Скажи, и я тебя услышу

Я постучалась в дверь и прошла в кабинет. По версии US News & World Report, Children’s Hospital Los Angeles входит в число 5 лучших детских клиник Америки по совокупности таких показателей, как эффективность лечения, безопасность пациентов, стандарты качества и др. Больница считается лучшим детским лечебным учреждением на западном побережье США. В настоящее время Детская больница Лос-Анджелеса является базой знаменитого научно-исследовательского центра — американского Исследовательского института Сэйбен. И я сейчас нахожусь именно в этой больнице в кабинете № 127. Это небольшой кабинет, весь абсолютно белый и небольшой. Возле маленького окна, расположенного напротив меня, стоит деревянный стол, на котором лежат разные папки, документы, стоит компьютер. По правую сторону от меня находится металлическая койка на четырёх ножках, а по левую — стоит шкаф, полностью забитый бумагами. -Здравствуйте, мисс Инганнаморте, присаживайтесь, — вежливо поздоровалась Микалина Щенкевич. Я кивнула и присела возле её рабочего стола. — Я всё знаю о твоей проблеме. Осталось лишь уточнить некоторые детали. Ты абсолютно ничего не слышишь? Я кивнула. — У тебя обострились ли органы зрения, обоняния или осязания в связи с отсутствием слуха? Я неуверенно пожала плечами, ибо я не знаю. — Ладно, давай проверим… — сказала невролог и вышла за пределы кабинета, закрыв за собой дверь. Я сидела в одиночестве минут 5. Потом пришла миссис Щенкевич, держа в руках поднос с едой. Она поставила его в коридоре на скамью и поднесла ко мне кимчхи*. Микалина Щенкевич встала метрах в двух от меня и спросила, чую ли я этот запах? Я кивнула. Она попросила описать его. Я написала на бумажке, что этот запах отдаёт немного болгарским перцем (коего там и нет; но сравнивать мне больше не с чем) и острым соусом «Мама Африка». Она прочитала мою записку и вновь удалилась из комнаты, вернулась через минуту, держа в руках тарелку с арбузом. Сначала я подумала, что это обычный арбуз, сладкий, но не тут-то было… Немного рассмотрев, я поняла, что это не сладкий, а горький арбуз. Миссис Щенкевич встала метрах в 10 от меня (т.е. выходя за пределы кабинета). Арбуз по-мексикански. Арбуз обычно считают сладким блюдом, полагать, что он может устроить во рту самый настоящий пожар смогут немногие. Между тем в Мексике, где, похоже, острыми стремятся сделать любые блюда, приготовленная особым способом эта ягода также вошла в число наиболее острых блюд. Применение острым специям нашлось и в данном случае. Арбуз обильно сдабривают перцем, солью и поливают лимонным соком. Такое блюдо имеет весьма специфический вкус. Микалина Щенкевич вновь спросила, чую ли я запах этого блюда? Я кивнула и снова написала на бумажке своё мнение о запахе: «На самом деле, арбуз по-мексикански практически не источает никакого запаха. Я почуяла лишь лёгкий запах остроты, смешанный со сладким, привычным для людей, настоящим запахом арбуза» — Что ж, могу сказать, что твоё обоняние немного чувствительнее, нежели у обычных людей, у которых нет критических проблем со здоровьем. Следующее на очереди — осязание. Закрывай глаза. Я поднесу к тебе какой-либо предмет, не волнуйся, не медицинский (ты с ними не знакома). А ты на ощупь попробуешь определить, что перед тобой, — сказала миссис Щенкевич и завязала мне глаза чёрным платком. Потом я вообще не знала, что происходит. Не слышу, не вижу, чудесно! Вдруг я почувствовала лёгкое дёрганье по руке. Это означало, наверное, что всё готово. Я принялась определять на ощупь, что предо мной стоит. Это что-то мягкое с длинным носом, похожим на хобот. Мне пришлось легонько постучать кулаком по столу, дабы Микалина Щенкевич поняла, что я уже узнала предмет. Спустя некоторое время она сняла с моих глаз повязку и вопросительно посмотрела на меня. «Мягкая игрушка — слон» Она улыбнулась и кивнула в ответ. Затем мне пришлось угадать ещё несколько предметов. Правда, один я угадала не с первой попытки. — Неплохо, очень неплохо… Осталось зрение. Я, конечно, не окулист, но кое-что могу, — сказала миссис Щенкевич и поднялась с места в направлении противоположной мне стены. Остановившись возле шкафа, она взяла какую-то бумажку и написала на ней буквы. В следствие того, что врач отходила всё дальше, мне было всё труднее разобрать буквы, но я это смогла. — Твоё зрение превзошло все мои ожидания. Ты прекрасно видишь. Знаешь фразу «глаз, как у орла»? Вот, у тебя также, — улыбнулась она. — А теперь вернёмся к твоему лечению. Как ты уже знаешь, тебе нужно будет находиться на вечернем стационаре — днём у тебя учёба — по 4 часа в сутки, чтобы я тебя обследовала и проверяла твоё самочувствие, а если быть точнее, резкость твоего слуха. Итак, когда тебе удобнее провести операцию? «Поскорее» — Хорошо, тогда так: проведём операцию во вторник, а потом подержим тебя у нас несколько месяцев, ведь слух вернётся не сразу, а постепенно. Её слова заставили меня улыбнуться и поверить в своё скорое выздоровление. «Хорошо, миссис Щенкевич» — Муза, давай договоримся. Я немногим старше тебя, хотя уже опытный врач. Называй меня на «ты» и просто «Микалина», договорились? — рассмеялась она. «Договорились, Микалина» Я попрощалась с врачом и направилась домой, чтобы сообщить папе радостную новость.

