Повинуясь зову

Вивьен была уверена, что после всех этих «открытий» ее ожидает бессонная ночь. Она откинулась на подушку и уставилась в потолок. Перед глазами мелькали события сегодняшнего вечера, а в ушах все гудел хрипловатый голос Хейла-старшего. «Я назову тебе его имя», – повторял он. А как только девушка прикрыла веки, картина произошедшего начала вырисовываться четче, и она вновь ощутила горячее дыхание Питера у своего уха. – Эннис, – вкрадчиво прошептал он, и имя эхом отозвалось в ее голове. Она ждала продолжения, но мужчина не стал называть фамилию, или рассказывать, кто такой этот «Эннис» и почему он напал на Мередит. На устах его играла коварная улыбка: он выполнил свою часть сделки – назвал ей имя. Вивьен чувствовала себя одураченной. Все ее вопросы так и остались без ответов, к тому же к ним добавились новые. Откуда Хейлу известно о случившемся? Почему он пришел именно в тот день, когда ей открылась истинная причина смерти мамы? Неужели хитрый волчара следил за ней? Эта мысль показалась девушке безумной, и она тотчас отбросила ее. Она была так одержима идеей узнать об убийце матери, что даже не поинтересовалась, зачем ему понадобились ее воспоминания. Впрочем, внутреннее чутье подсказывало ей, что Хейл-старший был одним из тех людей, которые не рассказывают о чем-либо, если это не выгодно для них самих. Но больше всего ее тревожило то, что имя, названное Питером, вполне могло оказаться не настоящим. У нее не было возможности подтвердить или опровергнуть его слова, а сам оборотень был крайне немногословен, особенно после того, как «залез ей в голову». Вивьен не могла определить: напугало его увиденное или же обрадовало. Вервольф был подозрительно тих, и лишь перед уходом, он склонился над ней и тихо прошептал имя, будто опасаясь, что кто-то может их подслушать, а потом протянул маленький полиэтиленовый мешочек с коричнево-сиреневым порошком. – Это мой подарок тебе на день рождения, – сказал он тогда, и улыбнулся почти искренне. – Я знаю, что он наступит только послезавтра и, что дарить подарки заранее – плохая примета, но другого удобного случая может и не представиться. – Что это? – взяв «подарок» и повертев его в руках, спросила Вивьен. Но это было далеко не единственное, что она хотела бы знать. – Аконит, – спокойно произнес Питер. Девушка удивленно подняла на него глаза. Эта фраза породила в ее голове множество новых недоуменных вопросов. – Насколько я помню, аконит – ядовитое растение, – растерянно проговорила она, приподняв одну бровь, а затем добавила: – особенно для оборотней, если верить словам Дерека. – Так и есть, – согласился Хейл-старший и на несколько секунд замолчал. – История его возникновения полнится мифами и легендами, – заговорил он в своей ленивой манере. – Я не буду утомлять тебя их пересказом, в конце концов мы живем в двадцать первом веке, и всю нужную информацию ты можешь найти во Всемирной паутине. Но хотелось бы отметить, что существует около трехсот видов аконита, – промолвил он таким внушительным тоном, что Вивьен на миг померещилось, что она очутилась на лекции «Оборотневеденья» у всезнающего профессора Хейла. А тем временем вервольф продолжал: – Каждый из них обладает своими уникальными свойствами: одни используются в народной медицине и способны лечить инфекционные заболевания, другие же токсичны и могут вызвать паралич, галлюцинации или вовсе убить… – окончив свое повествование, рассказчик пристально посмотрел ей в глаза. – И к какому виду относится этот? – спросила девушка, с некоторым опасением. – К в меру опасному, – иронично ответил мужчина. – Главное добавлять в нужных дозах, и держать пакет закрытым. – Добавлять куда? – она оторвала взгляд от прозрачного мешочка и с удивлением уставилась на Питера. – В выпивку конечно же, – заявил он таким тоном, словно это было самое разумное объяснение, но заметив непонимание на лице Вивьен, пояснил: – Дорогая, у тебя день рождение на носу! Ты должна хорошенько отдохнуть и отвлечься от всего происходящего. Порошок замедлит все регенеративные процессы оборотня и