили до ворот дворца. Хатим впервые был в городе на прогулке. Но растеряться и потеряться ему не дал Джаннан. Он цепко подхватил его под локоть и потащил на базар, и при этом не переставая болтать! Вокруг Хатима было много незнакомых людей! Джаннан притащил нового друга на рынок. Они заходили в различные лавки, разговаривали с торговцами и их помощниками. Присматривали вещи, Джаннан упорно и с азартом торговался за любую вещь! Хатим растерянно пытался собрать мозги в кучку. Да, это вам не математика с биологией! На базаре было много мужчин, молодых и старых, они кланялись, зазывали в свои магазинчики, расхваливая свой товар и обещая хорошо уступить в цене. Хатим вдруг подумал, а как же живут люди в больших городах? Ему предстояло учиться в таком большом городе и учиться в громадном институте. Ясмин, когда рассказывал об этом, то Хатим совсем не представлял, что ему самому придется ходить в толпе незнакомцев! А еще он не знал, как пользоваться деньгами! Он их впервые держал в руках. Он знал математику лучше остальных, но вот сдача за купленный товар вызывала у него дикую оторопь и ступор. Хорошо, что Джаннан был рядом! Вскоре Хатим собрался духом и включился в процесс. Они купили занавески на окна и пару подушек, чтобы было на чем сидеть. А потом долго выбирали тарелки, чашки и корзиночку с широким дном и низкими бортиками, чтобы носить в ней еду с кухни. Омега очень волновался, это были его первые самостоятельные покупки! Это было так интересно и чудесно, совсем как поцелуи Аббаса! Хотя нет, поцелуи были, пожалуй, еще интересней, или нет? Хатим замер задумавшись, но Джаннан, смеясь, затащил его в кафе, где можно было перекусить. Недовольные альфы-охранники остались на улице в окружении различных узлов и сумок с покупками. В кафе Джаннан был постоянным посетителем, его встретили с улыбками, почтительно кланяясь. Хозяйка с удовольствием познакомилась с Хатимом. Горожане уже знали о его свадьбе. Им сразу принесли сладкий фруктовый щербет и маленькие сладкие пирожки. Когда Хатим узнал, что за еду надо было платить деньги, он растерялся! Как же так, ведь еда это не вещи! Съел и нет её! А как потом рассказать Аббасу, куда он дел деньги? Но Джаннан смеялся над его страхами и говорил, что его муж в курсе, что за еду надо платить деньги и не будет против, если они полакомятся в городе! Они вернулись домой перед самым обедом. Кинули подушки на пол, повесили на окно шторы и, подхватив корзинки с тарелками, отправились на кухню. Так Хатим впервые увидел кухню. Громадные плиты, казаны и чаны. Важных поваров и улыбчивых поварят. Там царила Главная Повариха! У нее был большой белоснежный фартук, а в руках - деревянная ложка из светлого дерева. Она держала эту ложку, как скипетр! Видимо, эта ложка предназначалась не для снятия пробы или перемешивания, а для того, чтобы отвешивать ленивым работникам по лбу! Увидев омежек с корзинками в руках, она милостиво им улыбнулась и сообщила, что приготовлено сегодня для альф и прислуги. Рядом появился Азиз с подносом, его отправили к маленьким кастрюлькам, в которых готовили для гарема и эмира. Азиз позвал помощника, сегодня дети будут кушать с оми, а не в питомнике, и ему надо было помочь донести все необходимое до гостиной. Увидев Хатима и Джаннана, он кивнул им и занялся своими делами. Хатим растерянно моргнул, он привык, что Азиз всегда улыбался ему, приносил вкусности и всячески старался порадовать. А сейчас он просто кивнул ему, словно они были едва знакомы. - Привыкай, - Джанан одернул растерявшегося Хатима. - Ты теперь не гаремный омега и не воспитанник Ясмина. Ты теперь младший супруг воина, а это значит, что статус Азиза выше твоего! Теперь ТЫ должен ему кланяться! - Джаннан подмигнул удивлённому Хатиму. Хатим легко рассмеялся! Какая разница, кто кому должен кланяться, он скоро улетит отсюда! А когда вернется, то будет совершенно другим человеком! Омежки, переглядываясь и пересмеиваясь, отправились к большим чанам, поваренок положил им в тарелки чего-то вкусно пахнущего. Они взяли еще хлеба, кувшины с питьевой водой и по паре апельсинов из садов Хани. Жизнь все равно прекрасна! И какая разница, из какой посуды тебе положат еду? Главное, у него теперь есть такая удивительная свобода! Он может ВЫХОДИТЬ в город! В любой день! Когда САМ пожелает! Разве это не сказка? Да он раньше и мечтать о таком не смел! Вскоре появились