Поиски себя

      Городской архив. Это заведение, которое должно быть очень хорошо вам знакомо… в том случае, если ваша профессия — архивариус. Ну, или охотник за нечистью — тоже неплохой вариант. Работа — дрянь и ваше проклятие, но хуже убийства монстров может быть только бесконечное копошение в бумажках. После тщательного изучения сотен многостраничных томов однообразных записей — навроде «родился», «женился», «умер» — до рези в глазах только и ждёшь того, чтобы выскочить из угнетающего разум помещения и прирезать какую-нибудь мерзкую пакость. Да хотя бы за одно это она достойна самой страшной смерти. Посмела же, тварюка, прятаться в пыльных многотомниках нудных формуляров! Найти, отрыть и сжечь! И без разницы — кого.       Именно на такие мысли всегда наводили Дина Винчестера эти два страшных слова — городской архив. Он бы с удовольствием променял один поход к милым очкастым тётенькам за сорок на дюжину мерзких, озлобленных тварей. Но сейчас никто иной как Винчестер-старший собственной персоной предложил эту увлекательную поездку к хранилищу ветхостраничной истории городка Рапид Сити.       Они с Сэмом уже поднимались по крутым ступеням непримечательного на вид здания, наводившего такой ужас на ненавистника нудной работы, Дина, как путь им преградила до крайности взволнованная девушка. — Ребята, это срочно! Мне нужна ваша помощь!       Если бы она могла быть ещё белее, то — не сомневайтесь — как раз такой бы и была. В глазах непередаваемые беспокойство и изумление, приправленные щепоткой страха. Ох, Мэлоди, что же ты опять натворила? — Ну да, да! Я поступила глупо! Правда! Мне очень жаль! Но сейчас… — Мэл. Мэл, стой! Мэлоди! — рявкнул старший Винчестер в отчаянной попытке усмирить, наконец, бессвязный поток из уст охотницы. Девушка тут же осеклась. — Всё? Успокоилась? — Брэйниак кивнула, а Сэм машинально кивнул вместе с ней, пристально наблюдая за её лицом. — Чудненько. А теперь всё то же самое — с самого начала. И поподробнее. — Я проникла в полицейский участок. — Ну, смертельной инъекции можешь не опасаться, — цинично заметил Дин, сохраняя всё же каменное выражение лица. — Дин! — привычно укоризненно одёрнул его брат, усиленно стреляя глазами в Мэлоди. — Да я кровь нашла! Понимаете?! Собственную кровь! — Где?! — хором воскликнули ошарашенные Винчестеры. — В участке? — неверяще переспросил младший. — И с чего ты взяла, что это твоя кровь? За эти два месяца она бы уже давно… — Знаю! — возбуждённо выпалила Брэйниак. — Но это она! Точно она! Да не будь я призраком, если ошибаюсь! — Лучше б ты ошибалась, — буркнул Дин.       Мэлоди одарила его удивлённым взглядом, а Сэм не преминул добавить: — Ты ведь первый на тех полицейских думал. Разве нет? — Да, ты прав. Нужно всё проверить. — Значит, архив отменяется? — поинтересовался Винчестер-младший, уже разворачиваясь и отступая на одну ступеньку вниз. — Ну нет, заучка, бумажки — это по твоей части, — весело усмехнулся парень. — Так что дерзай: грызи гранит науки! Только зубы не сточи. — А к оборотням… в погонах, — после многозначительной паузы добавил Сэм, — я так понимаю, ты планируешь отправиться в одиночку? — Дин ухмыльнулся ещё шире с видом «угадал, братишка». — Не дождёшься! Один ты не поедешь! — Это что — бунт на корабле? — Винчестер-младший прищурился и выразительно взглянул на брата, на что тот только в очередной раз хмыкнул. Но всё же чуть серьёзнее добавил: — Во-первых, нам всё ещё нужна та информация. — А, во-вторых? — осведомился всё ещё не убеждённый Сэм. — А, во-вторых, Сэмми, кто сказал, что я буду там один? — Дин перевёл красноречивый взгляд на девушку-призрака. — Мы поедем с Мэл.       И не оставляя «Сэмми» шанса оспорить своё решение, сбежал по ступеням и прыгнул в припаркованную неподалёку Impala. Младший охотник мог только сердито исподлобья наблюдать, как скрывается за поворотом автомобиль брата, унося в своём брюхе двоих: человека и призрака.

