The Feint

Впечатление от парада трибутов не отпускало его до самой ночи, так что Пит включил телевизор как раз тогда, когда должны были снова показать этот момент. Он почти упал в кресло, находящееся в общей гостиной, сжал в ладони бокал с виски и уставился на экран, где как раз шел повтор парада, сопровождаемый восторженными описаниями Цезаря. Он даже не услышал, как она подошла, пока она не материализовалась прямо перед ним, загораживая телевизор. Его пульс тут же зачастил, но внешне Пит оставался все так же спокоен, ничем не выдавая своей реакции на ее появление. Китнисс сердито уставилась на него, но при этом неловко обхватила себя ладонями, собираясь с мыслями, прежде чем сказать: — Ты не прав. Он поджал губы, скрывая, как его забавляют ее слова. — Тебе стоит быть чуть более конкретной, солнышко. Я много в чем ошибаюсь. Пит знал, что нежность в его голосе лишь усугубит положение; эту покровительственную нотку он в течение нескольких лет тренировал, подражая Хеймитчу. Большинство девушек не реагировало на такой тон, Китнисс же это заставило вспыхнуть. Она явно ненавидела, когда с ней разговаривали подобным образом, а вот Пита такая ее реакция более чем устраивала. Впрочем, она сдержала порыв, сглотнув. — Ты ошибаешься. Насчет меня. Я могу быть сексуальной. И я могу сделать так, чтобы зрители захотели меня. Он поджал губы и окинул ее нарочито медленным взглядом: одна лишь, хоть и длинная — почти до колен — рубашка, обнажающая ноги, и распущенные вьющиеся волосы. Пит задался вопросом, специально ли она появилась перед ним в таком виде, или действительно только выбралась из постели. И, насколько он успел изучить Китнисс, второе было вернее. Непреднамеренно. Она выглядела естественно. И это было невероятно сексуально. Облизнув губы, он сознательно перевел взгляд от ее обнаженных ног к лицу, медленно изучая все, что попадалось ему на глаза во время этого "путешествия". Ее румянец становился все ярче с учетом скудного света, излучаемого телевизором. — Убеди меня, — наконец бросил Пит, продолжая потягивать виски как ни в чем не бывало. Сомнение промелькнуло в ее глазах, она закусила губу и уставилась на него. Пит знал, что она собирается делать; он отлично знал, зачем она вообще пришла. Как часто он видел этот взгляд у девушек из Шлака, которых он приглашал в свою постель. Это было именно то, чего он ждал. На что он надеялся. Она опустила взгляд на пол, прежде чем отвести его в сторону. Фактически она внимательно изучила всю обстановку комнаты, когда наконец заправила волосы за ухо и невнятно пробормотала: — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — ее голос еле заметно дрожал, и она поежилась, очевидно, смущенная тем, что ей не удалось скрыть свои эмоции. Уголки губ Пита дернулись, но он в очередной раз сдержал улыбку. Вместо этого он сухо бросил: — Раздевайся. Она ошарашено посмотрела на него и снова бегло осмотрелась, словно чтобы убедиться, что они по-прежнему оставались одни: — Я… Что прямо здесь? Действительно. Последнее, чего он хотел, так это того, чтобы внезапное появление кого-нибудь из безгласых напугало ее. Не тогда, когда он был так близок к тому, чтобы заполучить ее. Со стуком он отставил бокал с виски в сторону и встал. Пит показал ей жестом, чтобы она следовала за ним, и сам пошел вперед, даже не остановившись, чтобы увидеть, подчинилась ли она ему. Но она послушно шла за ним. Пит привел ее к себе и, дождавшись пока она окажется внутри, закрыл за ними дверь. Китнисс застыла посреди комнаты, неловко переступая с ноги на ногу и нервно дергая подол рубашки. Пит обошел ее, чтобы приземлиться на кровать, так что она снова оказалась стоящей прямо перед ним. Они встретились взглядами, и Пит выжидательно приподнял бровь: — Ну, и? Китнисс опустила руки, и они повисли вдоль тела, пока она нервно не вскинула их, сжала в пальцах край рубашки и снова отпустила, не в силах решиться. Наконец, она стиснула зубы и потянула за край рубашки