18. Что о себе возомнили эти Поттеры?
4 ноября 2020 г., 01:15
— Эй, Мисс Малфой! — голос одного из близнецов заставил Лорен обернуться.
— Очень глупая шутка, Фред. Теряешь хватку? — съязвила в ответ гриффиндорка.
«Шестой раз за два дня. Идиот!»
Фред сравнял шаг с ней и шутливо приобнял. Именно так они и продолжили свой путь к кабинету Трансфигурации.
«Макгонагалл нас съест. Опять опаздываю!»
— Да ладно тебе, этот титул ты заслуживаешь не только тем, что проводишь вечера в объятиях хорёчка. Ты язвительная до мозга костей! Стать Малфой тебе было предначертано судьбой.
— Фред, хоть я и не разделяю взглядов его семьи — называть его так не позволю. Ты не знаешь Драко. — Лорен убрала его руку.
Уизли рассмеялся.
— Не обижайся, змейка. Кем бы он тебе ни приходился, мне всё равно не нравится. Кстати, мы после уроков планируем навестить Вуда командой. Ты с нами?
— Разве он уже очнулся? — Поттер с неподдельным удивлением спросила у Фреда.
Только вчера, после ночной прогулки с Драко, Лорен тайком пробралась в Больничное крыло и случайно стала свидетелем разговора Мадам Помфри и Минервы. Декан факультета интересовалась здоровьем Оливера. И не только потому, что он был капитанам гриффиндорской сборной. Макгонагалл очень тепло относилась к Вуду, ведь редко можно встретить ученика, у которого зашкаливает ответственность и справедливость. Если Оливер получал какое-то задание или же поручение, то всегда старался выполнить его по максимуму.
— Да, мы с Джорджем утром навещали его. Правда, у него пробелы в памяти. Ему потребовалось около двадцати минут, чтобы вспомнить наши рожи. Видимо, зелье было отменного качества, раз вышибло из головы всё. Он даже про квиддич вспомнил с трудом. Джордж отправился за его метлой, чтобы память пришла к нему быстрее. Тактильные ощущения от значимого предмета творят чудеса, со слов Мадам Помфри.
«Бедняга Оливер», — подумала она.
— Зелье? Что ты имеешь в виду?
Лорен насторожилась: ведь никому кроме Драко об Амортенции она не говорила. Слишком мутной была эта история.
Фред вытаращил глаза.
— Лорен, а ты реально думаешь, что с Лиззи можно находиться более пяти минут на «свежую» голову? Весь Хогвартс гудит о том, что эта ненормальная поила его этой гадостью.
— Да уж, вот она, обратная сторона медали лучшего игрока в квиддич.
Фред ухмыльнулся, но позже его лицо стало серьёзным.
— Если бы не ты, избранная, мы бы его потеряли.
— Прекрати, — девушка смутилась, — так бы поступил каждый.
— Если Гарри спасает весь магический мир, то ты спасаешь задницу фанатичного спортсмена-кобеля. Браво! — Фред, под звонкий смех девушки, по-братски похлопал её по плечу.
Гриффиндорцы зашли в кабинет.
***
—…. Итак, повторяю ещё раз, — голос Минервы Макгонагалл отражался эхом от каждого уголка класса, — существо, подверженное Аниморфизму, будет ощущать себя кем-то новым, и о своей прежней жизни не будет помнить ничего, пока ему не будет возвращен прежний облик. Любое существо, попавшее под воздействие трансфигурации, живёт, как говорится, настоящим моментом, здесь и сейчас. Но оно никогда в полной мере не станет тем, в кого его превратил маг. При Аниморфизме на трансфигуратора действует большие эмоциональная и физическая нагрузки, уменьшить которые возможно лишь благодаря регулярной практике. Особым случаем Аниморфизма является Анимагия. Из всех видов Трансфигурации по сложности Аниморфизм бывает только сложным, потому что все живые объекты по своей природе неоднородны. Кто мне может назвать знаменитых личностей в аниморфизме? «Сириус Блэк, однозначно!» — Может вы, Джонсон? — Декан обратился к Анджелине, сладко дремавшей сбоку от Лорен. Подруги, конечно, общались, но уже не так близко, как раньше: поводом примирения было проявленное любопытство Анджелины к её отношениям с Малфоем. Джонсон просто подпитывалась любовными сплетнями и интригами. Лорен это понимала, поэтому особо не откровенничала. Та, в свою очередь, пыталась выведать интимные подробности отношений с Драко, но Лорен каждый раз умело уходила от темы. Джонсон замешкалась. — Ну… эээ. Колдунья Цирцея… она превращала людей в свиней. «Как отвечать на вопрос профессора — она мямлит, а вот узнавать сколько раз за ночь — рот не закрывается!» Минерва одобрительно кивнула. — А ещё? Джонсон молчала и судорожно листала конспекты предыдущих лекций. — Анджелина, это показатель Ваших знаний за прошлый семестр. Может кто-нибудь еще знает? Мисс Поттер, выручайте. — Если я не ошибаюсь, то Таддеус Таркел трансфигурировал своих трёхлетних сыновей в ежей. Ужасное зрелище, но, если в случае с Цирцеей трансфигурационное воздействие носило безвозмездный