Поиски себя

      Это была золотая осень две тысячи пятого. Конец сентября, а может, октябрь — да это и не важно. Не было на тот момент. Всё было хорошо: охота, напарник, отец ждёт его в Фарго. Последний никогда не узнает о подробностях одиночных «выходов» старшего сына: для него единственный приемлемый ответ — «тварь уничтожена, сэр». Оно и к лучшему, в общем-то. За брата пока тоже можно было не волноваться, хотя не всегда получалось. Но такие моменты обязательно дополнялись ещё и горьким чувством предательства, которым делиться было особо-то и не с кем. Да даже и будь с кем — вряд ли бы он воспользовался предоставленной возможностью: Дин Винчестер не из тех, кто льёт слёзы в чью-то жилетку. Всё, что ему требовалось знать на тот момент, — с Сэмми всё в порядке. А разве были причины сомневаться в словах отца?       Золотая пора. Он мчит с бешеной скоростью на своём Chevrolet. За бортом Impala сливается в сплошное яркое пятно жёлто-красный ансамбль стеной нависающих с двух сторон деревьев, кустарников, прикрытой опавшей листвой ещё отчего-то зелёной травы. Под колёсами почти идеальная дорога, и благодарная Детка послушно вписывается в крутые повороты. В лобовом стекле только лес и двойная жёлтая разделительная полоса. Впрочем, зеркало заднего вида показало бы точно то же, если бы Дин сейчас в него заглянул.       Но трасса пуста, в колонках надрывно орёт AC/DC (что-то про то, как большой ствол вышибет тебе мозги**), а на соседнем сидении расположилась странная девчонка, так же, как и он, хлебнувшая охоты по самое не балуй.       Сегодня всё было для него. Даже она. — Дин, — позвала девушка, сосредоточенно глядя на него. Если бы не её взгляд, парень бы и не понял, что к нему кто-то обращается. Чтобы услышать дальнейшее, пришлось убавить звук. — Дин, а ты… ты уверен, что по сто сорок третьему было не удобней? — Абсолютно, — весело отозвался он. — Трасса что надо — Детка довольна. — Дин любовно погладил чёрную обмотку руля. Девушка вздрогнула и отвела взгляд. — Расслабься, Мэл. Дался тебе этот Теллико Плейнс! Лучше уж в машине ночевать!       Мэл смущённо улыбнулась и кивнула. Ну да, перспектива провести ночь в достаточно просторной Impala да ещё и в компании Винчестера её, похоже, вовсе даже не пугала. — Да, но… — под взглядом Дина девушка замялась. — На горном участке эта трасса сильно петляет. Этих поворотов там на каких-то десяти милях больше трёхсот! — Триста восемнадцать. — Дин! — Да знаю, — небрежно бросил тот, — «хвост дракона»***, или что-то типа того… А ты что — боишься? — поддел Винчестер, повернув голову в её сторону и насмешливо улыбаясь.       Заметив в её глазах панику, парень хотел было как-нибудь легко пройтись на этот счёт. Но его дружескую шутку опередил громкий вскрик Мэлоди, указывающей пальцем куда-то в лобовое стекло: — Поворот! — наконец отмерла она.       Дин резко обернулся и, в последний момент вывернув руль, успел точно вписаться в резкий виток дороги. — Всё в порядке, — скрывая неуверенность, успокоил он пребывающую в лёгком ступоре девушку. И тут же, изобразив на лице «так и было задумано», кинул: — Я знал.       Не произнеся ни слова в ответ, Брэйниак вперилась в него чуть удивлённым взглядом. Впрочем, она быстро взяла себя в руки. — Ну да… — протянула Мэлоди, как бы соглашаясь и оставляя инцидент вне зоны видимости, там же, за изгибом трассы. — Просто… чуть больше пяти лет назад я тут проезжала тоже… на байке, правда. В общем, один парень не справился с управлением и чуть не улетел вместе с тачкой. Вот. Но успел выскочить как-то… — И при чём тут я? — удивился Дин (с некоторой обидой, как показалось Мэл). — Может, он просто осёл? — предположил парень. — И тормоза в норме — я проверял!       