Дыхание Холода

- Я сам их допрошу! – зло выкрикнул Тор, быстрым шагом направившись к двери. Вот ж, непреклонен, даже не боится орать на отца. Я бы вот не была столь… смелой. Однако, если громовержец что-то задумал, остановить его не получится. Все равно, что лезть под идущий поезд. Переедет и не заметит. Я тяжко вдохнула, а потом заметила на себе очень внимательный взгляд Одина. В нем не было укоризны или злости. Только печаль и усталость. А еще… что-то еще, чего я не могла понять. Всеотец вышел тихо, без хлопанья дверью, без которого не смог обойтись его старший сын. Итак, подведем итог. Глава семейства ушел куда-то. Тор побежал мучить етунов, флаг ему в руки. Бальдр к матери. А Локи, да, как он там? От лекарей ни слуху, ни духу. Я поблагодарила целителей, извинилась за поведение бога грома и направилась в коридор. Лофта положили в отдельную комнату ака палату. Над ним колдовало сразу пятеро медиков. Оно и понятно, случай-то тяжелый. Я подошла к нужной двери, остановилась, рассматривая резьбу на позолоченной ручке. Ни звука, словно в комнате никого нет. Это пугало меня еще большее. По стонам или вскрикам можно было хотя бы понять, что пациент скорее жив, чем мертв. А так. Там, за дверью, меня ждала полная неизвестность. Нужно набраться смелости, зайти и узнать, как идут дела. Может, я смогу помочь? Ладно уж, мои познания в медицине такие же, как и у Тора – фактические нулевые. Вот если бы понадобилось провести для него курс терапии, то это другое дело. А она ему однозначно потребуется, когда придет в себя. Точнее "если"... Черт, не очень-то расклад вышел. Обвинила, наорала, испортила отношения, и еще в долгу осталась. По сути, у него не было веской причины спасать мою жизнь. Должно же быть хоть что-то. У Лофта все всегда взвешено, продумано и… И вообще как он оказался в том дворе? Насколько помню, я отправила его с Тором в лазарет. Вернулся? Мысли стремительной вереницей проносились в голове. И так бы я простояла еще долго, замерев с протянутой к двери рукой, если бы та сама вдруг не распахнулась передо мной. Навстречу вышли лекари, с виду вымотанные и вообще никакие. Они попытались протиснуться мимо меня, но я не отпущу их, пока не узнаю подробностей. - Как он? – спросила я, как можно спокойнее, уперевшись левой рукой в косяк двери, преграждая путь. Самый главный из целителей недовольно поднял взгляд, встал в позу, а потом все же соизволил сказать хриплым голосом: - Его Высочество в очень плохом состоянии. Мы сделали все, что могли. Сухо, без лишних фактов и подробностей. Меня отстранили в сторону. Я так и стояла с видом обманутого вкладчика, смотря в их удаляющиеся спины. Как это понимать?! Они лекари или так, самоучки? Да, раны серьезные, но неужели им вылечить такое не под силу?! Я чуть не задохнулась от возмущения, было желание нагнать их, схватить и потащить обратно, знакомя со всеми скамейками, что встретятся по пути. Но, возможно, я просто привыкла, полагаться на лекарей, как-никак Шон никогда не подводил, и смертность в наших эльфийских рядах значительно снизилась. Справившись с оцепенением, проглотив горькую обиду, я прошла в комнату. Светлая, но не такая просторная, как опочивальня трикстера. Простая, но широкая кровать с белыми простынями, с которыми бледный Локи фактически сливался. И лишь волосы черным пятном выделялись на подушке. Сейчас они не зализаны назад, а беспорядочно падали на наволочку и лицо. Я взяла стул и подошла к кровати, поставила его рядом, поближе к изголовью. Осторожно уселась, сложив руки на коленях. Вид у трикстера был очень больной. Кожа чуть ли не просвечивала, на шее видны вены. На лбу капельки пота. Под глазами залегли почти черные тени. Лицо словно осунулось. Губы приоткрыты. Каждый рваный вдох давался ему с трудом, вырываясь из едва заштопанных легких неприятным свистом. Грудная клетка туго перебинтована, чтобы стягивать рану, что еще больше затрудняло дыхание. Разве нужно так туго? Не знаю. На бинтах уже проступила кровь. Пока я внимательно его рассматривала, Локи боролся за свою жизнь, пытаясь вдохнуть хоть немного кислорода. Каждая попытка отзывалась дикой болью. По телу пробегали частые судороги. Погруженный в пучину мрака, он был не в силах выбраться из этого кошмара. Медленно жизнь покидала ослабленное и истерзанное тело. Трикстер был еще жив лишь благодаря своей невероятной силе воли. Я протянула руку и осторожно коснулась ледяной ладони Лофта, чуть сжала ее. Все будет хорошо, обязательно будет. Бог обмана должен был понимать, на что идет. И знай он, что не выживет, ни за что бы не вступился. В этом я была глубоко уверена и даже не сомневалась. Однако сейчас как никогда понимала, что совершенно его не знаю. Если раньше могла интуитивно уловить мотивы Локи, то теперь все стало слишком запутано и непонятно. Возможно, и раньше так было, и трикстер лишь показывал то, что хотел, чтобы его не донимали вопросами. Он никогда ничего не рассказывал. Скорее всего, даже Тор о многом не знал. Сам у себя на уме. Мне это не нравилось, все равно, что жить на минном поле: никогда не знаешь, куда