***

— Ладно, Мэл, показывай, где ты там чего нашла?       Дин только что оставил машину на стоянке перед ближайшим — к нужному им участку — супермаркетом. Бодрым шагом он пересёк парковку, но остановился, не доходя до пешеходного перехода. Нервными резкими движениями парень обследовал собственные карманы. — На груди, — сказала девушка, меланхолично наблюдая за манипуляциями парня. — Чего? — На груди, — повторила она, но понимания во взгляде Винчестера не прибавилось. — Во внутреннем нагрудном кармане.       Всё ещё недоверчиво поглядывая на девушку, охотник всё же сунулся во внутренний карман и — бинго! — нашёл подходящий к случаю липовый жетон агента ФБР на имя Кёртиса Ньюстеда. — Так ты теперь можешь видеть сквозь одежду? — сально ухмыльнувшись, поинтересовался Дин.       Как и ожидалось, подобный выпад смутил девушку. А широкая лучезарная улыбка парня только подтверждала удовлетворение реакцией. Часто в своё время он любил так развлекаться: наблюдать, как щёки молодой охотницы наливаются стыдливым румянцем. Но…       Внезапно лицо парня заострилось чёткими линиями, резко, словно твёрдым карандашом, очерчивая лоб, скулы, массивную нижнюю челюсть. Дин с такой силой стиснул зубы, что те истёрлись бы в порошок, лишь попытайся он сказать сейчас хоть слово. Так скоро мальчишечий блеск в его глазах сменился на жёсткую решимость. И Мэлоди потерялась.       Она забылась. Просто забылась.       «Один раз. От одного раза же ничего не будет? Пожалуйста! Последний…» — умоляла Брэйниак неизвестно кого.       Но ответа не последовало. Девушка хотела уже оторваться от целого мира, сложного и запутанного в своих хитросплетениях, однако парень всё так же транслировал кричащую во взгляде мысль: «Найду и убью ублюдка! И плевать, что не мой профиль!» А она — просто человек. Призрак человека, страсти которого не угасли и после смерти.       Дин Винчестер так до конца и не понял, что тогда произошло. Всё, что он почувствовал, — касание щипучего морозца его полных обветренных губ. Так быстро…       И ещё одна истина поселилась в его сознании: привидения тоже плачут.

