Личный помощник

      Так не бывает. Такое случается только в сопливых драматичных фильмах и книжках, но никак не с знакомыми и близкими тебе людьми. Не в этой жизни, не в этой реальности, не в этой вселенной. Такого просто не может быть. Только не с Люси. За что ей все это?       Нацу сидел у ее постели в небольшой отдельной палате, запустив руки в волосы, вглядывался в бледное, пока еще безмятежное лицо своей начальницы и не представлял, что будет, когда она очнется. Что он скажет ей? Сможет ли хоть слово произнести? Какими вообще словами можно сказать девушке, что несколько часов назад она потеряла ребенка? А знала ли она вообще, что беременна? Ну, на сроке в восемь недель обычно уже знают о таком, но ведь Люси же продолжала ходить на тренировки, часто работала сверхурочно и совсем себя не берегла… Точно… Те ее «отравления», боль в спине и частые недомогания… Ну ладно Нацу, но она же женщина, она должна была обратить внимание на свое самочувствие. Говорят же, что девушки чувствуют «такое». Или не чувствуют? Да какого черта здесь вообще происходит?       Нужно кому-то сообщить. Родственникам? А кому? Отец в соседнем крыле лежит, Мишель на другом конце планеты в командировке кормит голодающих детей и до нее не дозвониться, а больше у них родни и нет, кажется. Стингу? Этого ублюдка Нацу хотел прямо сейчас бы видеть перед собой и размазать его по стенке, вкатать его в асфальт на парковке, просто стереть его с лица земли, чтобы и следа его не осталось в жизни Люси. Нет уж, этому подонку Драгнил бы не позвонил, будь он даже последним и самым необходимым человеком на земле. А кому? Кто ее друзья? Локи? Вряд ли они близки настолько, чтобы звонить ему в такой ситуации. Алкоголичка Кана? Они, кажется, и не подруги даже, так, знакомые. Мисс МакГарден? А нужно ли вообще звонить кому-то? Проще всего было бы сказать: «Проснется — сама решит», но вряд ли Люси будет в состоянии вообще что-то решать.       Мозг Нацу уже отказывался соображать. Он устал. Просто устал. Морально, — это всегда тяжелее, чем физическая усталость. Все это время, с тех пор, как Люси потеряла сознание, он вынужден был всем и каждому твердить, что он не отец ребенка, а всего лишь ассистент больной, что приехал вместе с ней. Но даже несмотря на это, всю бумажную волокиту возложили на него: подписи на счетах, разрешениях, выписках и заключениях, разрешение на хирургическое вмешательство и так далее и тому подобное. А эти сочувствующие взгляды медсестер и санитарок просто с ума сводили, так что под конец Нацу и вправду на миг показалось, что это зародыш его ребенка сейчас увезли на кремацию. Бред.       Надо бы взбодриться и выпить кофе, но покидать палату парень не хотел. Он хотел быть здесь, когда Люси очнется, чтобы рядом был хоть кто-то знакомый. Аппарат с кардиограммой на экране учащенно запищал, сообщая о том, что изменился ритм сердцебиения — проснулась. Нацу мгновенно вскочил и нажал кнопку вызова врача над кроватью Люси. Девушка несколько раз медленно моргнула и открыла глаза. Сначала она пару секунд смотрела в потолок, пытаясь понять, где находится, а потом перевела взгляд на Драгнила. Очевидно у нее не было сил даже голову повернуть — только глазами. Еще не отошла от наркоза. Она попыталась что-то произнести, но вышло не сразу — вместо голоса с губ срывался еле слышный хрип. Спустя пару попыток, Нацу скорее догадался, чем расслышал:       — Ты больнице, — сказал он и встретился с непонимающим взглядом, — тебе стало плохо. Его голос тоже плохо слушался. От переживаний он охрип, а от того, что нужно было как-то объяснить какое конкретно «плохо» с ней приключилось, вообще предательски пропадал. Но от этой необходимости Нацу спас лечащий врач Люси. Раздался тихий стук в дверь и в палату вошла высокая пожилая женщина, совсем не та, которая оперировала.       — Вы родственник? Отец? — поинтересовалась она в первую очередь у Нацу. Парень отрицательно покачал головой в ответ. — Подождите, пожалуйста, за дверью.       — Люси, я здесь, если что, — Саламандр указал рукой на дверь и вышел в коридор, неплотно закрывая за собой дверь. Уже краем он услышал невнятное, хриплое: «Какой еще отец?». Небольшое окошко в двери позволяло парню видеть происходящее в палате. Сочувственным шепотом врач сообщила Люси обо всем, что с ней произошло. Наверное, самый большой плюс в платных больницах, помимо профессионализма, конечно, — это деликатность врачей. Мягко, вежливо, женщина обращалась с ней, как с маленькой, подбирала нужные слова, объясняла, что виной всему стресс и постоянные переживания, пыталась выяснить особенности протекания беременности, но Люси ее уже не слышала.       