Сосчитать до пяти

Свечи уже зажглись, и от этого коридор кажется еще более желтовато-золотым, чем обычно. Каждый мой шаг отдается глубоким эхом. Я шествую, отсчитывая двери. На мне парадный кафтан с вышивкой шелковыми нитками. Не слишком официально, но всё равно впечатляюще. Разумеется, я хорошо выгляжу. С женщиной будет сложнее. Сегодня она – звезда вечера. Наверное, асы понятия не имеют, зачем Один их созвал. Что ж, всех ожидает разочарование. Я немного сочувствую девке. Все сразу увидят в ней угрозу, бледную копию меня. Возможно, Асгард – не самое безопасное для неё место. Шелковая ткань приятно шуршит в руках. Я несу смертной небольшой подарок, поощрение за успехи в учебе. От этого платья она не посмеет отказаться – я выбирал его сам. Вдалеке слышится приглушенный разговор. «Я сказала, что волосы трогать не надо!» «Но, миледи, здесь так не принято…» «Повторяю в третий раз: нет» Я сдержанно усмехаюсь. Похоже, Мина приступила к вечерним приготовлениям. Наконец, нужная дверь. Сначала я решаю не стучать, но быстро отказываюсь от этой идеи. Если она не одета, мои глаза этого не вынесут. Я быстро маскирую платье так, что оно становится абсолютно прозрачным и деликатно ударяю рукой в железные створки. Внутри на секунду воцаряется тишина. Потом короткий шорох. «Сидите, миледи, я открою» «Мина, не стоит. Я сама» Я слышу резкие шаги, явно не похожие на плавные движения Мины. Дверь со скрипом приоткрывается, и я вижу два серых глаза, которые упираются мне в грудь. Женщина поднимает взгляд. Секунду мы смотрим друг на друга. Дверь закрывается. Упрямая ослица не изменяет своим привычкам. Кто бы знал, что небольшой утренний конфликт окажет на неё такое воздействие. Давно пора перестать злиться. Я пытаюсь быть джентльменом и даю ей время одуматься. За дверью раздается тонкий голосок. «Миледи, могу я спросить, кто это был?» «Тот, кого я не хочу видеть» «Если это был ваш кавалер на сегодняшний вечер, то заставлять его ждать не соответствует нашему этикету» Мина настоящая умница. Видимо, Хеймдалл передал мои пожелания по поводу прислуги Одину. Одна из служанок каверзная, другая – глупая. И обе боготворят меня. Всё идеально рассчитано, чтобы девка не заводила себе союзников. «Я не знала, что нуждаюсь в кавалере», - отрезает женщина. Металлическая дверь не перекрывает металла в её голосе. «Конечно, нуждаетесь, миледи. Принц Локи сопроводит вас» «Уже не сопроводит» Мина понижает голос до шепота. «Это был он? Миледи, пожалуйста, позвольте мне впустить его» «Ему больше нравится снаружи» «Он убьет меня, если вы его не впустите, миледи» Я ещё раз убеждаюсь, что Мине также доложили о слабых местах женщины. «Ты лжешь» Прямота, с которой это было сказано заставляет Мину заткнуться. Мне надоело ждать. Я прижимаю левую руку к бедру и толкаю дверь правой. Нельзя помять платье. - Выйди из комнаты, - я киваю Мине на дверь. - Мой принц, я говорила ей… - Живо. Служанка низко кланяется и выбегает. Смертная женщина сидит на куцем стуле около трюмо. Руки сложены на груди, глаза неотрывно следят за мной. На ней песочного цвета длинный халат, запахнутый под самое горло. Я окидываю её прохладным взглядом. - Ты не собрана. - Да ну? Мне казалось, она смирила свой нрав. - Не заставляй меня ждать, до начала церемонии меньше часа. Она молча смотрит на меня. Её глаза широко распахнуты, отчего во взгляде кроме укора будто читается немой вопрос. Она не моргает. - Ты подведешь всю мою семью, если будешь вести себя как капризное дитя. А у Одина разговор с теми, кто его подводит короткий. Наконец она отводит взгляд. - Мне нечего надеть. Это вызывает у