Жесткое порно

Джин проникает в Юнги медленно, дразнит, натянутым на струнах оголенных нервов, возбуждением. Цепляется пальцами за тонкую талию и царапает бледную кожу, оставляя на ней следы-полумесяцы от коротких ухоженных ногтей - будет служить напоминанием на следующее утро. Парень под ним картинно томно и пошло стонет в лучших традициях порно-актрис, давится вдохом раскаленного и пропитанного чужим потом воздуха, подаваясь навстречу ему и нарочно доводя себя до немого исступления, заставляя коснуться простаты. Он смотрит на него через плечо, сверкает в полумраке лунной ночи темными глазами, обрамленными пушистыми ресницами. А Сокджину кажется, что это сам Дьявол посмотрел ему в душу, леденя душу и кровь, которая бы давно уже застыла в венах, если бы не струящееся по ним абсолютное удовольствие. Юнги чуть шире раздвигает ноги и перестает балансировать на локтях, оставаясь на коленях и прогибаясь в пояснице так, что на спине появляется манящая линия, по которой хочется тут же провести пальцами - ощутить мягкость кожи, очертить сексуальный изгиб, сломать позвоночник. Джин терпит, принимает его правила игры, поддается шепелявым мольбам в самое ухо почти шепотом, и старается наслаждаться каждой секундой, растягивать тягучее удовольствие, откладывать сладостный момент оргазма, пробирающего все тело. Он смакует каждое движение, целует в шею, слизывая языком проступивший пот, глубоко и вдумчиво ставит яркий засос где-то под аккуратным ушком с серьгой. Юнги сжимает его внутри себя и просит большего, потираясь упругими ягодицами о живот. Прерывисто выдыхает, что-то вроде: "Пожалуйста", и снова смотрит через плечо - в глазах читается самое настоящее блядство и искрится внутренний огонь. Животные инстинкты берут верх над эстетикой секса и прочей высокоморальной ерундой, которой Мин вдохновлен почти всегда, пока не распластается на простынях, умоляя оттрахать себя до изнеможения. Уронив их обоих с кровати на пол, Ким подхватывает его за белоснежные бедра, поворачивает к себе лицом, открывая вид на тяжело вздымающуюся грудь и на розовеющие в бледном свете луны бусины аккуратных сосков. Он входит в него резко и жестко; грубо выбивает из Юнги громкий стон, который рикошетит от голых стен, размазывает по холодному паркету, растирая хрупкие косточки о твердую поверхность. У Мина под глазами взрываются вселенные, контраст ледяного пола и пылающего тела сверху сводит с ума. Он чувствует надвигающуюся развязку кончиками пальцев, под ногтями покалывает и чешется. Парень тонет в ощущениях и даже не борется за право существования, умирая на какие-то доли секунды, когда Сокджин впивается ему зубами в плечо, содрогаясь в оргазме. Ким обмякает на нем сверху, остывает после жаркого секса. Пот неприятно липнет к телам, начинает застывать соленой пленкой на коже. Юнги возвращает себе самообладание, надевает маску просвещенной элиты и просит извинить его, потому как, он желает освежиться. Сокджин слезает с него и провожает его тихим фырканьем и изучающим взглядом. "Хренов эстет".