Mourir pour toi

Ранее мне никогда не приходилось присутствовать на игре команды, за разрушение которой я принималась. Я вообще крайне редко посещала игры. Последний раз, кажется, это было еще в университете – тогда я считала своей обязанностью бывать на играх, в которых принимал участие мой парень – легкий форвард университетской сборной, Кисе Рета. Все изменилось: с командой Поколения чудес я стала не ведущей, а ведомой, и это меня ничуть не пугало. Последние три дня я исправно посещала тренировки команды, большую часть времени посвящая изучению записей Акаши о каждом из команды соперника, и, что меня поразило, своей собственной. На страницах кожаного блокнота аккуратным почерком были расписаны все преимущества и недостатки игроков. Никогда бы не подумала, что Аомине Дайки, полностью выкладываясь в игре, едва дотягивает последние 5 минут матча, если вовремя не взять тайм-аут и не дать ему возможность передохнуть, а сам Акаши теряется, если продуманная им до мелочей стратегия не срабатывает. Мне не сложно было запомнить эту информацию, гораздо сложнее было наблюдать за капитаном, красивым, сильным, внушающим трепет и страх. Когда Акаши Сейджуро выходил на площадку, даже я, сидя на скамейке, чувствовала его ауру – абсолютный контроль, непоколебимая власть, всепоглощающая уверенность. Кажется, даже для Поколения чудес его чувство игры было чересчур подавляющим – иначе стал бы Дайки слушаться его приказов? С приближением игры я начинала волноваться все больше, а еще ловила себя на мысли, что думаю лишь об Акаши. Я отказалась от внимания Дайки и Реты, сославшись на ежемесячные женские неприятности, и даже перестала развлекать себя вечерним поеданием сладостей и вином – все свободное время я посвящала изучению записей капитана и воспроизведению в своих мыслях каждого его слова, касательно моей функции на предстоящей игре. Я испытывала какое-то детское волнение и ужасно боялась разочаровать его. Все эти три дня пролетели словно один миг, и вот я уже в раздевалке команды внимаю указаниям капитана. - Это будет легкая победа, – наконец произносит он после расстановки акцентов на позициях игроков. – Надеюсь, Поколение чудес выиграет всухую. От этих слов у меня по спине мурашки – он не надеется и не верит, это был приказ, а его приказы абсолютны. Ребята лишь молча кивнули в ответ: приказы не обсуждаются. На них была черно-красная форма, но, признаться, идеально сочетание цветов подходило только Акаши. Хотя сейчас оба его глаза были красными, мне казалось, что, надев форму, он стал куда более жестоким. Что касается меня, былая уверенность и дерзость испарились: на мне была облегающая черная юбка до колен с вырезом на боку и белая шифоновая блузка - единственные вещи в моем гардеробе, которые хотя бы отдаленно напоминали стиль менеджера баскетбольной команды. И пусть в мою обязанность входило лишь сидеть на скамье и в случае необходимости брать тайм-ауты, я все равно жутко нервничала. - Эй, Кайри, не переживай. Ты справишься. Если бы Акаши не был уверен, он не позвал бы тебя, – Рета ободряюще погладил меня по спине, но легче мне не стало. Я отчаянно пыталась гнать из своей головы мысль о том, что мне так и не удалось добраться до истины и выяснить, почему капитан позвал в качестве менеджера именно меня. Он был беспристрастен и обращался ко мне исключительно по вопросам, касающимся игры, и это, признаться, злило. Почему? Почему я думаю о нем каждую минуту, а он смотрит будто сквозь меня, и лишь когда я сплю, касается моих волос, шепча имя какой-то неизвестной девчонки? Во мне проросло слишком много противоречий, и я хотела бы сказать, что ненавижу за это Акаши Сейджуро, но чем больше времени я проводила рядом с ним, тем более навязчивой становилась мысль, что я по отношению к нему небезразлична. Искренне небезразлична… Дайки прошел мимо молча. Он старался игнорировать меня последние дни, и я находила для этого только одну причину: он действительно хотел, чтобы я рассталась с Ретой. Я думала об этом, но посчитала, что сделать это перед игрой слишком жестоко, вот только объяснить все своему ревнивцу я не могла, как и рассказать, что в моих мыслях крепко засел не его образ. - Ну что ж, начнем, – проговорил Акаши, подходя к выходу на площадку. Команда последовала за ним. В глаза ударил яркий свет прожекторов, зал взорвался аплодисментами и криками болельщиков, вот только поддержка зрителей была явно не на нашей стороне. Возможно, меня бы это удивило, но у Поколения чудес не было своего Фан-клуба, на этом национальном турнире они были белыми воронами, которых все одновременно и опасались, и мечтали победить, чтобы «поставить на место красноволосого выскочку с его цепными псами». Акаши удавалось умело отгораживаться от подобных комментариев в свой адрес: у него была цель, и остальное не имело значения. Видимо, он действительно