меня улыбку. - Твой шкаф полон нарядов. - Они мне не подходят. Узкие в плечах, широкие в груди и талии. Немного не мой фасон. В это легко верится. - Я позаботился о твоем наряде. Я слегка напрягаюсь и снимаю маскировку с платья. Теперь она может его увидеть и оценить. Однако, я не замечаю в её взгляде каких-либо ярких эмоций. Она протягивает руку. - Ладно, давай. Померяю. Я удовлетворенно киваю и протягиваю шуршащую ткань. Женщина снимает платье у меня с локтя и уходит в ванную комнату. Через несколько минут она возвращается, и я убеждаюсь, что умею выбирать вещи. Ткань цвета светлого золота плотно облегает её высокую грудь и талию. Лиф покрыт тончайшим голубоватым кружевом, которое дальше мягко спускается по плечам и рукам. Глаза женщины выглядят васильково-синими из-за удачного подбора цвета. Многослойная широкая юбка делает её походку мягкой и грациозной. Сочетание голубого и золотого символизирует молодость и богатство. Кое-где на поясе и по краям рукавов мелькает мелкий перламутровый жемчуг. Символ женственности. Должна же хоть где-то у этой кобылы быть женственность. Хотя, в этом платье она выглядит действительно хорошо. Тонкая талия, белая кожа, яркие глаза. Впрочем, в таком поистине королевском наряде и деревянный табурет будет смотреться шикарно. Женщина подходит к зеркалу, и некоторое время легонько поворачивается, осматриваясь с разных сторон. Я её не тороплю. Когда она поднимает на меня взгляд, я понимаю, что победил. - Я это не надену. Улыбка сползает с моего лица. - Это платье, достойное царицы, - непонимающе возражаю я. В этот раз я действительно не осознаю, что её не устраивает. - Локи, твои попытки перестать быть уродом хоть на один вечер безумно милы, но у меня уже рябит в глазах от этого вечного золота. Вам тут самим не тошно? - Я могу перекрасить его твоей кровью, - шиплю я. Девка поворачивается к зеркалу спиной и осматривает юбку сзади. - Я выгляжу, как церковная люстра, - Она взвешивает в руках несколько слоев шелка, - И вешу, наверное, тоже. Я не смогу нормально ходить. С её губ срывается вздох. - Пойду, переоденусь. Придется выбрать что-то из предыдущих. Я оценила, что ты старался, но следовало сначала меня спросить. Она уходит обратно в ванную. Я, ожидая её возвращения, подхожу к раскрытому шкафу. Всё, что здесь висит, не может даже сравниться с тем, что я предложил. Кричащие цвета, безвкусные украшения. Перебирая эти бесполезные куски ткани, я замечаю в самом углу что-то темное и незаметное на первый взгляд. Я вытаскиваю на свет простое сукно из плотного чёрного хлопка. Длинная узкая юбка, полупрозрачные рукава. Полное отсутствие драгоценностей, только тонкая серебристая кайма у воротника и по подолу. Я знаю это платье. Как оно здесь оказалось? Ну конечно, Хель. Я подарил его ей несколько столетий назад, но она предпочла глубокие вырезы. Моя рука лениво шарит по ткани и натыкается на что-то жесткое. Я смотрю вниз. Под моей ладонью шуршит записка. Я раскрываю свернутый в трубку лист. <<Попробуй другой подход>> Всего три слова, написанные витиеватым женским почерком. Одна испорченная девка наверняка предвидела реакцию другой испорченной девки. Хель ничего не стоило пробраться в комнату ночью и оставить сей подарок. Я снова смотрю на чёрное платье. Неужели оно понравится женщине больше? Смертная выходит из ванной, на ходу обматывая вокруг талии халат. - Что это? - она указывает на вещь у меня в руке. Я пожимаю плечами. - Висело в шкафу. Ты меряла и это тоже? - Нет, - смертная хмурится. - Я уверена, что вижу его впервые. Я лениво протягиваю ей этот кусок ткани. - Примерь. К моему