молодые альфы, шумные и нескладные, как щенки-подростки. Они, подхватив чаны и казаны, понесли их в казарму. Следом несли корзины с хлебом и фруктами, тарелки с сыром и мясом. Кто-то надел на спину большие кувшины с лямками на плечах, из них будут наливать воду во время еды. Джаннан заторопился домой, чтобы успеть к приходу мужа. Хатим пришел в комнату раньше Аббаса, он поставил корзинку на стол рядом с тарелкой с завтраком и упал на кровать отдохнуть. Столько впечатлений! Когда Аббас вошел в комнату, Хатим спал на спине, свесив ноги с кровати и приоткрыв рот. По всей видимости, он присел отдохнуть и сразу заснул. В комнате на окнах появились шторы в мелкий цветочек с оборочками. На полу лежали две подушки с кистями по краям. На столе стояла корзинка, в которой громоздилась пестрая посуда с едой. А в детской кроватке лежала кукла. Аббаса это порадовало, значит, омега не забыл о дочке, когда делал покупки. Это вселяло надежду на счастливое будущее. Он посмотрел на спящего Хатима. Что же делать - дать ему поспать или накормить? Увидев на столе так и не тронутый завтрак, он нахмурился и решил, что все же стоит разбудить это чудо, чтобы оно поело. А то доведет себя до голодного обморока, отчитывайся потом перед эмиром, почему замучил ребенка! Аббас улыбнулся. Омежка спал полностью одетый, и только одна шлепка соскользнула с расслабленной ноги. Альфа склонился и, сняв вторую шлепку, решил переложить Хатима удобнее на кровати, но тот сразу проснулся и дернулся спросонья всем телом, как видимо испугавшись. - Прости, - Аббас сразу разжал руки. Хатим сел на кровати, пытаясь понять что происходит. Альфа продолжил говорить тихим голосом, позволяя омеге прийти в себя и успокоиться. - Я просто хотел переложить тебя удобнее. Как прошло утро? Тебя Джаннан совсем заболтал? Он такая балаболка! Ты доволен походом в город? Хатим окончательно проснулся и так довольно улыбнулся, что у Аббаса сердце замерло. А потом омежка начал рассказывать, как замечательно иметь возможность выйти в город самому. Аббас мысленно отругал себя. Надо было идти вместе с Хатимом, ведь он действительно впервые вышел в город! Он совсем не знает реальной жизни. А если бы он испугался? Раньше его отправляли в город под охраной четырех альф до школы и обратно, а это совсем не то, что оказаться в городе одному в сопровождении болтливого Джаннана! Но потом альфа успокоился, Хатим взахлёб делился впечатлениями от рынка, от покупок, от того, как Джаннан торговался! А потом, смущаясь, рассказал, что они заходили «в одно место» и там платили деньги за еду! Она была вкусная, но, наверное, не стоит тратить деньги на сладости, если их можно покушать во дворце? Они сели на подушки, и, пока Аббас ужинал, Хатим с горящими глазами рассказывал о лавках, полных красивых вещей, о светильниках, и о том какие смешные эти торговцы. Зачем называть такие высокие цены, если согласен продать за едва ли половину от названной цены? Аббас наслаждался азартом и восторгом на его лице. Возможно, этот поход на рынок был именно тем, что сейчас надо Хатиму? Свобода делать то, что хочется. Аббас похвалил его покупки и сказал, что Хатим может не стесняться в тратах и покупать всё, что понравится. А что касается траты за еду, так это абсолютно нормально, все покупают еду или выращивают ее сами. Аббас спросил, что бы Хатим ещё хотел сделать до отъезда. Но он совсем не ожидал того, что услышал: - Я хотел бы побывать в пустыне. В настоящей, так чтобы вокруг только песок и никаких людей. - А я? - удивился Аббас, - значит, я должен привезти тебя в пустыню и оставить? Или мне можно побыть с тобой рядом? - Тебе можно, - подумав, согласился омега, - но больше никого рядом! - Хорошо, - кивнул Аббас и, переобувшись в потрепанные сапоги, махнул рукой, чтобы Хатим шёл следом. Они дошли до ворот казармы. Аббас попросил Хатима подождать его здесь, а сам зашел внутрь, чтобы поговорить с Усамой и еще какими-то альфами во дворе. Вскоре он ушел на конюшню и вывел оттуда оседланного жеребца. Пока он приторачивал к седлу скатку одеял и сумки, мальчишки принесли ему несколько лепёшек, что-то завернутое в тряпочку и фляги с водой. Аббас, взяв жеребца под уздцы, подвел его к Хатиму и, подхватив его на руки, усадил перед седлом. Омега судорожно вцепился в луку седла, пытаясь не свалиться с жеребца. Аббас похлопал жеребца по шее, успокаивая, и повел его к