Глава 11. Яд в бокале триумфа
20 июня 2015 г., 00:51
Как и всё плохое, первый день зимы наступил слишком скоро. Весь полицейский участок стоял на ушах: все с ужасом ждали утра следующего дня. В кабинете капитана полиции проходило экстренное совещание.
— В данный момент у нас чуть больше ста подозреваемых, — докладывал Кеннет Линч присутствующим. — В списке есть хорошо всем известный Рэймонд Болл. Агент Джейден утверждает, что Болл не может быть Истязателем, так как его психологический портрет не сходится с психологическим портретом убийцы. Но зато у нас есть основания полагать, что он контактирует каким-то образом с преступником. Сейчас за домом Болла ведётся наблюдение.
— В результате слежки удалось выяснить что-то интересное? — поинтересовался один из офицеров.
— Болл стал чаще обычного посещать библиотеки и читальные залы, — заговорил я. — Думаю, там убийца и оставляет для него сообщения. Мы проверили книги, которые он брал — в них всё чисто. Никаких пометок на страницах. Жанры весьма разнообразны, но в целом ничем не примечательная бульварная литература. Мы проверили записи с камер видеонаблюдения — подозреваемых среди посетителей нет, — на этих словах в помещении повисла гнетущая тишина.
— Детектив Линч, каков ваш план? — нарушил молчание капитан Уолш.
— Как показывает практика, патрульные у школ не оправдывают наших надежд. Приставить офицера к каждой учительнице в городе тоже не представляется возможным. Выяснить район, в котором произойдёт следующее убийство — невозможно. Мы надеемся лишь на то, что этой ночью к преступнику нас приведёт Болл. Через два часа мы с агентом Джейденом лично отправимся следить за его квартирой.
Над городом чёрным саваном нависла ночь. Днём шёл дождь, и теперь мороз намертво сковывал лужи. Они становились похожими на старые разбитые зеркала — символы, предвещающие многие годы несчастий. Неспешно падающий с неба мелкий снег покрывал дорогу тонким слоем. Изредка завывал ветер в облысевших кронах деревьев.
В машине было холодно. Я чувствовал, как у меня леденеют пальцы на руках. Последняя чашка кофе была выпита из термоса ещё полчаса назад. Я спрятал ладони под куртку, сложив руки на груди. Часы на приборной панели показывали без четверти полночь. В окнах квартиры Рэймонда Болла было темно как в могиле, но мы были уверены, что он всё ещё дома.
Бездействие сводило меня с ума. Я несознательно отстукивал ногой ритм, словно метроном. В голове крутилось одно: «Что если он так и не выйдет? Что если задача Болла всего лишь отвлечь наше внимание?». Усидеть на месте становилось всё сложнее. Я всё больше приходил в уныние, но вдруг из подъезда, оглядываясь по сторонам, вышел высокий мужчина. Его-то мы и высматривали уже несколько часов.
Я дождался пока Рэймонд Болл отойдёт на достаточное расстояние и молча вышел из машины. Мужчина повёл меня по закоулкам и тёмным улицам. Час был уже довольно поздний, и вокруг не было ни души. Это лишь затрудняло слежку. Болл ускорил шаг. Я не отставал и старался при этом остаться незамеченным. Если бы преследуемый что-то заподозрил, он мог бы повести меня по ложному пути.
Спустя несколько минут Рэймонд вышел на широкую хорошо освещённую улицу. Было очевидно, что мужчина двигался к станции метро. Я спрятался за одной из стоявших у обочины машин. Дождавшись пока Болл войдёт в здание станции метро, я дал ему ещё пару минут на то, чтобы он начал спускаться на эскалаторе под землю. Как только это время вышло, я рванул следом за ним. Впереди было самое сложное: на станции сейчас наверняка было не больше трёх десятков человек, и остаться незамеченным было очень трудной задачей.
Оказавшись внутри станции, я без слов предъявил значок агента ФБР дежурному и перепрыгнул через турникет. Времени покупать билет у меня не было. Болл был уже в самом низу эскалатора. Я повернулся к нему спиной и достал телефон, чтобы сообщить Кеннету о своём местонахождении.
Как я и ожидал, на перроне было немноголюдно. Преследуемый мной мужчина стоял, оглядываясь, на дальнем конце платформы. Я аккуратно подбирался ближе к нему, прячась за колоннами. В очередной раз выглянув из-за угла я понял, что потерял Болла из вида. Поезд ещё не приезжал, значит, он должен был быть где-то поблизости. Я обошёл колонну и стал оглядываться по сторонам.