Дин упёрся хмурым взглядом в дорогу. Один поворот, другой. Упавшее дерево.       Но тут он кое-что вспомнил: — Погоди! Ты сказала: «на байке»? — Мэлоди настороженно кивнула. — А как же твой Ford-ик? — Ну, тогда у меня его ещё не было. — Так ты была байкершей? — с интересом покосился на неё парень. — Шпильки, латекс, ошейник с шипами? — похабно ухмыльнулся Винчестер, проигрывая в голове засевший в ней соблазнительный образ.       Брэйниак покраснела. — Нет, ну… — нечленораздельно промычала она, внезапно заинтересовавшись проплывающим пейзажем. — Это были обычные чёрные байкерские ботинки на шнуровке и… — почувствовав на себе внимательный взгляд, девушка окончательно смутилась и замолчала. — М-м-м, хотел бы я это видеть, — многозначительно протянул Дин и довольно хмыкнул, отчётливо представляя, как это могло бы выглядеть. — Был бы ты в Стурджисе в этом году…       Винчестер кашлянул: эта девушка не перестаёт его удивлять. А при иных обстоятельствах он бы с ней даже и не познакомился. И не только «не познакомился». Да, чисто с внешней стороны она определённо не его тип. — Мотоциклетное ралли****? — Брэйниак опять кивнула, несколько озадаченная его осведомлённостью. — Это вряд ли. Не наш формат, да, Детка? — обратился парень уже к автомобилю.       Impala, словно в подтверждение, рыкнула мотором. Оставалось только удивляться такому взаимопониманию на высшем уровне. И сомневаться не приходилось: у этой машины совершенно точно была душа. — У Бобби отдыхает моя Yamaha тысяча девятьсот девяносто седьмого, — пожала плечами Мэлоди. — Хочешь, чтобы я её оседлал? — усмехнулся Дин. — Ну, ты ведь мне не доверяешь управлять Impala, — не замечая очевидного подтекста в словах парня, ответила она.       Наградой девушке был долгий пронизывающий взгляд Винчестера, пытавшегося разобраться, верно ли он её понял. В итоге тот пришёл к выводу, что, похоже, намёков та не делала: просто не умела. Но смысл… смысл, по всей видимости, был именно таков: прокатиться на её байке в качестве пассажира. Вопрос только в том: в Стурджисе, или вообще? Однако спрашивать ни о чём не стал.       Она отрешённо смотрела в окно, погружённая в свои мысли. Он вновь прибавил громкость и следил за дорогой. Они подъезжали к той самой петляющей (и очень живописной) десятимильной секции трассы сто двадцать девять, в горах Грейт-Смоки, соединяющей Теннесси и Северную Каролину…

***

      Мрачный и молчаливый, Дин в кои-то веки не пытался хохмить и притворяться, что всё хорошо: не было ни сил, ни желания. Он так же до боли в пальцах сжимал руль, давил на газ и напряжённо следил за дорогой. Время от времени Сэм предпринимал очередную попытку разговорить его, но ничего в салоне этого автомобиля не менялось.       Не менялось…       Старший Винчестер про себя хмыкнул и покосился на брата: тот беспокоился — было видно. Эх, но не мог же охотник признаться, что развесил нюни. В их дуэте он позволял это Сэмми, но не себе.       Заметив, что старший Винчестер наконец-таки ожил, младший опять взялся за старое. Вернее, попытался. — Эй, я в порядке, ясно? — не дав брату шанса, раздражённо сказал Дин. И мгновенно переключился, дабы не развивать дальше тему его психического здоровья: — Этот бургермэн сказал, что Мэл в Пирре. — Теперь понятно, почему ты собирался кинуть меня в архиве. — О чём это ты? — Дин одарил брата недовольно-подозрительным взглядом. — Я тебя никогда не кидал. — Да, — согласился младший Винчестер, — просто забывал. Послушай, — без перехода продолжил он, — я ведь не слепой… — Что? Теперь я точно ни хрена не понимаю! Ты, что, решил устроить мне промывку мозгов? — Дин… — Оставь это Мэл! — выпалил тот. Осознав, что только что сказал, парень резко отвернулся и вновь уставился на дорогу. — Когда она выберется… — Что значит «выберется»? — начал