удивлению она просто кивает и убегает переодеваться. Через несколько минут она возвращается, гораздо менее роскошная, но явно более счастливая. Черный делает ее еще более высокой и тощей. Ее руки закрыты, как и грудь, и, в сущности, все остальное. - Ты выглядишь как монахиня, - говорю я. - Знаю, - она улыбается. - Мне нравится. Я протягиваю ей руку в пригласительном жесте. Она колеблется, но опускает свою ладонь поверх моей. Ее пальцы удивительно хрупкие. Я склоняюсь к ее лицу. - Запомни, здесь тебе лучше держать свой язык при себе. Далеко не все, кого ты встретишь станут твоими друзьями. Для асов ты не просто смертная женщина, ты смертная женщина, которую привел я. Она кивает и все же непонимающе морщится. - Асов? - Так называют жителей Асгарда. С ее губ срывается презрительный смешок. Я понятия не имею, что стало его причиной. Я кладу ее руку себе на локоть. - Готова? - Тебе ведь все равно. Я улыбаюсь. - Умница. Мы телепортируемся в небольшое помещение, которое примыкает к Тронному залу сбоку. Я не хотел тащить женщину через весь дворец. Отсюда как правило выходят те, кто получает награды за заслуги перед троном. Я слышу в зале гул голосов, в котором легко различить бас Тора и тявканье Сиф. Все собрались. - Главное, сохраняй спокойствие, женщина. Никого не провоцируй. Она заказывает глаза. - Когда нам нужно выходить? - Просто следуй за мной. В зале начинают играть фанфары. Пути назад нет. Начинается. Глашатай по одному созывает за стол членов королевской семьи. Один, мать, Тор и Сиф. Наступает всего секундная пауза. Видимо, глашатай дошел до "трудного места". Звучит голос Одина. - Мои друзья и братья по крови и по оружию! Я приветствую Вас в Великом Чертоге. Сегодня день великой радости для всех нас. Он делает небольшой вдох. Я усмехаюсь. Есть новости, которые трудно сообщать, даже если ты царь. - Мы приветствуем в своих рядах новую жительницу Асгарда. Это достойная молодая леди, в которой течет кровь богов. Она способна к магии, поэтому я решил, что лучшим возможным учителем для нее станет мой сын. Небольшая пауза, похожая на ту, которую делал глашатай. - ...Локи. В зале нарастает гул возмущения. О, как же они все меня ненавидят. Будь их взгляды искрами, меня бы можно было сжечь до тла. Но они не владеют пламенем. Им владею я. И теперь эта женщина. Один продолжает. - Это стало для него первым шагом на пути исправления. Стоит поощрить сей широкий жест. Я слышу, что Один опустился на трон. Голос глашатая звучит слегка надломленно. - Локи, сын Одина, именуемый принцем, и его ученица, леди Элизабет. Я направляю женщину вперед. Ее рука впилась в мой локоть. Мы входим в заполненный зал в гробовой тишине. Все взгляды прикованы к нам, и это недобрые взгляды. Девка напряжена, как натянутая тетива. Ее шаги точные и уверенные. Ее голова зафиксирована на прямой шее. Ее взгляд смотрит куда-то сквозь стены дворца, и я вынужден признать, что, даже будучи мишенью для всеобщей ненависти, она справляется. В ней сквозит достоинство, которое она сейчас выставляет напоказ фактически назло. Ведь лучшая защита это нападение, а презрение к другим может на время перебить то, что ты сам презираем. Я могу это понять. Мы подходим к массивной лестнице, примыкающей к самому трону и столу, полному королевских яств. - На одно колено, - шиплю я. Женщина опускается вниз, я приседаю следом. Всеотец удостаивает нас кивком. Теперь можно встать. Я подаю девице руку, и мы поднимаемся. Все в той же тишине мы садимся за дальний, наименее почетный конец царского стола. - Пускай начнется пиршество! - возводит руки кверху Один. Начинает играть