Звёзды знают всё

      Сегодняшний день преподнесёт вам сюрприз, которого вы очень долго ждали. Раков ждёт успех в любовных делах, возможны романтические встречи или любовные письма. Не упустите свой шанс, ведь то, что произойдёт с вами сегодня, может оказать немалое влияние на вашу дальнейшую жизнь.       Усаги прочитала гороскоп с экрана телефона, высунувшись из-под одеяла. Она проснулась на полчаса раньше будильника, а такое с ней случалось нечасто. Вообще не случалось, если говорить откровенно. Но этой ночью она спала не очень хорошо, и всё из-за вчерашнего дня.       Это был очень странный день. Всё было совсем не по плану. Все эти предсказания про дурную компанию — Усаги впервые за много лет засомневалась в правильности гороскопа. Ничего дурного не было, совсем. Почему-то её мысли то и дело возвращались к этому необычному ювелиру — Дэмандо Куроцуки. Что-то в нём было. Вот что — непонятно.       Усаги перевернулась на спину и уставилась в потолок. Она чувствовала, что больше не уснёт, а скоро всё равно вставать и собираться на работу. Она закрыла глаза, вернулась мыслями в полутёмную гостиную и стала перебирать в памяти каждый момент прошедшего дня, начиная с того, как они сели на стулья рядом друг с другом, и Усаги выложила папку с контрактом.       — Я уже читал, — сказал Алмаз, и Усаги вопросительно посмотрела на него. — Тисэ-сан выслала контракт отцу по электронной почте. Он дал мне почитать, чтобы убедить встретиться с вами. Я не хотел встречаться, но он настоял, и теперь я ему безмерно благодарен.       — Вам так понравились условия контракта? — простодушно спросила Усаги.       Алмаз на мгновение застыл, но потом едва заметно улыбнулся.       — Вроде того.       — Значит... Вы подпишете? И старший Куроцуки-сан тоже? — обрадовалась Усаги. Похоже, она не задержится здесь надолго. Как всё оказалось просто!       — Да. Я готов подписать хоть сейчас. — Алмаз пристально смотрел на Усаги, и она немного терялась от его взгляда. — Но отец уехал по делам и вернётся только вечером. Вы приедете завтра или...       Он наклонился немного ближе, и Усаги застыла. Дэмандо Куроцуки казался ей странным, даже если не брать в расчёт его необычную внешность.       — Быть может, вы подождёте до вечера здесь, Цукино-сан?       — Здесь? — удивлённо переспросила Усаги. — Но... У меня работа, довольно много работы. Я бы лучше заехала завтра.       — Завтра я могу передумать, — заявил Алмаз, отстранился и отвернулся к двери, резко мотнув головой. Усаги захлопала глазами. Что за капризы? — К тому же, стоит мне только попросить, и Тисэ-сан закроет глаза на то, что я похитил вас... Временно.       Усаги шумно сглотнула. Ей стало немного не по себе. Заметив это, Алмаз рассмеялся.       — Я напугал вас? Простите. — Он встал и протянул ей руку. — Прошу вас, прогуляйтесь со мной по саду, пока дождь снова не пошёл!       Усаги не знала, как ответить на такую любезность. Алмаз был таким воспитанным и говорил совсем как книжный персонаж, она никогда таких не встречала. Но в нём было что-то, что немного настораживало. Он был таким необычным и своеобразным, что было совсем непонятно, как себя с ним вести, поэтому Усаги ничего не оставалось, кроме как протянуть руку и принять приглашение.       В саду было душно после проливного дождя, летнее солнце светило ярко, но под кронами деревьев было совсем не плохо. В ветвях щебетали птицы, в траве трещали цикады, и от этого Усаги стало намного спокойнее, чем в этом мрачном доме с гнетущей атмосферой и Алмазом, в темноте так похожим на призрака.       