ступать безопасно. Поглаживая ладонь аса пальцами, скорее на автомате, чем сознательно, я пыталась разобраться во всей этой неразберихе. Один сказал, что все выжившие етуны заявили, что зачинщиком был именно Локи, и кто-то там видел, как трикстер пытался убить Фригг. Ладно, допустим, первое имеет какие-то основания и замыслы. Но зачем было нападать на свою же мать? Она видела что-то, чего видеть была не должна? Случайно попалась под руку? Или же маг действительно ни в чем не виноват? Тогда кто и по какой причине все это устроил? Одни вопросы и никаких догадок. Слишком много пробелов и белых пятен. Может, Тору удастся узнать что-то еще, что поможет дополнить картину. Я на это очень надеялась. Снова посмотрела на Локи, который повернул голову в мою сторону. Такой беззащитный и беспомощный. У меня невольно что-то кольнуло на уровне сердца. Ты выживешь, ты обязан выжить, чтобы потом своими устами рассказать нам правду. Ты не солжешь. Только не Тору, только не в таких обстоятельствах… Рука под моими пальцами резко дернулась. Я вздрогнула, сразу же вскочив. Трикстер зашелся в жутком кашле, на губах выступила темная кровь, глаза плотно зажмурены. Приступ?! Лицо Лофта исказилось в гримасе боли, а тело все выгнулось. На меня снова напала паника, совсем расклеилась! Начала метаться, не зная, что делать. Нужно позвать лекарей. Или Шона?! Ар, пока до него дойдет записка, пока он доберется до Асгарда, может быть слишком поздно. Сердце билось так быстро, как не билось в момент надвигающейся гибели. Оно отдавалось болью, грозясь выпрыгнуть из грудной клетки. Тяжело дышать. В сознании уже нарисовалась ужасная картина: Локи обмяк на кровати, изо рта течет кровь, руки застыли, вцепившись в простыни. Сердце больше не бьется, постель окрашивается в красный. И тут что-то в мозгу щелкнуло. Вырубило панику. Я знала, что нужно делать. Как и тогда, во время драки с етуном, я фактически не осознавала того, что делала. Взгляд быстро окинул комнату в поисках чего-нибудь острого. Ничего. Тогда в пальцах соткался небольшой острый осколок льда. Им, как ножом, разрезала бинты на груди аса. Рана все еще открытая, уменьшилась в диаметре только раза в полтора. Без колебаний я засунула в эту кровавую дыру правую руку, даже не удивившись тому, что она меня так хорошо слушается. Локи резко распахнул глаза, вскрикнув от дикой боли, когда мои пальцы нащупали его еще бьющееся сердце. Зеленые глаза мага впились в меня как в самого страшного врага. Звуки резко пропали. Крик Лофта оборвался на середине, мои губы что-то шептали, но я не понимала, что. От локтя и вниз к ладони пошли бирюзовые бледно светящиеся линии, сплетающиеся в какие-то узоры. Они не только захватили мою руку, но и перешли на трикстера, испещрили всю грудную клетку. Одинсон снова вскрикнул, а затем обмяк на кровати. Я дернулась, чуть не упав от неистовой боли, которая впилась в мое сердце, как иглы, ровно на секунду. Дыхание сбилось. Несколько мгновений я тщетно пыталась вдохнуть воздух. Все закончилось так же внезапно, как и началось. Боль стихла, рисунок погас, даже следа не оставив. Я стала приходить в себя, возвращался и ужас. Резко вынула руку из раны Лофта. О боже! Что я сделала?! Я же ковырялась в его внутренностях! Стала интенсивно ощупывать левой рукой его горло. Пульс есть. Живой… Слава Создателю! Но не время успокаиваться. Нужно забинтовать рану. Руки беспорядочно сгребали в кучку бинты. Что я собиралась с ними делать? Наверное, хотела заткнуть дырку… Перед глазами все поплыло, в голове раздавался странный гул. Тело наливалось свинцом. Ноги подогнулись в коленях, и я плавно сползла на пол, цепляясь за простыни. А дальше не помню, лишь темнота, услужливо закутавшая мое сознание. Очнулась я от звука шагов. Дернулась, щурясь, уставилась в сторону открывающейся двери. В комнату вошел взмыленный Тор. Увидев меня, сидящую на полу, с окровавленными руками, громовержец тут же метнулся меня поднимать. - Ты в порядке? Что случилось?! - воскликнул он, помогая встать на ноги, а потом усадил на стул, схватил за руки. – Ты поранилась? Рана открылась?! - Нет… - я покачала головой, плохо понимая, что происходит. Постепенно мозг восстановил череду событий, заставив меня метнуться в сторону Лофта. Однако увиденное низвергло в еще больший ступор. Раны на груди Локи не было, даже шрама не осталась, только кровь повсюду, да бинты. Сам принц дремал, развалившись на кровати. Вид все еще нездоровый, но не умирающий. - Что здесь произошло? – с нажимом повторил свой вопрос бог грома, увидев целиком всю картину. Ему не очень-то понравилось обилие крови и тут и там. Но Локи был цел, и это немного успокаивало его. - Если бы я знала… - промямлила, едва шевеля губами. Я действительно не понимала. Прежде, чем отключиться, отчетливо помнила рану, а сейчас ее не было. Чудеса, да и только. - Узнал что-нибудь? – я решила перевести тему, так как рассказывать о содеянном мне не очень хотелось. Это породит только еще больше вопросов, на которые у меня не было ответа. - Локи будут судить, - коротко и мрачно ответил Царь.