сильно любил баскетбол. - Уважаемые гости! Мы рады приветствовать Вас на полуфинале национального турнира Японии по баскетболу! – громогласный голос пронзил окружающее пространство, и мне захотелось закрыть уши руками. Слишком громко, слишком волнительно. – Первая встреча сегодня - прошлогодние чемпионы, сильнейшая команда восточного региона – «Datenshi» и фавориты настоящего турнира – «Kiseki no Sedai». Пока мы располагались на своей скамейке, я окинула взглядом площадку – почему-то раньше баскетбольные площадки не казались мне такими огромными. Зал был полностью заполнен, некоторые фанаты спорта даже сидели в проходах на лестнице. Я не привыкла к такой атмосфере, мне было не по себе, отчего сердце забилось чаще. Видимо растерянность в миг отразилась на моем лице: я невольно вздрогнула, когда Акаши коснулся моего плеча: - Ты нужна мне. Не смей отвлекаться. Эти, казалось бы, грубые и абсолютно лишенные чувств слова подействовали на меня сильнее, чем признание в любви. Он коснулся меня! Я нужна ему! Пусть всего на каких-то 40 минут, но я нужна ему. Я невольно сжимаю в руках его блокнот, и стук сердца замедляет ритм. Его взгляд и голос успокаивают – весь окружающий мир перестает существовать. Только игра, только он и его указания на площадке. - А теперь представим игроков команд! – снова этот голос, но я на него уже не реагирую, как и на крики болельщиков и колкости со стороны игроков команды соперников. - «Kiseki no Sedai»: номер 8 – Мурасакибара Ацуши, номер 7 – Кисе Рета, номер 6 – Мидорима Шинтаро, номер 5 – Аомине Дайки и номер 4, капитан – Акаши Сейджуро! Во время этой громогласной речи парни поочередно выходили на площадку, и каждый раз я мысленно прогоняла в голове записи в блокноте. За три дня к ним добавились и мои собственные наблюдения: 1 тайм – без тайм-аутов, 2 – тайм-аут на 5 минуте для Реты, приложить лед к его лодыжке, которая до сих пор ноет старой болью, 3 - тайм-аут на 6 минуте… Снова и снова следить за взглядом Акаши: он может попросить передышку в любой момент, и это усиливает мое напряжение. Я даже прослушала представление основного состава команды соперников. Никогда раньше я еще так сильно не волновалась. Сажусь на скамейку, и мне кажется, что меня намеренно разглядывают, будто сотни глаз устремлены мне в спину. По коже бегут мурашки. Как игроки на площадке выдерживают это напряжение? На секунду зал замолкает, судья подбрасывает мяч – игра началась. Всю первую четверть я кажется не дышала, наблюдая за виртуозной игрой обеих команд, но как бы «Datenshi» не старались вести игру, контроль над мячом всегда оставался у Поколения чудес. Однако уже после первых пяти минут мне по кивку Акаши пришлось направиться к судьям и взять тайм-аут. Содержание разговора осталось для меня тайной, но интуиция подсказывала мне, что проблема заключалась в решительном отказе взаимодействия Дайки с Ретой, отчего второй выглядел растерянным и злым, а первый лишь безучастно ухмылялся, даже когда Акаши усадил его на скамейку и выплеснул воды из бутылки в лицо. Я старалась не смотреть, но чувствовала на себе укоризненный взгляд ультрамариновых глаз. Если таким образом Дайки пытался что-то мне доказать, то это не лучший способ. Он вел себя как ребенок. Не думала, что смогу вызвать в непобедимом асе Поколения чудес такие эмоции… Игра продолжается легко и точно по плану капитана. Не могу следить за картиной в целом, не могу отвести взгляда от сильного и гибкого тела, от решительных и идеально отточенных движений, от сосредоточенного и от этого ничуть не менее красивого лица Акаши Сейджуро. В какой-то момент я даже перестаю осознавать, что на площадке есть кто-то еще кроме него, недостижимого и демонически прекрасного ангела, который сейчас по-настоящему нуждался во мне. Почему эта мысль так греет меня, хотя и я понимаю, что мои мечтания беспочвенны? Будь проклята эта Айри, о которой он грезит! Как только закончилась вторая четверть, парни направились в раздевалку, а я смогла найти в себе силы, чтобы пойти с ними. Внезапное осознание того, что между каждым из команды, кроме капитана и меня, стоит непробиваемая стена, через которую я больше не смогу переступить, повергло меня в шок. Какие-то 20 минут баскетбольного матча раз и навсегда вычеркнули из моего сознания всех игроков планеты, оставив одного, самого недостижимого, самого великолепного… - Кайри? До боли знакомый голос. Я невольно вытираю ладонью выступившие на глазах слезы и поднимаю взгляд. Слезы встают комом посреди горла, и я не в силах пошевелиться: прямо передо мной бывший возлюбленный, мой свет и мой мир – Тайга Кагами, капитан баскетбольной команды «Daimond». Я не обратила внимания на пару команд, которые будут играть после нас, а в перерыве – разогреваться, мне нужно было догадаться, что команда Тайги успешно выйдет в полуфинал чемпионата. Он