При свете дня он оказался совсем другим. Это отсвет тёмно-зелёных штор придавал его лицу болезненный вид, а теперь он выглядел вполне нормально, у него была фарфоровая кожа, такая, как бывает, если совсем не загорать или всегда пользоваться солнцезащитным кремом, как обычно делала Усаги и многие другие японки. Его худоба уже не так сильно бросалась в глаза, а волосы будто светились под лучами солнца. Это было даже красиво. В какой-то степени. Всё же его белые волосы выглядели слишком неправильно для японца.       Они зашли в тень деревьев, и Алмаз предложил Усаги присесть на кованую скамейку, стоявшую там. Она села и смущённо уставилась на свои всё ещё не просохшие туфли, испачканные землёй из сада. И причёска у неё, наверное, выглядит не лучшим образом. Но, кажется, Алмаза это совсем не волновало.       — Вы давно работаете на «Silver Millennium», Цукино-сан? — по-светски поинтересовался он, внимательно глядя на неё. Или куда-то сквозь.       — Н-ну... Нет. Всего три месяца, — ответила Усаги, чувствуя себя странно. Она была в незнакомом месте с едва знакомым мужчиной, который выглядел так, как будто он не с этой планеты, и вёл себя вроде бы как джентльмен, но что-то было в нём не так. Да ещё и настоял на том, чтобы она провела здесь целый день. — А вы... Я слышала, вы давно занимаетесь ювелирным делом. Я думаю, вам это очень нравится, да, раз вы смогли стать лучшим из лучших?       — Это вся моя жизнь, — просто ответил Куроцуки.       — А почему вы решили стать именно ювелиром? — полюбопытствовала Усаги.       Алмаз немного помолчал.       — Вообще-то я никогда не говорю об этом. Ни с кем не говорил, кроме брата.       — О, простите! — принялась извиняться Усаги. — Я повела себя бестактно...       — Нет, не переживайте, — он улыбнулся уголком рта и поднял вверх ладони, останавливая поток извинений. — Вам я могу рассказать, если хотите. И вовсе не нужно чувствовать себя виноватой из-за столь невинного вопроса.       Усаги почему-то покраснела. Ей было неловко, но и любопытно.       — Расскажите, — тихо попросила она, так и не сумев пересилить своё по-детски наивное любопытство.       — Прогуляемся, — сказал Алмаз, помог ей подняться и взял под руку. В тот момент, когда их ладони на мгновение соприкоснулись, Усаги отметила, что его пальцы слегка загрубели от работы, а кожа была прохладной несмотря на летнюю жару.       — Всё дело в том, что, как вы уже заметили, я альбинос. — Он ободряюще улыбнулся, заметив, что Усаги смутилась от того, что заставила его говорить о том, о чём он обычно не говорит. — Сейчас меня это совсем не беспокоит, но когда я был ребёнком и ходил в обычную, — не частную, тогда у нашей семьи не было таких денег, — школу, это доставляло мне проблемы. Если бы мы жили где-то в Европе, никто бы, вероятно, и внимания не обратил, но здесь, в Японии, в мононациональном государстве, это было настоящей проблемой. Я выглядел не так, как все, соответственно, и отношение ко мне было... Не всегда подобающим. Только не нужно сочувствия! — строго предупредил он, заметив, как поменялось выражение лица Усаги. — Я быстро решил эту проблему. Я заставил всех уважать себя.       — Как? — спросила Усаги. Жёсткий тон Алмаза немного пугал её.       — Когда мне было десять лет, я выбрал ювелирное дело, и выбрал не просто так, а по трём причинам. Во-первых, для того, чтобы стать ювелиром, нужно обладать идеальным зрением. Но из-за альбинизма у меня никогда не было идеального зрения. Я вижу хорошо, но это похоже на картинку с низким разрешением. Это был отличный способ доказать всем, что я могу превзойти их несмотря ни на что. А сейчас в моём распоряжении самые лучшие микроскопы, и эта проблема для меня больше не существует. Во-вторых, в случае успеха ювелирное дело приносит огромные деньги. И они у меня появились, не сразу, конечно, мне пришлось много работать, но вы знаете результат. А в-третьих, золото и драгоценности — это власть над людьми. Вы знаете, на что способны люди ради золота?       — Судя по книгам и сводкам новостей, на многое, — осторожно сказала Усаги. Алмаз по-прежнему пугал её, особенно теперь, когда заговорил о власти над людьми. — Но сама я очень далека от этого.       — Правда? — он с интересом посмотрел на Усаги. — Вы любите украшения, Цукино-сан?       — Да, люблю, я ведь девушка, — честно сказала Усаги. — Но у меня самой золота нет, я обычно покупаю бижутерию в метро и торговых центрах. У моей мамы есть, она иногда надевает на официальные мероприятия на папиной работе. И родители моей лучшей подруги держат ювелирный салон, но сама она там не работает, и мне никогда ничего такого не дарила.       Алмаз тихо засмеялся.       — Вы совершенно необыкновенная, вы знаете об этом? — спросил он.       Усаги покраснела, как варёный рак.       — Ну что вы, я не...       — Это правда, вы похожи на...       Усаги вопросительно посмотрела на него, и Алмаз замолчал и словно закрылся. Его лицо стало сосредоточенным и отвлечённым, словно он был не здесь, а где-то далеко.       — Неважно, — сказал он, стряхнув оцепенение, — хотите чаю?       Столь резкая перемена в его настроении немного обескуражила Усаги, но она решила, что ничему не будет удивляться. В конце концов, она имеет дело с гением, а они часто бывают немного не от мира сего, и Дэмандо Куроцуки, по большому счёту, не худший вариант.       — С удовольствием, — сказала Усаги и последовала вслед за Алмазом на крытую залитую солнцем веранду.       Весь день до прихода Кэнтецу Куроцуки прошёл за разговорами. Алмаз оказался очень интересным собеседником, он много знал, и Усаги не пришлось скучать. Кроме того, он оказался достаточно внимательным: не забыл про водителя, который ждал Усаги, и распорядился, чтобы о нём позаботились, пока Цукино-сан у него в гостях.       Вечером, когда контракт был подписан, Алмаз снова взял её под руку и проводил к воротам.       — Я очень надеюсь, что мы с вами встретимся ещё, Цукино-сан, — сказал он на прощание и сжал её руку в своей.       — Я тоже, — неожиданно для себя самой ответила ему Усаги. В конце концов, он оказался интересным. Быть может, они смогли бы стать друзьями.       Алмаз наклонился и легко прикоснулся губами к руке Усаги, от чего она смутилась. Нельзя же, в конце концов, в двадцать первом веке быть таким джентльменом, тем более в Японии, где мужчины никогда себя так не ведут?       — А-а-а всё-таки... — слегка заикаясь начала Усаги в попытке скрыть смущение за первыми пришедшими в голову словами. — Вы не договорили. Вы говорили, я похожа на кого-то?       Алмаз едва заметно улыбнулся.       — Вы узнаете об этом... Через какое-то время, — загадочно проговорил он, открывая перед Усаги ворота. — До свидания, Цукино-сан.       — До свидания, Куроцуки-сан, и спасибо вам, — вежливо ответила Усаги, поклонилась и быстрым шагом направилась к машине.       Вот так прошла её первая встреча с лучшим ювелиром в Японии и одним из лучших — в мире. Усаги знала, что они обязательно встретятся снова, но Алмаз вызывал в ней противоречивые чувства. С одной стороны — вежливый и обходительный, с другой — настораживающий, он вызывал противоречивые чувства, но, несомненно, был очень интересным человеком.       Повалявшись ещё немного, Усаги выбралась из-под одеяла, быстро собралась и отправилась на работу. Из-за того, что встала раньше будильника, она снова пришла в офис самая первая, поэтому, прежде чем идти к своему месту, заскочила на кухню за чашечкой кофе. Шинго с утра никуда не нужно было, поэтому он спал, когда Усаги собиралась, а пить кофе дома в одиночестве она не любила. Пока ждала, когда наполнится чашка, она услышала шаги в коридоре.        «Аякаси, наверное, — подумала Усаги, — она всегда рано приходит».       