Личный помощник

      Хартфилия крепко спала или, по крайней мере, очень искусно делала вид, что спит. Нацу заставил ее съесть яичницу, причем, в прямом смысле заставил, и снова силком напоил лекарствами, среди которых в этот раз было успокоительное, так что часов пять-шесть покоя были обеспечены. Драгнилу жутко хотелось переодеться, но спортивки с футболкой остались в служебной машине, а водителя он отпустил еще днем, когда вспомнил о нем. Рубашка была жутко измята, на груди едва заметный след от помады Люси, хорошо хоть ткань темная, а брюки просто бесили тем, что сковывали движения.       После состряпанного на скорую руку ужина, Нацу камнем рухнул на мягкий диван в гостиной. Обычно активней того кролика из рекламы, — с батарейкой в одном месте, теперь он был измотан как никогда раньше. Жутко видеть такое. Еще жутче от того, что это случилось с Люси. Надо бы подумать, что делать дальше и как впредь вести себя с ней. Похоже, она в очень «теплых» отношениях со Стингом, а Нацу, вроде бы как получается, третий лишний. Хотя, какой к черту «третий», если он просто во френдзону с трудом пробился, а о том, что там творится у него в голове, Люси и не догадывается. Ну так и что? Сдаться теперь, что ли, так и не попытавшись даже? Если честно, Нацу даже не понимал, есть ли у него хоть какие-то шансы. Люси то зовет его куда-то гулять, то посвящает в семейные тайны, то практически посылает его и оставляет в стороне. Чертова женская логика, чтоб ее. Но, с другой стороны, Нацу и сам ведь все это время жутко тормозил, так что сам виноват. Ох, как же все это сложно! И как, блин, не вовремя все эти глупые мысли и ревность к Стингу!       Нацу потер лицо и взъерошил волосы. Надо отвлечься от этих глупостей, хотя бы, пока Люси не поправится. Пойти, что ли, еще раз поесть? Его всегда это успокаивало. Решив, что подкрепиться-таки не помешает, парень поднялся с дивана и двинулся на кухню, по пути расстегивая душную рубашку — Люси спит, так что своим видом он никого смущать не будет. Соорудив себе бутерброд потолще, Саламандр вернулся на диван и тихо включил телевизор, хотя ничего интересного там не было. Да и мысли его все равно возвращались к Люси.       Раздался громкий и очень настойчивый стук в дверь. Нацу, чуть не поперхнувшись от неожиданности, сразу же бросился открывать, пока поздний гость не выбил дверь или, чего похуже — не разбудил Хартфилию. Стоило ему щелкнуть замком, как в квартиру вихрем ворвалась мисс МакГарден.       — Где Люси? Что с ней? — с порога накинулась девушка, но тут же стушевалась, обратив внимание на внешний вид Нацу: вальяжно расстегнутая рубашка, брюки неприлично низко сползли из-за того, что он расстегнул ремень, выставляя напоказ резинку трусов, в руке бутерброд — просто как дома.       — Спит. — Драгнил кивнул в сторону спальни.       Он рукой указал девушке, чтобы шла на кухню и прошел за ней, лениво приводя себя в порядок на ходу.       — Будете чай или кофе? — устало спросил Саламандр.       — Кофе. — кивнула МакГарден, — покрепче. — Нацу нажал на кнопку электрочайника и застыл, «гипнотизируя» его взглядом. — Так что с ней случилось? — он по телефону так и не смог ничего толком объяснить, а потому Леви примчалась так быстро, как только смогла.       Нацу прочистил горло, подбирая слова. Он все так же стоял спиной к МакГарден, только теперь уже наливал ей кофе. Парень чувствовал, что Леви сейчас у него в спине дыру прожжет взглядом, но молчал. Наконец, поставив на стол две чашки, он сел напротив и устало откинулся на спинку стула.       — Люси потеряла ребенка, — выдавил из себя Саламандр.       