допытываться Сэм, ухватившись за вскользь брошенную фразу. Дин скрежетнул зубами. — Ты что-то узнал? — Но последний лишь упрямо молчал, поэтому младшему охотнику пришлось на него нажать: — Дин! Ты точно что-то узнал! — Тишина. — Зачем мы едем в Пирр? Мэлоди бы вернулась и всё нам рассказала. Разве мы не должны были дожать Моргана? — Ты держишь меня за идиота? — холодно поинтересовался Винчестер. — По-твоему, Сэмми, я бы свалил из города, если бы этот ублюдок — Билли Морган — был там? — Ничего такого я не имел в виду, — тут же пошёл на попятную тот. — Послушай, ты ничего не объяснил, что там у вас произошло с Берковецом! Ты как ошпаренный выскочил из участка и… Признайся, Дин, если бы меня уже в тот момент там не было, ты бы просто сел в машину и уехал! — Парень плотнее сжал челюсти и ничего не ответил. Впрочем, Сэм и сам уже обо всём догадался. — Слушай, я не прошу тебя изливать мне душу — просто хочу знать, что тебе сказал этот детектив. Вот и всё.       С минуту в салоне царила натянутая тишина: ткни пальцем, и мыльный пузырь мнимого спокойствия лопнет. Дин сдвинул брови, словно всерьёз обдумывал, стоит ли посвящать во всё брата. Хотя почему «словно»? Но нехотя он всё же пересказал ему то, что узнал от пьяного в стельку Джеймса Рональда Берковеца. — Мэлоди — что?! — неверяще вытаращился Сэм.       Винчестер-старший досадливо поморщился. — Да не ори ты так! Прямо как девчонка, Саманта! — Дин попытался было улыбнулся, но вышла какая-то неестественная гримаса. — Да, она в коме.       Младшего Винчестера, кстати, такое обращение не тронуло (на мимолётное удивление охотника). Более того, тот даже не обратил на него внимания, равно как и на непонятные «кривляния» брата: Сэм задумался. И вскоре стало понятно о чём. — Значит, информация Бобби была верна…       Бобби. Это имя всколыхнуло воспоминание о так — казалось бы — недавно беспокоящей их всех проблеме. — Он, что, звонил? Когда? Что он сказал? — По дороге к тебе, — после небольшой паузы ответил Сэм. — Кое-что о «приступе» Мэлоди. — Ты о том, когда она пыталась пробить мной стену? — придал себе задумчивый вид Дин. — Или когда разгромила участок? — Ты сам её провоцировал — и ты это знаешь! — отрезал младший Винчестер. Дин хмыкнул, но никаких признаков веселья на его лице не появилось. — А тогда… просто она уже начинает вести себя, как мстительный дух! И ещё… Бобби тут выяснил, что в редких случаях призрак может вернуться в своё тело, если оно ещё живо. Правда, чем больше времени прошло… — Но она ведь всего два месяца как призрак, так? Значит, ей нужно только как-то влезть обратно… — Дин, Бобби говорит, что даже через два дня не всегда выходило! А тут месяцы! — Брэйниак сильнее, чем кажется, — упрямо процедил Винчестер. — Дин, слушай…       О нет. Нет, только не этот умилительный жалостливый взгляд. — Ты, кажется, что-то говорил про «приступ». — А, да… — Сэм всё не сводил с брата настороженного взора, но, к облегчению старшего Винчестера, принялся отвечать на «запрос»: — Бобби вычитал, что это может быть признаком «привязывания к телу». — Признаком чего? Что значит «привязывания»? — выплюнул Дин так, будто последнее слово жгло ему язык.       Винчестер-младший отвернулся к лобовому стеклу и погрузился в сосредоточенное молчание, медленно шевеля губами. — Сэм! — Да, — очнулся тот. А затем продекламировал явно заученный наизусть текст: — Если душа усопшего начинает повторять биение сердца… — Стоп. Кажется, я понял, — неожиданно отозвался Дин. — Вспомни, Мэлоди тогда говорила, что слышала в голове: «пух-пух, пух-пух». Тебе не кажется, что эти «пух-пух»… что они как раз похожи на биение сердца? — Ага, похоже на то, — задумчиво откликнулся Сэм и замолчал, позволяя брату вновь окунуться в свои мысли.

