Mourir pour toi

Когда я успела заснуть? Я открыла глаза и, с каким-то приятным покалыванием в шее, осознала, что все еще лежу на подушке Сейджуро Акаши. Солнце уже спускалось за горизонт, и яркие цвета за окном холодели, покрывались волнующей вечерней дымкой. Мы ехали по широкой дороге мимо казавшихся бескрайними зеленых полей, и я, признаться, отчаянно пыталась удержать свои мысли от полета в детскую фантазию о совершенном мире и волшебной сказке, что всегда вокруг нас. Акаши одной рукой держался за руль, а вторую беззаботно высунул из окна. Кондиционер уже не работал, достаточно было открытых окон, чтобы летняя прохлада окутала салон машины. Мне почему-то было так тепло и уютно, что даже хотелось, чтобы эта дорога никогда не заканчивалась. Я чувствовала себя прекрасно – мучительную боль сняло, как рукой, и это превратилось в кошмар, о котором не стоило вспоминать. Мне хотелось заговорить с ним, услышать его голос, но я не решалась. Капитан Поколения чудес сейчас выглядел настолько очаровательным, что я даже собственным дыханием боялась спугнуть этот образ. Интересно, сколько времени уже прошло? На его лице ни капли усталости. В отличие от Реты, который хоть и был отличным водителем, но вел машину весьма сосредоточенно, Акаши казался совершенно расслабленным – дорога его будто не волновала. Но это не мешало ему оставаться по-своему гордым. Как странно… Он так близко ко мне, сильный, красивый, властный, и я не чувствую ни желания, ни всплеска похоти. Мне не хочется представлять его рядом со мной в постели, гораздо волнующим будет обыденное воспоминание об этой поездке. Впервые я испытываю подобные чувства… - Проснулась? Поток моих размышлений прервал его голос. Видимо почувствовал, что я уже около 15 минут бессовестно разглядываю его затылок. Скорее инстинктивно, чем по собственной воле, я села, продолжая сжимать в руках его подушку. - Я долго спала? – спросила я, изо всех сил пытаясь сдержать детский восторг от того, что Акаши сам заговорил со мной. - Мы приедем минут через сорок, – бросил он. И на этом разговор был окончен. На меня внезапно надавило ощущение того, что я не имею права задавать ему вопросы, а у него нет никакого желания на них отвечать. Я достала из кармана телефон, и с удивлением обнаружила, что он стоит на беззвучном режиме. Видимо это сделал Рета, когда мы были еще дома. Кстати, от него было несколько сообщений, в каждом из которых он интересовался моим самочувствием и жаловался на то, что Дайки в дороге просто невыносим. В последнем сообщении он попросил меня перезвонить, как только проснусь. Значит, знал, что я спала. Я снова невольно подняла глаза на Акаши, но постаралась тут же отвести взгляд, сама не знаю почему. Позвонив Рете, я выслушала гневную тираду о том, какой Дайки неблагодарный идиот, фоном звучали комментарии аса о том, что Рета – сахарная барышня, которая только и способна на то, чтобы фигурой перед камерами крутить. Их перепалка меня развеселила хотя бы потому, что подтверждала – начало распада Поколения чудес положено. На секунду мне показалось, что эта мысль иглой кольнула мое сердце, но, глубоко вдохнув, я не почувствовала ничего подобного. Наконец, Рета сообщил мне, что скоро мы будем на месте, а потом, пробурчав что-то о том, что хочет скорее выйти из машины, сбросил вызов. Мне правда было весело – от перепалки Дайки и Реты, от осознания того, что вскоре я окажусь на побережье, от того, что я все еще крепко сжимаю в руках подушку Акаши Сейджуро и моя футболка, кажется, насквозь пропиталась его запахом. Остаток пути мы ехали молча. Я смотрела в окно, Акаши – на дорогу. Когда на горизонте показалось море, я даже подскочила на месте от нахлынувшего восторга: все как-будто происходило не со мной. Вскоре мы подъехали к внушительных размеров двухэтажному особняку, который напомнил мне скорее гостиницу, чем дом. Колонны здания освещались ночниками, и вся прилегающая территория была осыпана ими, словно звездами. Я не хотела сейчас особо всматриваться в пейзажи – у меня будет еще масса времени, а вот когда машина начала сбавлять скорость, на меня нахлынуло уныние. Акаши припарковал машину у гаража. Как только он вышел, мне сразу стало не по себе – наверное, шанса вот так просто побыть рядом с ним у меня не будет еще очень долго, а мне безумно этого хотелось. Куда-то исчезли чувства покоя и защищенности, и вместо них нахлынуло волнение. Я вышла из машины и полной грудью вдохнула прохладный воздух. Пахло фиалками и морем, но вместо того, чтобы наслаждаться этими запахами, я опустила голову, чтобы слышать запах своей футболки. Акаши открыл багажник и достал оттуда большую спортивную сумку и несколько пакетов. Судя по тому, что никто не вышел ему на встречу – мы в этом доме были одни, а остальные участники команды еще не приехали. - Можешь взять этот пакет? Он не тяжелый, – он обратился ко мне, протягивая небольшой пакет, и я беззвучно приняла его, почему-то не найдя в себе решимости ответить хотя бы «хорошо». Акаши