***

— Агент Ньюстед? Чем обязаны вашему визиту? — Это лейтенант Берковец, — ветроподобным шёпотом проинформировала Дина девушка.       Удобства ради Брэйниак и старший Винчестер решили: Мэл становится невидимкой. Чтобы людей не пугать. От искушения «навести тут панику» предостерёг внезапно проснувшийся в душе Сэм — совесть и мораль «сверхъестественного» дуэта. Ну, как всегда, не вовремя!       Но это ладно. А вот привыкнуть к неожиданным ледяным порывам в районе его уха было сложно. Правда, ослабевшая способность парня «не подавать вида» на возможности «делать хорошую мину при плохой игре» никак не сказалась. И это радовало! — Я уже понял, — почти не шевеля губами ответил Дин. — Простите? Вы что-то сказали? — с плохо скрываемой неприязнью поинтересовался полноватый пожилой мужчина в форме патрульного. — Вам показалось, лейтенант, — не остался в долгу Винчестер.       И криво друг другу улыбнувшись, хранители спокойного сна обычных людей — признанный и непризнанный — разошлись в разные стороны.       «Надутый индюк!» — подумал каждый из них. — Дин, я сейчас. — Куда? Стоп… стоять! Брэйниак! — повысил голос Винчестер, не обращая внимания на испуганные, непонимающие взгляды обитателей злополучного участка. — Чёрт! Зараза! — выругался парень, про себя дополняя перечень отборной руганью.       Но не успел Дин исчерпать свой матерный словарный запас, как над ухом опять прошелестело: — Дин, я её не чувствую! — Как?.. — хотел было спросить он, но, поймав очередной «вот псих»-взор, нырнул в первую попавшуюся дверь. — Что значит, ты её не чувствуешь? — Мэлоди «проявилась» где-то сбоку от него. От неожиданности Винчестер дёрнулся, вписавшись затылком в какой-то непонятный железный шкафчик, чертыхнулся и принялся потирать ушибленное место. — Подожди… её… ты вообще о чём? — О крови, разумеется! — Брэйниак выглядела немного потерянной и напуганной, но упрямая решимость в глазах никуда не делась. — Её здесь больше нет! — Как так? — Нет. Была, а теперь нет. Только не нужно на меня так смотреть! — Смотреть — как? — Как на идиотку! — Да не смотрю я на тебя… как на идиотку! — Дин сделал неопределённый взмах рукой, а потом вернул её на затылок. «Чёрт! Это хреново!» — Ладно. Чудненько. Тогда «потрясём» патрульных? — с напускным воодушевлением предложил он и широко улыбнулся, демонстрируя напарнице привычное «всё под контролем». — Глянь-ка, куда там подались сын Сэма* с напарником…       И хотя Мэлоди совершенно не поняла, при чём тут младший Винчестер, откуда у него сын и как тот связан с Джеймсом Рональдом Берковецом, она послушно растворилась в пыли полицейского участка. Разумеется, вскоре бывший детектив был найден и с потрохами сдан молодому «агенту ФБР». Разумеется. Однако имелось одно весьма неприятное «но». — Лейтенанта Берковеца я нашла: он только что вернулся в свой кабинет. Правда… — Что «правда»? Мэлоди, что «правда»? — настойчиво допытывался Дин у непонятно по какой причине смутившейся девушки. — Эй! Я здесь!       Он в очередной раз пощёлкал пальцами перед её лицом, привлекая внимание. — А? А, да. Он… того… ну… этого… — Винчестер выжидательно уставился на охотницу, намереваясь услышать продолжение. А оно, по всей видимости, предполагалось нескоро. И парень, скрестив руки на груди, в попытке успокоиться, принялся отбивать какой-то ритм пальцами. Охотница вдруг очень этим заинтересовалась. — Deep purple? ** — Чего? — не понял Дин, растерявшийся на миг от резкого перескока Брэйниак. — Ну, это… — она кивнула на его руки. — Smoke on the water***. Нет?       На пару секунд охотник завис, а потом, проследив за её взглядом, сильно удивился. Кивнув на какое-то своё немое замечание, он перестал барабанить пальцами по плечу и «бросил» конечности плетьми вдоль боков. Впрочем, надежды пристроить их куда-нибудь ещё парень пока не терял. — Ты что-то говорила про Берковеца, — напомнил Дин, а Мэлоди мысленно хлопнула себя по лбу: что-то она увлеклась… Винчестером, его пальцами, знакомой мелодией тоже. Так, ладно, о чём он там говорит? Но как девушка ни старалась — могла лишь тупо на него смотреть. И молчать. Догадавшись, что та пропустила всю его «умозаключительную» речь, парень плюнул и добавил ко всему выше сказанному только: — Ладно, хрен с ним. А как там твой Билли поживает? — не удержался от ерничанья Дин. — Узнала, где он?       Брэйниак лишь похлопала в ответ ресницами, не в силах догадаться о причинах такого более чем недружелюбного отношения к Моргану. Неужели Винчестер-старший подозревает именно его? Лично она отдавала «предпочтение» старшему патрульному.       Во-первых, он раньше вёл это дело. Но подвижек никаких не было. Или Берковец хотел, чтобы их не было. Разве это не очевидно?! К тому же он каждый раз был на месте преступления: и в двухтысячном году тоже, пока ещё расследовал всё это. Что ему мешало скрывать улики, указывающие на него? Во-вторых, его неприязненное к ней отношение. Молодой-то патрульный как раз был с ней обходителен и внимателен к её просьбам, старался как-то помочь. В отличие от Джеймса, который, казалось, намеренно ставил ей палки в колёса: то отчёт какой-нибудь недодаст, то кофе на папку прольёт, то ещё что-нибудь. В-третьих, мужчина достаточно грузный, чтобы бегать за кем-то и применять силу (кроме как придавить кого-нибудь своим «пончиковым» пузом). Вот почему мог быть использован хлороформ. В-четвёртых, перерыв. Она наконец-то нашла этому объяснение. Призрак. Корнелия Майя Митчелл. Абсолютно точно это была именно она: описание довольно точно передаёт виденную в ту ночь Мэлоди картину. А убили девушку как раз пять лет назад, но после неё уже больше жертв не было. До нынешнего года. Возможно, она сама гоняла со склада любопытных девушек, а возможно — лейтенанта Джеймса Рональда Берковеца.       Пуф! Этот голубчик попался в её сети. Наконец-то! А то, видите ли, присматривал он за складом! И поэтому не было убийств? Не слишком ли самонадеянно?! Ну, ничего, скоро она завершит начатое и незакрытое по её глупости и доверчивости дело. Как можно было быть настолько слепой?! Нельзя, нельзя так безоговорочно доверять людям! Тем более если имеешь дело с кучей трупов. Нужно пробовать все версии. Нужно было не соваться сюда. Нужно было вообще не лезть к сверхъестественному, пока был шанс. Но, Боже, разве это Мэлоди к нему сунулась? Вовсе нет. Нет, и ещё раз — нет! Она помнит, как всё это было в тот самый — первый — раз…