***

      Спина до сих пор болела, а поперёк груди словно стальной холодный обруч. Последствия иногда так непредсказуемы, когда твой друг и — в прошлом неоднократно — соратник неминуемо превращается в одну из тех тварей, с которыми ты борешься всю сознательную жизнь. Он не злился на неё за эту выходку. А смысл? Разве это зависело от неё? Мэл — всего лишь хрупкая девушка, которую однажды потянуло к приключениям. И перемололо…       Да, когда он однажды услышал её занимательную историю, то сначала испытал недоумение, затем непонимание, а после всего — неприятие. Никак, ну никак не мог принять это как данность человек, втянутый в сию борьбу по прихоти судьбы, а не из-за собственного неуёмного любопытства.       Ему же иногда даже приходило в голову: плюнуть на «миссию», найти постоянную подружку и… А что после этого «и» — он и сам не знал. Но однажды (только однажды!) попытался завести серьёзные отношения с девушкой и даже быть честным с ней. Хотя, помнится, ни к чему хорошему его честность не привела: Кэсси, узнав о «семейном деле», бросила его. Глупая ирония судьбы. И за что, интересно, чертовка так их не любит? Однако вся эта история лишь в очередной раз доказала: нормальная жизнь не для него. Ему нет места на этом празднике жизни, с которого подростком сбежала Брэйниак. Сама.       Но тот злополучный день ознаменовался ещё одним немаловажным событием, кроме «межстенных перелётов». Между тремя охотниками состоялась неожиданная беседа. Странная беседа, ведь никто не хотел ничего говорить. Хотя ведь это Мэл: она вечно чувствует себя либо виноватой, либо смущённой, либо обязанной. Иногда даже всё вместе. У неё в голове каша, которую та сама разобрать не может. Во всяком случае, так подумал Дин, когда девушка только начала этот непонятный разговор по душам (о, и снова дурацкая ирония!). — …знаете, меня не станет — и всё, — Мэлоди потупилась, всем своим существом ощущая приклеенные к ней взгляды. Старший Винчестер сощурился: направление, которое приняла беседа, ему не нравилось уже давно, но в свете последних событий он счёл за благо просто поменьше в ней участвовать. — Программисты мои, на этом всё закончится. То есть костёр, прах по ветру… — И тебе не страшно? — не смог удержаться Сэм. Вопрос глупый, но ладно. — Ну… а что, лучше быть бестелесным духом, жаждущим чьей-то крови? — Мэлоди явно уходила от ответа: Дин знал — он бы и сам так сделал. — Не хочу. Не хочу быть тварью. Не хочу, чтобы спасала не я, а от меня! А Марк и Эйприл… им бы это совсем не понравилось. — Сэм хотел было спросить, кто это такие, но, случайно наткнувшись на взгляд брата, понял, что от расспросов лучше воздеражаться. — Вот если бы они только были живы… — Мэлоди, я, конечно, не знаю тебя так, как Дин, — запальчиво начал Сэм, не заметив даже невольно вырвавшегося у брата смешка, — но ты точно не тварь! Ты… — Спасибо, Сэм, — грустно улыбнулась девушка с застывшими на глазах слезами. — Раз уж так считает охотник… Но ты пойми: мне сейчас действительно не за что цепляться. Не вижу смысла — даже лучше, что вот так получилось, — высказалась она. Если бы только ей увидеть неодобрение в чьих-то глазах… Но Мэл просто ещё раз улыбнулась и сказала: — У меня никого не осталось, кроме вас, дуралеев, да Бобби. — Этого мало?       