Mourir pour toi

Наверное, я уже очень давно не смеялась настолько долго. Мы с Ретой словно дети баловались под теплыми струями душа: бросались губками, набирали в ладони воды и обрызгивали друг друга, волшебным образом сохраняя отличную координацию. Веселье и нежность накатывали приливами, и я то шутливо отталкивала его в сторону, то притягивала к себе, мягко целуя немного припухшие от ласк губы. И это все казалось настолько естественным и обычным, что останавливаться просто не хотелось. Когда у меня уже заболела челюсть от улыбки, я выключила воду и, оставив короткий поцелуй на плече Реты, произнесла: - Ну, хватит на сегодня. Мы вышли из кабины и начали вытираться. Рета обхватил меня полотенцем и притянул к себе. От его улыбки сердце, казалось, стучало быстрее. Он так беззаботно открывается мне, хотя с момента нашей последней встречи прошел не один год, хотя я рассталась с ним, толком не объяснив причину. Сейчас все это для него будто потеряло значение – он ни о чем не спрашивал, и я была ему благодарна. Мне ведь нужно не так много, всего лишь ощущать эту призрачную иллюзию счастья, лелеять в душе робкую надежду, что когда-нибудь я все-таки смогу спастись. Мы целовались, и я самозабвенно отдавалась в его власть, обняв его за шею. Я не хочу больше разрушать команды, не хочу идти на поводу чьих-то желаний, почему просто не могу оставить все так, как есть сейчас? - Можно я останусь с тобой? – шепотом спросил Рета, потеревшись носом о мой. - Хочешь неприятностей от капитана? – улыбаюсь я, отстраняясь от него и натягивая белье и пижаму. - Чему быть, того не миновать, – он пожал плечами и тоже принялся одеваться. – Завтра утром решим, какие у нас будут неприятности. Акаши, видимо, решил унизить Аомине по полной, иначе не взял бы тебя в команду. Ну конечно – что может быть прекраснее чувства превосходства. Акаши выиграет и жестко поставит Аомине на место одной фразой «Ты проиграл девушке». Эта мысль меня почему-то порадовала, я с удовольствием разделю этот триумф. - Я не собиралась принимать участие в ваших тренировках, – бесстрастно проговорила я, хотя душа моя ликовала, предвкушая еще одну победу над Дайки. - Да ладно тебе, это всего лишь игра. Предоставь все Акаши – он все равно выиграет, – в этом я даже без слов Реты не сомневалась. Мы выходили из ванной держась за руки и весело обсуждали предстоящую игру. Внезапно, я почувствовала на себе испепеляющий взгляд – прямо по коридору стоял Дайки. На нем были лишь шорты, через плечо перекинуто полотенце, а в руках сумка с душевыми принадлежностями. От его взгляда по коже пробежали мурашки, но Рета, кажется, этого не заметил. - Какого черта вы там делали? – сквозь зубы процедил Дайки. Причина его гнева была мне вполне ясна, вот только логическому обоснованию не поддавалась. Злился потому что я с Ретой? Но ведь мы друг другу ничего не обещали. Это было забавно. – Это вообще-то общая ванная! - Не волнуйся, мы все за собой убрали, – я опередила реплику Реты, но мой ответ ему несомненно понравился. Он утвердительно кивнул и широко улыбнулся. Дайки же, казалось, просто вспыхнул от гнева. Похоже мне не поздоровится. И эта мысль была чертовски привлекательна. Нет, не могу остановиться… Не могу принадлежать только Рете, хочу большего, хочу быть полностью затянутой в вихрь этих страстей, даже ценой собственной жизни. В мире нет ничего прекраснее, чем чувство обожания и желания подчинить, исходящее от нескольких сильных мужчин сразу. Пройдя мимо друг друга, мы с Дайки встретились взглядами. Внутри все перевернулось, и тело снова охватил жар – в голове одна за другой возникали картинки того, как он в гневе разрывает легкую ткань моей кофты… Черт, слишком опасно. - Спокойной ночи, – шепчет Рета, остановившись у моей двери. – До завтра! – он