Заметив, что у МакГарден вытянулось лицо от удивления, Нацу встал и вышел в гостиную, где лежали документы из больницы, а потом положил их на стол перед девушкой. Та открыла папку и стала внимательно вчитываться в строки, выведенные неразборчивым почерком доктора. Лицо девушки было встревоженным и хмурым, но вдруг она побледнела и уставилась на Драгнила.       — Нацу, а она… — полушепотом спросила мисс МакГарден, испуганно глядя парню в глаза, — сможет еще? …       — Да, вот, — Нацу забрал у нее папку и быстро нашел там нужный лист.       Девушка быстро прошлась по документу глазами и облегченно вздохнула.       — Господи, Нацу, я и не знала… — МакГарден потупила взгляд и обеими ладонями обхватила чашку, а на глаза ее навернулись слезы.       — Она тоже не знала, — парень отвернулся к окну и сделал большой глоток кофе из своей чашки. — Мы были в спортзале, когда позвонили из больницы… — Нацу искоса посмотрел на Леви, и та кивнула, дав понять, что все знает, — в общем, она распереживалась и потеряла сознание… А дальше все там, — Драгнил кивнул на документы.       — А почему ее так быстро выписали? — удивилась Леви.       — Она должна была пролежать в больнице, как минимум, до завтра, но не захотела, поэтому мне пришлось забрать ее. — Сухо ответил парень. — Пару дней проведет дома, я буду с ней, у меня там накопились отгулы. Мисс МакГарден, я позвонил вам, чтобы вы завтра подменили меня — мне нужно будет съездить домой.       — Зови меня Леви, — кивнула девушка. — И давай лучше так: я останусь с Люси на ночь, а ты поезжай домой, отдохни и приедешь завтра. Как она сейчас?       — Спит. — Ответил Нацу после недолгой паузы. — Я дал ей успокоительное. Там на тумбочке все необходимые лекарства, под ними лист с инструкциями.       — Нацу, — тихо позвала Леви, — а почему ты здесь? — девушка выделила слово «ты».       — А кто еще? — нервно огрызнулся парень, — Стинг, что ли? Или есть еще желающие? — Саламандр так сильно сжал чашку, что, еще чуть-чуть, и отломал бы ручку.       — Просто… — промямлила МакГарден.       — Я приеду завтра к половине восьмого, — Нацу встал со стула и выплеснул остатки кофе в мойку, — хорошо?       — Хорошо, — кивнула девушка.       Нацу напоследок заглянул в спальню к Люси и вышел в прихожую.       — Люси немного не в себе после случившегося, — немного отрешенно сказал он, завязывая шнурки на ботинках, — не реагирует почти, так что не пугайся, если проснется в таком состоянии. — Нацу даже не увидел, как Леви кивнула, — до завтра.       С этими словами парень покинул квартиру начальницы и бегом спустился вниз. Он в прямом смысле добежал до дороги и остановил первое попавшееся такси. Нацу абсолютно не понимал, что творится у него внутри. В груди бушевала настоящая буря, сидеть на месте было подобно пытке, а потому, остановив машину на полпути, он расплатился с таксистом и, несмотря на то, во что он был одет, парень до своего дома добрался бегом. Пробежка по городу хоть немного освежила его мысли, прохладный вечерний воздух привел его в себя и уже дома, стоя в душе, Нацу смог мыслить более-менее трезво. Хотя нет, окончательно прийти в себя ему помогли несколько ударов кулаком в стену, отчего в том месте образовалась вмятина, но с ней Нацу разберется как-нибудь позже. Уже лежа в кровати, Драгнил сверлил взглядом дыру в потолке и пытался разложить весь прошедший день по полочкам. Ему до сих пор не до конца верилось, что все это произошло. Несмотря на жуткую усталость, ему не спалось и даже урчание кота под боком не успокаивало. Хотя, почему-то ему казалось, что сейчас он находится не там, где должен, казалось, что он вообще не должен был оставлять Люси с МакГарден, а быть там, с ней. Даже, когда было уже далеко за полночь, его все равно подмывало встать и поехать туда, убедиться, что с ней все нормально, но он упрямо оставался на месте. Теперь, будучи наедине с самим собой, он мог, наконец, подумать над тем, что ему делать дальше.       