***

— Мам, пап! Я сегодня пойду на вечеринку к Патрику!       В прихожей респектабельного двухэтажного особняка появилась невысокая худощавая девочка. Самая обычная. Её тёмно-каштановые волосы были аккуратно заплетены в две толстых косички и делали ещё большим ребёнком, чем обычно, а большие карие глаза смотрели на родителей с волнением и предвкушением.       Вернее, на одного из них.       Мать девочки как раз крутилась перед зеркалом, накладывая последние штрихи своего вечернего макияжа. Жгучая брюнетка, всегда яркая, свежая, красивая — она и в свои почти сорок лет легко сводила с ума мужчин. Но этим и ограничивалась, изображая из себя трепетно любящую своего мужа жену. К слову, супруга здесь пока не наблюдалось, но судя по звукам льющейся воды из кухни, его следовало бы искать именно там. — Ладно, — не отрываясь от своего то улыбающегося, то хмурящегося отражения в зеркале безразлично бросила она. — Патрик — это мой одноклассник! — решила пояснить девочка, несколько разочарованная таким, более чем прохладным, ответом матери. — У него родители уехали на все выходные… — Ясно, — причмокнула губами женщина, строя себе глазки. — На всю ночь, мам! — Но мать не услышала слезы в голосе дочери. В последней отчаянной попытке добиться хоть какой-нибудь внятной реакции со стороны родительницы, она добавила: — Там будет выпивка, кальян, много крутых парней со школы…       Вместо ожидаемого запрета, женщина выдала раздражённое: — Мэлоди, тебе уже семнадцать! Ты достаточно взрослая, и делай, как знаешь! — А потом, резко сменив тон, проворковала: — Дорогой, мы опаздываем! Ты же знаешь, как важно нам появиться на этом корпоративе вовремя! Мистер Мэйсон обещал сегодня объявить всем о моём повышении!       Шум воды смолк, и через минуту возле жены нарисовался молодой с виду, подтянутый мужчина, лет чуть за сорок, прямо под стать своей жене. Тёмные русые волосы курчавились даже под многотонным слоем неизвестного геля для укладки волос. На вид — настоящий франт. Мечта любой женщины.       С тоской глядя на своих родителей, девушка в который раз подумала: в кого же она тогда такая получилась? Нет, не то чтобы она комплексовала по поводу своего внешнего облика или фигуры. Скорее, это было обычное недоумение и, может быть, — совсем чуть-чуть — обида. Даже в этом постараться не могли! Неужели даже тогда им было всё равно на то, какой будет их собственная дочь?!       Когда за ними захлопнулась дверь, девочка ещё с пару минут постояла в прихожей, а потом унеслась по лестнице наверх, к себе в комнату. Но не плакать, как можно было бы подумать. Натянув в очередной раз на лицо маску счастливого, беззаботного человека, она полезла в гардероб выбирать себе наряд. Всё-таки, несмотря ни на что, юное создание намеривалось оторваться на полную катушку!