характер, то Таддеус смог обратить трансфигурацию с помощью заклинания «transfegio». — Прекрасно. Ваши способности да в правильное русло бы, Поттер. — Макгонагалл обратилась к классу, — действительно, вернуть прежний вид существу, подвергшемуся аниморфизму, можно с помощью заклинания «transfegio». Прежний вид с помощью этого заклинания можно вернуть всем объектам, подверженным внешней Трансфигурации, Трансфигурации внутренних органов, Трансмутации, полиморфизму и аниморфизму. Исключениями станут лишь особые случаи всех видов, трансфигурация голоса и внутренних органов. Итак, на этом всё. Домашнее задание… — Пссс, — голос Анджелины заставил Лорен оторваться от окна, — спасибо. Поттер улыбнулась бывшей лучшей подруге и, записав домашнее задание, направилась к выходу.***
По пути в гостиную Слизерина Лорен обдумывала слова Джорджа о том, как быстрее вернуть память Вуду. Так как сразу после занятий она с командой будет в Больничном крыле, Лорен не сможет сделать вместе с ним домашнюю работу. Тем более, Драко настороженно относится к Вуду, поэтому поставить его в известность будет не лишним. «Может стоит принести форму для квиддича? Хм, слишком банально. И Джордж метлу захватит…» Под такого рода рассуждения Поттер и не заметила, как оказалась напротив комнаты Драко. Она постучала. Тишина. «Наверное, ещё не пришел. Напишу записку». Но у Лорен был ключ от его спальни. Драко дал его после страстных и безудержных занятий любовью. Малфой не сводил с неё глаз и лишь под утро задремал на краю кровати, забыв о том, что ему следует быть у Снегга на первом занятии. Тогда он оставил ключ на столе, решив не будить сладко спящую гриффиндорку. Комнаты слизеринцев были одиночными, поэтому проблем с выбором укромного места у Малфоя никогда не возникало. Двум разгоряченным влюбленным это было только на руку. — О, Лорен, какими судьбами? «Этого ещё не хватало. Забини». Высокий темноволосый парень появился из-за колонны. — Это не твоего ума дела, Забини. Парень лукаво улыбнулся и подошёл к девушке практически вплотную, ей даже стало некомфортно. — Не считай себя особенной только потому что трахаешься с моим лучшим другом, — он поправил небрежно обрамляющий ее лицо локон, — и подбирай выражения. На приёме ты была более приветливой. Лорен грубо оттолкнула парня. — Дистанция, Забини, дистанция. Забини смотрел на неё с целой палитрой чувств: пренебрежение, интерес и нотки игривости. — С перчинкой, значит. Мне нравится. — он постарался сократить расстояние, разделяющее их, но Лорен сделала шаг назад именно, когда Блейз шагнул вперед. — Смотри, как бы из-за таких речей у тебя проблем не было. Драко не очень-то жалует подобное в мой адрес. Блейз лишь рассмеялся. — Ещё и с незаурядным умом. Ясно теперь, чем ты зацепила его. Лорен решила оставить эту реплику без комментариев и продолжила открывать дверь. Стоило ей переступить порог комнаты, Блейз крикнул вслед закрывающейся двери: — Не шумите так больше! «Упс, неловко. Да плевать. Придурок». Комнату освещали круглые светильники и свечи, мерцающие зелёным. Большая кровать, украшенная серебряными вставками и зелёными пологами стояла посреди комнаты. Рядом с ней находился огромный резной шкаф для личных вещей Драко. При входе в глаза сразу бросалась стена, полностью закрытая сверкающим изображением змеи. «Так, записка…» Лорен приблизилась к столу и взяла первый попавшийся лист. «Драко! Я тебе позже всё объясню, но сегодня встретиться не получится. Мы с командой собрались навестить Оливера и попытаться вернуть ему хоть малую долю памяти. Не злись. Завтра вечером я извинюсь, как полагает. Не скучай». После того как объяснительная для слизеринца была написана, девушка уже собралась уходить, как её внимание привлек торчащий из-за открытой дверцы блокнот. «Интересно…» Лорен приоткрыла дверцу и взяла ничем не примечательный черный блокнот. «Неужели дневник? Нет, это же Драко. Какой-там дневник». Лорен была уверена, что, раскрыв его, увидит лекции или, на худой конец, пособие для начинающего Пожирателя смерти, но точно не описание внутренних переживаний и чувств холодного Малфоя. «Что сподвигло меня писать в него? Неужели одиночество? Или это действительно помогает избавиться от тяжести на душе. Мне всё чаще кажется, что я схожу с ума, только Блейз спасает меня. Родители ждали от меня чудес, возлагали на меня весь свет, но моя душа чернее ночи, чёртова кровь Малфоев оставила на ней свой отпечаток. Почему я должен казаться тем, кем я не являюсь? Главный принцип здорового мировосприятия — быть, а не казаться. Мой отец решил иначе. Единственное, что меня заставляет держаться — это