целует меня в висок, и я инстинктивно тянусь к нему, хотя мысли уже где-то далеко, рядом с его диким товарищем. - До завтра… - не спрашиваю, во сколько по их графику подъем. Знаю только, что в восемь я уже должна приготовить завтрак, а в девять мы сыграем на часы сна. Утро обещает быть напряженным. Перед тем, как закрыть дверь на замок, несколько секунд наблюдаю за дверью в ванную. Кажется Аомине настолько зол, что сегодня не решится даже подойти ко мне. Наверняка захочет игнорировать меня. Эта мысль меня веселила. Завтра я докажу ему, что хоть он и пытается быть сильным, ему нечего противопоставить мне. Я засыпала, чувствуя себя весьма довольной. Роскошная комната, мягкая кровать, приятное на ощупь одеяло и волшебное чувство предвкушения – что еще мне было нужно? У всего в этом мире есть своя цена и есть две стороны: я ненавидела то, что делала, но и любила одновременно. Мне не было смысла отказываться от этих эмоций, пусть они и напрочь лишали меня гордости и какого-то замысловатого общественного статуса. Какая бы девушка не мечтала оказаться на моем месте? Просто в отличие от них мне хватило на это смелости. Да, это больно и порой унизительно, противно и жалко, но все эти чувства сейчас лежали на чаше весов с неповторимыми ощущениями близости к пяти гениям Поколения чудес. Кажется, цена равноценна.

***

Я проснулась даже раньше, чем планировала. Так приятно было просто полежать в постели, наслаждаясь лучами солнца и пробивающимся в окно морским запахом. Полная бодрости, я быстро умылась, одела короткие черные лосины и свободную майку мятного цвета, аккуратно уложенные в сумку предусмотрительным Ретой. Он действительно собрал все самые необходимые вещи. В доме никого не было, хотя на часах было около семи утра. Видимо, тренировка у парней началась с рассветом. С приготовлением завтрака я справилась без особых проблем, мне это даже понравилось – готовить для Поколения чудес. В общем, мое настроение было великолепным, а кончики пальцев словно покалывало тонкими иглами – предчувствие, что скоро придется играть в баскетбол. Ребята вошли в дом в половину восьмого, запыхавшиеся, растрепанные, но еще не уставшие. Из тихой брани Дайки и мученических замечаний Реты я поняла, что Акаши устроил им утренний забег по берегу, что, как известно, занятие не из легких, зато отлично тренировало выносливость. Я заранее приготовила каждому по бутылке прохладной воды, что они, кажется, восприняли как должное. Я лично протянула бутылку Мурасакибаре, намеренно коснувшись его руки: - Как палец? Не болит? – улыбнулась я. Он не спешил убрать руку, словно привыкая или пробуя на ощупь мое прикосновение. Неужели хоть какой-то прогресс? Хотя мне уже начинает казаться, что с ним и Мидоримой контакт наладить вообще невозможно. - Уже нет. Спасибо за беспокойство, – вяло пробормотал Мурасакибара, наконец забирая бутылку и выпивая ее содержимое большими глотками. Во время завтрака Акаши анонсировал расписание на день. Я после игры была полностью предоставлена себе, только обед и ужин должны быть вовремя на столе. График же парней меня поразил, их тренировки включали и упражнения в воде, и на пляже, и на тренажерах – в моей голове все это перемешалось. Я думала лишь о том, что капитан Поколения чудес настоящий изверг, изнуряющий свою команду жестокими тренировками, а они же просто ходячие машины, если способны справиться с такой нагрузкой. Несколько часов перерыва планировались после обеда, а после снова на площадку. Все это время, как я и думала, Рета не сводил с меня влюбленного взгляда, а Дайки наоборот – упорно игнорировал. Это было настолько по-детски глупо, что мне стоило больших трудов сдержать улыбку. После завтрака Акаши, к моему удивлению, оставил Рету, Дайки и Мидориму мыть посуду, а меня вместе с