В скором времени кто-то ещё прошёл по коридору, а когда чашка наполнилась, шагов стало ещё больше. Сотрудники компании спешили на свои места.       Когда Усаги зашла в офис, она с удивлением обнаружила, что там никого нет.        «Странно, — подумала она. — Наверное, это были ребята из соседнего офиса».       Она кинула сумочку на тумбу и аккуратно поставила на свой стол чашку, и тут её взгляд упал на простой белый конверт без подписи, который лежал перед её монитором. Усаги удивилась, поскольку почту никто так рано никогда не приносил.       Она схватила конверт и чуть не разорвала его пополам от любопытства. Получается, кто-то тайком пришёл в офис и оставил ей послание? А ведь вчера его не было, иначе девочки сказали бы ей! Значит, конверт принесли утром! Вот чьи шаги слышала Усаги! В этот момент она пожалела, что не выскочила в коридор.       Усаги вытащила из конверта простой лист бумаги и с нетерпением его развернула. Небрежные, видимо, написанные в спешке, но правильные иероглифы выстроились в ровные линии перед глазами. По мере чтения щёки Усаги всё сильнее заливал румянец, а когда она прижала прочитанное письмо к груди, её лицо было красным от радости и предвкушения.        «Всё, как и говорилось в гороскопе! Я получила любовное письмо!»       Усаги радостно запрыгала по офису, как ребёнок, получивший лакомство. Она подбежала к окну и ещё раз перечитала письмо:        «Усаги (надеюсь, ты позволишь мне называть тебя так), я бы очень хотел встретиться с тобой. Я не знаю номера твоего телефона, поэтому принёс письмо в твой офис. Буду ждать в кафе «Окономияки Кобо» около станции Икэбукуро в половине девятого. Чиба Мамору».       Усаги не помнила, как ей удалось доработать до конца дня. Конечно, она рассказала Коан и Руби об этом письме («Какое это письмо, записка же! — пробурчала Аякаси, впрочем, она порадовалась за Усаги и сообщила, что именно она рассказала Чиба-сан о том, что Усаги любит окономияки, и ещё много чего о ней, потому что он спрашивал), снова целый день с трудом заставляла себя концентрироваться на работе, и, когда на часах было 7:40, она в несколько секунд покидала вещи в сумочку и убежала из офиса.       Через полчаса Усаги уже вынырнула из метро на станции Икэбукуро и вприпрыжку побежала по направлению к кафе. Но, подойдя ближе, замедлила шаг — волнение давало о себе знать. Всё внутри дрожало, а сердце билось так быстро, что Усаги отчётливо слышала его удары. Она сделала глубокий вдох и постаралась усмирить эмоции, но это было неосуществимо: тот, о ком она мечтала, пригласил её на свидание, разве можно тут оставаться спокойной!       О чём они будут говорить? Не будет ли неловких моментов? Мамору Чиба ей очень нравится, но вдруг Усаги не понравится ему, когда он пообщается с ней? Вдруг у них не найдётся общих интересов? Вдруг они будут молча жевать окономияки или с трудом выискивать темы для разговоров?        «Так, Усаги, без паники! — подумала Усаги. — Всё будет хорошо!»       Она резко выдохнула и уверенной походкой направилась к «Окономияки Кобо». До времени встречи было ещё минут двадцать, и Усаги устроилась за столиком у окна, достала телефон и открыла приложение с онлайн-гаданием на картах Таро.       Выбрав раздел «краткий прогноз», Усаги зажмурилась и сосредоточилась на том, что интересовало её больше всего: как пройдёт свидание с Мамору Чиба? Затем, решив, что концентрации достаточно, она открыла глаза и сразу же нажала на первую попавшуюся карту.        «Помехи в настоящем: перевёрнутая пятёрка кубков. Для любовных раскладов: брачный союз, обнадёживающее будущее после периода хаоса и неразберихи, — прочитала она, — значит, для нас сейчас нет никаких помех! Так, дальше про возможные помехи в будущем. Перевёрнутая тройка жезлов: отказ от совместных планов... Эмоциональные барьеры между партнёрами! Что? Не может этого быть!»       