Пешки в чужой игре

      — Аюми? — крикнула Амайа, оглядываясь вокруг. — Аюми! Аюми, ответь! Где ты?       Она уже знала, что это сон. Вот только выглядел он совсем не так, как обычно. Больше похож… На обычный сон, вроде тех, что она видела до всей этой компании на вампиров, контракта с демонами и прочим. Она не могла вглядеться в какие-то предметы, разглядеть их до самых мелких деталей, прочитать какие-то надписи, да и вообще мир за пару метров от неё казался каким-то размытым, нечетким, словно текстуры в игре, что её не успели загрузиться. Даже само место отличалось от того, где они с Аюми обычно встречались. Это больше не была открытая поляна, нет. Это был Токио. Такой Токио, каким она его запомнила, будучи ребёнком — огромный город со светящимися рекламными щитами, вывесками магазинов, телеэкранами. И сейчас он был абсолютно пуст.       — Ну где же ты… — испуганно прошептала девушка, перебегая через дорогу, — Аюми! Аюми-чи!       Стоило ей произнести полное имя демона, как в груди возникло странное чувство. Она огляделась вокруг и как только глаза пробежались по какому-то тёмному переулку неподалёку, чувство усилилось. Это их с Аюми связь? Кто знает, но она тут же бросилась туда. Оказавшись в тёмном, узком переулке, она двинулась дальше вдоль домов. Затем дорога пошла в гору. Несмотря на несколько поворотов вправо, Амайа продолжала упрямо идти вперёд, полностью доверяя ощущению в груди. Почему-то маршрут казался ей знакомым.       Наконец, около одного из поворотов внутри кольнуло, и она пошла туда, в небольшой закоулок, куда даже солнце еле пробивалось. Небольшая подворотня была сплошь устелена выброшенными газетами, некоторые собраны в пачки высотой с небольшую тумбочку. Впереди расположилась дверь, но в ней не было видно ни ручки, ни замочной скважины. Что-то подсказывало рыжеволосой, что ей нужно было зайти туда, но как это сделать? Может, постучать? Нет, не сработало… Она раздосадованно прильнула к стене, не зная, что делать.       — Ай! — вдруг вскрикнула она, ведь от одного прикосновения к стене рукой её словно током ударило. Значит, разгадка где-то там? Она принялась вглядываться в каждый кирпичик, но не замечала ничего необычного. — Черт, Аюми, я не знаю! Дай подсказку! Аюми? Аюми-чи! — ничего не произошло. — … Ты серьёзно?! Ох, и на что я надеюсь. Уже по твоему имени понятно, что от тебя ничего хорошего не жди. Я как будто к ребёнку обращаюсь, а не к могущественному демону! — она ударила по стене кулаком, так, что, будь это в реальности, разбила бы костяшки.       Словно в ответ на её действия, послышался странный скрежет, а затем из кирпичей, по которым пришёлся удар, струйками потекла кровь. Недолго думая, Амайа с силой ткнула в один из них, но лишь получила очередной разряд током. Скорчившись на земле от боли, она искоса поглядела на стену и неожиданно поняла, что ручейки крови странным образом собирались в греческую цифру шесть.       — Шесть? Мне нужно ткнуть в шестой кирпич? Но шестой — это какой? Откуда мне начинать считать вообще?! Это нихрена не подсказка, глупый демон! — проворчала девушка, поднимаясь на ноги.       Она подошла к двери. Шесть, значит, да? Почему-то она решила, что отсчитывать нужно именно от двери и земли. Найдя нужный кирпич, она вновь надавила на него рукой и опять получила током. Следующим она отсчитала шестой в том же ряду, в котором находились кровоточащие кирпичи — и опять неудача! Рука её должна была уже покраснеть и опухнуть, но, к счастью, это всего лишь сон. Может, вновь довериться тому мистическому чувству в груди? Встав напротив шестого столбца кирпичиков, она закрыла глаза и вытянула руку. Внизу ничего не почувствовала, остаются верхние. Ох, лишь бы не где-нибудь на шестом этаже! Стоило ей немного приподнять кисть с изначального положения, как сердце её дрогнуло. Оно. Она решительно ткнула в тот самый кирпич и… Её не ударило током! Уже хоть что-то. Спустя пару секунд дверь едва слышно щелкнула и приоткрылась.       — Я иду к тебе, Аюми! — радостно выкрикнула Амайа, резким движением открывая дверь.