Мурасакибарой повел на площадку, располагавшуюся на заднем дворе. - Ты, как я понял, умеешь играть, – сухо проговорил он, когда мы пришли на площадку. Он взял мяч из корзины, стоявшей за правым кольцом, и бросил его мне. Пас был достаточно сильным, но я стойко приняла его. - Немного, – я пожала плечами. Почему-то сейчас я не чувствовала трепета перед ним, мы будто стали равны в границах этой площадки. Повертев мяч в руках, я отдала его Мурасакибаре – не хочу сейчас держать его в руках. - Скорее всего Аомине будет настаивать на том, чтобы его команда играла с акцентом на его позицию. Но если на его опеку встану я, то нам будет тяжело остановить Мидориму с его дальними трехочковыми. Поэтому я хочу, чтобы против Аомине вышла ты. Так мы сузим зону нападения - у кольца разберемся мы с Ацуши. Думаю, что Кисе не будет всерьез играть против тебя, так что мы должны победить, – в его речи ни капли восторга или воодушевления: сухо, жестко и целеустремленно, хотя мне все же удалось увидеть на лице Акаши легкий отблеск восторга и предвкушения. Если бы это не приносило ему удовольствия, он не согласился бы разыгрывать этот нелепый матч. Сосредоточенность атмосферы внезапно прервал голос Мурасакибары: - Ака-чин, я тут подумал… Зачем мне играть с тобой и побеждать, если в этом случае я буду спать меньше? Я же на стороне Мине-чина, – сама ситуация и то, как именно произносил слова Мурасакибара, было настолько забавным, что я не удержалась от смеха. Но странно, что до Мурасакибары только дошел этот тонкий нюанс игры. Теперь на его лице вместо безразличия было недоумение, а Акаши, словно вкопанный, смотрел на то, как я смеюсь. - Простите, просто это действительно смешно… - пытаясь успокоиться, проговорила я. Теперь мне захотелось играть еще больше, хотя от пристального взгляда Акаши было не по себе. Он смотрел на меня не так, как обычно, а будто вглядывался в мои черты, будто мой смех заставил его что-то вспомнить. - Ацуши, если мы выиграем, я верну тебе сумку с конфетами, – он едва заметно тряхнул головой, словно сгоняя дымку воспоминаний, и забрал из рук Мурасакибары мяч. – Разминайтесь. Смеяться больше не хотелось. Я смотрела в его спину, лихорадочно ища в голове причину, по которой он так странно посмотрел на меня, но ничего путного не приходило на ум. Мы разминались, стараясь не обращать внимание друг на друга, и я попыталась сосредоточиться на том, как именно буду противостоять Дайки. Мы уже играли единожды, и, кажется, я знаю, что именно нужно делать. Ровно в 9 мы выстроились на площадке и поклонились друг другу в знак приветствия. Рета весело подмигнул мне и шепнул на ухо пожелание удачной игры, а Дайки встал в центр, чтобы прыгнуть за мячом. Эту же позицию занял и Мурасакибара. Мяч подбросил Акаши, и его ловко перехватил Мурасакибара, вновь отдавая пас капитану. Проход, дриблинг, снова проход, двойной шаг и мяч в корзине – Акаши открыл счет, а я старательно пыталась принять его стиль игры. Как это возможно? Как он только что настолько легко обошел Рету и Мидориму, пока Ацуши блокировал Дайки? Вот мяч в руках Кисе, и он сосредоточенно оценивает, кому же его отдать. Если Мидориме, его тут же выбьет Акаши, тогда – Аомине. Дайки хватает мяч, но я преграждаю ему путь и он высокомерно улыбается мне: - Еще раз я не проиграю… - он легко обходит меня и, воспользовавшись тем, что Ацуши у кольца мирно зевнул, забросил мяч. Наверное, когда он обернулся, чтобы победно взглянуть на меня, он не ожидал, что я буду улыбаться. Он хорошо знал эту улыбку, пошлую и возбуждающую, и я с умилением наблюдала за тем, как дернулся его кадык. - Акаши, можешь отдать пас мне, когда рядом будет Аомине? – спросила я капитана, проходящего мимо и, судя по всему, собирающегося отчитать Мурасакибару за беспросветную