смотрел на меня полным удивления взглядом, но подойти ближе не решался. Я не знала, что сказать. - Привет, Тайга, – снова что есть силы сжимаю в руках кожаный блокнот, будто он способен защитить меня. Внезапно он бросается ко мне, с силой хватает за плечи, заставляя подняться, и пытается обнять, но мне удается увернуться. - Не надо, не трогай меня… - Кайри, почему? Почему ты ушла? Я искал тебя! Почему-то эти слова меня совершенно не трогают. Искал меня? Рета смог выяснить мое имя, Дайки без проблем нашел мою квартиру, Акаши скорее всего знает обо мне куда больше, чем я бы того хотела, а он искал меня и не смог найти? Чушь! - Забудь, Тайга. Я ушла потому, что ты так захотел. Такова цена, – на глазах снова выступают слезы, и снова виной всему Акаши Сейджуро. Если бы я могла все изменить, я бы никогда не пришла в его империю с намерениями разрушить ее, а теперь я ничего не могу изменить. Ловушка захлопнулась, моя судьба уже решена, но у меня нет желания ничего менять, и даже извинения Кагами уже ничего не стоят. - Кайри, послушай, я хочу… - Тайга схватил меня за руку и попытался притянуть к себе, но я отчаянно сопротивлялась. Откуда-то в моем теле появилась сила. - Эй, Кагами, отпусти ее! Со стороны раздевалки Поколения чудес послышался голос Реты, и я с облегчением выдохнула, когда Тайга отпустил мою руку. - Рета? - Что тебе нужно от нашего менеджера? – Рета быстро подошел ко мне и встал передо мной, закрывая от Кагами. Я была ему бесконечно благодарна. - Вашего менеджера? – я чувствовала на себе взгляд Тайги, но мне не хотелось видеть его. Больше всего на свете мне сейчас нужен был рядом обладатель проницательного и холодного взгляда. Уверена, Тайга не вступал бы в разговор с этим красноглазым демоном. - Именно. Кайри – менеджер нашей команды и моя девушка, – уверенно произносит Рета, и слова глухими ударами отдаются в моих висках. Не хочу слушать! Кто-то из игроков на площадке окликнул Кагами по имени, и Рета кивком указал ему на площадку – разговор был окончен. Не знаю, о чем сейчас думает Тайга. Возможно, в его душе назревает буря восторга и ликования от того, что я все-таки разрушу команду, стоящую на пути его чемпионства, но он ошибается. Я ничего не могу сделать: это Поколение чудес разрушило меня, а не наоборот. Это они сломили мою волю, похоронили мою уверенность, заставили меня испытывать эмоции и лелеять желания, которые я никогда не смогу реализовать. Я проиграла, Тайга, и более того – я влюбилась в того, кто никогда даже не произнесет и слова в мой адрес, если в этом не будет крайней необходимости. Это конец, Тайга. Я не могу ничем тебе помочь. Конец? Кажется, я слишком часто начала задумываться о значении этого слова. - Ты знакома с Кагами? – Рета обернулся ко мне. Впервые я видела его таким напряженным и взбешенным. Обычно лучезарные янтарные глаза сейчас искрились гневом, и кажется, будто даже черты его лица претерпели изменений, но мне не было страшно. - Да, он мой бывший, – коротко ответила я. На секунду показалось, что гнев вспыхнул в глазах Реты с новой силой, но внезапно потух, и он улыбнулся. - Давно расстались? Кажется, он не может тебя забыть… - Незадолго до того, как я переехала. Давай закроем эту тему, хорошо. Акаши в раздевалке? – мне нужно переключиться, нужно думать об игре, нужно увидеть его немедленно! - Он послал меня за тобой. Если Аомине не прекратит выделываться, боюсь, нам придется искать нового форварда, – ухмыльнулся Рета и, взяв меня за руку, повел в раздевалку. Видимо он чувствовал особое удовольствие, когда Дайки получал выговор по какому-либо поводу от капитана. Хотя отношения внутри команды не претерпели особых изменений с моим появлением, где-то в глубине души мне все-таки хотелось верить, что каждый из них, может, кроме Мидоримы, хоть иногда вспоминал обо мне и о времени, проведенном вместе. Хотя, кого я обманываю, - на самом деле мне нужна всего лишь капля внимания от Акаши Сейджуро. Если я расстанусь с Ретой, я больше никогда не смогу увидеть Поколение чудес, больше никогда не смогу настолько близко видеть их капитана и испытывать мучительное чувство удовольствия и риска от одного лишь его присутствия. Я запуталась, я не понимаю, я не хочу… В один миг я стала слабой и уверена, что протянуть руку помощи мне некому. Дайки или Рета? Я не хочу портить их жизнь своей пустотой. Кагами? Я уже никогда не смогу поверить ему. Внезапно все эти чувства навалились на меня. Впереди вторая половина игры, а мои глаза застилает густая пелена сожаления. Мне нужно было понять с самого начала – эта игра не для меня! Я не смогу и не справлюсь, а что ждет меня теперь? Конец? Я уже не знаю, какой смысл вкладывать в это слово. Захожу в раздевалку и встречаюсь взглядом с холодными красными глазами, тону и захлебываюсь. Я гибну и никто не приходит на помощь. Наверное, я это заслужила.