Вдруг меня с силой ударили по ногам, и я упал. Нападавший не дал мне подняться. Пинком в живот он столкнул меня с края платформы. Я рухнул на пути. Над перроном поднялся ветер, и я услышал гул надвигающегося состава. На платформе прямо напротив меня, улыбаясь, стоял Рэймонд Болл. Видимо ему было не интересно посмотреть на то, как меня размажет по путям, потому что он поспешно развернулся и зашагал к выходу.
Люди вокруг засуетились. Подбежал дежурный. Он наверняка связался с водителем поезда, но я знал, что это мне не поможет. Всё происходило в считанные секунды. Я поспешно встал и прыгнул к краю платформы. Вышло это не так ловко, как мне бы хотелось: при падении я вывихнул ногу в левой лодыжке. Собравшись с силами, я подтянулся на руках, и в последнее мгновение мне удалось взобраться на перрон. За спиной засвистели вагоны состава.
Ко мне подбежали люди, желая помочь. От выброшенного в кровь адреналина всё тело дрожало. Я вскочил и, растолкав подошедших в стороны, огляделся вокруг. Болла нигде не было видно. Я хромая побежал вдоль перрона. Двери вагонов стали закрываться. Я добежал до последней, когда состав готовился отъехать. За ней стоял, оскалившись во все зубы Рэймонд Болл. Я в отчаянии ударил ладонями по стеклу. Поезд тронулся с места, унося мужчину прочь от меня.
Кеннет Линч бросился мне навстречу из машины, как только увидел, как я, прихрамывая, выхожу из здания станции метро.
— Где Болл? Ты упустил его? — начал он со злостью.
— Немного отвлёкся, когда спасался от несущегося на меня поезда.
Я тяжело опустился на ступеньки. Спина вся болела от того, что я ударился ею о рельсы, когда упал. Я думал о том, что легко отделался: стукнись я головой — работники станции сейчас бы соскребали мои останки со шпал. Кеннет с недоумением смотрел на меня, и я продолжил:
— Этот чёртов психопат скинул меня на пути. Я отправил через диспетчера ориентировку на Болла по всем станциям. Если его где-то заметят — сразу же нам сообщат. Мы можем остаться здесь или вернуться следить за его домом.
Мы вернулись на улицу, где проживал Рэймонд Болл. Кеннет дал команду через диспетчера в участке усиленно следить за районами, находящимися по пути следования поезда, на котором скрылся Болл. Снова потекли минуты томительного ожидания. Напарник то и дело бегал на станцию узнать, не был ли замечен где-нибудь сбежавший и каждый раз возвращался с отрицательным ответом.
Из одной такой прогулки он вернулся с хот-догами и полным термосом горячего кофе. Меня начинало мутить из-за ломки и переживаний, поэтому от еды я отказался, зато с удовольствием выпил пару чашек бодрящего напитка.
Было около пяти утра, когда Кеннет вновь отправился на станцию. Я внимательно оглядывал улицу и заметил, как из переулка вышел мужчина. Это был тот самый человек, из-за которого несколько часов назад меня чуть ли не раскроил на куски поезд Вашингтонского метрополитена.
Болл не спеша зашёл в свой подъезд. Через пять минут вернулся мой напарник. Вид у него был подавленный. Я сообщил ему о том, что видел Рэймонда.
— Мне звонили из участка, — произнёс в ответ Кеннет. — Найден шестой труп в четырёх кварталах отсюда. В этом районе есть станция метро. Через неё проходит поезд, на котором скрылся ночью Рэймонд Болл, — Кеннет пристально посмотрел на меня с ненавистью в глазах.
— Её убил не Болл. Я уверен, — ответил я без тени сомнения.
Полчаса спустя мы прибыли на место преступления. Я всё ещё немного хромал. Меня со всех сторон окружили журналисты. Я, молча, протиснулся сквозь толпу и поднырнул под жёлтую ленту. Труп лежал за мусорным баком, привязанный за руки к ржавой вентиляционной трубе. Первое, на что я обратил внимание, когда подошёл — женщине выковыряли глаза.
— Запись видеозаметки. Агент 47023 Норман Джейден. Пятница, 2 декабря 2011 года. Время — 06:07, — произнёс я, надев перчатку и очки.
Я сделал привычный жест ладонью правой руки, и импульс от устройства обозначил все сколь либо важные детали поблизости. Увиденное ошеломило меня. Я стал скрупулёзно исследовать улики. Несколько минут спустя ко мне подошёл Кеннет.
— Что тебе удалось обнаружить? — поинтересовался напарник.
— Убитая — Лили Эдвардс. Возраст: 36 лет. Не замужем. Преподавала математику в общественной школе № 81. Сильный удар в живот вызвал внутреннее кровотечение, от которого примерно четыре с половиной часа назад и наступила смерть. Глаза вынули уже после того как она скончалась.
— Следов снова нет?
Я медлил с ответом. Сняв очки, я со вздохом встал и отошёл на пару шагов в сторону, а затем вернулся обратно.