Итак, к утру, наступившему после практически бессонной ночи, у Нацу созрел план действий на ближайшее будущее. Пункт первый — быть рядом с Люси до тех пор, пока она не поправится. Пункт второй — всеми правдами и неправдами узнать, что же происходит у Люси с Эвклифом на самом деле. Пункт третий — добиться Люси, независимо от того, что выяснится в пункте втором. Все, кажется, готово.       На часах не было еще и семи, когда Нацу уже был у Люси с котом на руках и вещами в рюкзаке.       — Как она? — тихо спросил он у Леви.       — Я дала ей таблетки час назад, — отчиталась девушка, обуваясь, — пока спит.       — Говорила что-нибудь?       — Просила оставить ее одну, — сокрушенно ответила МакГарден, — даже требовала, чтобы я ехала домой и оставила ее в покое. И сказала, чтобы я тебя отправила домой.       Нацу невнятно выругался и устало потер лицо.       — Я буду тут, с ней и, думаю, до понедельника мы на работу не выйдем. — Сказал парень.       — Хорошо, — кивнула Леви, — в холодильнике суп для тебя и бульон для Люси. Для всех — Люси на больничном с гриппом, ты в отгулах по семейным обстоятельствам. Если что - звони, я приеду.       — Угу.       — Нацу, спасибо тебе, — уже в дверях шепнула МакГарден и ушла.       Саламандр прошел вглубь квартиры и отпустил Хеппи осваиваться на новом месте, ведь запереть кота одного в квартире на неделю он не мог, а каждый день по два раза мотаться туда-сюда очень неудобно. Драгнил бесшумно вошел в спальню Люси и прислушался к ее дыханию. Глубокое, размеренное — спит. Девушка с головой была укрыта одеялом, так что он решил открыть окно и проветрить комнату, после чего вышел. Пока Люси спит, делать ему было решительно нечего, а потому он просто упал на диван и незаметно для себя задремал. Но около десяти его разбудил звонок на рабочий телефон. Звонила ассистентка будущего инвестора, чтобы назначить встречу. В поисках листка и ручки, чтобы записать дату и время, Нацу открыл ящик письменного стола, в котором обнаружилось нечто очень даже интересное. Наспех чиркнув на каком-то листке необходимые данные, Нацу сел на диван и открыл толстую тетрадь, найденную в столе. Нет, это был не дневник, как он подумал сначала, это была рукопись. Самая настоящая рукопись настоящего романа с элементами детектива. Текст, старательно выведенный почерком Хартфилии, настолько увлек его, что Нацу и не заметил, как прочитал больше половины, и как из спальни вышла сама Хартфилия. Чуть пошатываясь, девушка подошла к нему и вырвала из его рук тетрадь, наградив убийственным взглядом.       — Люси, прости, я случайно нашел, — начал оправдываться Нацу, но Люси его не слушала.       Она просто молча забросила тетрадь в тот же ящик и скрылась за дверью ванной. Бросив взгляд на часы, Нацу понял, что ей уже пора поесть и выпить новую порцию лекарств. И был очень удивлен, когда Люси вышла умытой и расчёсанной, сама пришла на кухню, где он уже подогревал ей обед, поела, пусть и нехотя, и самостоятельно выпила необходимые таблетки.       — Нацу, тебе необязательно быть здесь и нянчиться со мной, — наконец заговорила девушка, укладываясь обратно в постель. — Я в порядке, мне просто нужно немного отлежаться и прийти в себя.       — Люси, я конечно рад, что тебе лучше, — недовольно сказал Саламандр, — но я уже, кажется, говорил, что не оставлю тебя одну.       — Драгнил, — сквозь зубы процедила Люси, — мне нужно побыть одной, как ты не понимаешь?       — Ну так я сейчас выйду в другую комнату и наслаждайся своим одиночеством, сколько угодно! — отмахнулся Нацу и скрылся за дверью, не дожидаясь ответа.       Из головы не шел сюжет рукописи Хартфилии, ведь она забрала тетрадь как раз на том месте, где закручивались самые интересные события, а потому парень на цыпочках подошел к столу и достал ее. Соорудив себе на кухне новый бутерброд, парень подхватил на руки кота, который до этого непонятно где был несколько часов и даже умудрился остаться незамеченным Люси, Нацу снова плюхнулся на диван и быстренько нашел место, на котором остановился. Вдруг где-то под ним завибрировал телефон. Оба его мобильника были в карманах, следовательно, это телефон Люси, осталось только вспомнить, куда он вчера его дел… Пока Нацу перекидывал подушки и шарил рукой между спинкой-сиденьем-подлокотниками, вибрация дважды успела стихнуть и лишь на третий раз он наконец нашел чертов мобильный. Но тут же чуть не швырнул его в открытое окно, потому что на экране светилось имя человека, которого он одновременно не хотел видеть и которому хотел бы хорошенько начистить морду. Стинг. Дилемма: ответить и сказать пару ласковых или же не отвечать, выбесить его хорошенько, дождаться, когда же он приедет сюда лично и «почесать» кулаки о его наглую рожу. Пока Нацу стоял и соображал, звонок вновь прервался и ответ пришел сам собой — второй вариант. Главное, что так вышло бы, что Нацу и не при чем, Эвклиф же сам названивал, Люси не в состоянии отвечать, а Нацу не настолько ее помощник, чтобы отвечать на личные звонки. Поставив телефон на беззвучный режим, Саламандр с готовым, пусть и не идеальным, да что там, просто глупым и нелогичным планом «мести» вернулся к чтению, изредка отвлекаясь на светящийся дисплей мобильного. Но, как на зло, тетрадь вновь закончилась на самом интересном месте. Понимая, что это не конец, Саламандр без лишнего стеснения принялся искать продолжение в ящиках стола, но вместо этого наткнулся на нечто странное — нижний ящик был битком набит запечатанными конвертами. На них не было ни имен, ни адресов, ни печатей или марок, словом, ничего. Внутри наощупь обнаруживались письма, но кто и кому их писал? Любопытство не давало парню просто так взять и сложить все на место, а потом благополучно обо всем забыть. Порывшись еще немного, Драгнил наконец обнаружил не заклеенный конверт и тут же начал читать его содержимое. Написано, опять-таки, почерком Люси, но это было письмо маме. Странно, Нацу же точно помнил, как Люси сама ему рассказала о том, что мамы у нее нет. Хотя написанное больше напоминало дневник школьницы: несколько дней из ее жизни, описанные в очень кратко, но достаточно красочно и эмоционально. И, вот же забавно — ему попалось письмо, в котором Люси писала о нем, а, точнее, о первых его днях на работе. Сначала ничего нового: "бестолочь", «клоун» и т.д и т.п., но вот конец его очень приятно порадовал — оказывается, он «забавный и милый», а еще «симпатичный, хоть и клоун». Это письмо очень подняло парню настроение. Ну что, значит, не все еще потеряно и у него определенно есть шансы. Нужно только доказать Люси, что он еще милее, чем она думает.       