Доброе утро
25 февраля 2017 г., 14:06
Гермиона разлепила глаза и слегка улыбнулась, осознавая, где сейчас находится. Маленькая кровать, в не менее маленькой спальне, явно не была рассчитана на двоих, но именно это и было причиной её улыбки. Ведь сейчас она лежала совершенно обнажённая с Драко под одним одеялом и вдыхала его аромат. Запах его кожи, волос — единственный, только ему принадлежащий — сводил её с ума. И ей нравилось осознавать это.
Вчера, после того как Гермиона помогла Марьяне с уроками, Драко так и не дал ей дойти до своей спальни, утащив к себе в комнату, где они провели вместе ночь. Если говорить предельно честно, то Гермиона вовсе не сопротивлялась этому, скорее даже была только «за» всеми руками и ногами. Ей настолько нравилось проводить время с Малфоем, что она чуть не забыла наложить на дверь его спальни запирающее и звукоизолирующее заклинание. Откуда в ней появилась эта легкомысленность? А, собственно, чему удивляться? Она была рядом с Драко. Именно рядом с ним её аналитический склад ума становился крайне бесполезным, логика и способность здраво мыслить отключались, и да, она совершенно не страдала из-за этого.
Когда тёплая ладонь, до этого мирно лежащая на её животе, сползла чуть ниже, а потом ещё чуть-чуть ниже, она поняла, что Драко тоже проснулся.
— Доброе утро, — хриплым голосом произнёс Малфой, поправив одеяло так, чтобы оно укрывало обоих.
— Доброе. — Гермиона поцеловала сонного парня в висок, беспричинно улыбнувшись. — Как спалось?
— Как никогда хорошо, — в полудрёме прошептал Драко, не собираясь открывать глаза. — Поэтому теперь ты будешь всё время ночевать у меня.
— А если я не хочу?
— Грейнджер, думаю, этот эксперимент не продлится ещё слишком долго, и скоро мы все вернёмся в унылые факультетские гостиные. Там ты и сможешь поспать одна, — вкрадчиво проговорил Драко. — А теперь скажи мне, что не хочешь оставшееся время провести в моей компании.
— Ты вьёшь из меня верёвки, — прошептала прямо на ухо парню Гермиона, понимая, что он совершенно прав и что она действительно хочет провести с ним максимальное количество времени. — Вот откуда в тебе столько обаяния?
— На то я и Малфой, чтобы без особых усилий убеждать людей в своей правоте. С генами ничего не поделаешь.
— Знаю, — улыбнулась она, заправив прядь волос за ухо. — Я в душ, а потом приготовлю завтрак. Как ты смотришь на то, что к столу я подам блинчики с мёдом?
— Крайне положительно, но, если бы ты подала к столу себя, облитую мёдом, я бы тоже был не против.
— Как-нибудь в другой раз, — невнятно протараторила себе под нос Гермиона, привстав на кровати и смущённо прикрылась одеялом, на что Малфой только по-доброму ухмыльнулся и отвёл взгляд, чтобы еще больше не смутить девушку.
Тело немного ломило, но это было сладостно и непривычно. Поймав себя на мысли, что проснулась в кровати с парнем первый раз в жизни, Гермиона засмущалась сильнее, поэтому постаралась покинуть комнату как можно скорее.
Закрыв за собой дверь в ванную комнату, Грейнджер протанцевала до душевой кабинки и, сбросив с себя полотенце, зашла в неё. Тёплая вода, стекающая по шее и спине, которых ещё пару минут назад касались руки Драко, смыла остатки сна.
Идя босыми ногами по прохладному кафелю, девушка мурчала себе что-то под нос. Она провела рукой по запотевшему зеркалу, и несколько маленьких капелек скатились по глянцевой поверхности. Из-за клубов пара было проблематично увидеть своё отражение и хоть как-то оценить внешность после бессонной ночи, но с третьей попытки это всё-таки удалось. На удивление, лицо даже не припухло, да и глаза вовсе не были сонными. Поймав себя на том, что у неё появилось маниакальное желание в любой ситуации выглядеть хорошо, Гермиона снисходительно улыбнулась своему отражению.
Хлопоча на кухне, она пребывала в прекраснейшем расположении духа. Это утро заставило её хотеть расцеловать всё вокруг, петь, танцевать, радоваться и просто чувствовать себя счастливой. И её не беспокоило вообще ничего. Даже Гарри, который по-дружески шутил над ней с Малфоем, не догадываясь, что подруга уже ночует в спальне бывшего врага. А он, наверное, был бы зол, узнав об этом.
Как бы хорошо Грейнджер ни общалась с мальчишками, они ни разу не обсуждали слишком личные темы, такие как: кто кого хочет, кто с кем спит, кто во сколько и как. Это всегда была одна из самых табуированных тем. Прежде всего из-за неловкости. Хотя Гермиона подозревала, что в её отсутствие парни не краснея обсуждали это, сравнивали девчонок и их фигуры, возможно, даже говорили о ней самой. Да и не было в этом ничего зазорного.