Первое, что отразилось на ее лице, когда она услышала о ребенке — искреннее удивление. Но потом, вместе с осознанием того, что внутри нее еще каких-то пару часов назад была новая жизнь, пришло и понимание того, что ее там больше нет. Что там пусто. Такова женская природа, продолжение рода — это инстинкт и, в большинстве своем, женщины любят своего ребенка ровно с того момента, как узнают о нем. А тут, не успев даже подумать о том, что она могла бы стать матерью, Люси пришлось сразу же узнать и принять тот факт, что она ею не станет. То, что творилось с ней дальше, можно описать только одним словом — агония. Безгранично-мучительная, всепоглощающая боль, разрывающая все естество, заставляющая желать смерти, потеря ориентации во времени и пространстве, потеря смысла и ориентиров в жизни. Огромная черная дыра в душе, которая затмила собой все и вся. Нет больше ничего, кроме этой пустоты.       И самое ужасное — ей ничем не помочь. Ее родитель прямо сейчас умирает в считанных метрах отсюда, а ее ребенок уже умер. Близких людей, тех, кто мог бы заполнить эту пустоту, залечить ее рану, нет. Хотелось кого-то винить, на кого-то взвалить ответственность, но некого. Никто не виноват — так сложились обстоятельства.       — Можно? — спросил Нацу, указывая на палату, когда врач вышел. Женщина сдержанно кивнула и удалилась по своим делам, а Драгнил тихонько вошел в палату. Люси лежала лицом к стенке и только по вздрагивающим плечам было понятно, что она плачет. Первая волна истерики прошла, теперь она просто еле слышно всхлипывала. Наверное, впервые в жизни Нацу был так сильно растерян. Он и так никогда не умел успокаивать плачущих девушек, а что делать в такой ситуации, просто не знал. Обнять или не трогать? Что-то сказать или молчать? Быть рядом или вообще уйти и оставить ее одну?       — Люси, — Нацу присел на краешек кровати и уже занес руку, чтобы погладить по плечу, но почему-то остановился, — ты как? — до ужаса глупый и неуместный вопрос, но что еще делать, Саламандр не знал.       — Отвези меня домой, — тихо, не оборачиваясь, сказала девушка.       — Тебе надо хотя бы до утра… — попытался вразумить ее Нацу.       — Тогда сама уйду, — заявила Хартфилия и попыталась встать с постели, но из-за слабости и головокружения, естественно, не смогла.       — Лежи здесь, я поговорю с врачом, — Саламандр помог Люси лечь обратно и вышел из палаты в поисках доктора.       Его и самого до жути угнетала больничная атмосфера, а что уж говорить о Хартфилии? Найти лечащего врача не составило труда, сложнее было объяснить ей, что Люси действительно будет легче дома, что она там все время будет под присмотром, что, если что-то случится — Нацу вызовет врача и прочее. Общая волокита с доктором, счетами и выпиской заняла добрых полтора-два часа. Сборы, такси, подъезд, ключи найти в сумке, квартира, уложить в постель и в итоге услышать сухое «Иди домой». Ну уж нет, так не пойдет. Нацу обещал доктору должный уход за Люси, и он сделает все, что в его силах. Поэтому, убедившись, что девушка лежит на своей кровати, но еще не спит, Драгнил подошел к ее шкафу и вынул оттуда первые попавшиеся вещи. Пятно с брюк никуда не делось, хоть в такси и удалось спрятать его пиджаком Нацу, но видеть подругу в этих вещах было невыносимо. И еще хуже станет ей, когда придет в себя и начнет здраво мыслить.       — Люси, тебе нужно переодеться, — тихо сказал Саламандр, но Хартфилия никак не отреагировала. Потрепав ее по плечу, Нацу повторил, но никакой реакции вновь не последовало. — Люси, если ты не переоденешься сама, это придется сделать мне, — пригрозил парень, в шутку конечно, вот только Люси будто и не слышала его.       Тихо рыкнув и сцепив зубы, Нацу усадил блондинку, словно куклу, и протянул ей одежду, но она только смотрела на него бессмысленным взглядом и ничего не делала.       — Ты меня вообще слышишь?! — Саламандр встряхнул ее за плечи; может и не надо с ней так, но у Драгнила уже сдавали нервы.       