Расследование длиною в пятнадцать пуль

      До нового убийства оставались считанные дни. Я был одержим желанием найти Артура Смита. Была ещё одна непроверенная мною версия о его местонахождении. Он мог скрываться у своей жены Деборы, так как в его деле было указано, что они до сих пор состоят в браке. Одна проблема: где находится Дебора, тоже было неизвестно.       Всё, что удалось узнать так это то, что ещё до суда миссис Смит легла в психиатрическую больницу. Увольнение с работы крайне отрицательно повлияло на неё: она ушла в глубокую депрессию. Через несколько месяцев её выписали, но что с ней случилось потом было неясно.       Оставался последний вариант: поехать в клинику и поговорить с персоналом. Возможно, не вся информация была занесена в дело, и я смогу зацепиться за ниточку, которая приведёт меня к Деборе Смит, а затем и к её супругу. Медлить было нельзя. Я собрался и направился на парковку.       — Ты куда? — услышал я голос напарника за спиной.       Я медленно со вздохом обернулся и ответил:       — В психушку. Там обрывается след Деборы Смит. Нужно найти её, чтобы выйти на Артура Смита.       — Снова Артур Смит. Ладно. Я с тобой.       Его компания была мне не так уж необходима. Думаю, я даже был бы рад, если бы он остался в участке и не докучал мне своими сомнениями. Я, будто не замечая его, вышел на улицу и прошёл к своей машине. Кеннет шёл следом. Похоже, отступать он и не думал. Мы сели в автомобиль. Проехав несколько сотен метров в абсолютной тишине, я всё-таки решил задать вопрос:       — Кеннет, я думал, ты не разделяешь моего мнения относительно Смита. Так почему ты решил поехать со мной?       — Потому что мы работаем над этим делом вместе, — ответил он, не глядя в мою сторону.       — Ты не обязан всюду таскаться за мной.       — Обязан. Смит есть в списке подозреваемых, значит это относится к расследованию и даже если я не согласен с твоим мнением — я должен к нему прислушиваться. Тебя это, кстати, тоже касается, — снова принялся он за своё, но высаживать его из машины было уже слишком поздно.       — Скажу честно, если бы твоя идея казалась мне глупой, Кеннет, я бы с тобой не поехал, — ответил я, не отвлекаясь от дороги.       — Это потому, что ты считаешь себя до хрена умным. Когда-нибудь до тебя допрёт, что это не так.       Я решил промолчать, чтобы ещё сильнее не накалять и без того напряжённую ситуацию. Сейчас это было лишним. Машина несла нас за пределы города и через некоторое время мы остановились у ворот с надписью: «Психиатрическая больница имени Св. Эгидия». Мы двинулись через двор к входу главного здания. Немногочисленные прогуливающиеся по территории пациенты смотрели на нас с нескрываемым любопытством.       — Жуткое место, — промолвил мой напарник.       Я промолчал, хотя и был с ним согласен. Я был зол из-за того, что он поехал со мной. Слышать его комментарии чертовски не хотелось: они лишь мешали сосредоточиться. На встречу к нам шла девушка лет двадцати пяти. По её одежде я догадался, что она медсестра. Её каштановые волосы были собраны в высокий хвост, в руках она держала какие-то папки.       — Здравствуйте! Вы кого-то ищете? — обратилась к нам медсестра.       — Да, ищем, — ответил я, доставая значок. — Агент Норман Джейден, ФБР. Мы хотим поговорить с кем-то из руководства.       — Я проведу вас к заместителю директора, — понимающе кивнула она.       Мы молча шли за ней. Я старался как можно меньше смотреть по сторонам. Воспоминания о моём сне, где я схожу с ума то ли от триптокаина, то ли от УРС, всплыли у меня в голове весьма некстати. Я думал о том, что если не смогу избавиться от зависимости, то возможно вскоре окажусь в этом месте уже в качестве пациента и эта симпатичная девушка, что сейчас шла впереди, будет приносить мне лекарства, которые, скорее всего, мне не помогут. На лбу у меня выступили капли пота, и я незаметно отёр их тыльной стороной ладони. Девушка остановилась у одной из дверей и постучала:       — Мистер О`Нил, к вам пришли!       Дверь открылась и к нам в коридор, протирая очки, вышел полноватый пожилой мужчина невысокого роста, в белом халате. Он показался мне немного похожим на девушку, приведшую нас.       — Это из ФБР, — пояснила медсестра.       — Спасибо, мисс Остин! Вы можете быть свободны. Ричард О`Нил, заместитель директора больницы, — произнёс он, протянув мне ладонь.       — Агент Норман Джейден, — я пожал его руку.       — Кеннет Линч, детектив полиции, — произнёс напарник, обмениваясь рукопожатием с доктором.       — Чем обязан такому визиту?       — Мы хотели задать вам несколько вопросов об одной из ваших пациенток — Деборе Смит, — ответил я.       — Простите, у нас довольно много пациентов. Всех и не припомнишь. Когда она проходила у нас лечение? — он зашагал по коридору, по всей видимости, в сторону архива.       — Около шести с половиной лет назад. Если верить её делу, она поступила к вам в начале марта 2005 года.       — Давненько, давненько. Ничего, сейчас поищем, что у нас сохранилось.       Доктор открыл ключом дверь перед собой и прошёл в комнату. Мы вошли следом за ним. Вокруг, как в библиотеке, стояли ряды полок с бумагами и папками. Было пыльно, и Кеннет громко чихнул за моей спиной несколько раз. Мужчина в белом халате ходил между рядами, ища нужную полку.       — Похоже, нашёл, — он попытался дотянуться до одной из папок на верхней полке, но из-за низкого роста у него ничего не получалось.       — Позволите мне попробовать? — спросил я, подойдя к нему.       — Да, конечно! — согласился он.       Я оперся на одну из полок и встал на цыпочки. Моего роста тоже немного не хватало. Просить о помощи напарника не было смысла. Рост Кеннета составлял пять футов и восемь дюймов — на два дюйма ниже меня. Мистер О`Нил уже начал оглядываться вокруг в поисках предмета на который можно встать. Я решил попытаться последний раз и осторожно подпрыгнул. Попытка увенчалась успехом — я ухватился за нужную папку и в следующую секунду уже держал её в руках.       — У меня бы так точно не получилось, молодой человек, — сказал доктор, улыбаясь и беря папку у меня из рук.       Мы подождали пару минут, пока он листал бумаги, освежая в памяти образ Деборы Смит. Мужчина тёр свой подбородок и что-то невнятно бормотал. Наконец он заговорил:       — Я вспомнил эту женщину, — на этих словах я неслышно вздохнул от облегчения. — Довольно сложная ситуация у них вышла. Они с супругом удочерили девочку из приюта, где работала наша пациентка. Через время обнаружилось, что её муж избивает ребёнка и миссис Смит уволили, а мужа, если не ошибаюсь, посадили. Дебора Смит занимала хорошую должность в приюте и, видимо, очень ей дорожила. После случившегося ей, конечно, было бы весьма проблематично найти схожую работу. Она сама пришла к нам в крайне подавленном состоянии, — он передал мне документы. — Мы диагностировали у неё глубокую депрессию, и она проходила у нас лечение до начала июля 2005 года. Затем мы её выписали.       Я внимательно рассматривал бумаги в папке. Даже самая мелкая деталь могла иметь большое значение и, похоже, я нашёл то, что искал.       — Эти записи, — я указал на несколько листов с надписями, сделанными от руки. — Это же отметки о беседах с миссис Смит, верно?       О`Нил подошёл поближе, поправил очки и заглянул в папку.       — Да, да! Вы правы, — пробормотал он.       — Но почему здесь проставлены даты уже после её выписки?       Он взял папку и поближе посмотрел на бумаги, а затем, тыкая пальцем в одну из них, произнёс:       — Она приходила поговорить с психологом. Так иногда бывает, когда пациент выписывается, но через время у него возникают какие-то трудности. Они приходят или просто поговорить, или мы снова помещаем их в клинику. Зависит от ситуации.       — Она не проходила лечение второй раз?       — Нет, точно нет! — замотал головой мистер О`Нил.       — Психолог, с которым она общалась, на месте?       — Нет, мистер Тэйт был уже в возрасте. Он умер около двух лет назад от инсульта, но, думаю, в записях есть информация о том, по какому поводу приходила миссис Смит.       — Вы можете отсканировать для меня информацию из этой папки? Я хотел бы ознакомиться с её содержимым подробнее.       — Всю?! — удивился доктор.       — Да, если можно.       Мужчина ненадолго задумался и почесал затылок.       — Что ж, ладно, но потребуется время. Подождите пока где-нибудь.       — Мы посидим в холле, — сказал я, и мы с Кеннетом вышли.       Прошло уже около получаса со времени нашего разговора с мистером О`Нилом, но про нас словно забыли. Ожидание было невыносимым. Обычно в таких ситуациях я доставал УРС и включал какую-нибудь игру, но в этот раз от одной мысли об этом меня охватывала паника.       