Только моя

- Что тебе сделать поесть? – Обратилась Марьятта к дочери. Тарья подошла к окну, взглянула на ухоженный дворик. - Если честно, то я не голодна. - Нет, так не пойдет, моя дорогая. В твоем возрасте необходимо хорошо питаться! – Женщина усадила певицу за стол. – Тем более, такой стресс пережила! Ну-ка, что у нас тут есть… Тарья невольно усмехнулась: с каждым её приездом мама ворчала, что дочь слишком худая. Марьятта поставила на стол тарелку с оладьями. - Вот, давай-ка кушай. – Она хотела сесть напротив, но тот час же встала. - Надо чаю поставить. Не желая обижать мать, Тарья съела одну оладку, и почувствовала, насколько голодна. Пожилая женщина с одобрением наблюдала за тем, как оладьи постепенно исчезают с тарелки. - Ну вот, совсем другое дело. – Улыбнулась она, пододвигая певице кружку с чаем и печенье. - Мам, ты меня закормишь. – Засмеялась Тарья. - Ничего-ничего, тебе полезно. – Она взглянула на дочь. Материнский взгляд подмечал её легкую нервозность, синяки под глазами, оттенок отчаянья в зеленых глазах. – Бедная ты моя, и за что это все? - Знаешь, у меня такое чувство, словно ничего и произошло. Словно он уехал и скоро вернется. - Тарья сделала глоток. – Хочется сесть одной, где-нибудь подальше от всех, и ждать, ждать, ждать. Марьятта сочувствующее глядела на неё, не зная, что можно сказать. - Да и вообще, все не так уж плохо. – Певица нервно улыбнулась. – Я же ведь жива. - Вот именно, родная, вот именно… - У меня иногда появляется такое чувство, словно за мной следят. – Внезапно громко произнесла Тарья. – Словно кто-то смотрит, наблюдает за мной, пытается отыскать. Боже, это сводит меня с ума! - Доченька! – Марьятта бросилась к разрыдавшейся женщине. – Ну что ты говоришь, кто за тобой может следить? И тот час же осеклась, вспомнив о так и не пойманном убийце. Она обняла дочь. - Не бойся, Тарья, мы рядом. Никто не посмеет причинить тебе вред, поверь! Певица лишь крепче обняла мать. Ближе к вечеру, когда Тарья успокоилась, в зал, где она сидела, зашел Тео. - Дочь, не дело так сидеть постоянно дома. – Он подошел к ней. – Пойдем-ка прогуляемся. - Пап, если честно… - Не бойся, я никому не дам тебя обидеть. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. А потом Тарья закрыла книгу, которую пыталась читать. - Хорошо, пойдем. Только мама идет с нами! – Она улыбнулась. - Отлично! Марьятта, слышала? – Он крикнул жене, а потом снова обратился к Тарье: - Тогда иди собирайся. Через полчаса Тарья и её родители уже гуляли по улочкам Китеэ. Марьятта и Тео о чем-то переговаривались, смеясь, а Тарья шла на пару шагов впереди. На неё нахлынули воспоминания. Вот тут она упала, когда каталась с ребятами на велосипедах, разбив коленку. Вот на то дерево она, Софи и Анни любили залазить, прячась в густой тени листьев. А в этом парке она раз гуляла с Туомасом. Как же она хотела сейчас увидеть всех! Хотя бы просто поздороваться, спросить, как дела. Тарья вздохнула. Казалось, что весь мир сейчас отвернулся от нее. Даже прохожие не узнавали её, как это было раньше. И от этого в душе у неё словно поселились холодное отчаянье и одиночество. - Ну что, пойдем назад? – Услышала она голос матери. - Да. – Тихо ответила Тарья, еще раз взглянув на парк. Высокие деревья, казалось, машут, пытаясь сказать, что сочувствуют ей. - О чем задумалась? – Спросил Тео, проследив направление взгляда женщины. - Как хорошо было бы уйти и никогда не возвращаться. – Вырвалось у Тарьи. – Чтобы уже ничто не могло разлучить меня с Марсело. - О боги, доченька, ты что?! – Ошеломленно воскликнула Марьятта. – Ты что такое говоришь? - Я просто хочу побыть одна. - Ну уж нет. – Тео взял дочь за руку. – Теперь тебе точно нельзя оставаться одной. Пойдем домой, ты уже замерзать стала. Тарья кивнула и, бросив последний взгляд на парк, пошла вместе с родителями в сторону дома.