Ну вот что с ней делать? Что ей говорить? Может, и правда, нужно мисс МакГарден вызвать? Черт, да у нее же отгул сегодня, по каким-то там семейным делам, вчера еще отпрашивалась, говорила, что очень срочно. Не приедет, точно. Психуя, Нацу залез в телефон своей начальницы в поисках хоть кого-то, кто сможет помочь. Около сотни номеров и ничего подходящего или хоть смутно знакомого. Может, кто-то, с кем она часто общалась? И к своему удивлению, во входящих, помимо деловых звонков, Драгнил обнаружил десятки звонков от Эвклифа, причем многие из них отвеченные. Так врала, значит, что не достает? А с чего Нацу вообще решил, что Стинг ее достает? Может, ей нравятся такие отношения, просто признаться боится? Есть же такие мазохистки, причем, сплошь и рядом. Эти мысли в одну секунду пронеслись в голове у Нацу и вызвали целую бурю злобы и ревности внутри, но один только взгляд на абсолютно потерянную и разбитую Люси заставил его успокоиться. Не к месту это, потом разберется. Да и какая, ко всем чертям, ревность, если они просто друзья? Ладно, звонить некому, значит, придется все делать самому.       — Люси, я серьезно, — Нацу присел перед ней на корточки и заглянул в глаза, — если ты не переоденешься сама, это буду делать я. А ты же не хочешь, — уже шутливо добавил он, — чтобы я видел тебя без одежды?       И снова Хартфилия никак не реагировала. Она пребывала в какой-то прострации и полностью ушла в себя.       — Я предупреждал, — сердито выдохнул Драгнил.       Упрямо глядя ей в глаза, он наощупь начал расстегивать пуговицы на блузке начальницы и только теперь она, казалось, очнулась. Лениво отодвинув от себя руку парня, Люси взяла сменную одежду, приготовленную Драгнилом и, пошатываясь, ушла в ванную комнату. Хотя она даже не закрылась там — Нацу не смотрел в ту сторону, но и не слышал, чтобы щелкнул замок. Через пару минут девушка вышла в чистой майке и спортивных штанах и, пройдя мимо Нацу и даже не взглянув на него, залезла под одеяло. Саламандр тем временем выложил на тумбочку у кровати лекарства, прописанные врачом и изучал инструкцию доктора.       — Вот, выпей, — Драгнил сбегал на кухню за водой и протянул своей начальнице две таблетки; простые витаминки, но и их нужно пить вовремя.       Даже не взглянув, Люси отвернулась и легла на бок.       — Драгнил, спасибо за все, но тебе пора домой, — сухо сказала девушка.       Нацу тихо выругался себе под нос и снова рывком усадил Люси на кровати. Чуть нажав двумя пальцами на ее щеки, он заставил девушку открыть рот, втолкнул таблетки и приложил к ее губам стакан с водой. Почувствовав на языке горечь лекарства, Хартфилия быстро выпила воду.       — Вот умничка, — саркастично сказал парень.       Люси такие его действия немного привели в себя и теперь она даже немного со злостью смотрела на своего ассистента.       — А теперь послушай меня, — без тени усмешки заявил Нацу и уселся рядом с начальницей, глядя ей в глаза и придерживая ее за плечи, — я забрал тебя из больницы под свою ответственность, хотя ты еще должна быть под присмотром врачей и я буду здесь ровно до тех пор, пока тебе не станет лучше. По-настоящему лучше, — уточнил Саламандр, заметив, что Люси хотела что-то возразить. — И хрен ты меня отсюда прогонишь, — снова опережая ее реплику, сказал парень, — даже если мне после этого придется рассчитаться с работы. Только скажи, есть кто-то, кому нужно сообщить? — естественно, он имел ввиду Стинга, но Люси должна сама это сказать. В ответ девушка отрицательно кивнула и почему-то у Нацу просто от сердца отлегло, — хорошо. Я могу позвонить мисс МакГарден, чтобы она меня подменила завтра? Мне нужно переодеться и Хеппи накормить. — Дождавшись утвердительного кивка, Нацу спросил, — мне рассказать ей, что случилось или ты сама?       — Ты расскажи, — хрипло ответила Люси и отвернулась. — Я хочу спать.       — Ложись, — кивнул парень, —, но я разбужу тебя через два часа — тебе нужно поесть и выпить таблетки.       Хартфилия ничего не ответила и с головой укрылась одеялом. Нацу слышал, как она шмыгает носом, но не трогал, понимая, что девушке нужно немного побыть одной. Взглянув в окно, Нацу понял, что уже наступил вечер. Да, действительно, на часах уже было полседьмого. Так быстро время пролетело. Парень устало плюхнулся на стул в кухне и понял, что дико голоден. Точно, он ведь не ел ничего целый день. Но пока не до еды. Пока нужно еще позвонить Леви.       — Алло, мисс МакГарден? Добрый вечер, — Нацу жутко устал, но обычную вежливость никто не отменял. — Вы за рулем? — В трубке слышался посторонний шум. — Вы не могли бы остановиться? Это очень важно.