***
В который раз я оглядываюсь в поисках моего НО, который никогда не опаздывает на тренировки. Что - то неуловимо поменялось в наших отношениях, отчего мне становится не по себе от одного его присутствия. Спец агент позволяет мне замечать его блуждающий взгляд, пускающий приятный ток по коже, он больше не хмуриться и не каменеет от моих прикосновений, лишь слегка темнеют шоколадно - ореховые глаза, а ночами происходит что - то явно выходящее за рамки рабочих отношений. Мы забираемся на кухню, где есть большое окно, и часами молчим, собирая тишину городских огней. На щеках распускаются маки, иней лёг на ладони, которые я быстро подношу к губам. Бррр. Ну и холодина! Ноябрь во всю бушует за окном Автобуса: поникшие деревья, выцветшее небо, угрюмые лица. - Скай, - почему же я так сжалась, ожидая плохих новостей? Может тебя настораживает отнюдь не солнечный голос Симмонс, детектив? Повернувшись к подруге, улавливаю панические движения кистей. Хреново. - Что - то не так, Джемма? - стараюсь говорить медленно и расслабленно. Омммм. Я тростник. Омммм. - Ну тут просто небольшое недоразумение, - начинает издалека шатенка, - мы с Фитцем тестировали новое оружие, и так увлеклись, что не заметили агента Уорда, - шепчет испуганная девушка. Внутри что- то щёлкает, вытаскивая самые мрачные картины случившегося. Онемевшие ноги живут отдельной жизнью. Воздух перекрыт. Из последних сил выдавливаю: - ГДЕ? - Тебе туда нельзя, Скай, - фигура девушки приближается, но я успеваю обогнуть её, выбегая из помещения. В кое - то веке есть толк от занятий. Хватит нудеть, я должна найти Гранта. Чёрт, когда он успел им стать? На лету отмахиваюсь от второстепенных мыслей, чуть не сшибая Колсона. - Скай, ты уже знаешь, - кивая самому себе, утверждает Колсон, - пойдём. - Что? Как...как он? - ох, только не это. Ты же собираешься плакать? До крови закусываю правую щёку. - ФитцСиммонс проверяли готовность препарата. Уорд оказался не в том месте, не в то время, - почему спокойный тон Босса поднимает во мне столько злобы? Как он может реагировать так отстранёно? Робот может умереть. На мгновение я не ощущаю пола под ногами. А вдруг он не справиться? Покинет меня навсегда, как все остальные. Пытаюсь сбросить ужасную догадку, но это как тереть пятно без воды - становиться только хуже. Аккуратно отодвигаю дверь в лабораторию. С другой стороны комнаты меня встречает пара усталых глаз. И это пугает по- настоящему. Почему он выглядит так, словно уже сдался?***
Дерьмо. Денёк не задался с утра, когда я вместо освежающего душа принял леденящий. Про себя сетуя на Скай с её привычкой мыться горячей водой и не думать о лимите, о коем я неустанно ей напоминаю. Всё тщетно, один потупленный взгляд и хрупкое прикосновение крошечных ладошек, и уже не могу злиться. Во что, во имя Глока, я превращаю свою жизнь? А теперь я сижу, прислонившись к стене, потому что меня подстрелили двое учёных - первогодок в ЩИТе. Кажется, я имел неосторожность подумать, что хуже быть не может? Запамятовал про закон Мёрфи, дедуля? Внутри меня словно бомба замедленного действия. Тик - так, сколько мне осталось? Тик - так, как же я оставлю мою девочку одну? Воу, воу, парень, тайм - аут. Во - первых, ты ещё не умираешь. А во - вторых, завязывай с этими ванильными соплями. Она твоё задание. Ни взглядом больше, ни прикосновением меньше. Точка. Чёрт знает что! По привычке, разбираю любимый пистолет, чтоб собрать его вновь. Жаль, что с собой я не могу поступить также. Поднять все те осколки, что ещё остались и склеить разом. Но боюсь они разлетятся, стоит подуть лишь слабому ветру. Шёпот прошлого способен превратить клочки души в пепел. Никто не знает, но больше всего я боюсь проснуться пустым. И понять, что осталась одна оболочка. А за фасадом ничего. - Робот, - как всегда, преувеличенно бодрый голос новобранца, когда она старается что - нибудь скрыть. Не хочу, чтоб она видела меня таким. Ну так попроси ещё 15 минут на "припудрить носик". На ней спортивный костюм и моя футболка. Задерживаю взгляд на груди больше положенного, и Скай озадаченно осматривает себя. Один. Два. Три! Одергивает край, непременно справа. Затем заправляет выбившиеся пряди за уши, пряча смех в ладонях. Это уже ритуал. - Надеюсь, ты не пропустила из -за меня тренировку, - встаю напротив, стараясь выглядеть максимально суровым. - Было бы из -за чего, - парирует Скай. Теперь девушка по крайней мере улыбается. Но улыбка быстро увядает. Предугадывая резонный вопрос отчеканиваю без запинки: - Я в порядке. - Сомневаюсь, ты бледно выглядишь и у тебя красные щёки. Тебя лихорадит, - ну спасибо за поддержку. Однако во взгляде брюнетки видна тревога и страх. Чёрт, она не должна беспокоиться из-за меня. ФитцСиммонс что - нибудь придумают. Ведь так?***
Мы сидим тут же битых 3 часа, и Уорду всё хуже. Он полусидит на полу и пьёт воду, поминутно проверяя свой пульс. Мне отчаянно хочется быть рядом с ним, сказать ободряющие слова, но все они так и остаются на кончике языка. Какая же я жалкая. Лучше парня пожалей. - Какое задание понравилось тебе больше всего? - Грант удивлённо вскидывает брови. Тупица, он там не на каруселе катается, а рискует жизнью. Через минуту я слышу прерывистый выдох: - Ты. Вы верите, что 2 буквы способны перевернуть весь мир? Вот и я не очень. Но сейчас, это простое слово заполнило каждую частичку моего сознания. Эти крохотные звуки оживили то, что я давно в себе потеряла. Гармонию. - А по - подробнее? - осознаю, ведь в брюнете говорит болезнь. На утро он и не вспомнит. И от этого мне, одновременно, спокойно и горестно. Чувства отравляют и изнашивают. - Я должен был держаться от тебя подальше, - мне не нравится этот жуткий свист и то, как сильно блестят его глаза, - Но не сумел. Ты приворожила меня, Скай, - от этих фраз температура моего тела подскакивает до вершин Альп, - С тобой впервые за долгие годы, я был собой. Просто Грантом, - его ухмылка печальная в своей безнадежной нежности. Вот так и теряют рассудок. - Ты так не думаешь, не всерьёз, - только бы не дрогнул голос. Смотрю отстранёно, колко. Но встречаясь с ним глазами, понимаю, что оперативник не купился на столь неубедительный трюк. Молчание накидывает на нас искуснейшую вуаль, где невысказанное оборачивается причудливыми узорами. - Фишка жизни в том, что ты не можешь знать наверняка, - через какое - то время разбивает агент тишину. Я не вижу его лица, так как мы сидим, прислонившись спинами к прозрачному барьеру. - Не могу знать что? - Ты сыграла с жизнью или она сыграла тобой.