Победив ненависть

А Сет дрожал, спросонья не понимая ничего, даже этих поцелуев, только хихикнул, когда один оказался на его шее. Еще была ночь, парень спал весь вчерашний день, поэтому и проснулся без проблем. Кстати, мышонок делал все очень даже правильно. Он не ел уже четвертый день, а во сне-то голода не чувствуется. Наконец мальчишка проснулся окончательно. И за секунду успел перевернуться спиной к первородному, не давая больше себя целовать в шею и в позвоночник. Теперь уже два самых слабых места. Сет смотрел на Кола, ожидая от него еще чего-то, и тоска в глазах парня чуть не заставила Майклсона отказаться от своей затеи. — Знаешь, когда ты так смотришь, ты напоминаешь мне Финна, когда я ему по полдня доказывал, что между собакой и волком очень большая разница, — невозмутимо начал вампир, надеясь пробудить хоть какой-то интерес. Миссия была выполнена. Сет, который, кажется, хотел высказать все, что думал про Кола, открыл рот и тут же его закрыл. Заинтересовался. — Я у него всегда игрушки выпрашивал. Фигурки из дерева. Ну, ты понимаешь, это же принципиально важно, что у волка уши острее и хвост пушистее. Я думал, Финн меня когда-нибудь в лес отдаст, волкам на съедение. Я раньше хуже тебя был. Сет не улыбнулся. Тем не менее, слушал он очень внимательно. Еще никогда Кол не рассказывал о своем прошлом. А тут вдруг начал разговор. Сам, да так неожиданно. И ночью, видимо не спалось ему. В душе мышонка появился интерес, который Донован безуспешно пытался подавить своей апатией. Финн был предателем в семье. Но тем не менее, вспомнить его добрым словом можно. — Или нет, Элайджа, допустим. Он, кажется, с рождения отличился своими манерами. Все у него идеально, все у него прекрасно. И ты представь шок Элайджи, когда он приходит домой с охоты, а там мы с Беккой перервали все мамины травы, вылили какое-то зелье и устроили сущий погром. Она тогда позеленела, волосы, то есть. Сет хихикнул, представляя себе зеленоволосую Ребекку. Кажется, нужно обязательно сообщить Мэтту, что у него жена, оказывается, типичная ведьма из сказок. Зеленоволосая. Интересно, а бородавки имеются? План Кола был вполне успешным. Он планировал поднять настроение Сету дурацкими историями из детства, заставить мышонка хоть немного улыбнуться. Жить спокойно, когда это чудо тут в депрессии лежит, не представлялось возможным. Мальчишка просто заливался смехом, слушая историю о том, как от Бекки жениха отваживали. Представляя себе девушку, которую вырядили как болотного монстра, Сет даже невольно пожалел того бедного парня. Ну он же не виноват, что ему невесту предложили, а тут бац, и такой сюрприз неожиданный. — У тебя весело было. А я единственное, на что способен был — обиделся на Викки, нашел короче паука на улице, а потом утром, пока она типа красоту наводила, я его ей в волосы закинул. Вот криков-то было! А еще, я как-то сказал девушке Мэтта, что он гей. Он мне чуть голову потом не снес подзатыльником. Но девушка страшная была, толстая и пошлая, у Мэтта был отвратительный вкус, — абсолютно невинно рассказал Сет. — А потом я как-то Форбс краску в шампунь подмешал. Синюю. Она мо-одная была. — Слишком много блондинок, синий — это круто, — невозмутимо согласился Кол. Засмеялись они уже вдвоем, и впервые за последнее время мышонок искренне улыбнулся. — Скажи, что ты еще поешь сейчас, и мы докажем, что первородных можно убить не только белым дубом. — Я давно хочу, но ты не кормишь ничем, — хитро улыбнувшись, заявил парень. Причина резкого поднятия настроения была простой. Пускай и совсем немного, но Кол рассказал про свое детство. Доверил дорогие для него воспоминания. Это ли не счастье? Спустя буквально пять минут Сет был снова недоволен. Ну зачем же Кол то один, то с Беккой подбрасывал Татье жаб? Это же скучно и совсем не страшно! А вот змеи — это вещь. Их почти все девушки боятся, наверное. И Сет тоже. Да и как можно было, учась стрелять из лука, чуть не пристрелить самого себя? Если смех продлевает жизнь, то теперь Сет должен жить вечно даже без обращения. Развеселился мышонок настолько, что потом усиленно пытался впихнуть пару ложек супа в Кола. Тот уворачивался, как мог. В итоге тарелка полетела вниз, разбилась на мелкие осколки, а суп разлился. Решили устранять проблемы по мере их поступления, поэтому, съев напоследок бутерброд и половину упаковки печенья, Сет сообщил, что хочет спать. И уже в комнате, свернувшись под боком у вампира, Донован задал очень волнующий его вопрос. — А ты меня правда любишь? .. — Да, — последовал крайне уверенный ответ. — Прости меня, пожалуйста… Просто… я правда так переживаю, что ты меня бросишь, я тебе надоем или еще что… или вон, умру случайно, кто меня знает… — Ну вот что с тобой делать, мышонок? — вздохнул Кол, целуя чудо в макушку. — Понять, простить и любить? .. — неуверенно поинтересовался Сет. А почему бы, собственно, и да.