вверх, неохотно обнажаясь. Пит снова облизал губы. Ее импровизированный неумелый стриптиз не оставил его равнодушным, и чем больше она открывала перед ним, тем больше его охватывало возбуждение: бедра, живот, грудь. Его взгляд прилип к затвердевшим от прохладного воздуха соскам, и он тут же представил, как прижимается к ним губами, а потом и сжимает зубы на них поочередно. Желание было столь сильным, что, когда рубашка оказалась на полу, Пит поспешно перевел взгляд на лицо Китнисс. — Все снимай, — только и произнес он. Китнисс колебалась всего мгновение, прежде чем запустить большие пальцы под ткань и потянуть нижнее белье вниз. После того как она избавилась от последней одежды, Пит несколько удивленно уставился ей между ног. Странно, что команда подготовки ничего не сделала с волосами там, когда все остальное тело Китнисс казалось гладким. Под его взглядом она сильнее сдвинула ноги, пытаясь закрыться. Она отчаянно пыталась не смотреть на него и лишь нервно перекинула часть волос через плечо, очевидно, стараясь прикрыться хоть немного. Пит подавил вздох. — Подойди сюда, — приказал он, и она тут же послушно подошла, при это не отводя взгляд от пола. — Если ты действительно надеешься соблазнить меня, тебе стоит смотреть мне в глаза, солнышко. Когда она вскинула голову, в ее глазах он безошибочно узнал смесь гнева и страха. И Пит был полон решимости избавиться по крайней мере от одного из них. Устроив ладони на ее бедрах, он притянул ее к себе, разведя колени и заставляя ее встать между его ног. Потом он откинул ее волосы назад, снова обнажая грудь. Он провел пальцами по шее Китнисс, огладил плечо и скользнул ладонями ниже, чтобы обхватить ими ее грудь. Он сжал между пальцами ее соски и принялся чуть оттягивать и сжимать их, наблюдая за выражением ее лица. Китнисс выдохнула и чуть приоткрыла рот, словно ей не хватало воздуха, и прикрыла глаза. Он улыбнулся и слегка потер ее соски, отчего она задохнулась и вскинула руки, чтобы опереться о его плечи. Пит убрал одну руку и заменил ее ртом. Сжав один сосок губами, он повторил свое действие, чуть потянув за него, а потом коснулся языком. Ее дыхание становилось все более неровным, чем интенсивней он облизывал ее грудь, помогая себе руками. Китнисс потрясенно выдохнула и, вряд ли понимая, что делает, провела одной рукой по его волосам, чтобы запустить пальцы в светлые пряди. Пит нетерпеливо сжал зубы на одном соске, и она не удержала стон. Тогда он повторил это действие с другим соском. Китнисс вздрогнула и сильнее потянула его за волосы. Оторвавшись от нее, он хрипло спросил: — Ты влажная? Китнисс потрясенно распахнула глаза, и Пит насладился тем, как затуманен был ее взгляд от похоти. — Что? — переспросила она. Он фыркнул и скользнул ладонью между ее ног, чтобы потрогать ее. Она, словно не веря, что он сделал это, отшатнулась, и Пит поднял руку, чтобы показать ей пальцы. — Я спросил, чувствуешь ли ты возбуждение? Но вопрос не актуален, потому что я ответил на него самостоятельно. Китнисс вспыхнула и сделала шаг назад. Пит чуть подвинулся в сторону, игнорируя ее попытку побега: — На кровать, — снова приказал он. Она замялась лишь на мгновение, прежде чем он начал стягивать рубашку. Тогда Китнисс обошла его и неловко забралась на кровать. Пит чуть не рассмеялся вслух, когда она неуклюже завалилась на бок, но потом смех замер у него в горле, когда он увидел, что она неосознанно открыла ему отличный вид на свою задницу и бедра. Ее ноги разъехались в стороны, так что не осталось буквально ничего, что он мог бы упустить. Ему пришлось мотнуть головой, чтобы вспомнить, что он делает, и дернуть рукава рубашки, чтобы высвободить руки. Она тут же повернулась, чтобы посмотреть, как он раздевается. Пит расстегнул ширинку и немного привстал, чтобы стянуть штаны с бедер вместе с трусами. Краем глаза он наблюдал за ее реакцией, за тем, как распахнулись ее глаза, когда она увидела его член. Тогда он целенаправленно обхватил его ладонью