— Отпечатки пальцев на записке, — каждое слово мне приходилось выдавливать из себя, — следы посторонней крови на лице, осколок бутылки с отпечатками и кровью, обрезок трубы, которой мисс Эдвардс после её смерти было нанесено несколько ударов — на нём тоже есть отпечатки пальцев.
Я резко замолчал и посмотрел на Кеннета. Мужчина ждал, что я скажу дальше. Смысла что-то недоговаривать не было, и я продолжил:
— Все следы принадлежат одному человеку — Рэймонду Боллу. Но Вашингтонский Истязатель не он. Я готов ручаться жизнью, Кеннет! Настоящий убийца умён и очень расчётлив, аккуратно действует. Болл на такое не способен. Посмотри, как он наследил здесь! Зачем?! — я пожал плечами. — Почему только сейчас, м? Я не отрицаю, что Болл был здесь, но пришёл он уже тогда, когда жертва была мертва.
— Сейчас все улики против этого мерзавца. Алиби у него тоже нет. Ни на одно убийство. Ты можешь доказать то, что он не виновен?
Я молчал. Возразить мне было нечего. Психологический портрет штука серьёзная, но в полиции и суде отдают предпочтение более осязаемым вещам, коих сегодня на месте преступления оказалось больше, чем просто «достаточно».
— Будем готовить отряд для захвата. Операцию начнём через два часа, — напарник гневно сверкнул глазами.
— Он нужен нам живым, Кеннет. Ясно? Живым и только.
Информация, полученная во время слежки за Боллом, очень пригодилась для составления плана захвата. Мы точно знали, в какое время мужчина остаётся дома один и, как только его мать покинула здание, начали операцию.
Я, мой напарник и несколько офицеров полиции поднялись на нужный этаж. Дверь была заперта на ключ, но в нашем отряде был специалист по взлому замков. Не прошло пяти минут, и мы смогли войти в квартиру.
Было решено, что Рэймонда Болла арестую я. Напарник должен был прикрывать меня, на случай, если задерживаемый окажется вооружён. Мы осторожно подкрались к двери комнаты Рэймонда, и я отворил её. Болл чуть ли не грохнулся со стула, когда увидел меня в дверном проёме. Он крепко прижимал что-то к груди, а его правая рука была перебинтована.
— Мама! — громко позвал он, встав и попятившись к окну.
— Она тебе не поможет, сукин сын, — вымолвил стоящий за моей спиной напарник.
Я спрятал свой пистолет в кобуру и подошёл вплотную к Боллу. Мой взгляд случайно упал на Кеннета. По его глазам я понял, что он сейчас выстрелит. Не раздумывая, я встал на линию огня, но ничего не произошло. Выдернув из рук Болла стеклянную банку и отложив её в сторону, я затем застегнул наручники на его запястьях:
— Вы арестованы по обвинению в убийстве с особой жестокостью Розалин Карсон, Эбигейл Ньюмен, Джоанны Синглтон, Мэри Питерс, Терезы Спенсер и Лили Эдвардс. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством.
Подоспевшие полицейские взяли дальнейшую заботу о преступнике на себя. Я посмотрел на банку, стоявшую на подоконнике. В ней лежала пара глазных яблок, измазанных в крови. И без экспертизы было ясно, кому они принадлежали. Я поспешил покинуть квартиру. Погрузившись в свои мысли, я спускался по подъезду. Только сейчас ко мне пришло осознание того, что окажись я прав на счёт Кеннета пять минут назад, то, скорее всего, был бы уже мёртв.
— Знаешь, если бы не ты, я бы, наверное, пристрелил этого гада, — произнёс Кеннет, когда мы вернулись в машину.
— Я рад, что ты этого не сделал. На то не было никаких причин.
Кеннет молча смотрел вдаль. Было видно, что он весь кипел от негодования.
— Да, он тварь, — продолжил я. — Редкостная тварь. Но у нас есть законы. Он должен предстать перед судом, где ему и вынесут наказание, которое он заслужил. Если каждый начнёт вершить справедливость сам по своему усмотрению, то мы будем жить на работе. И это будет мелочью по сравнению с тем, какой вокруг воцарится хаос.
— Интересно, — горько усмехнулся Кеннет, — думал бы ты так же, пострадай от его рук кто-то из твоих близких?
Я не обратил внимания на его слова, так как мои мысли были заняты другим. Я судорожно думал, ища способ доказать непричастность Болла к убийствам. Все мои надежды рухнули, когда четыре часа спустя Рэймонд Болл на глазах полиции и журналистов, улыбаясь, признался в том, что он Вашингтонский Истязатель и с неподдельным удовольствием, красочно, в деталях рассказал о совершённых им преступлениях.
