Расследование длиною в пятнадцать пуль

      В полицейском участке царила характерная суета. Я подошел к одному из офицеров:       — Агент Норман Джейден, ФБР. Капитан ждёт меня. Где я могу его найти?       — Его офис в конце коридора, мистер Джейден, — махнул рукой мужчина себе за спину.       — Спасибо!       В указанном направлении я обнаружил нужную мне дверь и постучал в неё.       — Входите! — раздался из-за двери голос пожилого человека.       Я вошел, но никого не увидел. Вдруг, из-под стола показался мужчина.       — Извините! Уронил папку, — он улыбнулся и помахал вышеупомянутым предметом у себя над головой. — Вы, наверное, из ФБР?       — Да. Агент Норман Джейден.       — Очень приятно познакомиться. Брайан Уолш. Присаживайтесь, мистер Джейден!       Я сел на стул напротив стола капитана. Мужчина вышел в коридор и громко позвал:       — Линч! Кеннет! Где его черти носят?! — произнёс мистер Уолш, оглядываясь по сторонам.       Мимо кабинета проходил мужчина в форме. Капитан остановил его и, продолжая смотреть вглубь коридора, спросил:       — Коул, Линч в участке?       Вдруг откуда-то, из дальнего конца коридора раздался голос:       — Я бегу, капитан!       Спустя несколько секунд в дверях показался мужчина среднего роста, блондин, на вид лет тридцати. Он широко улыбался, поправляя на себе галстук.       — Мистер Джейден, знакомьтесь — Кеннет Линч, — проговорил Уолш, возвращаясь к своему столу. — Он занимается делом, ради которого мы вас вызвали. Кеннет, это Норман Джейден, агент ФБР. Он будет помогать тебе в расследовании.       — Рад познакомиться, — я встал и протянул Кеннету ладонь. Мы обменялись рукопожатием.       — Аналогично. Слушай, я же тебя по телеку видел, — он по-доброму усмехнулся.       — Что-ж, молодые люди, — вмешался капитан, — желаю вам сработаться и надеюсь на скорый результат. Кеннет, поручаю тебе заботу о нашем госте. Покажи мистеру Джейдену его кабинет. Вы извините, — обратился он ко мне, — места у нас немного, сами видите, поэтому не судите строго. Если что-то будет не так — сразу сообщите мне об этом.       — Все будет тип-топ, капитан, — не дал мне ответить Кеннет и снова продемонстрировал свою улыбку.       — Это в твоих же интересах. Опозоришь мой участок — всю оставшуюся жизнь будешь охранять овощи в супермаркете. Ты меня понял? — сказал мистер Уолш с напускной строгостью.       — Я вас не подведу, капитан! — произнёс Кеннет, подталкивая меня к выходу.       Мы покинули кабинет и зашагали по коридору. Напарник тараторил без остановки:       — Вот тут у нас что-то вроде комнаты отдыха, а за углом автомат с кофе и кулер. Есть ещё один, но он далековато от твоего кабинета. О, а это Элис, оператор. Ничего так, правда? — он ткнул меня локтем в бок и хитро подмигнул.       Кеннет был слишком шумным, и это начинало меня раздражать. Я перестал слушать мужчину и углубился в свои мысли. «Интересно, что меня ожидает? Очередная пыльная кладовка? Мы же в Вашингтоне! Почему я не могу работать в своем офисе?» — подумалось мне. Я, конечно же, знал почему, но этот вопрос всё равно крутился у меня в голове.       — Вот мы и пришли, — мой новый напарник сделал жест рукой, предлагая мне пройти вперёд.       Я шагнул в направлении двери и отворил её. Что ж, здесь хотя бы не было грязно, а на окне даже стояла пара горшков с цветами.       — Я схожу за материалами дела, — сказал Кеннет и вышел.       Я подошел к окну. Внизу виднелась парковка. Вдруг за спиной открылась дверь. «Что-то он быстро», — подумал я и обернулся. У входа стояла девушка, которую мы видели, когда шли сюда. В руках у неё была лейка. Я безуспешно попытался вспомнить, как её зовут.       — О, извините! Я просто зашла полить цветы. Не помешаю? — она улыбнулась и подошла ко мне.       Девушка явно заигрывала со мной. С сексуальной ориентацией у меня всё в порядке, но ситуация не нравилась мне по двум причинам. Во-первых, я здесь был не за тем, чтобы налаживать личную жизнь. У меня была работа, и она не терпела отлагательств. Во-вторых, девушка была абсолютно не в моем вкусе: немного выше меня, голубоглазая, волнистые рыжие волосы чуть ниже лопаток. Я терпеть не мог рыжих: они казались мне слишком вульгарными. Мне всегда больше нравились брюнетки. Да и её поведение меня отталкивало: девушка вела себя инфантильно. Я размышлял, как бы помягче её выпроводить из кабинета.       — Мисс …? — я сложил ладони перед лицом и вопросительно посмотрел на неё, намекая, что не знаю, как к ней обратиться.       — Зовите меня просто Элис, — она захлопала ресницами.       — Элис, я не очень-то люблю цветы. Может, вы унесете их куда-нибудь в другое место? — я надеялся, что так у неё будет меньше причин вламываться ко мне в кабинет.       — Конечно! — девушка отложила лейку, и я передал ей вазоны, которые она послушно взяла в свои руки. — А что же вы любите? — голос звучал наигранно-приторно.       — Я люблю, чтобы меня не отвлекали от работы без серьезных на то причин, — похоже, помягче не получилось.       Кокетливое выражение лица девушки сменилось злостью. Она вышла за дверь, гордо вскинув голову. Как раз в этот момент в комнату вошел Кеннет.       — Поздравляю, ты только что нажил себе ещё одного врага, Норман, — мужчина рассмеялся.       Я промолчал. Мне не терпелось наконец-то остаться одному.       — Теперь она неделю будет ходить по участку и рассказывать всем желающим, какой ты козёл, а то и чего похуже наплетёт, — он положил папки на стол и взял в руки лейку. — Если понадоблюсь, мой стол второй справа, у окна.       Он вышел, и я остался один. В комнате воцарилась долгожданная тишина. Я раскрыл одну из папок и занялся изучением материалов, попутно перенося необходимую информацию на УРС. Теперь все мои мысли были лишь о расследовании. Через несколько часов работы стал вырисовываться предварительный психологический портрет убийцы.       Характер травм на телах жертв говорил о том, что маньяк был в ярости в момент совершения расправы. В ход шли и руки, и ноги, и подручные материалы. У всех жертв были множественные переломы. Удары наносились необдуманно, в хаотичном порядке.       Похоже, маньяка не заботили сами жертвы — ему было важнее привлечь внимание окружающих. Убийства были для него лишь способом самовыражения. Иначе он бы думал куда бьёт, чтобы дольше помучить свою жертву. Во втором случае смерть потерпевшей наступила практически сразу от удара в височную часть тупым предметом. Скорей всего, удар был произведён ржавым газовым ключом, найденным на месте преступления. Было неясно, принёс ли убийца его с собой или нашел предмет в подворотне.       Больше всего досталось первой жертве. Лишь незначительная часть всех повреждений была нанесена уже после смерти. Это означало, что маньяк издевался над ней около двух часов и затем быстро добил женщину, когда ему наскучило возиться с ней.       Третья жертва находилась в сознании около сорока минут, что тоже достаточно долго. Причиной смерти стало обширное внутреннее кровоизлияние. Орудия убийства на месте преступления найдено не было.       Разницу во времени от момента нападения до наступления смерти можно было объяснить ещё и тем, что гнев завладевал разумом маньяка уже тогда, когда жертва была полностью в его власти, и пропадал он также неожиданно, как и появлялся. Удивляло, почему убийца не спешил, ведь в любой момент мог появиться свидетель. Он наверняка помнил об этом, но всё равно не боялся.       Убийства совершались методично, в определённые дни — 19 сентября, второго октября, 19 октября. Я был уверен, что если ничего не предпринять, то новый труп по делу появится второго ноября. Всё это говорило о том, что нападения планировались заранее, а не совершались под действием внезапного импульса.       Нападал убийца скрытно: на лицах всех жертв были обнаружены следы хлороформа. Похоже, он сначала усыплял их и лишь затем тащил в место расправы. Там он привязывал их к чему-либо и заклеивал им рты строительным скотчем. В таком виде их и находили случайные прохожие. Если преступник выбирал такие методы, значит, он опасался, что его жертвы придут в сознание и попытаются сбежать или хотя бы закричать.       Убийца явно хотел полностью контролировать ситуацию, но боялся, что не справится своими силами и всегда подстраховывался. Ещё раз пересмотрев материалы, я пришел к выводу, что преступником, которого мы ищем, может оказаться женщина. В пользу этой догадки говорил ещё один факт — ни на одной из жертв не было обнаружено следов сексуального насилия.       Самыми примечательными деталями были записки, прикреплённые к телам убитых. Их содержимое гласило: «Они отнимают наших детей». Возможно, через них убийца пытался привлечь внимание к какой-то своей проблеме. Убийства могли быть местью, но тогда бы текст записки был другим. Скорее всего, маньяк пытался предупредить других об опасности, которая, по его мнению, исходила от этих женщин и подобных им.       Мне были интересны мотивы. «Кто это? — спрашивал я себя. — Обиженный чем-то ученик, решивший отомстить? Случайный психопат, возомнивший себя миссионером? Мать, лишившаяся своего чада по вине преподавателя? Просто детская травма, переросшая в диссоциальное расстройство личности?» Я обязательно должен был найти ответы на эти вопросы.