Всё-таки заметила. Заметила, хоть и совсем ничего не поняла. А Сэмми чуть удивлённо вскинул брови, но и только. — Иногда я думаю, что этого даже слишком много, — опять вильнула Брэйниак. Но говорила она серьёзно и искренне. — Родителям я никогда не была нужна: насколько я знаю, они и по сей день живут так, словно дочери у них никогда не было… — То есть они живы? — изумился Сэм. — О да, — протянула охотница, скривившись. — И здравствуют.       Какая-то болезненная гримаса: кажется, Сэмми «сыпанул»-таки в призрака солью, обжигая обнажённые смертью раны. — Тогда я не понимаю, почему ты… — А вот это хороший вопрос, Сэмми, — не сдержался Дин, но тему предпочёл пока не развивать.       В комнате едва заметно похолодало, однако девушка осталась неподвижна. — Потому что мои наставники в тысячу раз достойнее называться родителями! — выпалила она. Винчестер-старший только поджал губы, а младший даже немного смутился. — Но они мертвы. А у вас есть Бобби, живой, который к вам привязался. И ещё где-то ваш отец… — Это уж точно, — буркнул Сэм, чуть насупившись, — он всегда «где-то»! — Не начинай, Сэмми! Если… — Не у меня одной проблемы с родителями, так? — всё-таки больше констатировала, нежели спросила Брэйниак, не дав братьям завести привычную шарманку на тему «долга и приказа». Оба хмуро на неё уставились, а старший даже собирался что-то сказать, да вот только… — Короче! — призывая к тишине, немного смущённо сказала Мэлоди. — Вам есть, кого любить — вас есть, кому любить!.. — А у тебя, значит, нет?! — с каким-то вызовом поинтересовался Дин. Правда, заметив изумление на лицах товарищей, немного стушевался и поспешил выправиться. — В смысле… а как же Бобби?       Удалось ли ему тогда обмануть их? Мэл — возможно, а вот Сэмми — сомнительно. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы у брата в голове поселились такие дурацкие мысли. Хотя, если уж выбирать между тем, что было (от подавляемой боли после смерти близкого человека), и этим, он без сомнения выберет последнее. Пусть уж лучше пострадает его репутация, чем душевное состояние брата. Пусть тот думает, что хочет, Дин-то знает правду.       Так всем будет лучше.       А Мэлоди ничего ему на это не ответила. Она лишь задумчиво уставилась сквозь пространство и время, отрешённо покачивая ногой в такт каким-то своим мыслям.

***

      Спустя какой-то час — невероятное время — в Пирр на всех парах влетает чёрная Impala, распугивая бродячих собак и редких прохожих. Вот уже и частный сектор окончательно тает в зеркале заднего вида.       Дин пролетает на красный свет. Недовольные водители гудят и матерятся, но ему всё равно: они уже близко. Близко. Очень. Совсем чуть-чуть. Сэм на мгновение удивляется, как на такой скорости его брат умудряется отслеживать названия улиц и моментально направлять машину (и их вместе с ней) к цели — центральному госпиталю штата.       В глазах появляется лихорадочный блеск, когда на стоянке возле нужной им больницы, «Healthy Balance», Винчестер-старший замечает патрульную машину. Похоже, Морган уже здесь. Будет весело!       Ну, что ж, Билли, посмотрим кто кого! Особенно, если вспомнить, что один разгневанный призрак уже отправился по твоим следам…