алкоголь будет воздействовать на тебя как на обычного человека. Волчица было открыла рот, намереваясь ответить, но оборотень не дал ей такой возможности. – Вреда не будет. Ну, кроме того, что может принести алкоголь, – слащаво улыбнулся старый волк. – Это я говорю тебе, как человек с пристрастием к бурбону. Доверься дядюшке Питеру в этом вопросе, – заговорил он о себе в третьем лице и мягко положил ладонь девушке на плечо. А Вивьен в свою очередь задумалась – не под воздействием ли «бурбона» он сейчас? К сожалению, выяснить это ей так и не удалось. Вервольф, посчитав, что сказал все, что нужно, развернулся и ушел. Как только входная дверь захлопнулась за странным гостем, Вивьен вернулась к реальности и сразу же почувствовала, что ее клонит в сон. Она сомкнула отяжелевшие веки и погрузилась в глубокий сон. Ей снова снился Бейкинхиллский лес, по крайней мере Стилински так думала, пока не поняла, что видит собственные воспоминания. Должно быть, из-за вмешательства Питера в ее подсознание. Она словно наблюдала за всем происходящим со стороны: вот среди деревьев мелькнула темная шевелюра омеги – женщина гналась за кем-то, и Вивьен бежала следом, стараясь не отставать. Молодая волчица не могла рассмотреть ни лица незнакомки, ни того, за кем велась погоня. Под ее ногами с сухим треском ломались тонкие ветки, шуршали жухлые листья. Она бежала так быстро, как только могла, но все равно отставала на шаг от незнакомой волчицы. Преследование жертвы продолжалось, они загоняли ее, словно хищники свою добычу. И в конце концов беглец выдохся. Расстояние между ними начало сокращаться. Вивьен отчетливо слышала отчаянный стук сердца жертвы, а когда до нее осталось метра два, та обернулась, и девушку охватил холодный ужас. Перед ней стояла Кларисса Смит, та самая женщина, которая была убита в лесу. Вивьен вздрогнула и проснулась, рывком садясь в постели и судорожно хватая ртом воздух. Ночная рубашка неприятно липла к телу от пота. Страх длинным кинжалом засел в сердце, а в голове билась только одна мысль: «Неужели она действительно причастна к убийству этой женщины?!» Ужас медленно заполнял ее сознание, и наконец, увиденное встало перед ее глазами во всей своей страшной непоправимости. К горлу подступила тошнота, и она быстро побежала в ванную. По дороге к раковине, ее посетила новая беспокойная мысль: «Питер. Он видел ее воспоминания».

***

«Стайлз. Где Стайлз? Мне срочно нужен Стайлз», – твердила она себе, цепляясь за имя брата, как за спасательный круг. Ей просто жизненно необходимо было поговорить с ним, но дозвониться до него не получалось. Войдя в школьный коридор, девушка остановилась возле своего шкафчика и принялась вглядываться в толпу подростков, выискивая знакомую худощавую фигуру. В другом конце коридора она заметила белую шевелюру Эрики и невольно отыскала взглядом Айзека. Парень оказался рядом с блондинкой, вот только смотрел куда-то в другую сторону. Проследив за его взором, Вивьен увидела Эллисон, как всегда мило беседующую со Скоттом. «МакКол», – мелькнула короткая мысль, и она уверенным шагом направилась к этой парочке. Уж он-то точно должен знать, где сейчас Стайлз. – Привет, – стараясь говорить как можно дружелюбнее, произнесла волчица. Но молодой вервольф тут же уловил ее волнение и напрягся. – Скотт, можно тебя на минутку? – спросила она, натягивая улыбку, и не отрывая взгляда от удивленного лица охотницы. МакКол замер на мгновение, моргнул пару раз, пытаясь понять, что же могло произойти, но потом утвердительно кивнул, и бросив своей подружке что-то вроде «я скоро», отошел в сторону. – Что-то случилось? – в его голосе явственно слышались беспокойные нотки. В этом был весь он – переживающий за всех и каждого, готовый прийти на помощь в любую минуту, даже если придется поступиться собственными интересами. Эти качества Вивьен очень ценила в нем. Скотт был ей как брат, она доверяла ему, но все-таки сейчас ей нужна была помощь другого подростка. Такой информацией она могла поделиться только с Стайлзом. – Нет, все в порядке, – соврала девушка, продолжая