воротам. Там еще что-то сказав дежурившим альфам, он одним движением взлетел в седло. Они неторопливо проскакали по городу к ближайшим воротам. Аббас придерживал Хатима, который неуверенно сидел боком, свесив ноги на одну сторону. Когда они оказались за городом, Аббас придержал Хатима и перекинул ему одну ногу через жеребца, так чтобы омеге было удобно сидеть. Вскоре город исчез за барханами, а они все продолжали свой путь. Через некоторое время они оказались у груды камней. Большие белые валуны отбрасывали удлиняющиеся на глазах тени. В воздухе пахло специями, шелестел песок, по песчаному бархану слегка змеилась поземка осыпающегося песка. Хатим закрыл глаза и прислушался, было тихо. Только всхрапывал жеребец, и звенела упряжь. Аббас стреножил жеребца и раскатал в тени одеяло. Потом спустил Хатима на песок. Он был обжигающе горячим. Хатим быстренько добежал до тенечка, там песок тоже был горячим, но хотя бы уже не обжигал! Конь обнюхал ближайшую колючку и недовольно заржал. Пока альфа шептался с жеребцом, Хатим рассматривал пустыню. После недолгих размышлений он забрался на ближайший камень и стал наслаждаться открывшимся видом! Это было чудесно! Постояв немного на солнцепеке, Хатим понял, что еще немного и он поджарится на таком пекле. Он спустился вниз. Там в тенечке на покрывале лежал Аббас, подложив себе под голову седло. Похоже, он спал! Ну, да! Хатим вспомнил с запоздалым раскаяньем, что альфа после того, как поставил ему метку, уложил его на кровать, а сам всю ночь просидел на подоконнике. Хатим сел рядом. Аббас приоткрыл глаза и сразу закрыл их обратно. Тени от камней стали длинней и немного сместились. Солнце уже не так пекло. Жар теперь исходил только от песка. Когда тени стали совсем длинными и налились синевой, альфа проснулся и посмотрел по сторонам. Потом помог Хатиму забраться на соседний валун, большой и гладкий. Он постелил там одеяло, положил рядом седельные сумки и седло. После этого достал одну из фляг и тряпичное ведро. Он налил в него воду из фляги, напоил жеребца, потом надел ему на морду торбу с овсом. Конь сразу стал хрустеть кормом, время от времени переступая копытами и обмахиваясь от мошек длинным хвостом. А Аббас тем временем достал какие-то палочки, щепочки и несколько горючих камней. Пока он разводил маленький костер прямо на камне рядом с покрывалом, наступила ночь. Хатим так увлеченно наблюдал за растопкой горючего камня, что упустил момент, когда солнце зашло, и наступили короткие сумерки, которые почти сразу перешли в ночь. Когда костерок разгорелся, Аббас спустился вниз и снял пустую торбу с жеребца, и заодно проверил, как надежно держатся путы на передних ногах. После этого он забрался на камень и сел на одеяле рядом с Хатимом. Он достал лепешки и кусочки вяленого мяса, завернутые в ткань. Положив все это между собой и омегой, он протянул ему вторую флягу с водой. Вода была теплая и пахла шкурой животных, лошадиным потом и специями. Когда на небе появились звезды, стало намного светлее. Они поужинали в тишине. Хатиму было очень спокойно и легко. Он не знал, куда смотреть интереснее, на маленький костерок или на звезды. Аббас, все так же молча убрав остатки ужина и флягу в сумку, улегся на камне, подложив руки под голову. Хатим, сидя рядом, крутил головой, а потом подлез под бок к Аббасу и тихонечко устроился рядом. Альфа положил свою руку ему под голову и стал рассказывать сказки про скорпиона и ящерицу, про ленивого ежа и хитрую лисицу. Хатим слушал, как звучит его голос, как потрескивает горючий камень, как фыркает жеребец. А над ними было светло от звезд! Их было очень-очень много! Хатим подумал, почему он их не замечал, когда жил в гареме? А потом на небе появились звездочки, которые быстро двигались, а потом и вовсе разделились и поплыли в разные стороны. Аббас объяснил, что это звездный флот маневрирует, неся свой караул. Он стал рассказывать, как летал на этих крейсерах, вместе с эмиром и что видел в космосе. Хатим заснул, не дослушав до конца рассказ. Ему было так спокойно и хорошо, как никогда в жизни. Во сне он почувствовал, что начинает мерзнуть, и тогда его бережно укрыли одеялом. Но одеяло было тонким, а в пустыне ночью было холодно. И тогда Хатима прижали теплые руки. Ему сразу стало хорошо и спокойно в объятиях мужа, и он провалился в глубокий сон без сновидений и безмятежно спал до самого рассвета.