***

      Весёлая, отвязная и очень шумная вечеринка встречала гостей ещё метров за двести-триста от эпицентра ночной активности разошедшейся молодёжи. Громкие, завладевающие телом до самых внутренностей, звуки музыки били по всему без разбора. Тела содрогались в припадках меломании, барабанные перепонки лопались под напором дичайшей силы звуковых волн, а стёкла дребезжали, то ли подпевая, то ли от возмущения.       Единственная причина, по которой жильцы этого квартала ещё поголовно не звонили в «девять-один-один», крылась в очевидной бесполезности сего предприятия. Опыт показывал, что беспокойные соседи, как всегда, отделаются лёгким штрафом, их сын — недельным домашним арестом, а постояльцы по соседству — вскоре получат ещё одну, более насыщенную вечеринку. Оставалось лишь обзавестись берушами, успокоительным и снотворным…       Именно здесь, в этом переполненном алкоголем и подростками месте, оказалась юная и беззаботная Мэлоди. Она расслаблялась, плыла по звуковым волнам любимых мелодий и позволяла таким же молодым и не обременённым жизненным опытом парням приглашать себя на медленные танцы. Проще говоря, Мэлоди славно проводила время, стараясь всё же избегать общения со спиртным. Это не сильно нравилось противоположному полу, ожидавшему сорвать пьяный поцелуй, а может, даже и что-то большее.       Мэлоди не была избалована мужским вниманием, как некоторые из её одноклассниц, но и недостатком поклонников, впрочем, не страдала. Вот и сейчас объявился назойливый ухажёр, который настойчиво хотел «познакомить» девушку с каким-то слабым, но очень крутым алкогольным коктейлем. — Слушай, я не пью! Понимаешь ты или нет? — она уже теряла терпение, но парень всё не отставал. — Крутая вещь! Правда! Да ты только попробуй, и тебе обязательно понравится! — Нет, не понравится! — отрезала девушка, и тут же нырнула в толпу беснующейся под музыку молодёжи.       Усиленно работая локтями, Мэлоди прокладывала себе дорогу к выходу. Она старалась как можно шустрее проскочить к двери, оставаясь при этом вне поля зрения навязчивого парнишки.       Лишь захлопнув за собой дверь, Мэлоди смогла перевести дух, немного успокоиться и собраться с мыслями. Вот чего ему от неё надо было? Там же целая куча народу! А девушек просто тьма-тьмущая! Нашёл ведь к кому привязаться!       Ну и ладно. Это в прошлом. Она уже ушла, а он остался там.