и провел вверх-вниз. Ее лицо побагровело, а во взгляде стала ощутимо угадываться тревога. Это не остановило его. Наоборот, он чуть повернулся, чтобы предоставить ей лучший обзор, и под ее взглядом его член стал еще тверже. Когда она отвернулась, он покачал головой. — Я приказываю тебе смотреть на меня, — сказал он сквозь стиснутые зубы, и когда Китнисс снова послушно обратила на него взгляд, развел ноги шире и отпустил руку. Она нервно провела языком по губам, как загипнотизированная уставившись на его член, скользнув взглядом от влажной головки до светлых волос у основания. Пит откинулся назад, а потом перевернулся и встал на колени, подбираясь к ней. Китнисс легла на спину, но снова свела вместе колени. Он раздвинул ее ноги и заставил согнуть их так, что она оказалась абсолютно открыта перед ним. Как бы она не пыталась это скрыть, Пит видел, что Китнисс возбуждена почти также как и он сам. Его рот наполнился слюной, когда он уставился ей между ног, его пальцы подрагивали от почти нестерпимого желания прикоснуться или еще больше шокировать ее, использовав для этого язык, но еще сильнее сейчас он хотел просто жестко трахнуть ее. Пит снова поднял взгляд на ее лицо — Китнисс на этот раз уставилась в потолок, избегая смотреть на него, и он почти зарычал от досады: — Сколько раз мне говорить, Китнисс, чтобы ты смотрела на меня? Ярость в его голосе, очевидно, ошарашила ее, так что она моргнула и недоуменно повернула голову. Их взгляды встретились. — Хорошая девочка. — Не смей так говорить со мной, — оскалилась Китнисс, но Пит лишь насмешливо улыбнулся на это. — Это что часть твоей техники обольщения? Если честно, она оставляет желать лучшего. Она поджала губы, а Пит уперся ладонями по обе стороны от ее головы и осторожно лег на нее. Ее грудь прижалась к его, а его лицо оказалось практически в нескольких дюймах от ее. А когда его член коснулся при этом движении ее бедра, вызова в ее глазах тут же поуменьшилось. Но она продолжала смотреть на него, не пытаясь отвести или закрыть глаза. Пит снова обхватил член ладонью, планируя помочь себе, чтобы наконец оказаться внутри нее, но она вдруг толкнула его ладонью в плечо, а ее отчаянный взгляд скользнул от его лица к члену. — Подожди… Что… Что насчет защиты? — все же выдавила она. Он хмыкнул и покачал головой, возвращаясь на место и уже касаясь головкой члена ее складок. — Все нормально. Укол, который тебе сделали, предупреждает беременность. Он одобрительно простонал от того, какой влажной она оказалась, но Китнисс продолжала прижимать ладонь к его плечу, не то чтобы явно препятствуя, но высказывая этим жестом свое несогласие. Пит дернулся чуть вперед, и она вся сжалась. Тогда он отстранился: — Не делай так. Когда ты так напряжена, ты делаешь только хуже, — он не был уверен, что она слышит его, но Пит и не мог больше ждать. Он попытался снова и на этот раз, столкнувшись с ее сопротивлением, не отпрянул, а лишь покачал головой и упрямо двинул бедрами. Ее лицо исказилось от боли, а с губ слетел тихий протестующий возглас, когда он наконец вжался в нее, полностью оказавшись внутри. — Ты привыкнешь, — простонал он, наслаждаясь ощущением того, как она сжалась вокруг его члена — это было практически идеально. Лучше он чувствовал себя только во время оргазма. Китнисс почти проскулила, Пит не мог и предположить, что она в состоянии издавать такие жалобные звуки, ощутимо передающие ее нервозность и недовольство. Она задрожала и сжала пальцы на его плечах. Пит вдруг понял, что ни разу еще не целовал ее, так что он качнулся вперед и поднял голову. Он уставился на ее губы и склонился ниже, а Китнисс даже не попыталась уйти от контакта. Он прижал свои губы к ее, прежде чем воспользоваться языком и заставить ее открыть рот. Она действовала так неуверенно, что он задался вопросом, неужели, она даже никогда не целовалась до этого? Он попытался сдержать нетерпение, неспешно коснулся ее языка своим, позволяя ей распробовать поцелуй