беспечность. Он коротко кивнул в ответ, а я ликовала в душе, что пусть и не могу продемонстрировать прекрасные навыки игры, зато могу по-другому помочь своей команде одержать победу. Мяч у Акаши, он уверенно ведет его к середине поля и на его опеку выходят Мидорима и Кисе, он, ухмыльнувшись, отдает пас мне и передо мной, словно из воздуха возникает Дайки. Он насторожен и предельно внимателен. Прекрасно, смотри на меня, продолжай смотреть. Стуча мячом о площадку, я внимательно смотрю в его глаза – все-таки нет ничего соблазнительнее запаха его тяжелого парфюма, пусть и едва ощутимого сейчас, и его дикого взгляда. Мои губы растягиваются в улыбке, от чего в глазах Дайки мелькает удивление. Я завожу язык за правую щеку, и двигаю им, не сводя взгляда со своего противника, а после облизываю губы. Он не сводит с меня глаз, губы раскрываются, демонстрируя растерянность своего хозяина, - это мой шанс пройти. Я ловко обхожу его и отдаю пас Акаши, который тут же легко забрасывает трехочковый. А Дайки в это время неподвижно стоит на месте. Мне в глаза бросается то, как он сжимает кулаки так, что белеют костяшки. Два-ноль в мою пользу. - Ты что творишь? Почему пропустил ее? – к Дайки приближался разгневанный Мидорима, а Рета тем временем весело мне подмигнул. Никто не заметил того жеста, который я использовала, чтобы отвлечь внимание аса Поколения чудес. - Молодец, – бросил мне Акаши, и меня охватила чудовищная гордость. Какая разница, честна или нечестная победа – ради нее все способы хороши, не так ли, капитан? Мы лидировали – перед Акаши никто не мог устоять на ногах. Я бы хотела поучиться у него делать столь пробивной прием «ankle break», и может после этой игры у меня будет шанс. Вот мяч снова в моих руках, и озлобленный Дайки ставит за моей спиной блок, чтобы я не смогла увернуться. Чувствую его тяжелое дыхание, жар его тела, возбуждение от игры, но этого мне слишком мало. Рета и Мидорима уже в другой стороне площадки, недалеко от меня только Акаши, готовый в случае необходимости принять пас, но Аомине не дает мне ни шанса. Снова улыбаюсь – будет забавно. Вместо того, чтобы отклониться, прижимаюсь к нему и толкаюсь бедрами к его паху. Секунда, на которую он замер и замешкался, и мяч уже в руках Акаши. - Ты что, не с той ноги встал, Дайки? Тебя же обыгрывает девушка! – Мидорима, кажется, выходит из себя. Не могу сдержать нахлынувший поток удовольствия, а Дайки только злится еще больше. Не лучшие эмоции для игры. Сколько прошло времени? Сколько мячей забросил Акаши? Эта игра воодушевила меня и возбудила. Кажется, я могла бы сыграть еще несколько таких же. Пусть даже теперь на мою опеку вместо Аомине и выходил Рета. Все равно мы выиграли, и милостивый Акаши, вытирая мокрую голову полотенцем, вынес свой приговор: - Я не буду сокращать часы вашего сна. Все, как и было по плану. Но, пусть это будет назиданием – не смейте перечить мне! Жестоко, даже чересчур. Абсолютная власть и абсолютное подчинение – в этом весь Акаши Сейджуро, и меня это уже не пугает, а завораживает. Он не тиран, он просто знает, как правильно и как лучше, и хочет беспрекословно вести свою команду по этому пути. Я им даже завидую… Ребята сидели на теплом асфальте, накинув на головы полотенца и делая большие глотки из своих бутылок. Их еще ждут тренировки, а они уже выглядят такими уставшими. - Хорошая игра, Айри, – бросил Акаши, и меня словно ударило током. «Айри» эхом отдалось в голове и иголкой кольнуло в сердце. Это не мое имя, но почему оно кажется мне таким знакомым? Акаши смотрит на меня в упор, словно наблюдая за моей реакцией. Мне не по себе. - Меня зовут Кайри… - выдавила из себя я, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди. - Прости, ошибся. Нет, не ошибся. Не мог ошибиться. Кто угодно, но только