Выписки из протоколов

— Стас! — Антошин окликнул бывшего шефа, стоявшего у окна. По стеклу скатывались крупные капли, но небо уже прояснилось и дождь несколько минут как перестал. Город выглядел непривычно свежим, умытым и слегка нарядным.       Карпов, казалось, не замечал телодвижений Антошина, забыл о сути разговора, отвлекшись на свое, личное, безусловно не радостное и далеко не приятное. — Что? — Ты это… правда думаешь, что что-то случилось? Зимина в отпуске, это все говорят, — Дэн цапнул с тарелки бутерброд со свежим, аппетитным кругляшком «докторской» и откусил сразу половину. — Денис, вот ты неплохой мужик, не дурак вроде, — Стас уселся на стул верхом. — С головой дружишь. Но главная твоя беда, что ты веришь всему, что говорят остальные. — Ну я понимаю, паранойя, все дела… — Антошин вздохнул. — Гнать могут пятницкие, если Зимина вляпалась куда… Но Сашка и Антонина Викторовна? — Слушай, ты вроде бы без Глухаря как-то поумнел, но сейчас я вижу — показалось. Денис, да Ирина от семьи все что угодно скроет, лишь бы не паниковали они. Скажет Зиминуха матери, что ее сегодня-завтра псих Быстров пристрелит или прирежет в темном подъезде? Нет. — Она бы попросила помощи… А тут — все тихо-мирно, уехала в Тайланд. Семью увезла, — Антошин не мог понять, согласен ли он со Стасом — вроде бы и были поводы для сомнений, но какие-то неубедительные. — У меня нюх хороший, волчий. Чутье никогда не подводило… Зиминуха точно попала в беду. От тебя, Денис, ничего не требуется кроме одного — в любое время дня и ночи ответить на звонок. Не факт, что это вообще произойдет, просто предупреждаю. — Ладно… Сам знаешь, я всегда готов, — Антошин кивнул. — Еще по пивку? — Мне пора. Дела. — Карпов поднялся из-за стола и, на ходу накинув куртку, прошел в прихожую. — Когда лису загоняют в угол и она попадает в капкан — она отгрызает себе лапу и уходит подальше от своей норы. — Ты думаешь? — Дэн спросил, тут же прикусил язык. Звучало глупо и по-детски. — Чую.       Через несколько секунд в квартире стало очень тихо, как будто и не было двухчасовой беседы. Денис уселся на тумбочку прямо в коридоре, отчего-то ощущая неимоверную усталость. Кажущаяся легкость в разговоре легла свинцом на плечи и сдавила виски — верить в очередные крупные неприятности отчаянно не хотелось, да и ностальгия нежданно пробралась и затаилась где-то в солнечном сплетении.

***

      На то, чтобы выйти на убежище Быстрова у Стаса двое суток. Сотни звонков, встречи, бесконечные мотания по необъятной столице, гигабайты сделанных фото привели Карпова к скромной однушке в Новокосино.       Быстров выбрал густонаселенный район не спроста — в «муравейнике» было легче легкого спрятать Ирину. Учитывая тотальное равнодушие, никто не заметил бы, как вытаскивал бесчувственную полковницу из машины и нес в квартиру. Для досужих взглядов тех же соседок — заболевшая супруга, за которой нужен постоянный присмотр. — Черт… — Стас негромко выругался, оказавшись в нужном дворе. Все парковочные места были заняты. Но нужно было спешить — Быстров отлучился не больше, чем на час, за ним следили люди Карпова, «пасли», чтобы в нужное время и в нужном месте «принять».       Квартира, в которой следователь держал Зимину, располагалась на втором этаже, хлипкая обычная дверь внушала оптимизм. Так что вошел в помещение Стас легко — едва нажав плечом на облезлый дерматин.       Шагнув в темноту коридора, бывший подпол скривился. Пахло ее духами, пылью и приторным одеколоном.       Спустя несколько мгновений Карпову открылась ужасная картина, неправильная и сюрреалистичная.       Посреди совершенно голой комнаты, с бетонными стенами и лампочкой под потолком, стояла табуретка. На ней, связанная и избитая — судя по ссадинам на лице и разбитым коленям, сидела Ирина. Рот был заклеен скотчем, форма измятая, местами мокрая, местами в чем-то буром. То ли кровь, то ли ржавчина или грязь.       «Какая гадость… Урод! Ну ничего, он у меня за все ответит! Пожалеет, что вообще родился… Посмел поднять руку на женщину, на мою женщину… Козел!» — настолько злым Стас не был давно, откровенно говоря. — М-м-м-м! — Ира дернулась при виде неожиданного спасения, на мгновение прикрыла глаза и снова открыла. — Не бойся, я не глюк и не привидение, — Карпов достал складной ножик и стал осторожно разрезать скотч на запястьях и лодыжках Иры. — Все вопросы потом. — Он же может вернуться! — в глазах Зиминой было столько паники, что Стас невольно поежился. — Ему же хуже. Но он не вернется, Ириш, все, все закончилось.       Карпов накинул на Иру свою куртку, вытер ей слезы, стекающие по щекам непрерывно и, с легкостью подхватил на руки. — Ста-а-ас… Как хорошо, что ты пришел! Он…я… убить хотел, снять видео… Моим отправить… — Зимина прижалась к своему спасителю, ее колотила мелкая дрожь и слова выходили не четко. Но Стас все понял и решил, что будет делать дальше. В том, что Быстрову придется не совсем хорошо, он был уверен. — Не бойся, Зиминух, он ничего больше не сделает, — Карпов осторожно донес полковницу до машины, бережно усадил на заднее сидение и, по ее просьбе дал аптечку, чтобы обработать ссадины. Через несколько мгновений Стас выехал со двора, попутно набирая номер одного важного человечка.

***

      Около полуночи на заброшенной свалке остановились неприметные «Жигули», бордового цвета. Двое мужчин вытащили из салона черный мешок, под которым явно угадывались контуры человеческого тела и сбросили его в ближайшую кучу. — Вот и все. Покойся с миром, — Антошин презрительно скривился и вернулся в машину. Убитого мужчину ему было совсем не жаль.