Как кошка с собакой.

Намико медленно поворачивает голову. Над ней возвышался Мидорима, злой до чёртиков. Девушка приложила палец к губам, чтобы парень замолчал, и продолжила смотреть на идиллию за дверью. Мидорима присоединился к ней. Намико сидела на карточках, прижавшись спиной к холодной стене. В руках телефон, на голове полотенце, сама в халате. Мидорима стоит рядом с девушкой, иногда поправляя очки забинтованными пальцами. На нем черная длинная футболка, серые шорты до колена, зеленые волосы немного растрепаны. Никто из них не смеет нарушить тишину, настолько они поражены происходящим. Хотя, не только поэтому парень и девушка молчат, я думаю, никто не хочет, чтобы его засекли девушка-невидимка и маньяк с ножницами за тем, как он подглядывает за ними. Ибо будет писец, пушистый такой, белый горный писец. Удача была явно не на их стороне, даже гороскоп об этом говорил. Раки на предпоследнем месте, а стрельцы на последнем. Лошки одним словом. Дверь медленно со скрипом открылась, оттуда показалась синяя макушка, милое личико, а за тем и полностью тело девушки. Намико потянула Шина за край черной футболки, чтобы тот нагнулся и сел. Она думала, что таким образом можно спрятаться за стеклянной дверью. Вы в очередной раз убедились, что Намико малец дура. Бедный Мидорима, не ожидая таких действий со стороны девушки, с криками: «Мать моя, роди меня обратно! Намико, ты — идиотка!», упал на Акаши-младшую. Долго длилась эта немая сцена: Намико с очень, хотя, нет, с ОЧЕНЬ красными щеками лежала на полу, над ней навис бедный очкарик, который был тоже красным, как рак. (Прим. ав.: но, он, же и есть рак…) Куроко же с невозмутимым выражением лица достала из кармана шорт телефон и начала фотографировать эту парочку. Ну, а что? Момои нет, вот и некому заниматься таким полезным делом. Да, полезным! Столько компромата потом на всех есть. — ДА ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ СЛЕЗТЬ С МЕНЯ, ГРЕБАННЫЙ ЧЕТЕРЕХГЛАЗЫЙ ШРЕК?! — Намико орала, как незнамо кто. Такое чувство, что ее смогли услышать инопланетные жидомасоны и сейчас приедут спасать. — Ты сама виновата! Мидорима слез с девушки, поднялся и на ватных ногах поплелся к себе в комнату. * * * — Шинтаро, какого там происходило, а? Объяснил быстро! — произнёс Акаши — старший с маниакальным блеском в глазах, держа в руках ножницы. — Эм, Сейджуро, я хотел задать тебе подобный вопрос, — ответил Мидорима, отошедший от случившегося. Как мы помним, Мидорима и Акаши жили в одной комнате, поэтому сейчас Сейджуро промывал этому «извращюге» мозги. — К моей сестре лезть, да так откровенно! — одна пара ножниц в стене. — Я тебе сейчас эти ножницы, знаешь, куда засуну?! — вторая пара в потолке. — ШИНТАРО, ТЫ МЕНЯ ВООБЩЕ СЛУШАЕШЬ?! — третья пара в сантиметре от уха Мидоримы. — Чего вы так расшумелись? — в комнату заглянула Куроко. Акаши перевёл на неё вопросительный взгляд. — Просто, ты, Акаши, своими вездесущими ножницами пробил стену насквозь, — Тецуя прошла к Сейджуро и отдала ножницы ему. — С вами, блин, фиг выспишься. Спокойной ночи, — Куроко повернулась к ним и улыбнулась. Опрометчиво, однако. POV Акаши. Она так классно улыбается. Я сейчас в кавайную лужицу расплывусь. Стоп — стоп. Что я курил? А может я влюб… Не может быть такого. — Сей, ты чего застыл? А что насчёт тебя? — спросил меня Мидорима. — В смысле? — я искренне недоумевал, о чём он говорит. — А, то есть, ты даже не займет той атмосферы, которая витала вокруг вас? А вот сейчас я в шоке. Что за атмосфера? Он выпил? Хотя, нет, Шин слишком хорошо воспитан для этого. Тогда, … Мидорима, когда падал на мою дорогую сестренку, хорошо приложился головой об паркет, вот и несет всякую херню. — Если ты вдруг не понял, то была любовно-марковная атмосфера. Че ты мелешь? Сейчас как ножницами в глаз получишь! Блин, а почему я это вслух сказать не могу? Я ж его капитан, я ж богатый наследник, я — король, император, да я просто святой! Все преклоняются пред моим священным ликом! (А еще я сама