***

      И тут она проснулась. И что это вообще было?! Рывком сев в кровати, она тут же по привычке стала осматривать комнату в поисках своего клеймора. Но, естественно, его здесь не было. На какое-то время её тело сковал страх. Похищение отцом, отказ от сил, потеря Аюми — всё было наяву, и сейчас ей нужно это расхлёбывать. Стоило ей вылезти из постели, как дверь приоткрылась, и в комнату заглянуло самое ненавистное ей существо во Вселенной — её отец.       — О, ты уже проснулась! — он зашёл в комнату. — Отлично. Тогда идём со мной, я покажу тебе кое-что, доказывающее, какой я чудесный папа!       — Что бы это ни было, отец из тебя всё равно дерьмовый, — ответила Амайа, но всё же пошла за ним следом.       Оказавшись в коридоре недалеко от лестницы, они пошли вперёд. Девушку терзало смутное чувство, но она не понимала, что оно значит. На какое-то время она замерла, пялясь на лестницу, чем вызвала удивление своего отца. Однако она быстро пришла в себя и продолжила путь. Они шли вперёд. Справа несколько дверей (обычно запертых), ведущих в те комнаты, где Амайа ни разу в жизни не была. Казалось бы, это чувство дежавю вполне понятно, ведь она жила здесь целых четыре года, но… Нет, что-то было не так. Оно было ей знакомо в каком-то другом смысле.       Проходя мимо распахнутой двери в библиотеку, она, наконец, осознала. Мысль, словно стрела, пронзила её разум. Подъём наверх, множество поворотов… Это же структура этого самого здания! В своём сне она видела, где в доме хранится её демоническое оружие! В Библиотеке! Но как же ей туда попасть так, чтобы никто ничего не заподозрил? Мика! Он ведь обещал помочь, разве нет? Ферид всё время сводит их вместе, надеясь причинить своей дочери ещё большие страдания от осознания того, что любовь её детства не помнит даже её имени, но ведь он не знает, что они заодно! Но ей нужно было сделать что-то, чтобы отвлечь отца, когда они будут сбегать… Может, воспользоваться старыми «связями»? Это могло привести к ужасным последствиям. Пока что лучше подождать.       Тем временем они дошли до кабинета седьмого основателя. Внутри всё ещё царил полумрак, и это настораживало. Что же он задумал? Оставалось загадкой. Каждая мышца тела Амайи напряглась, готовясь ко всему, что может преподнести ей жизнь. Ферид непринуждённо присел на край своего письменного стола, пристально глядя на ставшую напротив дочь. Наконец, он сдержанно улыбнулся и плавно достал из-за спины уже знакомый свёрток.       — Я так полагаю, ты уже знаешь, что это, — он провёл рукой по шероховатой бумаге.       — Кусок пергамента? — съязвила Амайа, складывая руки на груди.       — Но будучи смятым, он бесполезен, разве нет? — вампир усмехнулся.       — Это ты мне скажи, он же твой. Мало ли, для каких целей он тебе нужен. Ты знаешь, у людей есть некоторые потребности…       — Не для этого, — прервал он её, хмурясь впервые за всё это время, — и это вовсе не кусок пергамента, тебе это прекрасно известно, дочь моя. Ты права, я не мог просто забыть про наш с твоей матерью эксперимент. Я узнал его точный результат. И следил за тем, как он повёл себя дальше. Внутри этого свёртка находится… Внутри находится мой тебе подарок на шестнадцатилетие. С днём рождения, Ами-чан.       — У меня не сегодня день рождения.       — Ну конечно, тебе так говорили всё это время! Само твоё существование было тайной, поэтому и твоё настоящее имя, и дату рождения скрывали. А ты чего ожидала? — он рассмеялся. — Папа лучше знает. Твой настоящий праздник именно сегодня.       — Вау, а я-то думала, почему гороскоп не совпадает, — Амайа явно не верила ни единому слову отца, продолжая реагировать скептически.       — Как бы то ни было! — Ферид протянул ей свёрток. — Скорее, разворачивай подарок! Я уже готов услышать «Ты самый лучший папа на свете, спасибо!»!       С неким волнением она всё же взяла сверток в руки. И с чего бы ей вообще волноваться? Она ведь уже знала, что внутри! Медленно и неуверенно разворачивая бумагу, она заметила, что отец не отрывает от неё глаз, пристально следя за каждым её движением. Наконец, обёртка с едва слышным шелестом упала на пол отцовского кабинета, и Амайа восхищённо вытянула руку с мечом.       — Вампирский меч первого класса. Украшен драгоценными металлами, очень тонкая работа мастера. С такими мечами, как этот, обычно ходят основатели, вроде меня. Его изготовили ко дню твоего рождения. Я хотел забрать тебя от этих мерзких людишек сюда и воспитать самостоятельно, но твоя мать настояла, чтобы ты осталась рядом с ней. Она считала, что среди вампиров ты будешь в опасности… Но сейчас не об этом. Этот меч — символ твоего благородного происхождения. Носи его с гордостью.       — Мама знала об этом мече?       — Это была именно её идея. В её представлении человек, использующий вампирское оружие, должен был вселять страх и восхищение в представителей обоих народов. Образ, сложившийся у неё в голове, был столь прекрасен! Слияние смерти и бессмертия! Даже я поддался на её убеждения.       — Ты с таким восхищением говоришь о ней… Помнится, когда я была маленькой, ты говорил, что не любил её. Так ли это на самом деле?       — Кто знает, — он хитро улыбнулся, — ну так, что думаешь о моём подарке? Я самый лучший папа на свете?       — Он… прекрасен. Спасибо, …папа, — кто знает, когда она в последний раз звала Ферида «папой», так что глаза его сразу расширились от удивления, после чего он расплылся в довольной улыбке, и вся хитрость улетучилась из его взгляда. Видимо, так давно ждал этого момента единения отца и дочери.       — Но есть кое-что… — его глаза вновь коварно блеснули, — ты ведь знаешь, откуда вампирские мечи черпают свою силу?       — А?.. Ну да, но… Стоп, что ты-       — Меч, выпей её крови! — выкрикнул Батори, и меч откликнулся — острые шипы тут же пронзили кисть Амайи, и та взвыла от боли.       