***

      Было уже довольно поздно, темно и жутчайше тихо, но девушка, похоже, была не из робкого десятка. А может, просто за мыслями не замечала всего этого: пустынной улицы, шуршащих молодыми листочками высоких деревьев, тревожно колышущихся теней. Мэлоди шла и напевала себе под нос какой-то старый, давно забытый мотив, который никак не отвязывался, но и вспоминаться толком не желал.       Ветер скрипнул чьей-то калиткой. Девушка обернулась, внимательно осмотрелась, но, не заметив ничего странного и страшного, продолжила свой путь.       Спустя некоторое время где-то во дворе залаяла собака. Вновь резко затормозив, Мэлоди чуть повернула голову — сначала в одну сторону, потом в другую, — краем глаза отмечая какое-то движение позади себя. Тут же она услышала, как за спиной дрогнули кусты, и развернулась на сто восемьдесят градусов. Снова ничего. Девушка ускорила шаг, вернувшись к своему маршруту. Она успокаивала себя, убеждала, что всё в порядке, однако петь уже не хотелось. Уловив в ночной тишине звук чьих-то шагов, Мэлоди ускорилась. Шаги стали чаще: неизвестный тоже прибавил ходу. Испугавшись, она рванула с места так быстро, как только могла (а она как неплохая спортсменка вполне могла). Но и преследователь не отставал.       Вдалеке сверкнул фарами автомобиль и скрылся за поворотом. Девушка тоже хотела круто свернуть и затеряться во дворах, но тут кто-то резко её дёрнул на себя. Теряя равновесие, она попыталась было ухватиться за что-нибудь, однако пальцы, как назло, могли цепляться лишь за бесплотный ночной воздух. — Наконец-то! — услышала Мэлоди чей-то торжествующий смутно знакомый голос.       И тут её спина с силой коснулась кирпичной стены. От удара из лёгких выбило весь воздух, в глазах немного поплыло, но теперь, развёрнутая к похитителю лицом, она смогла его узнать. — Ты?! — изумлённо выдохнула девушка, а тот самодовольно ухмыльнулся. — Что тебе от меня надо?!       Мэлоди то и дело сбивалась на истерические нотки, но позволить эмоциям возобладать над разумом она не могла. Ну, во-первых, это ещё никому не помогало.       Парень склонился к её лицу — и вот уже можно было отчётливо разглядеть его грубоватые черты. С широкими крыльями крупный нос шумно втягивал воздух, красивого янтарного цвета глаза с расширенными в ночных сумерках зрачками со странным любопытством разглядывали её детское веснушчатое лицо. Родинка на щеке, ещё одна на её шее… Какой-то непонятный приятель Патрика, мало знакомый парень — по слухам, уже студент первого курса инженерного колледжа — весь вечер ошивался вокруг неё, пытался чем-то споить, а теперь вот…       Его взгляд зацепился за эту несчастную почти незаметную родинку на шее. Дыхание парня участилось, зрачки расширились до предела, почти скрывая радужку, а пальцы намертво вцепились в её плечи, грозя в будущем синяками. Сердце девушки застучало чаще, на шее от страха сильнее забилась венка.       Ещё когда он к ней наклонялся, медленно сокращая расстояние между ними, мозг судорожно перебирал варианты. Но коленка цели так и не достигла, благодаря его удачному и своевременному манёвру. Парень слегка отстранился. В глазах плескалась едва сдерживаемая ярость, какое-то дикое животное желание. Они налились кровью. Ноздри раздулись от втягиваемого воздуха, и он раскрыл рот, обнажая ряд острых, непонятно откуда появившихся клыков.       Мэлоди бы попятилась… да нет, она забылась и в самом деле попятилась! Но стена позади неё никуда не делась. Изнутри в опасную темноту прорвался громкий и отчаянный вопль. Но тишина сомкнулась так же скоро, как разорвалась. — Тише, тише! Я не буду тебя убивать! — сладким убаюкивающим голосом пропел парень. Успокаивающего мало, но всё-таки клыков уже не было видно. А может, их и не было? У неё что — галлюцинации?! — У меня на тебя совершенно другие планы, — тягуче проговорил он, опасно сверкая глазами. — Говорят, у нас это на всю жизнь. Что ж, проверим!..       Внезапно парень смолк. Его взгляд расфокусировался и поплыл. Он убрал свою руку, которой зажимал ей рот, и переложил себе на шею. Невольно она проследила за его движением и тихонько охнула, заметив маленький дротик, прилетевший точно в бьющуюся жилку. Со странным изумлением парень взглянул сначала на извлеченную вещь, потом перевёл растерянный взгляд на Мэлоди. У него почему-то начали пропадать силы, и девушка чувствовала, что ещё немного и упадёт вместе с ним, весь свой вес переложившим на неё. Осознание всего этого заняло какие-то доли секунды.       