Остаток дня для Нацу прошел очень быстро и даже почти незаметно. Люси, когда вышла на ужин, все же встретилась с Хеппи. Саламандру пришлось быстренько объяснять ей, что за ним просто некому следить, но в ответ удостоился лишь уже привычного: «иди домой». И следующий день снова прошел без казусов. Несколько рабочих звонков по мелочам, часы бестолкового времяпрепровождения и немного дистанционной работы, благо, у него с собой был рабочий планшет, а у Люси в квартире беспроводной интернет. Люси, казалось, потихоньку приходила в себя. Да, она молчала и сидела все время в своей комнате, но не отказывалась от еды, сама принимала таблетки. После полудня осмотреть ее приехал врач из клиники. Оказалось, что физически она уже вполне здорова, осталось только переждать некоторое время, пока она морально придет в себя. Телефон девушки все так же периодически подвергался атакам ее горе-жениха, но, даже когда она сама это заметила во время ужина, она не ответила на звонок и лишь по движению ее губ, пока она смотрела на экран, Нацу понял, что она произнесла нечто очень непристойное и пожелала приятного пути туда, куда приличные девушки обычно не посылают. Хм, интересно, Драгнил ведь и не думал, что Люси знает такие слова. Но так даже лучше — злится, значит, приходит в себя. Хотя, что-то в ее поведении все-таки настораживало Нацу. Сложно объяснить что, но Саламандру было немного не по себе от ее состояния и поведения. Когда Люси после ужина вновь скрылась в спальне, Драгнил решил сбегать в ближайший супермаркет, так как запасы продуктов в холодильнике стремительно заканчивались. Войдя в комнату к начальнице, он сказал ей, что отлучится ненадолго и, прихватив с собой ключи от квартиры, поторопился в магазин. Сам поход не занял много времени, от силы полчаса, но, когда Нацу уже был у подъезда, ему позвонил Грей. Фуллбастер спрашивал, куда они вместе с Хартфилией так резко оба пропали и предлагал сходить куда-нибудь развеяться. Нацу просто ненавидел врать друзьям, но в этот раз пришлось. Пришлось выкручиваться и говорить, что занят, что дальние родственники (которых у него отродясь и не было) приехали в гости и он, пользуясь тем, что Хартфилия на больничном, развлекает гостей и не может отлучиться. Неловко было динамить друга, ведь они уже давно никуда не выбирались, да и вообще не виделись за пределами офиса, но ситуация вынуждала так поступить. Пообещав, что они обязательно соберутся на следующих выходных и хорошенько погуляют, Нацу попрощался с другом и понял, что стоит у подъезда уже добрых минут двадцать. Что-то заболтался он, хотя не очень-то любил разговоры по телефону, предпочитая общаться лично. В квартире было тихо. Нацу разгрузил пакет, накормил Хеппи и отправился проверить, как там Хартфилия. Парень предварительно постучался в дверь, но ничего не услышал в ответ. Он легонько толкнул дверь, но, к его удивлению, она оказалась заперта. Замка здесь не было, значит Люси чем-то подперла ее изнутри.       — Люси, я принес твой любимый шоколад! — как можно веселее сказал он, но опять остался без ответа.       Легкая тревога, которая не покидала Драгнила весь этот день, усилилась. Нацу постучал снова, в этот раз громче и настойчивей, но снова никакой реакции не последовало.       — Люси! — тревога стала потихоньку превращаться в панику, Нацу начал громко тарабанить в дверь, но там было глухо, — Хартфилия, черт тебя дери, открой! — парень толкнул дверь плечом и она, наконец, поддалась.       Сделав шаг в темноту, Драгнил напоролся на стул, которым, видимо и подпиралась дверь. Нацу громко и красноречиво выругался, пнул в сторону злосчастный стул и подскочил к кровати. Наощупь включив лампу на тумбочке, он повернул Люси, которая лежала до этого на боку, на спину и понял, что она почти не дышит. Парень бросил взгляд на тумбу и понял, что упаковка с успокоительным пуста. Нацу встряхнул Хартфилию за плечи и из сжатой в кулак руки девушки выпал маленький листок бумаги, на котором, как всегда, безупречно аккуратным почерком были выведены слова: «Прости меня, мама».