Ради тебя живу...

Дверь со скрипом отворилась, нарушая гробовую, непривычную тишину в доме. Как всегда, в нём был порядок, вот только интерьер гостиной немного нарушала разлившаяся лужа крови и труп женщины, лежавшей в этой луже. В небе раздался очередной раскат грома, который заглушал отчаянный крик. Крик от боли, от злости, крик от потери. Он разносился по окрестностям, как взрывная волна, пытаясь прогнать беду, но дождь препятствовал этой попытке. Боль растекалась по телу, собираясь в районе сердца и окутывала его колючей проволокой. Эрик рухнул на колени рядом с телом жены. Он приподнял её, прижимая к груди, он прятал свои слёзы и стоны в локонах её вьющихся волос. По его рукам стекали алые ручейки крови, лишний раз напоминая ему, что у него не может быть счастливой жизни. Никто из гостей, не смел подойти к Эрику, который начал терять рассудок от увиденной картины. Чарльз был шокирован не меньше своего друга и полностью понимал его чувства, но как же так? Ведь он и предположить не мог, что его подозрения окажутся правдой и что они будут иметь такие ужасные последствия. Хэнк вообще стоял в ступоре, не смея пошевелиться, даже казалось, что он забыл как дышать. И лишь Логан не вписывался в общую картину. Повидавший много дерьма в своей жизни и пережив множество своих «друзей», он лишь опустил глаза. Дождь начал понемногу утихать, так же как и выплаканные чувства Леншерра. Он опустил жену на пол, провёл ладонью по её лицу, закрывая глаза. Лицо больше не выражало никаких эмоций, глаза пустые, сердце зажатое в тиски и лишь одно желание — месть. Теперь на полу гостиной сидел не Эрик Леншерр, нет- его больше нет, есть только Магнито. Мужчина медленно поднялся, немного пошатываясь на затёкших ногах. Он посмотрел на Ксавьера обвиняющим взглядом, будто догадывался о его подозрениях. Это «зрительный суд» мог бы продолжаться очень долго, если бы не наблюдательность Хоулетта: — А где Пьетро? — сознание Эрика будто парализовало, он боялся узнать самое ужасное. Этот ребёнок, его ребёнок, хоть его он должен защитить. Ноги, повинуясь странному позыву, понесли мутанта в детскую. «Только бы успеть. Только успеть. » — кричало сердце Леншерра. Со скорость звука он оказался у запертой двери детской комнаты. Дрожащая рука боялась повернуть ручку и убедится в самом ужасном. Лишь какое-то чудо придало ему мужества войти внутрь. Детские игрушки разбросаны по полу и спящий, среди них, мальчик — король этого маленького разрушенного мира. Картина была бы умилительной, если только не алая полоска на шее ребёнка, — нож Азазеля добрался и до него. Сказать, что Эрик был в ужасе — равно молчанию. Оплакивая свою жену, он сорвал голос и выплакал последние слёзы, поэтому сидя над телом сына он не мог ничего больше чем просто выть в потолок. Потеря сына стала последней каплей, Леншерр был готов сорваться с места и уничтожить этот мир к чертям, уничтожить вместе с собой, чтобы все почувствовали его боль. Ему уже было плевать на войну людей и мутантов, плевать на тот мир, который он пытался построить. «А зачем? Кому это теперь нужно?» Тот мир должен был принадлежать ему и только ему — маленькому существу со смеющимися глазами, которые так мало видели в этой жизни. Лёгкий ветерок подул из распахнутого окна, задевая белые пряди волос ребёнка, он был таким умиротворённым и беззаботным, что даже не вписывался в происходящий вокруг хаос. Эрик взял сына на руки, поднимаясь с пола, направился прочь из комнаты. Сейчас он никого не видел и не слышал, был больше похож на зомби-робота, которым кто-то управляет. Пройдя мимо друзей, мужчина спустился обратно в гостиную, улаживая ребёнка возле матери и накрывая их тела одеялом. Тяжело ступая он вышел во двор, призвав магнетизмом лопату из кладовой, начал копать яму. Чарльз не мог просто так наблюдать за страданиями друга, но и помочь тоже не мог, ему оставалось лишь смотреть на него сквозь пелену слёз. Хэнк всё никак не мог привести себя в чувство, обхватив руками голову и присев на пол. Хоть в глубине души он и недолюбливал Эрика, но сейчас он действительно за него переживал как за друга. Логан был не менее потрясён. Еще несколько дней назад он катал это маленькое чудо на плечах и вместе с ним пробирался на крышу ночью дабы увидеть звёзды поближе, а потом уносил уснувшего на руках в комнату к рассерженному Эрику, который всякий раз обещал свернуть Логана в баранью какашку. Джеймс рассматривал тело лежавшего Пьетро, никак не веря в происходящее, это мог быть кто угодно, но точно не он - мальчишка, который любил бегать на перегонки с ветром. Мутант провёл пальцем по ране на шее ребёнка, словно убеждая себя что это не сон. Вдруг, режущею уши тишину прервал тихий вздох. Логан до последнего не мог поверить тому, что услышал,- "может показалось?", но не теряя надежды он всё же наклонился ближе к телу. После секундного ожидания вскочил на ноги, тем самым заставив вздрогнуть находящихся в комнате Чарльза и Хэнка. Те с некой опаской посмотрели на улыбающегося сквозь слёзы Росомаху, державшего Пьетро на руках: - Он жив...