Крупные капли крови покапали на пол кабинета, но ничего не происходило — меч не краснел, как это происходило обычно с другими вампирами. Амайа упала на колени и отчаянно пыталась подавить подступающие слёзы. Через пару секунд шипы исчезли, и клинок со звоном выпал из искалеченной руки. Это вызвало новую волну боли, а следом и крик Амайи, хватающейся за свою кисть. С десяток сквозных дыр в руке продолжали кровоточить. Всё произошло так неожиданно, что даже Ферид сперва опешил, не зная, что делать. Ну конечно, он ведь не знал, что демон Аюми подавил вампирскую сторону его дочери и, соответственно, её способности к регенерации. Были ли у вампиров бинты? А, впрочем, зачем они им? Седьмой основатель рывком снял свою белоснежную рубашку и хотел было обмотать ею руку Амайи, но та с криком «Не приближайся ко мне!» отпрянула и поползла в сторону, оставляя за собой кровавый след. Её лицо исказили рыдания. Она старалась отползти как можно дальше, лишь бы отец не выкинул ещё чего-нибудь. Так и оставшись без рубашки, Ферид побежал прочь. Как только он скрылся за дверью особняка, послышался его сдавленный крик: «Микаэла!».       «Это мой шанс! Нужна найти Аюми!» — тут же пронеслось у Амайи в голове. Да, это был наилучший расклад: Микаэла задержит Ферида, а сама она мало того, что найдёт своё оружие, так ещё и излечится. Нужно было действовать. Сжимая свою руку так, чтобы по максимуму остановить кровь, она схватила здоровой рукой лежащий неподалёку подаренный меч, встала с пола и побежала к библиотеке. Дверь туда всегда была открыта. Да уж, её отец всегда был хитрым, поэтому самые важные вещи держал там, где их никто не станет искать — на виду. Внутри была пусто, что не могло не радовать. Было бы ужасно, если бы она встретила там Кроули или одну из его подопечных. Подходя к одной из книжных полок, она пыталась вспомнить, что же было в её сне, но тот ускользал из её мыслей, словно песок сквозь пальцы. Амайа начинала нервничать, ведь это означало, что она не сможет выбраться отсюда! От паники она уж совсем запуталась, не зная, что и делать.       — Ну-ка перестань! — она ударила себя по лицу, дабы привести в чувства.       Как ни странно, это помогло. Глубоко вздохнув, она закрыла глаза, сосредотачиваясь. Мысленно прокручивая в голове свой сон, она вспомнила кое-что. Кровь, текущая с её руки… Кровь на стене… То самое странное чувство, тревожащее её во сне, вернулось вновь, и она целиком и полностью доверилась ему. Доверилась Аюми.       «Не подведи, глупый демон!» — с этой мыслью она вынула одну из книг на полке, стоило чувству в груди усилиться. Однако, книга отказалась выниматься, а лишь накренилась вперёд, словно рычаг. Что-то негромко щелкнуло. Амайа открыла глаза. Её бледная, испачканная в крови рука держалась за фолиант с надписью «Светлячок». Причем, выглядело так, словно эту часть обложки приделали на книгу сверху.       «Странный выбор, отец, » — подумала Амайа и оглядела полку. Часть её отклонилась, образуя небольшую щель, словно приоткрытая дверь. Недолго думая, Ами-чан рывком отодвинула её, и зашла внутрь.       Она ожидала чего угодно: каменных катакомб или жуткой лаборатории, но уж точно не обычного коридора, выглядящего, как часть библиотеки. Хотя, может, это вовсе не тайный коридор? Может, им все подряд ежедневно пользуются? Стоп, с чего она вообще решила, что раз это тайный коридор, то он должен разительно отличаться от остального здания? Да уж, Амайа, пораскинь мозгами! Проход с глухим стуком закрылся позади неё, и коридор заволокла тьма, ведь никаких других источников света не было. Прильнув к одной из стен, Амайа аккуратно ступала вперёд, одновременно прислушиваясь, не идёт ли кто. Наконец, она увидела вдалеке зеленоватое свечение. Немного ускорившись, она пошла к нему, уверенная, что это светится её демонический меч.       Она оказалась права — свечение издавал именно её клеймор. Однако, оказался он в весьма необычном месте. Пускай свет был и тусклым, Амайа всё же сумела рассмотреть комнату, в которой оказалась. Это определённо был кабинет Ферида. Его настоящий кабинет. Амайа огляделась. Её меч висел на стене, а под ним — несколько других оружий: пара вампирских и одна глефа из японской демонической армии, старой модели — не демоническая, а зачарованная. Такими пользовались до изобретения Махиру Хиирагу демонического оружия. Рядом стоял широкий резной деревянный стола. Все вещи, что лежали там, были аккуратно сложены: куски пергамента в стопке, приоткрытая шкатулка с разнообразными лентами, выложенными по цветам, и несколько книг: «Библия», «Значения мужских имён» и какая-то книга, название которой то ли оторвалось, то ли было отрезано. «Светлячок»? В углу стола стояла рамка. Дрожащей рукой взяв её, Амайа поднесла её к своему мечу, дабы осветить. Внутри находился портрет какой-то женщины. Нет, не портрет, а фотография. Крайне необычно для вампира. Женщина была явно японкой, причем, невероятно красивой. Она была молодой — явно не старше двадцати пяти. Несмотря на типичный для японцев разрез, глаза её были крайне необычными — светлыми, даже, кажется, светло-зелёными. Приглядевшись, Амайа заметила, что её волосы… Были рыжими. Тёмно-рыжими. Совсем как у Амайи. Мысль пронзила её разум, словно стрела.       — Мама?.. — сдавленно прошептала она, проводя большим пальцем по стеклу, отделяющему её от фото женщины, и оставляя там кровавый отпечаток.       Её губы задрожали, а из глаз полились слёзы. Меч пару раз мигнул, словно уже заждавшись, когда его заберут. Быстрым движением вытерев мокрые щеки, Амайа положила рамку на место и протянула руку к клинку. У самой рукояти она застыла в нерешительности. Сумеет ли она сбежать, даже имея при себе демоническое оружие? Ведь на пути у неё стоят как минимум четверо основателей! Её терзали сомнения. Но всё же, отступать уже поздно. Резко выдохнув, она схватила меч.