не Акаши Сейджуро. Он назвал меня так намеренно, ожидал какой-то реакции, словно знал обо мне гораздо больше меня самой. Поблагодарив всех за игру, я на ватных ногах направилась в дом. Сказывались и общая усталость от игры, и подозрительное поведение Акаши. Когда я открыла двери свой комнаты, кто-то с силой толкнул меня внутрь. Я едва устояла на ногах, но обернуться не успела. Горячая ладонь, пахнущая потом и пылью, накрыла мой рот, а рука обвила за талию и рывком прижала к напряженному телу. - Что за игру ты затеяла? – шепот на ухо, от которого по телу пробежали мурашки. Я наверное сошла с ума, но мне не страшно. Я ожидала, что Аомине пойдет за мной. – Ты меня бесишь! Расслабляюсь в его руках, давая понять, что не собираюсь кричать или сопротивляться. Завожу руки за спину и обнимаю его, закинув голову на его плечо. Он отпускает меня, но я не двигаюсь, продолжая обнимать его на такой манер. - Я думала, что ты не придешь… - томно выдыхаю я, чувствуя, как по его телу пробегает электрический импульс. Кажется, Дайки, мы с тобой очень похожи – заводимся с пол-оборота. От одной мысли о том, что он злой, возбужденный, мокрый от пота стоит в моей комнате, у меня между ног собирается влага. - Не строй из себя мученицу. Это не я вчера трахался в душе! – шипит он, и я поворачиваюсь к нему, чтобы взглянуть в искрящиеся гневом ультрамариновые глаза. Никакие эмоции не способны испортить его лицо. - Ревнуешь? – улыбаясь, спрашиваю я. - Еще чего! – коротко бросает он, отводя взгляд. Лжет. - Твой гнев возбуждает меня еще больше… - оставляю влажную дорожку из поцелуев на его шее. Его кожа горячая и соленая – волшебный коктейль. Мне все равно. Глажу его грудь, плечи, спину, живот… Ладонь опускается ниже и ложится на возбужденный член. Черт, как же это приятно. – Ты возбудился еще на площадке, правда? Я хотела сделать тебе приятное… - Сейчас сделаешь! Он резко хватает меня за руки и с силой толкает на кровать. Не сопротивляюсь. Хочу. Подчиняюсь. Он легко забирается на кровать, спускает шорты и трусы до колен, и перед моим лицом встает его возбужденный член. Мне не нужно слов, обхватываю его рукой и, откинувшись на подушки, заглатываю сразу целиком. Из губ Дайки вырывается стон, и он обхватывает мою голову руками, не отпускает, не дает пошевелиться, вдохнуть… Наслаждается своим превосходством. Наконец отпускает, и я отчаянно хватаю губами воздух, а он давит мне на затылок, молчаливо приказывая продолжать. Снова беру его член в рот, облизываю головку, прохожусь языком по стволу – его сильный запах бьет в нос, от чего возбуждение нарастает с новой силой. Дайки толкается мне навстречу, задавая собственный ритм, заставляя заглатывать глубже. Он так же, как и Рета, самозабвенно отдается мне, только с ним все это выглядит иначе. Сладкая пытка длится недолго, он резко толкается в мое горло и снова зажимает мою голову руками, не давая пошевелиться. Горячая сперма течет прямо в глотку. Он отпускает меня, и я невольно начинаю кашлять, чувствуя, как на ладонь летят капли его спермы. Дайки быстро встает и одевается. Его взгляд изменился – теперь довольный и снова высокомерный. Он наклоняется ко мне и целует – не могу в это поверить, думала, что он сразу уйдет. - Рядом с тобой становлюсь бешеным… Не контролирую себя… - шепчет он, уткнувшись носом в мою шею, от чего по телу пробегает приятная дрожь. – Я хочу тебя 24 часа в сутки, и меня бесит, что ты принадлежишь кому-то кроме меня. Ты моя! Я так хочу! Он резко встал и быстрым шагом направился к двери. Я не могла найти что сказать, проворачивая в голове его слова. - Разговор на сегодня не окончен. Придумай отговорку для своего принца… Он вышел, закрыв за собой дверь, а я продолжила сидеть на кровати. В голове почему-то не было ни одной мысли, но я улыбалась.