Сама она делилась подобными тайнами только с Джинни, которая не всегда была способна её понять из-за разницы в возрасте, зато в любой ситуации могла поддержать и дать совет.
Пока эти мысли роились в голове Гермионы, на сковороде жарились блинчики. Их аромат привлёк остальных домочадцев.
— Подозрительно счастливая ты сегодня, мама, — ухмыляясь, сказал вошедший на кухню Теодор и схватил со стола овсяное печенье. Что-то в его хитреньком взгляде намекало на то, что ночью он слышал стоны из спальни Драко и сделал свои выводы. Да, было неловко.
— Просто у меня хорошее настроение, — попыталась оправдаться Гермиона, выкладывая на тарелку румяные блинчики.
— А я сразу так и подумал, — лукавил Нотт, доставая из холодильника молоко. — Других причин светиться от счастья у тебя и быть не может.
— Пожалуйста, не начинай.
— Доброе утро, — буркнула Марьяна, медленно появляясь из-за спины «брата» в своей пижаме с динозаврами. — Не знаю, как вам, но мне уже порядком надоел этот эксперимент. Нет, Гермиона, ты, конечно, очень хорошая мама и всё такое, но ощущение собственной беспомощности угнетает.
— Хм… Я слышала, как профессор Стебль говорила с профессором Ливирс об этом, и они предполагали, что Лександр планирует подвести черту в этом эксперименте меньше чем через неделю, — наливая в кружки с чаем кипяток, рассказала Гермиона. — Но это недостоверная информация.
— Интересно, что они сделают со всеми этими домиками, — в свойственной себе задумчивой манере поинтересовался Теодор, поливая блинчик мёдом.
Меньше чем через секунду Грейнджер продолжила говорить:
— Думаю, полностью уничтожать палатку они не будут, ведь это уже стало частью истории школы. К тому же, из-за огромного количества безупречно наложенных чар, всё это долговечно и может стать музеем. Но лично я, на месте Макгонагалл, сделала бы это местом, где могли бы жить гости, прибывшие в Хогвартс.
— А я бы не спешила что-либо делать вообще, — сказала Марьяна, — в школе есть ещё шесть курсов, которые на данный момент в экспериментах участия не принимают, а значит, им это ещё предстоит.
— Ладно, вы кушайте, а я отнесу завтрак Малфою. Он не очень хорошо себя чувствует. — Гермиона, поставив на поднос тарелку с блинчиками и две кружки мятного чая, поднялась на второй этаж.
***
Вчера после небольшой стычки с Гарри, который нечаянно стал свидетелем их поцелуя, появился вопрос: а как быть с остальными? Не было сомнений в том, что девяносто процентов учеников отреагируют на их тесное общение крайне отрицательно. К тому же, и сама Гермиона не особо хотела распространяться об этом, чтобы по школе не ходили глупые слухи и сплетни, распускаемые ученицами всех курсов. Но в то же время устраивать спектакль и притворяться, что они по сей день друг друга люто ненавидят, было по-детски. Они так и не смогли решить, какая модель поведения им подходит больше, но на занятие с Лександром идти всё-таки надо было. Поэтому, одевшись, они просто вышли из палатки и вместе направились к школе. Где-то впереди маячила знакомая фигура, которую Гермиона без труда могла узнать из тысячи. Высокий парень с неуклюжей походкой направлялся прямо к ним. — Привет, Гермиона! — пропел Рон, пребывавший в хорошем расположении духа. Скорее всего, Гарри ему уже рассказал о всём, что знал сам. — Привет, парень Гермионы! — Кто ты и что сделал с Роном Уизли? — поражённая поведением друга девушка подняла одну бровь и ошеломлённо осмотрела его. — Дорогая Гермиона, неужели ты думала, будто я, узнав о ваших отношениях, начну кричать о том, что Малфой тебя недостоин, что ты подлая предательница и в конце своей истерики поставлю перед тобой выбор: он или я? — Искренне смеясь, Рон продолжал говорить: — А может, ты думала, что я наброшусь на него с кулаками? Я же всё-таки не последняя свинья, чтобы по такому поводу устраивать побоище. Мы несколько месяцев назад разобрались со всеми нашими конфликтами и больше к ним не возвращаемся, ведь так, Малфой? — Именно так, Уизли, — подтвердил Драко, пытаясь сопоставить в своей голове образ рыжего парня в начале года и того, что сейчас стоял перед ним. Он, похоже, ничего не соображал в том, что касалось девушек, но вот другом он был невероятным. — Кажется, наш хорёк на тебя серьёзно запал, — отведя подругу чуть в сторону, сделал вывод Уизли. — Рон! — воскликнула Гермиона. — Ой, да не красней ты так сильно! А то сейчас все догадаются, что Гермиона Грейнджер хочет в кроватку к Драко Малфою, — прошептал ей на ухо Рон, неуклюже поправив шарф, и ушёл на поиски Гарри.