***

      — А… Аюми? — Амайа закрывала лицо от слепящего света. Босые ноги ей приятно ласкала колышущаяся трава. Неясная фигура с развивающимися кроваво-красными волосами радостно ойкнула.       — Ну наконец-то! — демон схватила её за руку. — Наконец-то ты меня нашла! А это значит, что пришло время встряхнуться!       — Что ты имеешь в виду?       — Как что? Тебе пора оттуда выбираться, вот что! А раз уж мы теперь можем не бояться, что ты невзначай помрёшь от моего воздействия на твою кровососущую половину, то оторвёмся по полной! Представь, столько жизней ты отнимешь при помощи меня! Сколько крови прольёшь! Ох, от одной только мысли слюнки текут.       — Аюми, ты чего? Ты без меня тут совсем одичала, что ли? — она одёрнула руку и нахмурилась. — Будешь себя так вести — я тебя не освобожу. В таком состоянии ты опасна.       — Ты хоть знаешь, сколько времени я тут торчу?! Пока до тебя доходило, что нужно сделать и куда идти, я ж тут едва с голода не померла! Помираю до сих пор! Это ты думаешь, что всего-ничего прошло, но на самом-то деле…! Ох, глупые подростки со своими глупыми закидонами! Совсем как моя сестра!       — Твоя сестра? Ты опять про сестру заговорила!       — Чего? Ты о чем? Я ничего не… — она задумалась. — Не помню. Неважно. Я просто хотела сказать, чтобы ты не боялась использовать мою силу по максимуму! Уж поверь мне, ни один вампир со мной и рядом не стоит!       — Ты себя переоцениваешь, Аюми.       — Да? Ну посмотрим, что ты скажешь, когда очнёшься, глупая половинчатая девчонка!

***

      Рукоять клеймора приятно теплела в руке. Боль постепенно слабела, пока не исчезла вовсе, а вместе с ней — и сквозные дыры в руке. Амайа шумно выдохнула, ощущая, как сила вновь наполняет ее тело. Пусть это и была сила совсем другого рода и ощущалась она иначе, это всё равно была её единственная возможность сбежать. Размяв плечи, Амайа обратилась к клинку:       — Ну что, Аюми, готова? Одолжи мне свою силу, дабы сокрушить врагов!