скромность, но об этом позже). Но почему после этих слов я не могу и звука из себя вытянуть? Сижу тут, понимаешь, краснею, как первоклассница при виде старшеклассников. — Сейджуро, чего ты молчишь? Если б я сам знал, но зато, я тебя прекрасно знаю. Ты сейчас хорошенько промоешь мне мозги, под конец скажешь какую-то фигню, из-за которой я не буду спать недели три, а потом уйдешь в никуда. Чтобы этого не случилось, я использую фирменную технику, разработанную мной еще во времена средней школы, когда я только узнал, что такое: «Промывка мозгов от Шин-чана». — Шинтаро… Я… Я резко подпрыгнул с кровати, подкинул одеяло, лег, отвернулся к стене, а одеяло упало на меня. — Я сплю, Шинтаро. — Это действовало на меня в средней школе, но сейчас так не пойдет! Повернулся ко мне! Сейчас продолжим разговор! — он подошел к моей кровати вплотную. — Почему ты всегда уходишь от таких разговоров? Он же знает, что это не подействует. Я его проигнорю и все. Шинтаро еще немного постоял, выключил свет и лег. Он подействовал моему примеру: отвернулся к стене. — Как кошка с собакой, ей Богу! —, но тут я не сдержался. — Что за ерунду ты мелишь? Ножницы всегда при мне! — А ты знаешь, что эти, на первый взгляд, такие разные существа могут сильно подружиться… Если они росли вместе. Да, кошка собаке, а собака кошке постоянно будет «вставлять палки в колеса», но за друг друга они порвут любого. И снова я промолчал, как на меня не похоже. И что за *цензура* он нес? Может, Намико его уже побила? Но его слова снова меня задели, да как так можно?! Почему его бред всегда на меня так действует?! Какие-то собаки, какие-то кошки, дружба, что за *цензура*?! О, мама, дай мне сил! Вот завтра, когда я приду в себя, ты, мой дорогой друг, узнаешь, где раки зимуют! Я тебе покажу силушку богатырскую, даже ножницы новые возьму! А теперь осталось самое трудное — уснуть. Кошки, собаки, кошки, собаки, тьфу, ты, блин! Мидорима Шинтаро, ты — зеленоволосая дубина! На куски порву и своему любимому котику скормлю! Кстати, интересно, как там Доллар, наверное, соскучился по мне. END POV Акаши. Тем временем… — Тецу-тян… Куроко повернула голову в сторону, от куда исходил звук. В комнате уже темно, по этому лиц не видно, для Намико это очень хорошо. — Можно? — Конечно. Последовало шуршание одеяла, тихий топот маленьких, женских ножек и снова шуршание. Это Акаши-младшая перелезла в кровать к своей лучшей подруге. Она крепко-крепко обняла Куроко, уткнулась лицом ей в шею и сказала шепотом: — Было так страшно. — Сама виновата, — Тецуя улыбнулась. — Я знаю! Но все равно… У меня щеки до сих пор горят! — Намико еще сильнее сжала бедную девушку. — Я чувствую. — Что? Правда что ли?! — Акаши вскочила с кровати. — Да. А ты разве не видишь? Они горят так, что освещают часть комнаты, — все это Тецуя говорила с невозмутимым выражением лица. — Не смешно! Мне тут плохо, я страдаю! А ты? Лучшая подруга называется! — Намико махала руками из стороны, в сторону. — Не шумит ты так, а то своего четырехглазого принца и брата разбудишь. — Кого? Кого?! КОГО?! Намико с криками и воплями налетела на, очень громко смеющиюся, Куроко. Начала душить ее подушкой и щекотать. — Ладно, ладно. Давай пойдем прогуляемся? Сейчас свежий воздух просто необходим. Красноволосая кивнула в знак согласия. Девушки быстро обули сланцы, Куроко попутно сунула себе что-то в карман. Они очень тихо, сначала хлопнув дверью на втором этаже, дверью холодильника, а потом и входной, вышли из дома. Уже глубокая ночь. Полная луна освещает океан не хуже солнца. Трепещут светлячки. Наши героини спокойно идут вдоль пляжа, жуя то, что успели в суматохе достать из холодильника. Намико ела большой бутерброд с сыром, колбаской, листьями салата и майонезом, а Куроко ванильное мороженое. Шик — блеск. Казалось бы, для счастья больше ничего и не надо. Но пятая точка отчаянно требует приключений. — На-тян, давай пойдем в соседний домик и намажем всех пастой? Намико остановилась и не много подумала. — Я не против, а