Письмо для Лейлы
24 июня 2015 г., 17:33
— Нацу! — прошипела Хартфилия. — Какого черта ты творишь?!
— А что я? Я ничего! — Драгнил стал махать руками перед лицом девушки.
— Да?! Я вижу! Ну-ка положил мои вещи туда, откуда их взял! — глянув на то, как драгонслеер пытается засунуть письма Люси, которые были адресованы ее маме, блондинка была готова хорошенько ему вмазать. Чтобы больше не трогал то, что ему не принадлежит.
Все началось с того, что это розововолосое чудо запрыгнуло в окно заклинательницы. Девушка же в этот момент принимала душ. После нелегкого задания она была очень уставшей, поэтому прохладная ванна ей была просто необходима. Драгнил пришел к напарнице, чтобы рассказать о своих чувствах, которые он давно испытывал к ней. Как только он дошел до стола держательницы, в его сознании сразу появилась мысль о письмах, которые девушка писала своей умершей маме. Ну, любопытство — великая вещь. Он надеялся, что в каком-нибудь письме прочитает три заветных для него слова. Но, перебрав большую часть из них, он так ничего и не нашел. После он сделал другую попытку. Он решил написать письмо Лейле сам.
«Уважаемая Лейла Хартфилия, я хочу написать Вам письмо, в котором расскажу, что чувствую к Вашей дочери.
Люси — самое лучшее, что было в моей жизни. Она — тот человек, с которым судьба меня свела неслучайно. Она великолепный маг, прекрасный напарник и та девушка, с которой я чувствую себя хорошо. Я влюблен в нее. Даже нет, я люблю ее. Я буду заботиться о ней и никому не отдам, а с Вашего позволения, на что я искренне надеюсь, в будущем попрошу ее стать моей девушкой, а после и женой. Я люблю Люси и не брошу ее никогда.
С уважением, напарник вашей дочери, На…»
Письмо огненный маг дописать не успел. Ему оставалось дописать девять букв: две из имени и семь из фамилии, но в этот самый момент из ванной вышла Люси. Забыв обо всем, парень попытался скорее сбежать, чтобы не попасть под Люсин удар. Выпрыгнув в окно, Нацу пошел домой к Хэппи, который ждал его с новостями. Именно с ним Драгнил делился своими чувствами к заклинательнице. Только ему доверял. Дальше было все веселее. Злая держательница уже предполагала, где и как будет лежать тело Драгнила, но на глаза попался лист бумаги, на котором было большим, неаккуратным, размашистым почерком что-то написано. Рассматривая каждую букву, Люси поняла, что письмо адресовано ее матери, но написано оно никак не ей, поэтому забыв обо всем, девушка приступила к его прочтению. С каждым последующим словом на лице Хартфилии появлялась улыбка, которая становилась все шире и шире. Карие глаза застелила пелена слез, которые так и норовили скатиться влажными дорожками по румяным щечкам блондинки.
***
На улице уже темно. Практически никого нет, за исключением трех волшебниц, возвращающихся домой из гильдии Хвост Феи. Эрза, Леви и Джувия идут в общежитие, но им навстречу вылетает Люси, сбивая с ног великую Титанию. Обе падают на землю, потирая ушибленные места.
— Прости, Эрза. Я спешу! — крикнула блондинка и, быстро вскочив на ноги, побежала к домику своего напарника. Но вот пропажи она не заметила. Из ее кармана выпал тот листок, на котором было написано письмо для Лейлы. Ничего непонимающая Скарлет подняла лист и стала вчитываться в строки.
— Ну, теперь все ясно, — буркнула Эрза.
— Что там? — с любопытством спросила маг слова.
— Да, Эрза-сан, Джувия тоже хочет знать, что там написано, — поддакнула маг воды.
— Ну, Нацу написала письмо Лейле-сан, маме Люси, в котором рассказал о чувствах к «самому лучшему, что было в его жизни», — улыбнулась аловолосая. Две синеволосых девушки стояли с широко распахнутыми глазами и открытыми ртами. - Что? Неужели вы не знали, что Нацу влюблен в Люську? — волшебницы покачали головами в отрицательном жесте. - Ну, значит, теперь знаете. Так вот, недавно Люси мне рассказала, что Нацу для нее не просто друг, что влюблена в него. Я думаю, она пошла к нему, — Алая улыбнулась еще шире.
— То есть у Джувии теперь нет соперницы? — вопросительно вскинула брови водная стихия.
— Скажу больше, ее и не было. Люси рассказывала мне, что Грей для нее только хороший другой и напарник. Говорила, что будет счастлива, если Фуллбастер будет с Джувией, — в разговор, наконец, вступила Леви.
— Так, нам надо отдать письмо. Пойдем? — Титания смерила всех взглядом и повела девушек в сторону дома розововолосого парнишки.
Тем временем у Нацу была истерика. Наверное, первая в его жизни. Он переживал, как Люси отреагирует на его письмо, и по этому поводу выносил мозг своему синешерстному другу.
— Нацу, успокойся. Я уверен, что Люси тебя любит. Она хоть и странная, но все же девушка, — с видом философа повествовал иксид.
— Да? Черт, Хеппи, я не знаю. А вдруг она все же считает меня лишь другом? Что будет? — причитал сын дракона.
— Нацу! — в дверь что-то влетело, снеся ее с петель. Кот и дракон стояли в немом шоке, когда на ноги поднялась блондинистая заклинательница. — Нацу, что это за письмо? — девушка стала обыскивать карманы в поисках сложенного листа, но безуспешно.
— Ты про это? — в дверях появились три волшебницы, которых ранее сбила держательница. — Возьми.
— С-спасибо, — отведя взгляд, блондинка снова взглянула на Драгнила, который еще стоял в шоке, наблюдая за происходящей ситуацией. — Нацу, а теперь объясняй. Что это такое? Почему оно лежало у меня на столе? — Люси протянула ему письмо.
— Это мое письмо твоей маме, — наконец, придя в себе, ответил розововолосый.
— Мы, пожалуй, пойдем. Негоже вам мешать, — отсалютировала паре Эрза и утащила две пары любопытных глаз в сторону общежития, прихватив за хвост не менее любопытного кота.
— И что это значит? — непонимающе посмотрела блондинка на парня.
— Это значит, что я рассказал Лейле-сан, что люблю тебя, — как-то просто отрапортовал Драгнил. Видимо, слова, сказанные им, еще не дошли до мозга в тот момент, ибо через минуту он залился краской, как, впрочем, и заклинательница звездных духов.
— Ну, тогда я тоже скажу. Я люблю тебя, — буркнула Хартфилия, опустив глаза. Сын дракона постоял с полминуты, а потом подпрыгнул к смущенной блондинке и подкинул ее вверх, отчего та взвизгнула.
