Вера

Не успела Власова повернуть ключ в дверном замке до конца, как услышала радостный голос: — И, правда — скоро! Женщина лучезарно улыбнулась и открыла дверь, тут же наткнувшись на свою собственную улыбку на одном рыжем, почти оранжевом рыцаре. — Маа! — оптимистично протянул мальчишка и налетел на Маргариту так, как будто не видел её, по меньшей мере, год. — Денька! — с той же интонацией парировала Рита, одной рукой захлопывая дверь, другой запутываясь в кудрях апельсинового цвета. — Ну, я же всегда тебе правду говорю? — она чуть отодвинулась и заглянула сыну в глаза. — И я тебе, — Денис перестал улыбаться, но лицо его по-прежнему сияло. — Я пиццу купил, ничего? За углом открылся новый магаз, там пока дёшево. Знаю, что не очень полезно, но иногда же можно, — он продолжал обнимать женщину. Та улыбнулась, изобразила вдумчивое лицо и театрально-озадаченным тоном произнесла: — Ну, что ж, пошли добивать твою пиццу. — Урашечки! — Денька, наконец, «отлепился» от матери и горным козлёнком поскакал на кухню. Капитан сняла сапоги и, на секунду-другую прижавшись к стене, блаженно прикрыла глаза. «Счастье, солнце, смысл моей жизни…. И только он». — Рассказывай, боец, — после ужина они перешли в детскую и свалились на диван, разрисованный кораблями — страстью Дениса. Мальчик, подобно маме, зачитывался Крапивиным и Верном лет с шести. Но в своём увлечении пошёл ещё дальше — стал читать всю литературу о кораблях, в том числе и научную, собирать изображения с парусниками, строить модельки, которыми сейчас была заставлена вся комната. Рита не могла нарадоваться: у других дети помешаны на гаджетах, а у неё растёт моряк. Или полицейский — в этом мальчик ещё не определился. — Ну, по английскому мы начали проходить Intermediate — пока разницы никакой с предыдущим уровнем не заметил, — мальчик с первого класса учил английский дополнительно и за 4 с лишним года заметно продвинулся. — Тренировку отменили завтра — это жаль, но ничего. Я корабликами позанимаюсь, мне Славка дал на неделю журнал, ему папа привёз из-за границы, не помню, откуда, — перескакивал с темы на тему мальчик, а Рита ловила каждый его вздох. — Журнал на английском, правда, я его попробую сам почитать, а потом помощи у англичанки попрошу, — он вновь прижался к маме. — Что ещё… В школе оценки предварительные говорили за четверть — у меня ни одной тройки. — Я тобой горжусь, — с нескрываемой нежностью в голосе сказала Маргарита, — ты даже не представляешь, как сильно. На неё уставились два хитрых глаза, таких же, как у неё самой: — Почему не представляю? Представляю, — Денис сощурился. — Так же, как и я тобой. Нет, наверное, чуть поменьше, чем я, — он показал Власовой язык и добился своего. Рита шутливо возмутилась: — Чегоо? Денис Сергеевич, ты с какой берёзы упал? — Тебе виднее, — начал хихикать пацан, — ты ж меня рожала. И он нарвался — женщина схватила его в охапку и начала щекотать. Впрочем, взаимно. Примерно через час оба, наконец-то, успокоились. — Продлили себе жизнь лет на цать, — заявила Рита, откидывая волосы со лба. — Пресс качнули нехило, — авторитетно высказался Деня. Власова чуть нахмурилась: — Денис! Что за манера выражаться? Тебе только в январе одиннадцать будет! — От тебя и деда, я же не специально, — честно признался мальчик. Он совсем не умел обманывать. Маргарита тяжело вздохнула и прижала сына к себе: — Прости. Но мы с дедушкой уже взрослые люди, от нас это хотя бы уместно звучит, время от времени. Да и работа такая у меня — сам понимаешь. Но от мальчика десяти лет это звучит ужасно. — От тебя тоже звучит ужасно, — точно так же, как мама, нахмурился Деня. — Ты же девочка! И неважно, что в полиции работаешь. На работе так разговаривай, а не дома. Тогда и я не буду за тобой повторять. Маргарита заглянула в любимые до боли глаза и улыбнулась: — Я постараюсь. Если что — не обижайся, меня заносит иногда. — Когда любят — не обижаются, а я тебя люблю. От этих слов женщине захотелось плакать, смеяться и жить одновременно. — Я тоже тебя очень люблю. Она попыталась сдержаться, но одна слеза всё же выскользнула из глаза. Денис поймал каплю ладошкой: — Ма, да ты не реви, всё же хорошо, — смутился он. — Всё очень хорошо, заяц. Просто ты очень быстро растёшь, и скоро не будешь таким ласковым, в силу возраста. Мне этого будет не хватать, — призналась Власова. — Ошибаешься. Я подрасту — и буду носить тебя на руках! Это ли не счастье? — Говоришь, троек в четверти не будет? — хитро улыбнулась женщина, предвкушая, как развопится её кровиночка, когда узнает о сюрпризе. — Ни одной. У меня и четвёрка только одна выходит, по русскому, я там косячу постоянно, — выдал мальчик и тут же округлил глаза, — ой, ма, я случайно! Власова фыркнула: — Ладно, проехали. У меня для тебя сюрприз, — переменила тему она. Денис забегал глазами: — Ма, ты же не будешь тянуть паузу, чтобы набить цену? Пожалуйста, не надо, а то я умру от нетерпения! — энергично выдал он. Маргарита потрепала его по волосам: — Не буду. Мы на осенних каникулах едем отдыхать. В Хорватию. Там есть море, — она помедлила, видя, как загораются огоньки в глазах сына. — Ии? — с надеждой протянул мальчик. — И ты всё правильно понял — мы покатаемся на корабле, — засмеялась Власова, не в силах сдерживаться, гладя на выражение сыновнего лица. — Нам поуправлять, конечно, никто не даст, но с ветерком прокатят. И ещё четыре дня четверти захватим, — добавила она, но ребёнок её уже не слушал, обняв Маргариту изо всех сил: — Мамааааааааа!!! Когда сын уснул, Рита долго ещё сидела на краю дивана и смотрела на главное чудо в её жизни. А когда она вышла из комнаты и прикрыла дверь, неожиданно зазвонил её мобильник. Женщина чертыхнулась, отошла на кухню и ответила, не глядя на экран: — Власова! — Рит, — голос Паши звучал неожиданно робко. Мужчина и сам не ожидал, что позвонит, как не ожидал и того, что Марго ответит столь грубым тоном, — я тебя разбудил? — А, это ты, — выдохнула женщина. — Нет. Что-то случилось? — Да нет, — Гранин и сам не мог объяснить причин своего звонка, — я это… — замялся он. — Нет, ты то, — фыркнула Маргарита. Ответ вынудил её сесть. — Я звоню спокойной ночи пожелать и сказать «спасибо». — За что? — с трудом шевельнула губами она. — За всё. Оперативница с трудом вздохнула. — Да ладно тебе, нормально всё. И тебе цветных снов, — сказала она и нажала на «сброс».