где пасту взять то? — Куроко достала два тюбика мятной зубной пасты. — О, да, держись Кисе! — восторженно завопила Акаши. — И Аомине, — добавила Куроко. Дело в том, что с этими идиотами они, ух, как сдружились. Намико с Кисе из-за их характеров. Через чур позитивные ребята, а так же очень и очень шумные. Еще бы им не подружиться. А Куроко подружилась с Аомине. Причиной стала — любовь к баскетболу. Если они начинали говорить о этом виде спорта, то их словесный поток было не заткнуть. А почему они решили их намазать? Отвечу вопросом на вопрос. А кто не хотел намазать своего лучшего друга зубной пастой? Вот эти дамы пробираются в дом, тихо открывают и закрывают входную дверь. И тут со второго этажа начинают доноситься странные звуки. Девушки не много поежились и зашли на второй этаж. Тут им предстояло выбрать одну из комнат: где жили Кисе и Мурасакибара или Аомине и Момои. Куроко состроила милые глазки, и выбор пал на вторую. На цыпочках, почти не дыша, подруги открывают дверь. Эти странные звуки усилились. Но жопу, которая жаждет приключений, этим не остановить. Они открывают дверь пошире и тут же ее захлопывают. Бегут, спотыкаясь, падая, к другой комнате. Буквально влетают в нее, включают свет и прыгают на кровать к спящему Кисе. — Кисе! Кисе-кун! Очнись, блондинка! — кричит Намико, треся тушу парня. — После шести автографы не даю. — Кисе-кун, — падает голос Куроко. И знаете, это срабатывает. — Намико-чи? Куроко-чи? — Не время объяснять! Они там… Бум, бам! А потом тарабам! И сверху бам, бам! — объясняла Намико, делая непонятные жесты руками. — А еще вот эти звуки! — Куроко закрыла рот подруги, чтобы Рета услышал это. На лице парня тут же появился еле заметный румянец. Он ударил себя рукой по лбу и прописал пару подзатыльников подругам. — За что?! — Вскрикнули обе. — Учебник биологии вам в руки! А сейчас марш спать! Не встанете же, а завтра последний день! Нас пораньше подымать будут! Девушки хотели еще что-нибудь выпытать у парня, но он не дался. Намико и Куроко пришлось идти и ложиться спать. Но они не сильно расстроились. Завтра обо всем спросят у Момои. Ведь подруги так и не поняли, что происходило там в комнате. Бонус: » Продолжение веселой ночки Кисе». POV Кисе. Блин, из-за этих двоих я уснуть не могу! И на кой-фиг они поперлись сюда? Приключений захотелось? Дуры, блин! И эти тоже хороши. Друзья детства, друзья детства! Вот тебе у друзья! Делать такое… Они же еще даже не совершеннолетние! Да я просто не верю! Надо пойти проверить. Я тихо, на цыпочках, выхожу из комнаты. Даже дверь не закрываю. Прохожу по коридору, только сейчас я понял, что полы здесь очень сильно скрипят. Вот я и добрался до этого злосчастного места. О, Ками-сама, хоть бы дверь не скрипела и внутри происходило не то…самое. О, черт! Дверь скрипнула! Мать моя единорог, они реально… Где мой миксер? Стоп, почему они смотрят на меня? Бля, надо заказывать гроб, белые тапочки у меня уже есть. — О, Кисе! Присоединишься? Что? Что, простите? П-присоединиться?! Мать моя не знаю кто! О, Господи! С кем я живу?! — Ч-чего?! - так, это было слишком громко и нервно. — Ты че истеришь? Я тебе тут в «PSP» сыграть предлагаю, — Аомине сел на кровать, о мать моя! Он же одет! Хехе, по-моему, мы малек ошиблись. — Поиграть? А… — Присоединись, а то в следующий раз она меня убьет. А так свидетели будут. — Че? — единственное, что я мог из себя выдавить. Кажется, мое тело стало более тяжелым, обопрусь-ка я, а то упаду еще. — Каждый раз, когда я выигрываю, Момои начинает меня душить подушкой и бить. Так уже на протяжении нескольких часов. Приставка? Драка? Они оба одеты. Ой, мама, я в обморок упал. Пора прекращать так волноваться. END POV Кисе. — Епт, Кисе! Че это с ним? — Может он настолько обрадовался тому, что ты его поиграть вместе пригласил, — Аомине озадаченно посмотрел на Момои. — Ты же его всегда игнорируешь. — Это он от радости? Ничего себе. Ладно я его отнесу в комнату, а потом продолжим. — В этот раз я тебя сделаю! — Мечтай больше.