и ожидая реакции. Она, казалось, наконец, расслабилась под ним. Ее дыхание — прерывистое и рваное — смешивалось с его, когда он начал двигаться, постепенно наращивая темп. Она послушно открыла рот шире, так как он продолжал целовать ее, и поцелуй этот становился все более страстным, чем быстрее он двигался в ней. В конце концов, напряжение оказалось больше, чем он мог вынести, поэтому Пит чуть приподнялся, продолжая вбиваться в нее, но прервав поцелуй. — Потрогай себя, — рыкнул он, и Китнисс недоверчиво уставилась на него. — Я… не… Как? — выдохнула она и закатила глаза от очередного толчка. — Ты знаешь, как, — прорычал Пит. — Только не говори мне, что ты никогда не мастурбировала. Просто потри свой клитор. Он убрал одну руку от ее головы и сжал ладонью ее грудь. Она всхлипнула и закрыла глаза. Ее лицо пылало, и ей понадобилось время, чтобы скользнуть ладонью себе между ног. Она застонала и чуть откинула голову назад. Конечно, она не могла не ощущать дискомфорт от его движения внутри нее, но удовольствие, которое она доставляла сама себе, заставляло ее чувствовать себя более раскованно. Пит замер, а потом дернулся вперед, так что Китнисс закричала, а он сам не смог сдержать ухмылки, несмотря на то, что его собственные руки дрожали, а глаза застилал пот. Ее дыхание становилось все более затрудненным, и уже через пару мгновений он услышал, как она стонет. Судя по всему, Китнисс была близка к тому, чтобы кончить. Она дернулась и яростно задвигала рукой, когда он внезапно скользнул ладонью вниз, сжал пальцы на ее запястье и дернул вверх, прижав руку над ее головой. Она недоуменно посмотрела на него, и Пит ухмыльнулся, прежде чем возобновить яростные толчки. Она закусила губу, пытаясь сдержать стон. — Нет, — выдохнула она. — Почему… Он так и не понял, что именно она хотела спросить, потому что Китнисс всхлипнула и громко застонала, очевидно, слишком слабая, чтобы бороться с ним. Она дернулась, и Пит сжал ладони на ее бедрах, продолжая размашисто трахать ее. Она выгнулась в его руках, словно пыталась уползти от него, прервать их контакт, но, конечно, он не позволил ей это. Наконец, оргазм настиг его. Пит задрожал и вжался в нее сильнее, вместо того, чтобы отстраниться. Он еще пару раз дернул бедрами и зажмурился, чувствуя, как мышцы сокращаются, а сперма выплескивается внутри нее. Только после этого он отпустил ее запястья и скатился на бок. — Можешь пойти помыться, — прохрипел он, расслабленно разваливаясь и убирая со лба влажные волосы. Китнисс не сразу отреагировала, застыв на кровати, слишком ошеломленная, так что даже задержала дыхание. Но потом его слова дошли до нее, и она ударила его кулаком в плечо. — Мудак, — громко прошипела она, и слезы застыли в уголках ее глаз, а голос дрогнул. Она снова толкнула его, и Пит чуть не рассмеялся. Он перехватил ее ладони и снова перекатился на нее, вновь прижав ее запястья над ее головой. — Что? — насмешливо спросил он. Она уставилась на него, не говоря ни слова. Ее лицо пошло пятнами, а глаза казались почти черными. Перехватив оба ее запястья одной рукой, второй он скользнул между их телами и погладил кончиками пальцев у нее между ног. Китнисс затрепетала. — Этого ты хочешь? — пробормотал он, и она развела ноги и выгнулась, чтобы сделать увеличить контакт. Казалось, она уже забыла, что злилась на него. — Я задал тебе вопрос, Китнисс. — Да! — выкрикнула она, когда он скользнул пальцами внутрь нее и начал двигать ими. — Да, я хочу, хочу. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Она почти подвывала, когда он начал еще интенсивней трахать ее пальцами, так что не прошло много времени, прежде чем она кончила, сначала сжавшись до предела, а потом расслабившись. Пит подождал, пока она придет в себя и посмотрит на него, и только потом снова откатился в сторону. — Тебе все еще надо помыться. У тебя кровь, — пренебрежительно сообщил он и встал с кровати, чтобы пройти в ванную и также очистить себя от крови и спермы.