***

Вечер. Дом Я пришла домой и постучала в папину комнату. — Муза, тебя не узнать. Ты очень красивая у меня. Ну, как прошёл первый день в школе? Этого вопроса я ожидала, поэтому заранее написала на бумажке ответ с рассказом, что интересного было в школе. — А что сказала синьора, ой, в смысле, миссис Щенкевич? «Операцию проведут во вторник, но слух будет возвращаться постепенно» Папа от радости просто обнял меня и… отправил учить уроки.

***

Понедельник. Второй учебный день. Сегодня по расписанию меня в 9:30 ждут на курсе по английскому языку. Я поспешила к нужному кабинету и прошла в класс. Тут находилось всего 10 человек, включая меня и учительницу. — Здравствуйте, мисс Инганнаморте, присаживайтесь за третью парту второго ряда, — указала мне учительница на свободную парту. Класс, как обычно, обомлел от того, что я промолчала в ответ учительнице. Миссис Адамс пришлось объяснять студентам моё положение. Эх, ничего интересного в этих людях я не нашла. Кто-то разговаривает, кто-то делает бумажные самолётики и кидает их в учительницу, кто-то сидит в наушниках, а кто-то пишет что-то на бумаге. Хм, этот парень меня заинтересовал. У него иссиня чёрные волосы и светло-карие глаза. На нём надета тускло-жёлтого цвета рубашка и грязно-серого цвета мешковатые джинсы. Начался курс по английскому языку. — Так, перед началом урока проверим домашнее задание. Первым к доске пойдёт… — Джерад Митчел, — начала урок учительница. И к доске как раз вышел этот парень. Он рассказал пересказ, заданный на прошлом уроке, наверное, и получил отметку «B». В итальянской школе это было бы равно оценкам 7 или 8. Джерад сидит на первой парте второго ряда, а я на второй парте третьего ряда. Иногда я ловила его взгляд на своей персоне. 11:30 Закончился курс по английскому языку. Сегодня у меня перерыв между курсами всего полчаса, а мой живот голоден. Как только я вышла из кабинета, ко мне подбежал Джерад и попытался познакомиться, так скажем. — Привет, меня зовут Джерад, а ты Муза, да? «Привет, да» — Я пишу доклад об интересных людях, которые выделяются из толпы… — промямлил он. «А я здесь причём?» Почему я сегодня такая грубая? Наверное, потому, что мне всё ещё трудно адаптироваться в Лос-Анджелесе. — Извини, просто, ты не такая, как все. Можно мне встретиться с тобой вне школы и пообщаться, чтобы написать доклад по обществознанию? «Тебя не было на уроке по обществознанию в воскресенье» — У меня было освобождение. Если не веришь, спроси учительницу. «Прости, я сегодня не в духе. Каждый вечер я буду проводить в палате больницы, потому что завтра у меня операция на слух. Сегодня у меня единственный свободный день. Ты ходишь на курсы по математике?» — Да, я ежемесячно плачу за обучение на двух дополнительных курсах (математика и литература), хотя основными у меня являются 2 — английский язык и обществознание. «Интересно. Давай встретимся после курса по математике и погуляем по парку? Там ты сможешь узнать всё, что тебя интересует. Ну, в пределах разумного, конечно» — Спасибо! — улыбнулся Джерад и направился в сторону кабинета математики, а я поспешила в кафе. Спустившись на первый этаж, я взяла себе чашку чёрного чая и салат. 12:00 Я поспешила в кабинет математики, по пути столкнувшись со Стеллой. — Муза, куда ты так несёшься? — удивилась она. Я указала ей на дверь с надписью «Кабинет математики». Она лишь посмеялась и пожелала удачи, при этом сказав, что учительница — сущее зло. К несчастью, Стелла оказалась права. Учительница мне не понравилась. 14:00 Наконец-то закончился курс по математике. Я поспешно покинула кабинет, в надежде, что Джерад забыл о нашем уговоре. Но нет, он догнал меня, и мы направились в парк.