Вслед за дротиком до них долетел хриплый, прокуренный мужской голос: — Зато мы тебя — будем! — Девушка беспокойно дёрнулась, но тело парня всё ещё удерживало её прижатой к стене. Он тоже обернулся на звук и противно осклабился. — Твоя жизнь, кровосос, закончится прямо сейчас!       Как он сказал — кровосос?! Это что — шутка такая?! Нет, это ни разу не смешно. Нет-нет-нет! Нет! — Охотники! — слабеющим голосом протянул прижимающий её парень. А это что ещё такое? Охотники? На кого? — А вот и вы! Вас стучать не учили? — Можешь похохмить напоследок. Хотя тебя это не спасёт, — флегматично произнесла невесть откуда здесь взявшаяся женщина. На полголовы ниже мужчины, подтянутая и с каким-то «мечом» наголо. — Поэтому отпусти девочку, а мы обещаем о ней позаботиться.       «Они меня спасут? Они обо мне позаботятся? Кто они? Я тоже должна буду охотиться? А если я не хочу охотиться? А может, мне тогда как он?» — пронесся в голове у Мэлоди водоворот шальных мыслей. Девушка краем глаза взглянула на неизвестного никому студента, отмечая про себя, что тому вряд ли удастся выстоять в прямом бою против двоих… хм… охотников. Нет, что-то здесь нечисто.       Девушка настолько заинтересовалась происходящим, что даже забыла: ещё пять минут назад она истошно вопила от ужаса, охватившего всё её существо. А теперь вот азартно делает ставки. И что с ней собирался сделать… кхм… кровосос? — Я сам могу о ней позаботиться! У нас будет вечность на двоих! — Сомневаюсь насчёт вечности, мальчик, — хмыкнул мужчина, угрожающе покачивая холодным оружием. — К тому же после твоей «заботы», кому-нибудь обязательно придётся её убить, — всё так же флегматично добавила женщина, глядя Мэлоди прямо в глаза, словно предупреждая её опрометчивые поступки и читая глупые мысли. — Вы не убьёте её! — взъярился парень, отталкивая свою несостоявшуюся жертву себе за спину. — Я её люблю! — И давно вы знакомы? — насмешливо поинтересовался мужчина, делая едва заметные небольшие шажки в сторону юноши. — Милая, сколько ты его знаешь? — обратился он к обалдевшей от таких неожиданных признаний Мэлоди.       Трюк сработал. Парень отвлёкся: обернулся на свою «возлюбленную». На мгновение, на десятую долю секунды — этого хватило. Мэлоди видела, как его рот открылся в беззвучном крике, со странным интересом смотрящие на неё глаза померкли, последний раз раздулись широкие крылья носа, не успев удивлённо выдохнуть… Если бы не блеснувшее с двух сторон от его шеи лезвие, всё это можно было принять за какой-то нелепый розыгрыш. Но вряд ли в каком розыгрыше в самом деле слетают настоящие человеческие головы.       Его голова откатилась прямо к ней. Девушка хотела отползти, закричать, хотя бы отвернуться, но её словно парализовало. Её шокированный взгляд вперился в его — остановившийся и такой изумлённый внезапным исходом. Он же, вроде, пытался её спасти? Пытался защитить… От них… Кто они? Зачем они её тащат? Куда они её тащат?! Убить?! — Я не хочу! Пустите меня! Эй!       Но её вопли никто не слушал.       В какой-то момент, бросив извивающуюся в истерике девушку, женщина влепила ей не по-женски смачную затрещину. Мэлоди схватилась за горящую щёку и шокировано замолчала. Охотники воспользовались её временным замешательством и бесцеремонно запихнули в маленький чёрный седан. Женщина села с ней, мужчина — за руль. Повернувшись через плечо, он бросил: — Ну что, милая, теперь твоя очередь.

***

      Сверхъестественное в тот момент бесцеремонно вторглось в её жизнь, заявило свои права на её судьбу. Ведь всё-таки охотиться она начала после сего случая, несмотря на паническую первую реакцию и некоторый шок. И вот, к чему всё это привело! Финишная черта. Но, чёрт, по дурацкой насмешке распорядителей судеб Мэлоди даже не до конца пересекла её… и стала тем, кого наставники когда-то учили не жалеть, а солить и сжигать. И, видит Бог, так она и сделает! Тряханёт мерзкого лейтенанта: где тело, засранец? — и всё.       Пока, Дин!       И Брэйниак оставила его вопрос о Моргане без ответа. Глупенький, он не знает, что Билли здесь ни при чём. Ладно, раз уж она так схалтурила, то ей всё и исправлять. А Дин… ну, Дин пусть будет подальше от всего этого. А остановить он её не сможет. — Пока, Дин! — шепнула Мэлоди и оставила на щеке опешившего Винчестера холодный (о да, смертью пахнущий!) поцелуй. — Я всё исправлю. Прощай!