Усаги, расстроившись, отбросила телефон на стол, но потом всё-таки снова взяла его в руки и продолжила читать:        «Результат в будущем, ответ на вопрос: королева кубков. Жизнь эмоциями. Доведение выражения чувств до предела. Он вас безумно любит, эта любовь ослепляет человека. Он готов отдать за вас жизнь, он сделает всё, что вы скажете или о чём попросите, очень сильная привязанность».       Сердце Усаги, только было успокоившись, снова застучало с удвоенной силой. Её глаза заблестели, а эмоции захлестнули с головой. Теперь она по-настоящему поверила в то, что Мамору — её настоящая любовь, что именно с ним ей суждено провести жизнь. Ведь он, даже едва узнав её, уже ей помог, благодаря ему она попадёт на курсы и её повысят по службе! Разве стал бы он это делать для девушки, к которой равнодушен? Мамору Чиба — это её судьба, они будут вместе и ничто их не разлучит!       Наверное, именно это и было написано на её лице, когда Мамору Чиба пришёл в кафе раньше положенного времени. Не смог дождаться времени, которое сам и назначил? Усаги неотрывно следила за тем, как он приближается к ней, с улыбкой, в которой прячется нетерпение.       — Мамору-сан... — прошептала Усаги, решив, что тоже может называть его по имени. Её глаза смотрели на него с надеждой и наивной любовью, которая верит в волшебство.       — Усаги, ты пришла, — Мамору подошёл ближе, зачарованно и восхищённо глядя на неё. Его глаза были такими добрыми. Усаги прочитала все его чувства по глазам, в таких вещах она никогда не ошибалась.       — Конечно, разве я могла не прийти? Я ведь... Мамору-сан, я...       Она не договорила, потому что он протянул руку и мягко коснулся её щеки, а Усаги, не смея поверить в происходящее, замерла. Три года она представляла себе именно его, Мамору Чиба, надеялась, что однажды они будут вместе, и вот теперь он здесь, рядом с ней, такой настоящий, такой необыкновенный. Она закрыла глаза и отдалась воле эмоций и чувств. Будь что будет!       Мамору медленно наклонился, внимательно глядя в её глаза, и коснулся её губ сладким, восхитительным поцелуем. Усаги почувствовала, что ей становится жарко, что между ними образовалась необъяснимая и непреодолимая связь, что-то, чему Усаги была не в силах противостоять в тот момент, что-то, что притягивало их ближе и ближе друг к другу. Ей даже и в голову не пришло, что целоваться в кафе неприлично, у неё в голове не осталось ни единой мысли. И она точно знала, что Мамору чувствует то же самое.       — Я живу по соседству, — хрипло прошептал Мамору, и Усаги, пусть и понимая, что это нехорошо, что Шинго наверняка будет ругаться, когда она расскажет ему... Плевать!       Она кивнула и только крепче сжала руку Мамору, другой рукой рассеянно нащупав сумочку.       Они ушли из кафе, так и не попробовав местных окономияки, а Усаги совсем забыла про оставленный на столе телефон.       Официантка заметила это слишком поздно, когда они уже скрылись из виду.       — Ну вот! — пробормотала она, поднимая со стола телефон. — Может, позвонить кому-то из списка контактов?       Она откинула крышку, и на экране появилось то, что Усаги не успела дочитать. Официантка с интересом уставилась в телефон.       — Это ещё что? Пояснение по поводу будущего: восьмёрка мечей. Кризис и ощущение западни. Человека разрывают на части противоречия, им завладел пессимизм по поводу отношений. Чувства находятся под ударом.       Официантка подняла одну бровь.       — Вот это чушь! — усмехнулась она, закрыла приложение и спрятала телефон в карман униформы, подумав, что поиском хозяйки розовой трубки с брелочками можно заняться и позже.