***

Парк Гриффит Он расположен в районе Лос-Фелис, с восточной стороны гор Санта-Моники, и является крупнейшим парком в Лос-Анджелесе, куда ежедневно приходят тысячи людей с целью приятно провести время в компании друзей или с семьёй. Его площадь составляет более 1700 гектаров. Главное, чтобы наша встреча быстрее закончилась, я устала. — Расскажи мне о своей жизни, начиная с того момента, как ты потеряла слух, — начал допрос Джерад. «Ну, я попала в аварию и потеряла слух, вследствие чего просто не смогла даже говорить. После этого происшествия мне было трудно рассказать всё друзьям (в письменном виде, конечно). Я боялась, что они отвернутся от меня, потому что мало, кто захочет общаться с глухонемой девушкой, однако, мои подруги и по сей день остаются лучшими из лучших. Первое время я не посещала школу и училась читать по губам. Как видишь, у меня большие успехи. В детстве у меня всегда была мечта — стать певицей, но после аварии у меня было мало шансов на выздоровление, но я смогла найти деньги на операцию. И она стоится завтра вечером. Трудно, когда люди, не зная о твоей проблеме, спрашивают что-то у тебя, а потом обижаются на то, что ты молчишь. Кто-то тебя гнобит в школе и насмехается, потому что ты не такая, как они.» — Ты всегда, даже сейчас, выглядишь жизнерадостной. Почему? «Знаешь, Джерад, я не привыкла опускать руки. В моей жизни есть дорогие мне люди, которые всегда меня поддержат. Я никогда не сдамся» — А как к тебе стали относиться родители после того, как узнали, что с тобой произошло? «С папой у нас натянутые отношения, т.к. он не разделяет моей любви к музыке, но я знаю, что он любит меня. А мама не знает о том, что случилось… Она умерла почти 13 лет назад» — Сожалею… Все мы знаем, что система образования в разных странах разная. Сколько тебе сейчас лет и каково тебе привыкнуть в новой школе? «Мне 18 лет, хотя всем моим одноклассникам 17. Меня оторвали от привычного мне образа жизни. Конечно, адаптироваться в новой школе очень трудно. И у меня ничего не получилось бы без моих новых подруг — Блум, Стеллы и Флоры» — А был ли у тебя парень в Италии? Каково тебе сейчас без него? «Официального парня у меня никогда не было. На меня никто не обращал внимания. Потом случилось нечто необъяснимое, но я влюбилась. Увы, у него есть другая девушка. Давай не будем говорить об этом. Скажу лишь одно, я очень скучаю» — Думаю, мне этого вполне хватит. Муза, спасибо тебе за помощь в проекте. Удачи тебе на завтрашней операции, — сказал Джерад и поцеловал меня в щеку, кликнув на прощание — Пока, — и скрылся в тени деревьев парка. Я просидела на скамье в ступоре несколько минут, но потом опомнилась и поплелась домой, попытавшись обдумать всё происходящее. Сразу ясно, что я ему понравилась. Да и он приятный человек. Но сердце моё занято другим. Увы. Я никак не могу его забыть. Я не нужна ему. Забудь, Муза, забудь! У тебя всё ещё впереди. Так я дошла до дома, сделала уроки и легла спать, отказавшись от ужина.

***

Вторник. 10:00 — курс по итальянскому языку Ура, у меня есть 2 часа, чтобы пообщаться с людьми на родном мне языке. Перед началом курса учительница поздравила меня с прибытием и попросила на уроке рассказать о моей жизни в Италии. Я отказалась, сославшись на то, что не могу говорить. Тогда она попросила меня написать небольшой рассказ об Италии, а она прочитает его классу и обязательно поставит мне 2 отметки «А» в журнал. Я охотно согласилась, учитывая то, что писать нужно было на итальянском. После курса Флора подошла ко мне и сказала, что ей очень понравился мой рассказ об Италии.