закрыл багажник, и мы направились к дому. Достав из кармана ключи, он открыл дверь и пропустил меня вперед. Мне почему-то было неловко. Я неуверенно сделала шаг в полумрак, и мое сердце, кажется, готово было разорваться от восторга. Даже в отсутствие освещения холл дома был прекрасным: натертый паркет, роскошная люстра, французские окна, через которые открывался вид на сияющий огнями сад, минимум мебели и завораживающая свобода действий. Хозяин молча включил свет и прошел мимо меня, бросив «Выберешь комнату на втором этаже». Видимо, только после этих слов я пришла в себя. - Куда поставить пакет? – промямлила я, с трудом узнавая свой голос. - На кухню. Иди за мной. Пройдя несколько коридоров, мы оказались на кухне. Акаши не стал включать свет, и мы просто поставили пакеты на столешницу – мне, признаться, было совершенно неинтересно, что именно в них находится. Капитан Поколения чудес стоял так близко, что все иное просто не имело значения. Нет, это было не возбуждение, а волнение – чувство, которое я уже давно не испытывала рядом с мужчинами. За окном послышался шум – подъехала еще одна машина. Акаши поспешил встречать товарищей по команде, а я стояла на месте, как вкопанная, и не знала, что делать дальше. Со мной, или же в моей жизни, происходило что-то странное, и я не могла узнать саму себя. Первое впечатление меня не обмануло – Акаши Сейджуро действительно стал петлей на моей шее, но я не думала, что она сдавит меня так сильно. Не время витать в романтических и несбыточных фантазиях – нужно собраться. Сделав установку собственному сознанию, я последовала за Акаши. К дому уже подходили Мидорима и Мурасакибара со спортивными сумками на плечах. У Ацуши во рту конфета, а его взгляд, как всегда, полон безразличия. Мидорима же тактичен и беспристрастен, но даже поинтересовался моим самочувствием. Акаши направился вместе с ними наверх, что-то рассказывая Мурасакибаре, а тот лишь кивал в ответ. Забавная компания. Я осталась стоять на пороге. В голову начали лезть ненужные мысли о том, действительно ли я хочу разрушить команду Поколения чудес, и какой в этом вообще смысл. Тайга даже не пытался найти меня, а стоит ли испытывать какие-то чувства, пусть даже и мести, к человеку, продемонстрировавшему полное безразличие? Мои размышления прервал звук подъезжающей машины – наконец-то Рета и Дайки. К моему удивлению, они оба молча вышли из машины, забрали сумки и поспешили к дому. В руках Реты я заметила и свои вещи. Дайки шел впереди и, поравнявшись со мной, одарил меня недвусмысленным взглядом собственника, что дало мне понять – в пути они с Ретой разругались окончательно. - Кайри, с тобой все в порядке? – Рета обнял меня одной рукой и притянул к себе. - Да, все хорошо. Поблагодари Акаши за меня, – тихо произнесла я, запуская руки в его мягкие волосы. - Непременно, – он немного отстранился и, улыбнувшись, поцеловал меня. Короткий и мягкий поцелуй пробудил во мне жажду. Для меня это был только способ вернуться из меланхоличной дымки, понять для чего я вообще здесь. Может, я просто ищу себе оправдания? Рета взял меня за руку, и мы вместе вошли в дом. Мы сразу же поднялись на второй этаж. В коридоре стоял Акаши, судя по всему, размещая своих товарищей по комнатам. Рядом с ним, у двери одной из комнат, стоял Аомине. Он намеренно не спешил открыть дверь, бросая косые взгляды то на меня, то на Рету. - Кисе, надеюсь, ты не рассчитывал, что будешь жить в одной комнате со своей девушкой, – жестко проговорил Акаши, от чего Рета крепче сжал мою руку, а на губах Дайки я увидела хищную ухмылку. – Твои отношения не должны сказываться на тренировке, не забывай об этом условии. Наверное, я даже не удивилась, что наши с Ретой комнаты оказались в разных частях коридора, хотя в самом начале Акаши говорил мне, что я могу выбрать комнату самостоятельно. Но видимо спорить бесполезно, если даже Рета смирился. Гораздо более шокирующим был тот факт, что моя комната располагалась напротив спальни Дайки, и я не смогла сразу определиться, как среагировать на этот факт. Рета занес мою сумку в комнату и поспешил удалиться. Видимо, Акаши имел над ним сильную власть. Мы получили четкие указания о том, что через полчаса мы спускаемся вниз готовить ужин. Оставшись в полном одиночестве, я закрыла двери своей комнаты и, не глядя по сторонам, упала на кровать, уткнувшись носом в подушку. Мне правда весело, интересно и волнительно – таких эмоций я всегда хотела, но меня, как дрессированного пса, натаскали на одно – разрушать команды. Большего я не умею… Как бы я не противилась, я снова и снова прихожу к этому, сколько бы волшебных эмоций я не испытывала рядом с игроками. Я видела их сплоченность, дружбу, совместные стремления, я проникалась их желаниями, а потом все портила. Я всегда все порчу, пропитывая дружбу и любовь гнилью и похотью. По-другому не могу, не способна. Я это знаю. Хочется плакать, но я сдерживаюсь – просто от своей сущности не сбежать, и мне пора уже смириться.