Я ходил по холлу взад-вперёд, как тигр в клетке, не зная, куда себя деть и чем заняться. Я недоумевал, как другим легко удаётся ждать чего-то часами, в то время как во мне уже через две минуты все начинало кипеть от негодования. Мой напарник попросту дремал в кресле, и я безгранично завидовал его безмятежности. Я уже собирался найти мистера О`Нила и разобраться в чём дело, как в коридоре появилась уже знакомая мне девушка.       — Извините за задержку, — сказала она, подойдя ко мне и передавая кипу бумаг. — Возникли небольшие проблемы со сканером.       Я случайно дотронулся до её руки и наши взгляды встретились. Её глаза были цвета рома. Увидь я мисс Остин хотя бы пару месяцев назад, я наверняка попытался бы познакомиться с ней поближе. Она была как раз в моём вкусе: немного ниже меня, с милыми чертами лица, кареглазая брюнетка. Но мы столкнулись с ней сегодня и, поэтому, произошедшее вызвало во мне лишь лёгкое недовольство.       — Ничего страшного, — соврал я, чуть ли не прыгая от радости, что наконец-то могу заняться делом.       Девушка улыбнулась мне, пожелала удачи в расследовании и ушла по своим делам. Будить Кеннета не пришлось, так как он сам встал, когда пришла медсестра. Через несколько часов мы вновь были в полицейском участке. Напарник предложил мне помощь в разборе новых материалов, но я отказался, придерживаясь правила: «Хочешь сделать хорошо — сделай сам».       На то, чтобы всё перечитать ушёл день и вся ночь. Мне удалось узнать только то, что у миссис Смит после происшествия возникли серьёзные денежные проблемы. Дебора никак не могла найти себе постоянную работу и зарабатывала на жизнь, перебиваясь мелкими подработками. Их с Артуром жилье и некоторое другое имущество забрал банк за долги по кредитам.       Вечером 29 ноября в мой кабинет вломился Кеннет:       — У тебя здесь сам чёрт ногу сломит, Норман, — смеясь, произнёс он.       — Ты сюда убраться пришёл? — я был рассержен на весь мир за то, что визит в психиатрическую больницу не дал мне никаких результатов. Ко всему прочему я был голодный и не выспавшийся. Кеннет был чересчур весёлым, и меня это настораживало, так как в последнее время он обычно ходил мрачный, как грозовая туча. — Что тебе нужно?       — Ты какой-то нервный. Подкинуть тебе несколько номерков? Отличные девочки. Сбросишь напряжение, — Кеннет присел на подоконник за моей спиной.       — Если ты сюда пришёл почесать языком, то проваливай на хрен, — огрызнулся я, отсутствующе глядя на очки УРС в руках.       — Мог бы быть и повежливее, — он снова засмеялся. — Ладно. Я нашёл Дебору Смит, — добавил он уже серьёзным голосом.       — Что ты сказал?! — я обернулся к нему. — Как тебе удалось?       — Расскажу по дороге. Собирайся. Я поведу.       В машине Кеннет рассказал мне, что отправил фоторобот Деборы Смит в другие полицейские участки города и сегодня днём один из его знакомых позвонил ему и сообщил, что несколько недель назад к ним в сильном алкогольном опьянении попадала женщина, подходящая под описание. От соседей поступила жалоба на сильный шум и драку. Виновники затеяли потасовку с явившимися на вызов полицейскими. Кроме женщины, в участок забрали ещё двоих мужчин, но ни один из них на Артура Смита не был похож.       Район, куда мы приехали, был крайне неблагополучный. Фонари почти нигде не горели, и я чуть ли не разбил себе нос, споткнувшись о какую-то железяку. Найдя нужный дом, мы поднялись на второй этаж, и я постучал в дверь номер 27. Я даже не удивился, когда нам никто не открыл. Это было бы слишком просто. Мой напарник решил поучаствовать и тоже постучал, но уже ногой. На шум вышел мужчина из квартиры напротив.       — Какого дьявола вы тут гремите?       — Где твоя соседка? — набросился на него Кеннет.       Мужчина посмотрел на нас, подумал, а потом протянул:       — Эта ведьма мне сорок баксов должна.       Я понял намёк, достал из своего портмоне сорок долларов и протянул ему. Он, не раздумывая, выхватил деньги из моей руки.       — Почесала заливать зенки со своими дружками. Они часто ходят куда-то по вечерам, но к утру она всегда возвращается: одна или с кем-то. На весь дом слышно. То пьют, то дерутся, то трахаются. Хрен разберёшь. Больше мне вам сказать нечего, — он поспешно захлопнул дверь.       Когда я примерно месяц назад оказался в подобной ситуации с Блейком, тот выломал дверь квартиры подозреваемого. Я внимательно посмотрел на Кеннета, ожидая, что он будет делать дальше.       — Чего уставился? Значит, придём завтра утром, — он стал спускаться по ступенькам. Я поспешил следом за ним.       На следующее утро мы вновь стояли у квартиры номер 27 и, как и накануне, нам никто не открывал.       — Черт, этот козёл обманул нас. Может, она уже съехала или спьяну замёрзла где-то в канаве, — напарник с силой пнул дверь. Я ничего ему не ответил, соображая, как быть дальше. Вдруг краем глаза я заметил, что мой напарник лезет в окно, выходящее на пожарную лестницу.       — Эй, ты что задумал? — окликнул я его.       — Взгляну одним глазком, что творится за дверью, — не отвлекаясь от своего занятия, ответил Кеннет.       — Ты совсем спятил?! — я высунулся в окно и наблюдал, как мой напарник пытается заглянуть в окно спальни, стоя одной ногой на перилах пожарной лестницы, а другой на подоконнике. — Ты сейчас сорвёшься!       — Норман, сделай глубокий вдох и посчитай до десяти, — ответил тот, немного подтягиваясь к форточке. — Там кто-то есть! Это она! Я её вижу!       — Не ори! Что там происходит? — негодование во мне сменилось любопытством.       — Она лежит на кровати. Больше никого нет.       — Она жива? — в моём голосе послышалось волнение.       — Жива, но, судя по ароматам, она сильно об этом пожалеет, когда проснётся.       — Сам вылезешь оттуда? — бросил я через плечо, отходя от окна.       — Конечно! Можешь не сомневаться.       Я вернулся к двери и стал стучать в неё что было сил. Наконец-то из-за двери раздался голос:       — Проваливай, мразь!       — Мэм, это полиция! — ответил подошедший Кеннет. — Откройте дверь, если не хотите, чтобы мы сами это сделали.       Через минуту дверь открылась, и из-за неё выглянула женщина. Светлые волосы были взлохмачены и сбиты в колтун, тушь потекла, а яркая губная помада была размазана по всему подбородку. На фотографию Деборы Смит из её дела она походила весьма отдалённо, но это точно была она.       — Агент Норман Джейден, ФБР. Мы хотим задать вам несколько вопросов о вашем муже — Артуре Смите. Когда вы видели его последний раз?       — Какой он мне муж! Грёбаный ублюдок! Будь проклят и он, и та маленькая сука, которую мы удочерили по его желанию. Эти твари лишили меня всего, — она громко всхлипнула, и по щекам её побежали слёзы. Похоже, женщина ещё не протрезвела окончательно после вчерашнего, и теперь алкоголь выходил из неё вместе со слезами. — Вы только посмотрите, до чего они меня довели!       Женщина распахнула дверь и, шатаясь, прошла в глубь квартиры. Мы воспользовались ситуацией и вошли следом за ней. Воздух в помещении был затхлым, стены были практически голыми, всюду валялись какие-то тряпки и бутылки. Кеннет взял женщину на себя и стал засыпать её вопросами. Я надел УРС и приступил к осмотру квартиры, надеясь найти следы Артура Смита, но уже через пять минут осознал, что зря теряю время. Мы с напарником поблагодарили миссис Смит за внимание и вышли на улицу.       — Тебе удалось узнать от неё что-то интересное? — обратился я к Кеннету.       — Как сказать. Он пытался связаться с ней несколько раз из тюрьмы, но она сказала, что сжигала все письма, даже не вскрывая. Но есть кое-что любопытное: этот Артур был литературным критиком. Несколько раз пробовал и сам писать в жанре «детектив» под псевдонимом Альфред Пинкертон.       — Значит, он может быть неплохо осведомлён о том, как ведётся следствие. Это объясняет отсутствие следов на местах преступления.       — Погоди, это лишь мелочи. Его консультировал друг, работающий в полиции. Угадай, как звали этого друга.       — Тоби Рэй, — ответил я после непродолжительной паузы. — Теперь ты поверишь в то, что Истязатель — Артур Смит?       — А тебе не приходила в голову мысль, что кто-то убил Рэя для того, чтобы подставить Смита? А может, и не только Рэя, — добавил он тише.       «Могла ли Роксана Надер убить человека?» — спросил я себя, и сам себе же ответил: «Да, вполне». Как человек я мог сказать, что она была умна: факультет биологии, химии и физики не то место, куда идут не обладая аналитическим складом мышления, внимательностью, точностью и специальными знаниями. Как психолог я мог поставить ей диагноз: эмоционально неустойчивое расстройство личности в результате перенесённого в детстве посттравматического стресса. И, наконец, как детектив я мог сделать из всего этого вывод: если бы возникла такая необходимость, она могла бы лишить другого жизни.