воспитанный в лучших традициях Малфой-Мэнора иммунитет, который спасает от этой ужасной болезни — маска…» Лорен перелистнула страницу. «Что о себе возомнили эти Поттеры? Чертовы выскочки, считающие себя центром Вселенной. Я всегда думал, что нет никого омерзительней Избранного и его грязнокровых прихвостней, но как выяснилось есть. Его заносчивая сестрица. Жалкое подобие девушки. Отец говорит, что она — это сочетание самых гнусных качеств их идиота-папаши и грязнокровки Эванс. Как вообще Дамболдор допустил, что эти отбросы учатся плечом к плечу с будущей элитой Магического Мира? Мерзость.» Лорен затрясло от обиды и быстро подступающей ненависти. «Как Драко мог так думать?» Она принялась читать дальше. «В отличие от остальных, я стал префектом, а это значит, что я, в отличие от всех, имею право быть выше и выбирать. Хотя, бред. Кто я для отца, если не пустое место. Он никогда не любил меня по-настоящему. Я для него лишь носитель известной фамилии и продолжатель рода. Мне нельзя ошибаться. Я всегда должен быть лучшим во всём и обладать только лучшим. Исключительно. Дорогие костюмы, именитые аристократки… Даже женщина рядом со мной должна быть не любимая, а выгодная. Любопытно получается: прекрасная Астория Гринграсс, с которой нас обручили ещё в детстве, не вызывает у меня никаких чувств, кроме безразличия. Красивая кукла с превосходными манерами, и на этом всё. Даже Пэнси вызывает у меня больше чувств и эмоций. (жалость считается) Я Малфой. И я не умею любить. Нам это несвойственно. О какой любви может идти речь? Я отрицаю любовь и боль, как многие отрицают существование Мерлина, при этом в глубине души понимаю, что созданы все мы, волшебники, Мерлином, а любовь дана нам, чтобы угомонить боль или создать её, чтобы чувствовать жизнь. А я не хочу ничего чувствовать. Я устал. Сегодня впервые из-за своей глупости дал волю эмоциям — в Астрономической Башне. И к моему сожалению, или к радости, меня застала там Поттер. Пару дней назад я нелестно высказался о её родителях, а она полезла меня утешать. Глупая. Но мне стало жутко неудобно. Даже стыдно. Она не заслуживала этих слов.» «Разве я мог предполагать, что моя жизнь будет определена случайной встречей в коридоре с этой нелепой Гриффиндоркой? По иронии судьбы, Паркинсон в очередной раз нашла предлог вытащить меня на прогулку, сперев мою палочку. Она уверяла, что я потерял её во время ужина. Я не стал рушить её план по попытке в очередной раз залезть мне в штаны и просто решил встретиться, чтобы забрать её. Влюбленная дура. Сколько раз ей нужно сказать, что у нас ничего не получится? Мы встретились у Гремучей Ивы. Пэнси спустя пару минут попыталась меня поцеловать, но я в очередной раз отказал. Чувствую себя малолеткой-недотрогой. Она разнылась и ушла обратно в школу. А я, чтобы не слышать её рыдания в гостиной, решил прогуляться. На свою голову. У Озера встретил Лорен. Она напоминала загнанного зверя. Такая зарёванная и беззащитная. Я до сих пор не понимаю, для чего остался с ней. В её глазах было столько боли, что захотелось похитить эти эмоции и пережить за неё. Когда я проводил её до их гостиной, то не понимая, задел для чего-то. И вот уже неделю она меня игнорирует. Это меня злит. Ещё ходят слухи по школе, что у неё далеко некомандные взаимоотношения с их капитаном. Вот это злит меня ещё больше. Меня почему-то тянет к ней.» «Сегодня во время матча Маркус Флинт скинул Её с метлы. Я чуть не убил его в раздевалке. Этот уродливый гоблин пообещал исключить меня из команды. Плевать. Главное, чтобы Поттер очнулась. Ещё её чертов брат, словно коршун, караулит её палату. Не хочу, чтобы из-за моей персоны у них были проблемы во взаимоотношениях. А они будут, поэтому я решил просто написать ей письмо. Не знаю, прочтет ли она. Попытка — не пытка, не так ли? Я решился прийти к ней. На моё письмо она так и не ответила. Надеюсь, Ворон донес его всё-таки. Глупая птица. А если нет, то личная встреча — это даже лучше.» «Они всё-таки вместе. Я убит.» «На Зельеварении мы сидели вместе. Я опять ей нагрубил. Хотел быть нежным, а с языка сыпется лишь гадость. Примечательно то, что зелья она варит наравне со мной, даже лучше, чего не хотелось признавать. Важный факт: моя Амортенция пахнет полевыми цветами, свежей постелью и Её духами.» Далее страницы были вырваны. «Нет слов», — потрясённая письменными откровениями, Лорен положила блокнот на то место, откуда взяла. Гриффиндорка тяжело вздохнула и взглянула на часы. «Чёрт! Опять опаздываю. Нужно срочно бежать!» Всё ещё находясь в шоке, она пулей вылетела из комнаты слизеринца, чуть не забыв закрыть дверь.