музыка, асы немного расслабляются. Служанки накладывают пищу и наливают вино в кубки. Когда наступает очередь смертной женщины, она перекрывает кубок ладонью. Хрупкая златовласая девушка смотрит на нее с непониманием. - Леди не желает пить, - киваю я. Служанка наливает мне вина и уходит. Я разворачиваюсь к девке. - Ты ведешь себя не очень дружелюбно. - Я просто не хочу пить то, что наливают люди, которым я не нравлюсь. Это осторожность, не невежество. - Они не люди. Они боги. Если кто-то захочет тебя убить, то подойдёт и вонзит нож в сердце. - Мило, - вздыхает она. Несколько долгих минут мы сидим молча. Она ковыряет кусок рыбы на тарелке, я пытаюсь напиться. Не выходит ни у меня, ни у нее. Глашатай прочищает горло. Ну конечно, когда все выпили, начинается интересная часть. - Да будут танцы! Менестрели заводят глубокую и нежную мелодию. Их песни будут ухудшаться с каждым кубком. Как же я ненавижу эти дешевые забавы. Первый танец по традиции принадлежит королевской семье. Однако, ни царь ни царица не торопятся. Сиф легонько прикасается к плечу Тора. Тот сидит, как изваяние. - Сын мой, не будь грубым, пригласи леди на танец. Фригг легонько кивает в сторону смертной. Однако кивает не мне. Она просит Тора. Тот секунду колеблется, но все же поднимается с места и неловко идет к девке. Я смотрю на нее, но ее взгляд целиком прикован к Тору. Мои губы растягивает горькая усмешка. Ей нравятся голубоглазые блондины. Тор протягивает руку женщине. Сиф смотрит на это, как на самый низкий поступок на свете. Полагаю, наши с ней взгляды весьма схожи. Женщина на секунду поглядывает на меня острыми, как осколки льда, серо-голубыми глазами. Всего на миг некая теплота иглой колет сердце. Неужто она просит разрешения? Я сжимаю зубы и киваю, позволяя Тору увести ее в зал. Они неуверенно кружатся в танце, каждому движению которого ее научил я. Его рука лежит там, где лежала моя. - Ревнуешь? Сзади, облокачиваясь на спинку моего стула, стоит Хель. - Мне просто не нравится, когда посягают на мою собственность. Хель улыбается. - Твоя собственность хорошо смотрится в моем платье. Я невзначай окидываю девку взглядом. Она плавно движется по мраморному полу, ее юбка слегка развевается. - У меня хороший вкус. - Да, она хорошенькая. Вино практически застряет у меня в горле. - Я имел в виду платье. - Вряд ли. Я вопросительно смотрю на Хель. - Да что с тобой такое? Ты теперь предпочитаешь юных дев? Она кривится. - Тебе что за дело? Просто мне она нравится. А наши с тобой вкусы похожи. Делай выводы. - Можешь засунуть себе свои выводы... - Привет, Бетт. Я оборачиваюсь. Женщина закончила тур вальса и возвратилась за стол. Я наливаю себе полный кубок вина. - Устала? Она пожимает плечами, на секунду в её глазах мелькает осторожность. Она не привыкла, что меня интересует её самочувствие. Разумеется. Почему я этому удивляюсь? - Не очень. Твой брат не слишком подвижный. Я горько усмехаюсь. - Хорошо, что ты полна сил. Завтра тебе предстоит царское испытание пяти сущностей. Женщина пару раз моргает. - Какое испытание? Ты не говорил, что оно так скоро. Я отхлебываю из кубка. - Я не обязан перед тобой отчитываться. - Просто было бы неплохо предупредить. Во мне просыпается хмельная ярость. - Можешь уходить, коль что-то не по нраву, - я оскаливаюсь. - Ах, да, тебе ведь некуда идти. Девка отступает на пару шагов. - Ты выпил и не понимаешь, что говоришь. - Я повторю то же самое, когда протрезвею. Она поворачивается к Хель и коротко кивает. - Прошу меня простить. Девица разворачивается и выбегает из Зала, её голова всё ещё гордо поднята. Никто ее не останавливает.