широко улыбаться; со стороны это, наверное, выглядело странно и неуместно. – Просто не могу найти Стайлза. Ты не знаешь где он? Конечно, если бы она запомнила расписание брата, ей не пришлось бы задавать этот вопрос. Но ей было известно лишь то, что сейчас у нее урок рисования, и гиперактивный подросток его точно не посещает. – Посмотри в кабинете информатики, у него там урок, – посоветовал МакКол. – Спасибо, – искренне отозвалась Вивьен, срываясь с места. Юный оборотень в некотором замешательство постоял несколько секунд, глядя вслед удаляющейся девушке, а затем вернулся к своей возлюбленной. Преодолев лестницу в несколько прыжков, Вивьен помчалась со всех ног по коридору, и уже через секунд десять стояла у нужной двери. Заглянув в кабинет, она сразу же заметила бледного юношу с темными взъерошенными волосами. – Стайлз, – девушка тихо окликнула брата, но тот не услышал, поэтому ей пришлось позвать его громче: – Стайлз! Заслышав свое имя, парень обернулся и, изумленно подняв брови, уставился на сестру, словно спрашивая: «Какими судьбами?» – Иди сюда, – нахмурившись, она махнула рукой, подзывая его к себе. Быстро подорвавшись со стула, Стилински размашистым шагом пересек кабинет и остановился возле нее. – Мне нужно тебе кое-что рассказать, – сходу начала Вивьен, не дав брату даже заговорить; тот открыл рот, но тут же закрыл его обратно. – И нам лучше найти более уединенное место, где мы поговорим без лишних свидетелей. К ее удивлению, юноша быстро согласился, даже не задавая лишних вопросов. А ей-то всегда казалось, что Стайлз и вопросы – вещи неразделимые. Укромным местом для них стала женская раздевалка. По-видимому, в этот день физкультуры ни у кого не было первым уроком. – Ну, так и о чем ты хотела поговорить? – не выдержал наконец Стилински. – А то знаешь, вся эта скрытность, – он широко развел руками, – заставляет немного напрячься. Это же не касается чьей-то смерти? Стайлз смотрел на нее поджав губы и подозрительно прищурив глаза, и Вивьен невольно тяжело сглотнула. Имелся у него такой талант: ляпнуть случайно какую-то ерунду, и обязательно попасть точно в яблочко. – Ты кого-то убила? – заверещал подросток, проследив за реакцией сестры, и схватился руками за голову. – Я не уверена, – виновато призналась та. – Ты не уверена?! – изумленно переспросил он. – Я понимаю, когда ты сомневаешься в том, что тебе надеть на свидание, или какой цвет к лицу, но как можно быть не уверенной в том, что ты кого-то убила? – его голос начал срываться на высокие нотки. – Я вспомнила ночь, когда была убита Кларисса Смит, – без выражения проговорила Вивьен, глядя куда-то в пространство. – Но не всю ночь, только ее часть. – И что же тогда произошло? – осторожно поинтересовался Стайлз, различив боль в голосе сестры. Этот вопрос давно уже не давал ему покоя. – Я была там. Я видела их – Клариссу и омегу, – прерывисто начала она. – Мы гнались за ней. А потом… – она замолчала, проматывая в своей голове обрывки воспоминаний. – А потом? – вопросительно протянул непоседливый Стилински, сгорая от нетерпения узнать, что же было дальше. – Потом я проснулась, – растерянно ответила девушка, подняв на брата взгляд. – И все? – разочарованно разведя руками, подросток с нескрываемым удивлением посмотрел на нее. Но потом его лицо смягчилось, и он по-доброму сказал: – Это вообще ничего не значит. Однако эти слова не убедили волчицу, и тогда Стайлз, встав напротив зеркала, подозвал ее к себе: – Подойди сюда. Хочу показать тебе кое-что. Заинтересованно смотря на брата, Вивьен медленной поступью приблизилась к нему и встала рядом. – Посмотри на себя, – он указал на отражение в зеркале. – Да волчьим зрением, дурёха! Девушка послушно выполнила его указания: глаза засверкали желтыми огоньками, но она все еще не понимала, что пытается донести до нее Стайлз. – Твои глаза, – подсказал Стилински, – они янтарного цвета. – Точно, – согласилась Вивьен, и ее лицо расплылось в счастливо-глуповатой улыбке. И почему она сама не подумала об этом раньше? Эх, все же хорошо иметь такого брата, как Стайлз.