***

18:00 Я стою возле кабинета, куда вскоре должна подойти Микалина. Меня окружают подруги, которые волнуются за моё здоровье. «Я волнуюсь» — Не волнуйся, всё будет хорошо! — подбадривала меня Блум, сидящая по правую руку от меня. — Пока будет проходить операция, мы будем рядом, — добавила Стелла. — Конечно. Мы не оставим тебя одну и будем ждать окончания операции, — произнесла Флора. Я лишь улыбнулась в ответ. Жаль, что рядом со мной сейчас нет Текны и Лейлы. Вдруг у меня завибрировал телефон. Видеозвонок из Италии обойдётся мне дорого, но оно того стоит. Я нажала на зелёную клавишу. По ту сторону экрана были Текна и Лейла, вот, только вспомни о них, и они уже тут. — Привет, Муза. Как твои дела? Волнуешься? — начала разговор Лейла. Я расплылась в улыбке от того, что вновь вижу подруг. «Привет. Я очень волнуюсь. Скоро должна прийти Микалина и сообщить мне всё, касаемо операции» — показала я бумажку экрану телефона. — Не волнуйся. Мы будем мысленно с тобой! — рассмеялась Текна. — Да, ни о чём не переживай. Очень ждём твоего возвращения в Сиену. Ты не представляешь, как много интересного у нас случилось, — заинтриговала меня Лейла. — Ладно, мы совсем заговорились. Ты как хочешь, а у нас 3 часа ночи. Мы не выспимся перед школой, — продолжила Текна. — Ты опять об учёбе, Текна! — взъелась темноволосая. — Но, к сожалению, она права. Мы специально проснулись в 3 часа ночи, т.к. знали, что в 18:00 у тебя начало операции. Муза, извини, но нам уже пора. Уж ты должна понимать. Надеемся на скорую встречу и на то, что операция пройдёт успешно. — Удачи, подруга. Пока! — сказали дуэтом Текна и Лейла и отключились. Я так рада видеть их, пускай даже через экран телефона. В их поддержке я очень нуждаюсь. Но ещё больше я нуждаюсь в поддержке со стороны мамы. Мама, если ты меня слышишь, помоги мне справиться с этой болезнью и вновь обрести слух… Прошу — мысленно взывала я к материнским чувствам. Я всегда верю, что мама смотрит на меня с небес. Вместе со мной радуется моим достижениям и вместе со мной горюет о неудачах. Вместе со мной переживает каждый день и читает мои мысли. — О, мама, будь со мной сейчас. Забавно, что наш разговор с Текной и Лейлой поняла только Флора, потому что Блум и Стелла не знают итальянского. В этот момент к нам подошла Микалина: — Здравствуйте, девушки. Муза, это твоя группа поддержки? Я кивнула, улыбнувшись в ответ. — Девочки, извиняюсь, но вам придётся подождать нас здесь. Муза, пойдём в кабинет, — повела меня за собой в кабинет Микалина. Мы прошли в кабинет, закрыв за собой дверь. — Муза, операция будет длиться 6 часов. Ты уверена, что твоим подругам стоит здесь ждать тебя и переживать? «Это их выбор» — Преданные у тебя подруги. По ним видно, что они искренне волнуются., — сказала она. Я вопросительно посмотрела на неё. — Что? Я давно провожу операции и прекрасно разбираюсь в людях. «Спасибо. Когда начнётся операция?» — Сейчас я отведу тебя в отдельный кабинет, где тебе введут фторотан для наркоза в виде ингаляций. Я кивнула. Мы с Микалиной покинули кабинет. — Девушки, вы точно согласны сидеть здесь 9-10 часов? — спросила моих подруг врач. Они дружно кивнули с серьёзным видом в глазах. Было видно, что они не шутят. — Тогда, вы проведёте эти 10 часов в моём кабинете. Заходите, но ничего не трогайте! — пригрозила она им и повела меня в сторону. Я отошла от неё, подбежала к Блум и кинулась ей на плечи со слезами. — Ещё рано плакать, Муза, всё будет хорошо. Мы рядом, — успокаивала меня она. — Ничего не бойся! — подошла ко мне Стелла и обняла меня. — Ты сильная. Я верю в тебя! — улыбнулась Флора и поступила так же, как и остальные. Я ещё минуту простояла в их объятиях и вернулась к Микалине.

Конец POV Муза

***

Спустя 4 часа Шла операция. Муза, не шевелясь, лежит на койке в ожидании чуда, не зная, что происходит. Муза спит. Тем лучше. Пока всё было хорошо. Но вдруг было замечено пронзительное пищание кардиомонитора. Пульс падает. Стремительно. — Мы её теряем, — доносилось вокруг.